Особый случай

За окном капал дождь. Гудела ранняя весна, Но даже для мая месяца утром этого воскресенье моросило. А за окном казалось что воздух был серым и тяжёлым. Хотя если выйти на улицу, там как никогда было свежо и светло. В этой утренней тишине таилось то незаменимое чувство спокойствия. Где-то через 200 м виднелась главная дорога, где другая атмосфера, гудящие машины, троллейбусы и автобусы, и город, который только начал бодрствовать. Одеваться желательно было в куртку и какую-то тёплую обувь. Девушка с прозвищем ранней зори, что восходит утром и дарит улыбку ей и всем людям, сидела на коленях на краю своей кровати. В левой руке была баночка с краской, а в правой – кисть, сидела и закрашивала номерок на картине. Занималась своей картиной по номерам. Было бы славно в интернете заказать картину со своими изображением, допустим любимого героя из «Дронов Убийц», но уже как есть. Чем ещё заняться в воскресное утро? В такую рань и такую сырую погоду – да ну его. Лучше лечь спать обратно. Но нетушки, спать девушке увы не хотелось. Чёрная кофта боди, что так изящно обтягивало тело барышни. Чёрные согревающие лосины, для зимнего периода. Но для холодной квартиры – не грех надеть и в мае. С нашим то отоплением, которое как всегда отключают именно когда приходит весна, в квартирах всё равно холодно. Будто на зло это делают. Зелёненькие сапожки, всего лишь подошва и ткани – никаких застёжек и шнурков. И чёрный ортопедический корсет – как оказалось он помогает ей от тревоги, нападающей на неё. Надевает этот корсет, и вся тревога тоже уходит. Иронично, ведь по сути твою талию стягивает, но как-никак это приносит спокойствие. И позвоночник как будто бы расслабляется. Ортопедический корсет на спине давил в поясницу, но был необходимым - иначе боль скручивала бы сильнее. Но перед раскрашиванием картины, девушка была занята другим. То ли 5:00 утра, или уже шесть. Девушка не спала, а на кухне пыталась не замёрзнуть, дополнительно закутавшись в розовый плед с белыми сердечками. Порой казалось, что кухня – это единственное место в квартире в которой тепло, ты чувствуешь себя так по родному.. где комфортно и уютно. Хоть и не нужно превращать место для приготовления пищи своим фактически рабочим местом, но кому это нужно? :) Зорька уже тогда, хотя бы немного, но решила расставить все точки над і. О сепарации. Ну то есть изучала это дело. Выписывала на листочек все пункты из видео на YouTube. Всё что нужно сделать для самостоятельной жизни, делала себе чаи, что-то кушала, шпагат и растяжку практиковала. На кухне было холодно. Даже несмотря на то что батареи хоть немного, но грели. Ходила по квартире в той самой лёгкой осенней обуви. И как же хорошо что её не нужно было лишний раз застёгивать или зашнуровывать. Ботиночки цвета мха. И сидели они на ней довольно эстетично. Учитывая её рост – метр и 55 сантиметров. И уже потом ей нечем было заняться, решилась взяться за картину, которую забросила надолго. Вместе с этим, решила что может быть получится наладить контакт с младшим братом с которым она делит комнату. Может получится как-то поговорить, о чём-нибудь. И может быть он перестанет относиться к ней как к скотине. Но в итоге.. Каждое слово, вопрос который она задавала ему, он обратно плевал ей в душу. Каждое слово резало без ножа. Как же с этим жить блять.. Как с ним вообще возможно разговаривать? Почему обычный разговор он начал с конфликта? Зачем ты это делаешь? Специально что ли? Последнее слово и у Зорьки лопнуло терпение. Выкинула нахуй эти краски (аккуратно положила на кровать вместе с кисточками), аккуратно положила картину. Предварительно схватившись за первое попавшееся и единственно важное – наушники и телефон. Барышня выбежала из комнаты, не хлопая дверью. Но вот когда вышла из квартиры – дверью хлопнула со всей дури и девушка выбежала в подъезд. На улице и вправду было немного холодно, но стерпеть можно. Погода пасмурная, солнца нету. Чувство, как будто внутренние состояние отражалось в погоде за окном. Холодно не было, но также не было и тепло. И так прошли несколько часов.. с одним только телефоном и наушниками. Девчонка по большей части находилась в подъезде, периодически выходил из подъезда просто подышать и "помедитировать". Как оказалось это так расслабляет.. просто стоять на улице у подъезда. Было бы славно чашечку чая или горячего какао с собой. Но максимум что с собой было - это тоска. Такое ощущение, будто когда-то в прошлом, был человек, светлый и добрый, ощущение такое будто накрыла тоска по этому человеку. Не сказать что любовнику, скорее очень даже хорошему другу. Слишком хороший друг, ибо такая тоска и скучание, проявляется не ко всем людям. Внутри подъезда, можно было додуматься хотя бы свет включить, но решив что света из окон достаточно. Зорька сидела на ступеньках возле своей двери. Далеко не отходила. Максимум на второй этаж поднималась. Периодически бегала с первого этажа на последний. Незначительная тренировка так сказать, тренировка на ноги. Бег со ступенек. Сидеть на холодных ступеньках нежелательно, поэтому периодически стояла на перилах. Столько идей проходило в голову, сколько можно сделать, сколько стихов можно сочинить и всё это писалось тут же в мобильнике в руках. Пару часов забрал tiktok. К большому счастью это принесло хоть какое-то настроение. Зорька облокотилась спиной к стене. Наушники благо, не блютузные. Эх.. Дроны Убийцы, Отель Хазбин, хорни видео, стендапы и всякое. Сколько же всего придавало смеха и уверенности. Сколько же всего её смешило и придавало силу. Почему именно в такие моменты ты осознаёшь свою истинную суть? Почему именно в таком положении ты действительно ощущаешь что можешь пойти на любые физические действия. Прибавляя свою силу и свою уверенность в себе. И лишь благодаря тому, что тебя привело в ярость ссора с младшим братом. И совершенно не хотелось возвращаться домой ещё хотя бы часик. Нужно же как-то помучать людей мыслями, где же я шатаюсь до сих пор?) Предавало уверенности и сил то, что она не видела людей её никто не трогал. Но обида никуда не делась. Скорее хотелось обратно домой в тёплую кровать. Но скорее всего хотелось в ту русскую хату, чайочку из самовара попить. Посидеть у камина. Рядом со своим любимым человеком.. И тут барышня понимает. Что ей было очень хотелось иметь такого прекрасного и незаменимого друга, товарища, который живёт в паре метров по соседству в своём частном доме. Тот к кому можно прийти в любое время за чаем, тёплому душевному разговору о всяком, или за молчанием. Главное что рядом он - родная душа. Где найти таких людей? Ответ был, просто Зорька устала ждать. Решила искать. Но ведь свои люди не так находятся. Просто эти люди приходят в твою жизнь в тот момент, когда ты об этом вообще не задумываешься. Так и в отношениях. Когда ты ищешь отношения - не находишь, а когда ты о них не думаешь и их вовсе не ждёшь - к тебе на порог является какой-то парень или девушка. Закон вселенной. Так и с родными людьми. Ты просто когда-нибудь их встречаешь. Тоска накрыла не по-детски.. и грусть пришла вместе с ней. В груди смешалось варево из тёплых и холодных чувств и эмоций. Одновременно девушке было приятно ощущать свою свободу на улице, прильнув спиной к другой половине двери подъезда, и устаканилось чёткое понимание что она одинока. На самом-то деле ей некуда обратиться. Не к кому пойти. И это одиночество надо было срочно исправлять. Какими угодно средствами. Тёплые лосины всё же не согревали. Всего лишь самую малость. А что уж говорить о кофточке. В ней вообще моросило. Но гордость не позволяет вернуться домой и одеться потеплее. Было так тоскливо и грустно что хотелось плакать.. Но её положение настолько угнетало в ней всё, что она решилась на кое-какое действие. Девушка отпрянула от двери подъезда и немного разомняла спину, повертела шеей, заставила плечи хрустеть. Выняла наушники из телефона и завернув их подобным образом, спрятала в рукаве. Сердце колотилось.. ведь не знаю каков будет ответ, на мой приход к нему на порог. Глубокий вдох и выдох. Пора идти. Зааа солью.. Сделав шаг из подъезда, девушку окутал лёгкий сырой ветер и мелкий дождь. Немного неприятно, но это вообще ничего если пройти пару метров буквально. Между капель дождя и мелкими лужами, Зорька шла, шлепая обувью. Холод задувал в лосины. А в душе решительность. Что если и может как-то изменить свою жизнь, там надо начать с пути. И этот путь начинается с самой себя. Нужно поменять что-то в самой себе. Барышня настроена решительно. Быть собой, не терпеть, не сжиматься от боли. А кричать, и как можно громче. О том, что ей что-то не нравится, что я её бесит когда я ей плюют в душу. Бесит то как родные в их доме относятся к ней. Пора бы сказать о том, что её не устраивает! Показать что она не маленькая девочка (хотя ростом не докажет)) и будет бунтовать если кто-то посмеет нарушать её границы после ясных предупреждений. Всего пару минут, всего несколько метров пройдено. И тут девушка остановилась. Перед ней стояла бордовая калитка частного дома, немного потрескавшиеся, и краска слезла. Дом был невысоким, с уютной крышей и густыми зарослями по всему дому. Как же это было красиво.. смотреть на зелень растущую так пышно, и такую эстетичную когда дождь её омывал. Цветы и вьюнки цеплялись за решётки, как будто сами хотели попасть внутрь. И девушка нажала на звонок. Но внутри полное спокойствие. Такое настроение и состояние, не хотелось ничего. Просто хотелось лечь спать. От того может и не было никаких внутренних тревог и беспокойств. Ведь плевать что ответит. Может даже и не выйдет на улицу. Какая разница, главное что она хотя бы что-то сделала. А не просто шаталась по этажам и подъезду. Она пришла к нему в чём мать родила. То в чём выбежала на улицу. И почти что с пустыми руками. Девушка услышала что с внутренней части дома кто-то топал до калитки. Дверь почти сразу открылась. И первое что бросилось в глаза: Высокая статура. Его накаченные груди маячили перед её глазами. 180 см уверенности и мускулистости. Как же я чувствовала себя маленькой рядом с ним. Я в принципе чувствую себя маленькой с любым человеком, который ростом выше среднего. Но рядом с ним, у меня внутри, как на экране телефона всплывает сообщение о том что я всего 155 см. Но её это ни капли не смущало. Я не комплексую из-за роста. Я им восхищаюсь. Восхищаюсь пониманием, что я маленькая девочка и своим ростом привлекаю внимание окружающих (да, доля эгоизма)). Ох, как же ему идёт эта чёрная и обтягивающая его телосложение водолазка. Он стоял в дверном проёме. Волосы короткие, каштановые. И глаза цветом топлёного шоколада. Самые тёплые ассоциации при виде этого хлопца. Взлахмоченные волосы, будто он только что занимался спортом или кое-чем другим. А лицо такое спокойное, как всегда. Но когда он опустил взгляд и увидел меня. Он приподнял бровь и улыбнулся, ожидая услышать причину визита к его порогу. Не ожидал меня увидеть. Он посмотрел на меня сверху вниз и хоть взгляд его упал на макушку Зорьки, он всё равно встретился с её глазами. Такая простота.. Как будто он друг семьи или родственник. – О, соседка.. за солью пришла?) Начинает разговор мужчина с ноткой той дружеской издёвки, что так нравилась Зорьке. – Да. Отвечает Зорька. Она решила продолжить в своей манере. – А ещё за мукой, яйцами, молоком и … Чаем. С моими слезами.. Последние слова на произнесла не очень громко. От чего её настроение и внутреннее состояние выдавалось с лихвой. Она не ждала приглашения. Просто шагнула внутрь, и он, не говоря ни слова, отступил, пропуская её. Зорька прошла мимо него, всё ещё в своём чёрном домашнем, всё ещё в этих зелёных сапожках, с влажными волосами от дождя, с пустыми руками. Только наушники и телефон. Юноша закрыл за ней дверь, и они пошли на кухню. Мужчина больше ничего не спрашивал. Всё было написано на её лбу. Он только отошёл назад чтобы она смогла пройти во двор. Зорька никого и не спрашивала, она сама прошла к нему. Никого не спрашивая и не ждя. Мужчина закрыл за девушкой калитку и оба двинулись в сторону входной двери в дом. Зорька знала эти двери, куда идти. Знала эту кухню, ванную комнату, практически весь дом. *** Там пахло хлебом, чаем и чем-то ещё.. общим спокойствием. Парень поставил чайник. А Зорька молчала. Он не спрашивал. Только достал кружки, не глядя и молча, как будто делал это каждый день. Как будто она была частью этого дома. И ведь было это правдой. Куда не прийди – Зорька оставляла самую тёплую часть себя в каком-либо доме. Оставляла свой уют и комфорт. Где люди ещё долго отходили от ауры что витала у них дома. Рядом с этой Зорей - было какое-то своё состояние. Родное И светлое.. Она села за стол. Руки дрожали. Боль в пояснице ныла. Боль в душе кричала. Он подошёл, положил ладонь на её плечо. Просто так. Без слов. И вдруг тепло. Настоящее такое. Как будто рядом с тобой не чужой человек, а родной брат. Дама сидела за столом, не стесняясь положить себе в рот побольше печенья). – Какой чай будешь? Только и спросил парень ополаскивая ложку с чашками. – А какой у тебя есть? – Эээ… чёрный, зелёный, бризги шампанского, бергамотовый, ромашковый, королівська вишня? – Давай с бегемотом) В своей шуточной манере ответила Зорька. Парень заметно хихикнул, в своей манере улыбаясь во все ямочки на щечках. Сидя “ по-японски“ (ну типо на коленях), жевала печенье и ожидала свой чаёк который мужчина засыпал в чайник для заварки. Всё как дома.. телефон заряжается, рот жуёт. А сама девушка разглядывает картинки в pinterest и добавляет их на свои доски. Ох как же на его кухне было тепло. – Как там Андрей? Завёл разговор парень. – Ой и не спрашивай.. Ну слушай чё сегодня случилось. История длилась недолго. Её потом сменяли дискуссии на тему месячных, школы, политики, наших друзей. Сплетниц, впрочем как и мы), фильмов и сериалов. Книжек и манхв. Залипли на тему манхвы Тёмное падение. *** Мужчина всё понимал. Не имел что-то против того что девка пришла к нему на хату. – Просто.. Можно я просто часик побуду и уйду? – Да хоть все три. Зорь, тебе всё можно. Ты ответил парень сонно с закрытыми глазами, массируя рукой свои волосы, кожу головы. Девушка улыбнулась. Снова по-детски. По невинному. – Пасиба *** Он не задавал ни одного вопроса. Не спрашивал, почему она пришла, что случилось, как долго она останется. Он просто принимал её присутствие как данность, как воздух. Как будто она была частью его уюта, его пространства. И это принималось Зорькой как спасение. Она смотрела на его руки, они такие сильные, с чуть заметными венами, с аккуратными ногтями. Эти руки будто говорили о заботе. Говорили о том, что могут держать и не ломать. Могут обнять и не задушить. Она поставила кружку на стол и обхватила её обеими руками, прикрыв глаза. Боль в спине стала чуть тише. В душе словно кто-то зажёг этот костёр, что некоторое время не потухнет и будет греть ещё долго. Он молча сел рядом. Не напротив, а рядом. Плечом к плечу. И это было как маленькое часовое спасение. Без пафоса и обещаний. Просто молчаливая, крепкая дружба двух соседей. Когда иных способов не находится, чтобы спастись от тоски и сырости этого Житомира, приходится искать хату близких людей из кругов общества. Дружба – самый лайтовый вариант. Девушка пришла к соседу уставшая, злая, не в настроении, грустная, подавленная, отчаянная, в слезах, с болью в пояснице, с болью в спине, с болью на душе. А парень был спокоен как лёд, утешал её и спокойно на всё реагировал. Зорька обычно с собой брала целый набор в рюкзаке. Но тогда у неё с собой не было ничего. Только наушники и телефон. Такая свобода была непривычна для неё. Чтобы ничего с собой не брать.. Но ситуация вынудила её выйти из хаты. Андрей вынудил её.. Андрей её настолько выбесил, настолько заебал, что она больше не думала ни о чём другом, кроме как выбежать в подъезд успокоиться. Это стало её лучшим решением. У неё с её другом по соседству ничего не было. В плане физической близости. По их манере общения можно подумать что они любовная пара, но это не так. Хотя подразумевается что если женщина свободно даёт мужчине полежать на её груди, то их отношение уже считаются сексуальными. Но до близости ничего не доходило). Девочка даже не знает как назвать эти отношения, ведь они друг другу свободно дают лежать друг на друге. Это какая-то уж слишком хорошая дружба). Эти «соседи» не заявляли друг друга об отношениях, хотя на языке так и вертелось.. Вот что называется ходить к соседу за солью. Буквально😃😁 Девушка ходила к нему в дом за чаем, душевой кабиной, кроватью, сном, разговорами о личном и неприличном)), «физической близостью» но не то я которой вы подумали. Он никогда не трогал её без согласия. Никогда не лез с расспросами. Но мог положить голову на её колени. Мог позволить ей лежать у него на груди. Они были друзьями. Или чуть больше.. или чуть меньше? Определений не существовало. Ведь соседи сами не знали, а что у них за взаимоотношения вообще? Было только время проведенное вместе за баночками кваса и громкого ржача двух лошадей – их. И вот один из них. Соль? Ну, допустим. Хотя оба знали, что дело не в соли. И даже не в чае. И не в том, чтобы согреться. Просто иногда… нужно место, где можно быть. Настоящей девушкой. Без бронежилета. И косметики. Хотя Зорька косметикой не пользовалась (ей не идёт косметика под её внешность). Парень, несмотря на свою внешность: крепкий, поджарый, с широкой грудью и накачанными руками, привлёк Зорькино внимание, но не более чем эстетическое удовольствие. Больше Зорька почему-то не предавала этому значения. Когда Зорька впервые зашла в дом соседа, она даже не думала, что останется надолго. Она шла просто «за солью», но оказалась действительно – дома. С того дня она поняла, что может «ходить за солью» всякий раз, когда жизнь будет больно резать по живому. Он не возражал. Он только чуть приподнимал бровь, когда открывал дверь. Мол, опять пришла. Но это было не с упрёком, а с лёгкой и нашей дружеской, ироничной теплотой. И вот нужно принять душ. Да просто погляди в каком виде сейчас девушка. Ей срочно нужно в теплую ванну. И волосы желательно помыть. Она пришла насквозь промокшая, волосы прилипли ко лбу, а спина снова разнылась от боли и напряжения. Мужчина глядя на неё, только сказал: – Иди в душ. Без оценки или намёков. Это очевидное решение и Зорька оспаривать его не стала. Пока она стояла под тёплой струёй воды, девушка пыталась осознать: она в доме чужого мужчины. В его душевой. Одна! Внутренняя тревога контрастировала со спокойствием. Да и не было особо причины беспокоиться. Но в груди всё равно поселилось мелкое чувство предосторожности. Её вещи лежали сложены на стиралке, пахло мужским шампунем, и ни одно движение, ни одно слово не намекало на что-то большее, чем забота. Никаких грязных взглядов. Никаких «случайных» вторжений. Она мыла волосы, вспоминала, как Андрей язвил в своей подростковой манере на неё, как бросил пару ласковых слов на меня, как брат в который раз плюнул ей в душу своим ядом. И с каждым литром воды всё это словно уходило прочь вниз, в слив. Словно тёплая вода смывала не только грязь с кожи, но и страх, обиду и усталость. К слову это её первый в жизни опыт купания в душе, где-то кроме дома. И от этого ощущения более интересные. Выходя из душа, черная водолазка парня была немного великовата, но сидела на ней очень даже стильно. Завернувшись в большое серое полотенце, она встретила в коридоре его взгляд. И он лишь кивнул, не по-мужски грубо, а как будто по-домашнему: – Воо, теперь уже на человека стала похожа) *** Он клал голову ей на грудь. А она ему на плечо. Это не было сексом. Это было чем-то глубже, чем просто телесное влечение. Это было как если бы тела, наконец, нашли место, где их не трогают без разрешения. Где можно прижаться и почувствовать что я не один такой. Где можно просто дышать в унисон и знать, что рядом живой человек, который не предаст. Она лежала на нём, а он держал её так, будто она была самым дорогим сокровищем. Без грязных мыслей, без спешки. Только тепло, только близость. И каждый раз, когда кто-то из них начинал плакать, второй не пугался. Не убегал. А просто крепче обнимал. Они делились касаниями, или последней кружкой чая в мороз. Осторожно. С доверием. И каждый раз это было по-другому. Иногда просто ладонь на животе. Иногда сплетённые пальцы. Иногда затылок на груди, где слышно биение сердца. Это не был секс. Это было всё то, что обычно идёт после, если повезло. И когда кто-то спрашивал Зорьку: «У тебя с ним что-то есть?», она не знала, что ответить. Потому что у них было всё, кроме самого очевидного. И, может, именно поэтому это было как-то интереснее. Её комната была маленькой, душной. Зато стены в медалях с соревнований. Брат, с которым невозможно было жить, и невозможность уединиться, всё это съедало Зорьку изнутри. Когда она впервые осталась у него не чтобы остаться, а просто «посидеть», он сам предложил ей прилечь. Она стеснялась и колебалась. Но в какой-то момент сдалась. Кровать соседа была большой. Просторной. Чистое тёмное бельё пахло хвоей. И самое главное – тут настолько тихо, что даже непривычно. Он просто сел рядом, положил телефон и молча читал, пока Зорька лежала, укутавшись с головой в одеяло. Она приходила уставшая, убитая, с красными глазами. Он открывал дверь, и они без слов шли в комнату. Она ложилась. Иногда он ложился рядом. Иногда просто сидел у изголовья и клал ей руку на плечо. Её плечо тёплое, тяжёлое, но доброе. Девушка не требовала и не делала ничего взамен. Это было не как в романах. Не как в сериалах. А сука в настоящем Житомире, настоящая реальность, местами очень интимная, но не сексуальная. Это было как если бы кто-то дал тебе передышку, передышку от самой жизни. И каждый раз, когда Зорька засыпала в его постели, она просыпалась хоть чуть-чуть, но восстановленной. Он не трогал её без согласия. Он знал границы и не нарушал их. И с каждым разом она всё больше понимала: этот парень просто сам избитый жизнью. А когда я прихожу, он будто оживает вместе со мной. Он понимает каково мне. И он знает, что я это знаю. А говорят что социальная батарейка разряжается. Оказывается бывает и наоборот. А потом были и неприличные темы. Про тело. Про то, что хочется обниматься, чтобы кто-то гладил по голове, но не было стыда. Что хочется быть голой не для секса, а чтобы почувствовать, что ты просто есть. Что хочется, чтобы кто-то держал за руку, пока ты спишь. Они не шутили про это. Не скатывались в подростковую пошлость. Просто говорили. Открыто. И иногда даже с дрожью в голосе. В такие вечера между ними не было фильтров. Они могли быть собой. И он, этот сильный, внешне брутальный парень, не боялся её слёз. Не избегал их. Он просто был рядом. Иногда она говорила: «Ты знаешь, что мы как будто пара?» Он только усмехался: «Знаю». Но они никогда не обговаривали, что это «отношения». Ни один из них не был готов это признать. Потому что тогда бы всё стало серьёзным. Стало бы требовать правил. А нам нужны какие-то привила или запрет? Неееет ).