НекроСны. Панки никогда НЕ умрут.

      Остаток вечера Лекс сидел с невозмутимой физиономией, а сам продолжал под столом поглаживать его бугор, на котором уже готова была лопнуть ширинка.       Стэн, развалившись на стуле и закинув руку на спинку за его спиной, так впивался в нее пальцами, что та трещала и готова была разлететься в щепки. Он сидел, сдерживая глухое рычание, и все больше источал жар, обволакивая их в жаркий мускус. Марра сверкала глазами, но уже давно знала, что к этим двоим лезть не стоит. Но дурочка, только было смирившаяся с объятиями Кира, начала дуреть и снова поглядывать на этого горячего дикаря.       А они, поглядывая на своего большого парня, начали опасаться, как бы он, вскочив и сдёрнув с Лекса штаны, не усадил его в именинный торт и не начал трахать прямо здесь, на банкетном столе. Поэтому решили ускорить завершение праздника.       К тому же их новая подружка была такой очаровательной, что под конец банкета ее милым канареечным умом были очарованы они все. И спешили от нее избавиться.       Они, с гоготом вываливаясь из ресторана, похлопывали Кира по спине. Он, попрощавшись с ними, прижал подружку к себе и повел к своей машине, припаркованной между тачкой Лекса и тачкой Марры. Девчонка, метая жадные глаза от черной Камри к белому Лексусу, гадала, на которой из них разъезжает ее новый парень.       Мимо взвинченной походкой пронесся Стэн, волоча за собой Лекса. Он подлетел к белому Лексусу, зашвырнул его на заднее сиденье, и сам, забравшись за руль, рванул прочь.       Парни проводили взглядом своего дикаря.       Девчонка проводила взглядом белый Лексус.       И перевела его на убитый Москвичонок, все еще надеясь, что они его обогнут и уедут на черной Камри. Но Кир уже распахивал перед ней дверцу.       Парни стояли с каменными рожами и потрясывались от внутреннего хохота, наблюдая за тем, как она, уныло оглядев дедовскую тачку Кира, забирается внутрь. Кир, довольно лыбясь, забрался на водительское место и, не оборачиваясь, показал им «класс», высунув руку из окна. И тоже повёз свою новую подружку продолжать веселье в койке.       Дэн, Хаммер и Малой, выстроившись в шеренгу по росту и склонив головы набок, перестали ржать, наблюдая за тем, как тачки одна за другой выезжают с парковки, и теперь стояли и раздумывали, на чем будут добираться сами.       – Чего расслабились? – цыкнула Марра за спиной, и они вытянулись как по команде «СМИРРРЬ-НО».       – А ну марш в машину.       Они, синхронно бойко отдав честь, и по команде «НАЛЕЕЕ-ВО» развернулись и, стройным рядком промаршировав к чёрной Камри, один за другим забрались на заднее сиденье. Марра, следом за ними процокав по асфальту каблучищами, села за руль и повезла свой отряд дикарей на тренировку выносливости.       Стэн всю дорогу посматривал в зеркало заднего вида, выхватывая мерцание серых глаз в глубине салона, и снова зверел от мысли, что этот парень сидит там и веселится. Он въехал в переулок, остановил машину и, вылетев наружу, распахнул заднюю дверцу.       – Вылезай, – вкрадчиво прорычал он, заглядывая внутрь с рожей маньяка, ласково зазывающего свою жертву.       Лекс все с тем же невозмутимым видом выбрался из машины, но Стэн не мог не заметить потяжелевшего блеска в серых глазах. Он, подхватив Лекса под зад, с размаха усадил его на багажник и вжался в него своим вздыбленным бугром, изнывающим от соприкосновения. Но тут же словил новое замыкание.       Он грубо завалил Лекса на спину и, рванув его рубашку в стороны, навалился корпусом сверху, своими пожирающими поцелуями обгладывая его обнаженную грудь и пробираясь выше. Он агрессивно впивался в его губы, влажно скользил языком по его лицу и шее, и вгрызался зубами, оставляя алые следы своих отметин на нежной коже. Лексус скрипел и покачивался, пока он, вжавшись в промежность Лекса, втрахивался в него через штаны, но, все больше чувствуя нарастающую дрожь в его теле, только усиливал напор, вызывая еще большую качку и скрип.       Лекс, подобрав ноги и упёршись подошвами в багажник, сам подавался ему навстречу, вжимаясь в него своим отвердевшим членом, и лизал его язык, отвечая такими же пожираниями. И сквозь их дикий поцелуй издавал горячие возбужденные вздохи, разжигая еще большую дурь в его и без того одуревшей башке.       Он думал, что уже не остановится и, содрав брюки с задницы этого парня, сунет в него член прямо здесь, посреди улицы. Он уже ухватился за пояс его брюк, чтобы рвануть на них молнию.       В переулок медленно и ухабисто втащилась чужая тачка, высвечивая их прожекторами своих фар. Внутри салона тут же начался пьяный оживленный галдеж, который бы неминуемо перерос в выкрики.  Стэн, оторвавшись от Лекса, бросил тяжёлый взгляд, выхватывая на их лицах застывшие выражения. Что бы они ни собирались проорать, бешенство на его роже обеззвучило им рты. Они так и проехали молча.       Он рывком стянул Лекса с багажника, протащил до ворот, с грохотом вжал в них и, врываясь в его рот языком и облизывая его губы и щеки, снова втрахивался в него, хаотично роясь в своих карманах в поисках ключа.       Влетев в открытые ворота и оставив их нараспашку, он вдавил Лекса в дверь дома. Но, все больше чувствуя дрожь его тела, сам начинал дрожать от нетерпения и, продолжая пожирать его стоны своим ртом, никак не мог отпереть замок, не попадая в скважину и вызывая адских скрежет.       Но, распахнув дверь и ввалившись внутрь, понял, что дальше не сделает и шага.       Стэн, не дойдя даже до гостиной, содрал с Лекса брюки и, развернув спиной, загнул его на комоде в прихожей. Лекс, тяжело дыша и заведя руку за спину, рваными движениями доставал его член из штанов. Стэн, сжимая его горло, снова пожирал своими поцелуями его спину и шею, оттянув вниз рубашку, и лизал влажную кожу.       Он с остервенением трахал Лекса в задницу, продолжая держать за горло и по-звериному вгрызаться в его плечи, и все больше дурел от его стонов, которые становились все громче. Лекс, одной рукой вцепившись в бортик комода, другой рукой упирался в стену, чтобы не влететь в нее головой. И, стоная в голос, грохотал комодом, под яростным напором Стэна вбивая его в соседскую стену.       Лексус на улице стоял с незакрытыми дверцами, ворота стояли открытыми нараспашку, входная дверь была распахнута настежь. Его остервенелые шлепки и громкие изможденные стоны Лекса разрывали тишину ночи, а комод сотрясал своими адским грохотом вторую половину дома.       Он подумал о том, что с таким же успехом мог загнуть и выебать этого парня ещё там, прямо на багажнике его Лексуса. Но все равно не мог остановиться, чтобы вынуть член и отвести его на кровать.

***

      Лекс, в утреннем свете, подпирая задницей кухонный стол, стоял в своей рубашке с оторванными пуговицами и в его необъятных трениках, и безмятежно потягивал кофе, поглядывая в окно. Стэн, подойдя сзади, обнял его за талию и, зарывшись губами в мягкие волосы, чмокнул в висок.       – Почему ты в драной рубашке?       – Соблазняю тебя.       – Соблазняешь меня моими трениками? – Стэн хмыкнул и, отобрав у него кружку, сделал большой глоток.       – Мне их снять?       Он, захлебнувшись, залил всю свою рожу и отшвырнул кружку, со звоном и лязгом забивая ею гол в раковину. И, схватив Лекса за затылок, грубо и размашисто лизнул его приоткрытые губы.       Лекс, обняв его за шею, скользил губами по его лицу и языком слизывал с него кофейные потеки.       Стэн, ныряя руками под борта рубашки без пуговиц и поглаживая мышечные впадины, губами зарылся за воротник, отодвигая его поцелуями в сторону и обнажая шею, все ещё алеющую от его ночных пожираний.       – Я знаю, во что тебя переодеть.       Стэн, скользнув ладонями ниже по спине, впился пальцами в его задницу и рывком вжал в себя. С губ Лекса сорвался нежный стон. Стэн, придерживая его одной рукой за поясницу, накренился вперед, другой рукой попутно смахивая со стола посуду с адским звоном и дребезгом, и, завалив Лекса на спину, впечатался в стол с таким напором, что ножки, взвизгнув, пророкотали по полу, создавая грохот землетрясения.       ДУМ-ДУМ-ДУМ-ДУМ-ДУМ!!!!!!! – загромыхала стена, смежная с сестринской половиной дома.       – Братец, ты там совсем одурел?!!       – ХОРОШО, МЫ БОЛЬШЕ НЕ БУДЕМ ТРАХАТЬСЯ ДОМА.       – Нет! На улице тоже не надо!!!       – ХОРОШО, И НА УЛИЦЕ ТОЖЕ НЕ БУДЕМ.       – И с каких пор ты трахаешь парней?!!!       – ЭТО ПРОБЛЕМА?       – Нет! Вопрос был не риторическим!!!       – С ПРОШЛОГО МАЯ, – проорал Стэн, что-то прикинув. И вспомнил, что скоро будет ровно год.