Скрытое в ночной тьме

Квартира, давно погрузившаяся в кромешную тьму, сейчас была наполнена звуками и домашней, родной атмосферой. По дому разгуливал запах заготовок для еды, пока на кухне царила своя жизнь. Запах зажаренного лука, звук стука ножа о деревянную досточку и тихая, успокаивающая музыка, разносящиеся по «комнате». Внутри — лишь привычное спокойствие, царящее в этом уютном месте. Парень спокойно напевал себе под нос очередные строчки очередной песни, что закрутились в мозгу, словно выученная мелодия. Руки умело перемещались по кухонному столу — взять тот или иной предмет или ингредиент, что вновь нужно добавить в блюдо. Незаметно для голубоглазого, сзади, с коридора, послышались шаги. Незаметные, неслышные, но было лишь заметно тихое шуршание о ламинат. Брюнет медленными шагами приближался к хакеру, пока тот, абсолютно не подозревая, что к нему подкрадываются, занимался своими делами. Лишь пару шагов, и Берг оказался возле Ло, обвивая руки вокруг чужой талии, лишь слегка прижимая к себе. Шатнн, сдернувшись, выдохнул. — Боже, Никита! — Пробурчал голубоглазый, ложа свободную руку на ладонь старшего. — Каждый раз пугаешь своими тихими шагами, ну вот правда! — Вроде привыкнуть уже должен. — Уголки губ дрогнули, а Никита расплылся в улыбке, что была скрыта за ненавистной для Ло тканевой маской. Лоши усмехнулся, продолжая «наготавливать», руководя руками. Рука гетерохромного перескользнула на запястье младшего, отвлекая от нарезки овощей. Потом Никита, развернув Ло лицом к себе, немного наклонился. Стоило лишь посмотреть в излюбленные глаза партнера, как внутри загорелось теплое чувство. Берг, приспустив собственную маску, затянул шатена в сладостный поцелуй, лишь немного сжимая талию. Ло, убрав руки от кухонного стола, переместил их на спину парня. В один момент поцелуй становится глубже, и они отступают к столу. Лёгкое давление заставило его наклониться над кромкой стола; ладонь скользнула по коже, нежно оглаживая поясницу и спину. Комната была погружена во мрак. На улице было тихо, как никогда. Тишину разрывало лишь чужое дыхание и редко проезжающие машины за окном. Их глаза были прикрыты, а руки блуждали по телу — оглаживали бедра, талию и торс. Губы целовали шею, а шатен почти незаметно вздрагивал при новом касании. Приглушенные стоны, что едва доходили до слуха брюнета, все же ласкали его слух, словно самая медленная, любимая мелодия. Из полуприкрытых штор сочился лунный свет, что слегка освещал комнату. Голубые, до чистоты выраженные глазенки метались по комнате, стараясь ухватиться за какой-то объект, но лишь бы не смотреть на любимого, что так сильно старался добиться встречи взглядами. Тонкие, изгибистые, немного мозолистые пальцы ухватились за край чужой футболки. Лишь мгновение — и тряпка полетела на пол, как самая ненужная вещь. Ло с легкой неловкостью отвернул голову, едва прикрывая глаза. Отвлечься ему не дали, как тот почувствовал прикосновения на подбородке, а его голову повернули явно в сторону человека, что прямо сейчас нависал над хакером. Стоило лишь открыть очи — и тут он понял, что это было зря. Гетерохромные ярко выраженные глаза устремились прямо на милое, покрасневшее от смущения, личико парня. Попытка отвернуться не увенчалась успехом — хватка лишь немного сжалась, давая некую команду «Смотри на меня», которую ослушаться было буквально приговором. Чужая рука ослабла, но внезапно Ло почувствовал горячие руки, что блуждали по его телу, очерчивая каждый изгиб и каждый сантиметр торса. Теплые поцелуи сыпались на кожу, явно отвлекая от следующего шага по плану Берга. Желанные, в какой-то мере горячие ласки медленно перешли на укусы, от которых Лололошка едва ли не таял. Красноватые следы были осыпаны по всему телу парня. Тихий, сдавленный стон услышал Никита, как только поставил засос на видном месте. Губы дрогнули, расплываясь в незаметной, хитрой улыбке. В одиночной комнате, окутанной мракой и темнотой, было слышно чужое, горячее дыхание, что вскоре наполнило все пространство. Редкие, но громкие стоны не оставались в стороне. Их пальцы сплелись при малейшем шансе. Руки гетерохромного мягко обхватывают запястья Нижнего, крепко, но без жестокости, и пальцы оставляют тёплый след на коже. Поднятые руки словно выворачивают момент наизнанку: напряжение смешивается с лёгкой улыбкой, дыхание учащается, и пространство между ними становится тонкой нитью доверия и приоткрытой страсти, которую можно разорвать или продолжить. Для обоих эта ночь будет чем-то новым: или укреплением взаимоотношений, конечного сближения, или тот момент, когда всё произошло по случайности, и они останутся на заветных точках их общих, теплых взаимоотношений. Никита, начиная заканчивать прелюдии, зацепил пальцами резинку чужих штанов и боксеров, стягивая их с голубоглазого. И вновь белье полетело на пол. Рука скользнула по набухшему, вставшему члену. Ло, не ожидав резкого прикосновения, издал гортанный, протяженный стон. Внутри, внизу живота завязался узел возбуждения, что стягивался всё больше с каждой минутой этих мучений. Никита, не торопясь, проводил по органу рукой вверх-вниз, лишь иногда большим пальцем потирая головку. Ло таял от этих ощущений. От прикосновений, от голоса, от шепчета со стороны Никиты. В какой-то момент перед глазами всё начало «расплываться», и Ло уже не знал, где реальность, а где сон. Разрядка стала подступать всё ближе и быстрее, а хакер стал лишь слегка выгибаться в спине. Горячие стоны вливались в воздух, а Никита, что старательно старался всеми способами выбивать эти стоны из младшего, наслаждался звуками, что исходили изо рта парня. Каждое касание приносило табун мурашек по всему телу — слишком приятно. Слишком неожиданно. Ло, казалось, и сам забыл, в какой ситуации находиться на данный момент. — Н-ники-.. — Не успел шатен и сказать что-то, как Берг прекратил действия рукой, одновременно и прекращая сводить с ума и так замученного пассива. Вымученный, глубокий вздох. Свободная рука достает из прикроватной тумбочки маленькую баночку смазки. В темноте не разглядеть, что это, но лишь по звуку открывания крышки Ло понимает, что это. — Откуда?.. — Разрывает тишину Ло, немного щуря глаза. — Специально для тебя припрятал, дорогой) ~ — Ласковым, немного обманчивым голосом отвечает брюнет, немного смазывая колечко мышц и вставляя в голубоглазого один палец. И вновь стон, ласкающий слух гетерохромного. Пальцы, недавно дрожащие и напряженные, впились в простыню, что сразу скомкалась. Движения со стороны Берга были медленными, что мучали от и до партнёра. Из уст вырвалось предательское «Никита..!» — протяжное, молящее о продолжении. Снайпер, довольно улыбнувшись, все же стал растягивать шатена более нормально, не решившись больше мучать. Сначала сдержанные, тихие стоны вскоре превратились в полувыкрики, стоило старшему добавлять новые пальцы. Никита, пользуясь длинными пальцами, проскользнул чуть глубже. И, видимо, очень не зря. Внутри, резко и неожиданно, пронеслось давящее чувство снизу, а узел внизу живота завязался более сильнее. Ло выгнулся в спине с довольно громким, гортанным стоном. — Сука, Ник-кита..!! — Полувыкрик имени партнера стал знаком для гетерохромного. Вынув пальцы, оставляя после себя неприятное чувство пустоты, скинул с себя штаны вместе с другой одеждой. Закинув чужую ногу на плечо, удобно устраиваясь между, Никита стал отвлекать шатена от главного момента. Горячие руки гуляли по ребрам, ляжкам и спине нижнего, пока тот, стараясь хоть как-то расслабиться, лишь приглушенно мычал в ответ на столь родные прикосновения. Берг, приставив головку ко входу, медленно вошел внутрь. Дрожь по телу пронеслась мгновенно. Ло болезненно, тихо простонал, зажмуривая глазки. Тихое извинение со стороны брюнета последовало мгновенно, а в ответ — кивок. Пару минут привыкания, и Никита стал медленно входить полностью. Жар, что лишь недавно стал утихать, вспыхнул новой волной, заставляя выгнуться в спине, вырывая из горла полувскрик-полустон. Берг, слегка нагнувшись, стал расцеловывать чужую шею, что и так была разукрашена метками гетерохромного. Рваный, но непроизвольный стон вырвался из уст нижнего, стоило старшему полностью войти в нутро шатена. Тот выгнулся в спине, а руки сжали и так помятую простынь. Тяжелые, рваные вздохи доносились со рта парня, пока партнер продолжал медленно двигаться. Редкие поцелуи были как успокоение, а касания — отвлечение. Темп, недавно медленный, стал постепенно перерастать в средний. Ранее тихая комната превратилась в место, что стала заполнена чужими стонами и выкрикиванием имени старшего. Ло, что так тщетно старался привыкнуть, почти что извивался на кровати, пока родные касания блуждали по всему телу. Пальцы слегка царапали чужую спину, пока кисти и вовсе вновь не вцепились в простынь. Слишком много ощущений, но слишком мало идей для вымещения этого напряжения, что бушевало внутри. Руки Берга охватили чужие запястья, отчего Ло вновь неожиданно вздрогнул. Гетерохромный поднял чужие руки над головой пассива, не давая вырваться. Именно сейчас этот момент казался каким-то слишком возбуждающим и одновременно приятным. Теперь у Ло нет опоры и нет возможности схватиться куда-то. Всё это, всё происходящее слишком будоражит кровь в жилах. — Гха-ах... Ники-.. — Не успевает младший выругаться, его затягивают в резкий, но желанный поцелуй. Темп, недавно средний, слишком быстро поднялся до быстрого. Выбивая почти что весь воздух из груди. Резкие толчки отзывались где-то снизу живота, а Ло и вовсе погрузился в процесс, забывшись в сладостных ощущениях. Поцелуй разорвали, давая нижнему все же высказать недовольство, от которого его воздержали минуту назад. Разрядка начала поступать всё ближе, а Никита стал ускоряться, принося еще больше ощущений нижнему. Ло, казалось, уже и сам почти что дошел до оргазма, но получить желанные ощущения ему не давали. Никита останавливался, лишь немного дразня. Либо же снижал темп до медленного, от которого хотелось скулить — хотелось большего. Резкие толчки, блуждание рук по телу, укусы и засосы, что были рассыпаны по всей коже — это приносило очень, очень много удовольствия. Столько не от понимания происходящего, сколько от ощущений и возбуждения. Сердце бешено колотилось, а каждая мышца была напряжена до предела. Движения продолжались. Глубокие, чёткие и быстрые. Казалось, миг, и всё это наконец закончится. Пару толчков, и столь желанное наслаждение настигло обоих. Узел внизу живота отступил, а ноги в момент стали ватными. Никита, выйдя из нутра, лег на другую сторону кровати, прикрывая глаза. Тяжелое дыхание нормализовалось лишь через несколько минут, а глаза метнулись на рядом лежащего хакера. — Теперь тело из-за тебя ноет... Мх... — Пробурчал шатен, устраиваясь немного поудобнее рядом с возлюбленным. — Пройдет, не беспокойся. — Шепетом ответил старший, проходясь пальцами по волосам парня. Оба, прикрыв глаза, стали погружаться в царство Морфея, а комната заполнилась тихим сопением. Сможет ли встать Ло завтра или же будет отлёживаться в кровати?.. Это уже будет неизвестно.