Подари мне рассвет

Глава 13 (Райз)

После развода я сотню раз представлял себе, как мы снова встречаемся. Мэтт смотрит на меня, не зная, куда девать дрожащие ладони, в глазах – раскаяние и надежда, что всё будет, как прежде. «Я так по тебе скучал, Райз» - шептали губы. Я тоже по нему скучал, однако шло время, ожидания всё больше походили на несбыточные фантазии, и в конце концов, иллюзии растаяли, как круги на воде. В ленте Фейсбука появлялись фотографии Мэтта с новыми парнями, их было много. Похоже, он решил удариться в отрыв, пока позволяет внешность и слава. Да и стареть, по всей видимости, не собирался. Выглядел свежо, в отличие от меня. Да, морщин на лице пока не было, но я всё чаще ощущал усталость, не только из-за работы. Одиночество – худшее из проклятий. Возможно поэтому меня так взволновал этот оборотень. Но сообщения от Мэтта я не ждал. Столько времени делать вид, будто «нас» не существовало, и объявиться в самый неподходящий момент, чёрт, это так на него похоже! Из воздуха как будто исчез кислород, в горле зудело от сухости, я вышел из аудитории, стараясь не шуметь, и вернулся в машину. «Что случилось?» «Когда ты будешь дома?» «Через десять минут» - ответил я. «Ок. Жду». Я не поверил глазам. Мэтт здесь, в городе? В этом «отстойном городишке», как он любил говорить, «где пенсионеры дрочат на воспоминания о пятидесятых»? Где ему не хватало места на баннерах рядом с рекламой местной газировки и колбасы. Что он здесь забыл? Не приехал же он, чтобы со мной встретиться? Мысль была приятная, но в неё не слишком верилось. И всё же Мэтт был там. Стоял на крыльце, курил, стряхивая на доски пепел. Половик чуть съехал на бок, открывая первую часть слова «трах». Интересно, что он скажет, если, конечно, заметил. Но Мэтт ничего не сказал. Минуты полторы смотрел на меня в упор, в глазах, будто прикрытых линзами, ничего не отражалось. Он изменился – причёска, форма бровей, скулы чуть приподняты филлерами, я видел и раньше на страничках журналов, думал, мне показалось. Но нет – над бывшим хорошо поработал стилист. Это же касалось одежды: голубые джинсы, голубой свитер, бежевая куртка, белые кроссовки. Не хватало только белых крыльев и нимба. Он выглядел лучше, но, как сказала бы Элла, пафосней. Я предпочёл бы старого Мэтта, пусть даже с морщинами на лбу. - Я украду у тебя пару минут, ок? - Ты ехал пять часов ради пары минут, Мэтти? - Я прилетел на самолёте, - хмыкнул Мэтт. Да, конечно же, самолёт. У нас ведь только одна полоса – в частном аэроклубе Беркли, а он жмот, я представляю, сколько Мэтт отвалил за рейс. - Так что же случилось? Я открыл дверь ключом, он скользил во вспотевшей ладони, отказываясь вращаться. Через плечо я чувствовал знакомый запах. «Дэвид Бэкхем. Энерджи». Единственное, что осталось прежним. В доме Мэтт упал на диван, не снимая куртку, схватил пульт и включил камин. - Как же здесь холодно, просто ужас! - Ну так ноябрь, Мэтт. Ноябрь – не такой уж холодный месяц, если верить столбику термометра, однако в это время городок нещадно одолевают ветра. Зато декабрь по-настоящему мягкий и снежный. - Я уже и забыл, - он потянул на себя плед и забрался на диван с ногами, - как же я счастлив, что уехал из этой дыры. Лично я обожаю эту дыру, вместе с ветрами и чудесными пейзажами закатов, когда солнце окрашивало сливочные макушки гор в апельсиновые тона. Раньше мы любили наблюдать за ними с крыши дома родителей, в первые месяцы наших свиданий. Как же всё изменилось. Как изменились мы. - У тебя есть кофе? – спросил Мэтт. - Только я забыл купить молока. - Я теперь пью чёрный, - левый краешек губы пополз вверх, - сам понимаешь, нужно хорошо выглядеть. - С каких это пор можно растолстеть от пары глотков молока? Мэтт проигнорировал колкость. Я вспомнил его последние снимки в журнале: он стоял в обнимку с каким-то сосунком, ему с натяжкой можно было дать восемнадцать. «Культ юности» обязывает. Вот только «юные» рождаются и растут каждый божий день, а Мэтту скоро придётся работать на филлеры и пластику, если не хочет выглядеть рядом с ними, как старый пень, заигравшийся в молодость. Господи! Кому это всё нужно! Мне кажется, самое большое счастье, это когда приходишь с работы, и есть, с кем нырнуть под плед, обняться, поговорить, выпить чашечку кофе с молоком, не считая долбанные калории. И не заботиться о том, как тебя воспримут на фотографии совершенно незнакомые тебе люди. Но мы с Мэттом, к сожалению, из разных Вселенных. Я сварил ему чёрный кофе, себе – залил кипятком какао. От розовато-бежевой жидкости вверх поднимался пар, Мэтт наблюдал за ним откровенно голодными глазами, и молча цедил свой горький кофе. - Так чего же ты хотел? Чашка неслышно опустилась на стол, он высунул из-под пледа ноги в кроссовках. - У меня сейчас не очень хорошо идут дела, Райз. - В каком смысле? Я… Джордан сказал, что ты выиграл совсем недавно. Я едва не признался, что иногда смотрю гонки – так, чисто спортивный интерес. - Этого мало, Райз, - голос Мэтта звучал грустно, - у них сейчас новый фаворит, Сэдди Джонс. - Сэдди? Номер пятнадцать? Ну, я бы не сказал, что он так уж хорош. Правду говоря, он симпатичный, но это всё, что приходит в голову. Пока что побед у него не так уж много. Хотя рекламировали его прилично. - Его дочь родилась без руки, жена снимает ролики, как они учатся есть, одеваться, гулять с собакой. У них четыре долбанных пса и карликовая свинья. Плюс этот новый протез. Они страшно популярны. Знаешь, сколько у Сэдди рекламных контрактов после того, как он снялся с этой своей дочкой? Я видел баннер – улыбающийся папа со счастливой девочкой на руках, экзопротез на переднем плане, от самого плеча. Я не нашёл в этом ничего умилительного. Очень жаль малышку. - Не думаю, что это большое счастье, Мэтт. - Да плевать! Он вовсю пользуется своим ребенком-инвалидом! - Только не вздумай говорить это на людях! - Конечно, нет. Я не идиот! Мэтт взволнованно пригладил волосы, кое-где у корней мелькала седина, ему шло, как ни странно. - Недавно читал о себе на форуме не самые приятные вещи. Ну, что я раздолбай и всё такое. - Меняешь мальчиков, как перчатки, - продолжил я. Я тоже заглядывал на форумы. Там далеко не восторги. - А что в этом такого, Райз? Как будто ты…в общем, неважно. Ты не прав. Это только видимость, для рекламы. На самом деле я пашу, как конь. Если я не на треке, то потею в спортзале. Думаешь, легко даётся такая фигура? Мэтт задрал свитер: на высушенном торсе можно считать все кубики, почти, как на манекене. - И это несправедливо, когда меня задвигают просто из-за того, что людям нравятся такие вот «правильные» ребята. Видимо, имидж секс-гиганта уже не в моде. Либо Мэтт просто поднадоел. Вся эта спортивная популярность живёт недолго, пару лет, и требуют новое лицо. - Чего ты хочешь от меня, Мэтт? - Я хочу, чтобы ты дал интервью. - О чём? – удивился я, - мы ведь с тобой в разводе? - Не о нас - о себе. О своей работе. О жизни в этом сраном городке. - На хрен я кому-то сдался? Мэтт нетерпеливо сбросил плед на пол и вскочил на ноги. Кажется, он волновался, или мне показалось? Глаза непривычно блестели. Точно волновался, даже пот выступил на лбу. На пару мгновений он стал таким, как прежде. Жутко захотелось его обнять. - Неважно! Я пригласил профессионального журналиста. Он сказал, что будет снимать всех, кто так или иначе моя семья. А ты…ты был моей семьёй, Райз. Был…и остался. Мэтт неожиданно оказался рядом, так близко, что я чувствовал дыхание на щеке. Он быстро прикоснулся губами к моим губам – они оказались сухими и чуть шершавыми. Затем шагнул к выходу, отвернувшись, чтобы ненароком не встретиться взглядом, потом за ним скрипнула дверь. Я даже не успел ничего ответить. Кровь бешено стучала в ушах. «был моей семьёй, Райз. Был…и остался» Как же я ждал эти слова когда-то. Ждал…но устал ждать. И сейчас не представлял, что делать. Какао в руках заледенел, покрывшись тонкой плёнкой, когда экран телефона мигнул, всплыли значки мессенджера. Это были Джордан. И Элла. «Завтра мама готовит ужин. Просила передать, что тебя очень ждут. Но должен предупредить: там будет Мэтт». – писал Джордан. «Надеюсь, у тебя завтра вечером есть какие-нибудь дела? Я очень хочу тебя увидеть, но не завтра. Потеряйся куда-нибудь» - это была Элла. Они что – вдвоём сошли с ума? Следом прилетело ещё сообщение – от Мака. «Ты не хочешь моей прошлогодней наливки, Райз?» Из всех трёх сообщений мне больше всего импонировало последнее. Я действительно хотел выпить. Заодно и проснуться, если это всё – сон.