Bad Boy’s Lover | Любовник плохиша

Теперь у него был новый распорядок дня. Утренняя пробежка. Учёба. Драки. Раздразнить Эндрю. Получить от него же мячом по башке на тренировке. Всё началось с невинного. Немного попросить помощи вот тут, случайно коснуться руки вот там, особенно между очередной разделённой сигаретой. Чуть-чуть пофлиртовать и наблюдать за краснеющими ушами блондина и тяжёлым, пристальным взглядом напротив. Не то чтобы Нил делал что-то выходящее за грань, ровно то, что делали обычные парни в дружеском контексте. Ну… почти. Просто теперь в его словарном запасе появлялись новые шутки. Новый флирт. Элитный флирт — услужливо подсказала его ебанутая часть мозга. Блондин парировал. Не уступал, не отводил взгляд. Нилу было весело. А как же его совесть? А вот правильно-натасканная совесть, никогда не грызет хозяина, поэтому вот — Нил наслаждался. Ему было чертовски весело.  Особенно ему нравились моменты, когда обычно стоический Эндрю выходил из себя. По мнению Нила, блондин скорее хотел бы его прирезать, чем поцеловать, но это уже так. Догадки. Теории, пока не подтверждённые экспериментально. Чужая реакция тела его не беспокоила. Если бы Эндрю вдруг перешёл грань — поцеловал его или, что ещё хуже, позволил себе больше — Нил бы смог постоять за себя. Он бы оттолкнул, защитил себя. Это была опасная игра. Тонкая грань, по которой Нил лавировал, оставаясь в состоянии «близко — далеко». Сегодня — улыбка и касание. Завтра — холод и игнор, что работало никак кстати. Нил не боялся Эндрю. Тот не был таким уж опасным, если узнать его чуть ближе. Разобрать детальнее. Привыкнуть к его тишине и резким взглядам. Нилу нужно было заставить его думать о нём. Чтобы тот срывался на игре. Терял концентрацию. Злился. А что будет, если заставить Эндрю думать о нём больше? А что, если Эндрю начнёт видеть его чаще? Особенно Нилу нравилась стратегия демонстрировать своё тело, ненавязчиво, так, между делом. Подтянутые ноги, в которых он был уверен. Движения, растяжка, слишком близко к личному пространству. Он вставал прямо перед носом Эндрю и делал вид, что просто пришёл пообщаться, а тянется тут исключительно потому, что… почему бы и нет? Обычно бесстрастный блондин реагировал до смешного занимательно. Замирал в особенно близкие моменты. Иногда чуть тянулся вперёд, сам не замечая этого. Смотрел своим затяжным, тяжёлым взглядом. Его дыхание порой сбивалось, задерживалось на долю секунды, хотя лицо упрямо сохраняло стоическое выражение. И Нил это замечал. Нил следил за всеми реакциями серьёзным, цепким взглядом и только в те моменты, когда Эндрю выкладывался сильнее обычного на тренировке, позволял себе улыбнуться ему в лицо — своей фирменной улыбкой. Той самой, от которой Эндрю зависал на лишнюю секунду. Особенно Нилу нравилось смотреть на его руки. Интересно, вены под повязками так же выделяются, как на кистях, или там они ещё больше? А мускулистое тело блондина — отдельная тема. Сколько же он выжимал в зале, если даже в спокойном состоянии выглядел так, будто готов разорвать кого-то пополам? Чуть позже Нил вычитал, что позитивная реакция на человека вызывает привыкание. Простая химия, ничего личного. Поэтому он начал покупать ему сладости. На самом деле много сладостей. А что Эндрю понравится, кроме мороженого? Нил почти каждый день таскал ему пакеты с разными вкусняшками: искал лучшее, выбирал вдумчиво, немного экспериментировал. Хотел поймать новую реакцию. Ту, что блондин не сможет скрыть. Сколько мороженого и пакетов «Киндера» перекочевало в руки Эндрю за это время — счёт Нил потерял быстро. Тот только смотрел на него, молча забирал пакет и не спорил. Ни разу. Нилу нравилось наблюдать, как Эндрю нервно теребит кольцо. Или хватается за что угодно — лишь бы занять руки. Лишь бы не выдать себя. Это было так интересно… Когда Эндрю не видел, Нил отворачивался, стараясь скрыть улыбку. Иногда слишком самодовольную. Спустя месяц он понял, что этого недостаточно. Нужно было действовать активнее. Нил ходил и долго думал. Каждый день прокручивал одно и то же. Что ещё может сработать? Нужно было что-то пожёстче. Что-то достаточно задевающее, чтобы у Эндрю не оставалось выбора, кроме как сливать эту энергию на корте. Может нужно организовывать больше контакта кожа к коже? Но как — если Эндрю в любой момент может заехать ему кулаком по морде? Как к нему прикасаться так, чтобы не спровоцировать удар, а реакцию? Как распылить это аккуратно, дозировано, чтобы эффект был сильнее? Нил перебирал варианты и отбрасывал один за другим. И тут его осенило. Ему пришла гениальная идея. Он будет заводить его физически. Так, чтобы Эндрю привыкал к его присутствию. Чтобы Эндрю привыкал к прикосновениям. К тому, что Нил всегда слишком близко и это вроде бы нормально. Лёгкое столкновение бёдрами на диване. Случайное — почти. Небольшое давление плечом, когда садится рядом. Короткое прижатие, когда кто-то толкает их в общей куче. Всё выглядело оправданно. Почти невинно. Эндрю щурил глаза каждый раз, напрягался, замирал, но стойко стоял на месте и не обрывал контакт. Нил чувствовал как тонко сдвигается граница.

◆◇◆◇◆◇

Нил кинул долгий взгляд на руки Эндрю. Они были в общежитии, и никого, кроме них, не было. Они сидели на диване перед телевизором, свет от экрана мягко отражался на их лицах. — Что? — недоуменно спросил Эндрю, прерывая затянувшуюся паузу. Нил медленно приблизил свою руку к его. Она замерла над кистью. Он осторожно, почти перышком, коснулся кончиком пальца поверхности кожи, наблюдая за реакцией Эндрю. Тот замер, перевёл взгляд на их руки, не отводя глаз, следя за каждым движением. Нил загипнотизованно смотрел. — Что ты делаешь? — хрипло спросил вратарь спустя пару секунд, но руку не спешил отдергивать. Нил не ответил. Он медленно провёл подушечками пальцев вдоль выступающей вены вниз. Он всегда хотел это сделать. Действие было предельно осторожным, лёгким, как дуновение воздуха. Медленно ведя пальцы вниз, он чувствовал, как Эндрю едва заметно вздрогнул. Дотянувшись до кончиков пальцев, Нил слегка зацепил чужие пальцы своими, приподнял ладонь, расправив их ладони прямо друг к другу. — Смотри. Твоя ладонь больше моей, — восхищённо прошептал Нил. — … Эндрю смотрел на него тем самым затяжным, оценивающим взглядом. Нил помедлил, а потом медленно переплёл пальцы, слегка сжимая их. В ответ получил ответное сжимание. — Это же считается выше плечей? Пауза. — Ты… — Эндрю моргнул, делая какие-то свои расчёты в голове. Но уши у него всё равно слегка покраснели. — Я не видел, чтобы ты был прям сильно тактильным. А. Точно. Потому что это была ложь. — Так я обычно закидываю ноги на диване на кого-то, когда мы смотрим кино. Обычно на меня руку закидывают. Ну а так, да… Я не очень делаю это на людях, — сказал он, надеясь, что Эндрю поведётся. Наглая ложь. Эндрю сузил глаза. Нил бы в жизни лишний раз не полез к Кевину или Жану, и уж тем более к Рико. … С той ситуации Нил каждый раз организовывал контакт между ними. Совсем невинный, почти случайный, но реакция Эндрю была мгновенной. Казалось, блондин постепенно привыкал — и иногда сам мог тянуться навстречу прикосновениям. Порой Нил ловил ощущение, что Эндрю будто голоден по этим касаниям. Иногда блондин не отпускал его, пока Нилу не приходилось уходить. Нил пробовал новую стратегию, чтобы посмотреть, как скоро Эндрю начнет терять контроль. Он мог немного прижаться ближе к чужому телу, ощущая плотные мышцы сбоку. — Можно потрогать бицепс? — спросил как-то Нил. Ну подумаешь, все «братки» так делают, проверяют чужую силу. Пауза. — Да, — ответил Эндрю, чуть щуря глаза. Нил положил ладонь поверх черной толстовки и слегка сильнее сжал. — Вау, большой, — восхищённо сказал он. — Ты такой сильный, Эндрю. — Нил сделал лёгкий комплимент и мило улыбнулся. Эндрю закатил глаза. — Ты идиот, — послужило ему ответом. Нил слегка рассмеялся, ещё немного поджал руку. Чуть наклонился ближе, потом перевёл взгляд на блондина. Эндрю уже смотрел на него. Нил замер. Взгляд напротив был серьёзный, цепкий, смотрящий на него, как ястреб на добычу. На миг ему показалось, что воздух вокруг заискрился. Нил отпустил мышцу. — Эм… Хочешь тоже потрогать мои мышцы? — выскочила первая мысль, чтобы разрядить напряжение. Блядь. Не то. Он же только хуже сделает. Но это же пустяк, да? Ничего же не будет. Верно? Эндрю прошелся взглядом по нему, потом двинулся чуть ближе. Нил сразу выпрямился и отступил чуть назад. Но почувствовал, как рука Эндрю коснулась его бедра, сделал лёгкий пробный сжим. Эндрю сжал бедро несколько раз. Нил сидел, ждал пока его лапали. Каким все же идиотом он был. … Казалось, Эндрю воспринял его слова про тактильность слишком серьёзно — потому он стал касаться его смелее. Рука могла опускаться на поясницу и слегка направлять его в сторону, иногда приобнимала за талию, чуть прижимая к себе. Рико и Кевин наблюдали с интересом: они знали, что Нил ненавидит, когда кто-то трогает его спину — это его слабое место, и тем более никогда никому такое не разрешает. Не то чтобы Нил хотел, чтобы его так сильно трогали. Но это того стоило. Эндрю стал лучше играть на тренировках и лучше выкладываться на матчах. Нил всё чаще ловил его взгляд сразу, как чувствовал. Правда, теперь он начал немного переживать за своё очко. Всё ли будет хорошо? Игра между ними становилась всё напряжённее. Воздух, пропитанный реакциями Эндрю, становился почти наэлектризованным — каждое прикосновение и каждое движение создавали маленький заряд, который невозможно было игнорировать. Опять же, не то чтобы Нила беспокоила чужая реакция на него — он не интересовался никем в таком плане. Но вот одна проблемка все же была. Это же было не опасно? Продолжать его провоцировать, правда? Правда же?

◆◇◆◇◆◇

Такое ощущение что белую полосу его жизни кто-то снюхал, ведь он не может обьяснить почему его чуть ли не каждый день пиздят. Хотя нет, он знает. Виноват язык, который никогда не умеет молчать. Поэтому Нил стоял, пытаясь дышать. Сложно убегать от ребят с ножами, когда они превосходят тебя по количеству, но нет ничего невозможного. Его немного ранили, но это так пустяк. Он в порядке. Всего лишь один раз полоснули сзади по спине. Ничего серьёзного. Он не был сильно ранен. Он в порядке. Но спина была его слабым местом. Там были шрамы. Старые. Оставшиеся ещё в детстве, когда… Нет. Он не хотел об этом думать. Он был, блядь, слишком близко к панической атаке. Он открыл контакты. Он мог попросить Рико забрать его. Или, в крайнем случае, Жана или Кевина. Он мог бы даже попросить Ваймака забрать его, тот бы точно приехал. Но почему-то рука остановилась над одним конкретным номером. Нил колебался, но все равно нажал на вызов. — … Трубку взяли, но в ответ была тишина. — Хей… у меня тут небольшая проблемка, — начал он сбивчивым, задыхающимся голосом, как после марафона. — Я в порядке, просто… Хриплые выдохи вырывались сами собой. Края сознания размывались, мир терял фокус. Воздуха катастрофически не хватало. — Нил? — Всё правда в порядке… Просто… небольшая царапина… спина… — слова рвались, дыхание окончательно сбилось. — Нил, дыши. По ту сторону трубки послышался звук ключей и быстрые шаги. — … — Дыши. Где ты? — голос стал жёстче, настойчивее. — Стадион. — Ты истекаешь кровью? — … — Нил! — Немного, — выдавил он. — Жди. Скоро буду. Не бросай трубку. Он услышал как хлопнула дверь и звякнули ключи. Нил присел на бордюр и облокотился боком на холодную стену, всё ещё задыхаясь, но не выпуская телефон из руки. Он прикрыл глаза. Мир шумел где-то далеко, словно звук убрали на минимум. Должно быть он чутка провалился, потому что в следующий момент рядом уже был Эндрю. Тёплая ладонь легла на затылок, и Нил впервые за всё это время позволил себе по-настоящему выдохнуть, словно кто-то наконец-то снял с него туго затянутый узел. — Что случилось? — … — Нил, — настойчиво прозвучал голос блондина. Нил помотал головой. — Я могу… просто… можно чутка опереться? — Да. Нил наклонился к нему, упираясь лбом и плечом, глаза уставились в пол. Чужая рука обхватила его за шею крепко, но аккуратно. Нил не думал, что ему это нужно, пока не получил необходимое заземление. — Дыши, — тихо сказал Эндрю ему над ухом. Нил прикрыл глаза. Дыхание постепенно выровнялось. Когда он смог собраться, он сам отстранился первым. Эндрю потянул его на ноги и отвёл к машине. Посадил на пассажирское место боком, а сам опустился перед ним на корточки, доставая воду и протягивая бутылку. Одну руку положил на колено Нила. — Покажи мне спину, нужно продезинфицировать. — Я… не… — Нил пошатал головой. — Что? — Я не… я не хочу. Пауза повисла между ними. — Что я могу сделать? — настойчиво спросил Эндрю. — Отвези меня к Эбби, — сказал Нил после секунды. — …Пожал— — Ненавижу это слово, — перебил его Эндрю. — Не говори его при мне. Никогда. Пауза. — Какое? — недоумённо спросил Нил. — Последнее. Нил моргнул. Потом кивнул. — Ладно. — просто ответил Нил. Нил следил за реакцией напротив и заметил, как Эндрю поджал губы и сильнее сжал кулак на его колене. Секунда и блондин резко выпрямился. Он помог усадить Нила. Когда Эндрю закрыл пассажирскую дверь, Нил повернулся лицом к водительскому месту и подтянул ноги к себе. Машина тихо щёлкнула замками. Он бросил взгляд на того. Эндрю бросил на него еще один взгляд. Бросил привычное: «Пялишься» и завел двигатель и повёз его к Эбби. Во время поездки Нил смотрел на руки на руле, которые мастерски управляли машиной. Выступающие вены на кистях приковывали взгляд, гипнотизировали. Он сам не заметил, как прикрыл глаза. Когда открыл их снова, Эндрю уже смотрел на него. Они приехали. Нил оставил Эндрю в гостиной комнате, а сам пошел с Эбби в отдельную комнату. Когда его подлатали он пришёл обратно. — Эндрю, проследи, чтобы он минимум неделю не играл. Я скажу Ваймаку, — сказала Эбби тоном, не допускающим споров. — Что? Нет. У нас соревнование. Мы не можем проиграть. Я в порядке. Я могу играть, — сразу возразил Нил. Его проигнорировали. — Ладно, прослежу, — коротко ответил Эндрю. После этого он отвёз Нила в съёмную квартиру, которую тот делил со своей свитой. — Порез правда небольшой. Я могу играть, — попытался ещё раз Нил, когда они направлялись в сторону хаты. — Если не большой, то быстро заживёт. Сиди и не рыпайся. — Но мне правда нужно победить. Мы должны пройти в финальный этап, — настаивал Нил. — И пройдем. Твои придурки без тебя справится. — Без меня они разве что в туалет справятся. В ответ получил фырканье Эндрю. — Мне нужна гарантия, — упрямо продолжил Нил. — Ладно, я закрою ворота, если ты не будешь высовываться. Ну, Нил этого и добивался. Но… — Но… — Никаких «но». Эндрю остановил машину и разговор закончился. Они попрощались. Нил вышел и прошёл к подъезду, но всё-таки обернулся. Эндрю всё ещё стоял на месте, ждал, пока Нил зайдёт внутрь. Только когда дверь закрылась, машина тронулась и исчезла за поворотом. Нил вошёл в квартиру. Он безумно хотел играть, но в его жизни никогда ничего не складывается так, как он напрямую планирует. Хотя нет, единственное, что сложилось в его жизни, — это зонтик, и то под ливнем. — Ты где был?! — возмущённо спросил Кевин, дожидаясь его вместе с Рико и Жаном. — Мы так ночную тренировку пропустим. А вот еще один стресс подошёл как по расписанию. — Ну… тут такое дело, — протянул Нил. Нил рассказал им неутешительные новости, чтобы в ответ получить «Что?!» и кучу криков от Кевина и Жана. Рико стоял ржа, а потом подъебывал его. А потом Нил немного расстроенный отошёл в свою комнату. Может, пораньше лечь, чтоли? Хотя по его мнению, раньше он ляжет только в гроб. … Они победили и без Нила. Но Нил всё равно наслушался криков Кевина о том, что он пропускает тренировки. Ой, да, конечно, будто ему самому было в кайф сидеть в сторонке. Он устроился на трибунах и наблюдал за игрой. Последний матч перед зимним сезоном. Перед каникулами. Экзамены почти все сданы, осталось еще две недели до каникул. После матча они шли вместе — Нил, Кевин, Рико и Жан — к их общей машине. До неё оставалось совсем немного, когда их перехватили репортёры с камерами и микрофонами. — Это правда, что ты сын Натана Веснински? — Что послужило сменой имени? Четыре головы повернулись одновременно. Ой, бля. Да начнутся «голодные игры». — Какое это имеет отношение к экси? — с натянутой улыбкой, почти весело спросил Нил. Вопросы посыпались как водопад. Но был один особенный. Который ударил сильнее.  — Правда ли, что ваша мать, известная актриса, замешана в скандале с подкупом роли? Ух. Бля. Вот это было зря. — Не злите меня я и так не знаю куда трупы прятать. Тишина. Краем глаза Нил заметил, как ребята побледнели. — Шучу я, шучу, — добавил он. — Мест ещё много. — Ой бля… — отчаянно вырвалось у Жана. В ту же секунду Рико ринулся к Нилу, пытаясь закрыть ему рот, а Кевин с Жаном шагнули вперёд, встали между ним и журналистами с вымученными улыбками. — Он не это имел в виду… — Это была неудачная шутка… Нил краем глаза заметил движение. В их сторону шёл Эндрю. А за ним остальные Монстры. — Что тут происходит? — угрожающим тоном спросил Эндрю и потянулся за ножами. Кевин тут же оказался рядом с ним, понижая голос и быстро что-то объясняя, пытаясь успокоить. И тут прозвучал ещё один вопрос. У них что ли девять жизней в запасе? — Это правда что вас похитили в детстве и родители вовремя не взяли трубку? Ребята замерли. Рико, Кевин и Жан посмотрели в его сторону как будто никогда не видели. Эндрю кинул на него заинтересованный, длинный взгляд. Ники рядом тихо охнул. Даже Аарон выглядел… вовлечённым. Перед глазами Нила вспыхнуло красное. Ох. Зря, очень зря.  Он был зол. Пиздецки очень сильно, сука, зол. Как они, блядь, это узнали? Рико от удивления ослабил хватку, буквально на долю секунды, но этого хватило. Нил резко вывернулся вперёд. — Значит я понял, ты кусок говна, — начал он пугающе спокойным голосом. — Как говорится большая часть нашей планеты покрыта водой, а вот остальная вот такими как ты — дебилами. Что доказывает, что ты не журналист и даже не провокатор — ты просто тупой уебок, которому нечем заполнить собственную жизнь. Поэтому ты лезешь в чужую, как в помойку, надеясь вытащить хоть что-то, что даст тебе ощущение значимости, — камеры продолжали записывать, никто не перебивал. — У тебя нет ни принципов, ни границ, ни тем более таланта — только микрофон и патологическая потребность быть замеченным. Самое жалкое в тебе даже не отсутствие профессионализма, а то, как старательно ты маскируешь свою пустоту под «интерес публики», — он наклонился ближе. — Но правда в том, что без чужих скандалов ты — никто. Пустое место с диктофоном. Ты… — Нил! — одновременно рявкнули Кевин и Жан, вцепляясь в него с двух сторон. — Ебаный засранец… — Рико покачал головой, не впечатлённый, почти привыкший к такому за годы их общения. — Охуеть… — почти благоговейно прошептал Ники. — Пиздец, — Аарон покачал головой, явно впечатлённый, но не удивлённый. Эндрю сжал кулаки сильнее и потом уверенно двинулся вперёд. — Эндрю, положи ножи! — запищал Ники. — Съебались нахуй, — произнёс он спокойно, почти лениво, — пока я… … После угрозы ножей репортёры ретировались с поразительной скоростью. Камеры опустились, люди рассыпались. — Как думаете, они напишут об этом в новостях? — Жан оглядел опустевшую парковку. — Скоро узнаем, — сухо отозвался Аарон. — Может, стоит предупредить тренера? — неловко улыбаясь, предложил Ники. — И как именно мы это скажем? — устало спросил Кевин. — Просто напиздим, скажем, что не виноваты, — пожал плечами Нил. — Гений, — ухмыльнулся Рико. — Это по телевизору показывать будут. Нил прищурился. — Тогда отвлечем тренера от просмотра новостей и статей. Отправим Кевина к нему на недельку домой. — Эй, — возмутился Кевин. — Почему сразу я? Рико, Нил и Жан переглянулись и синхронно выгнули брови, как бы намекая, чей это в конце концов отец (и почему ты до сих пор не рассказал?). — Неважно, — буркнул Кевин, явно прочитав их мысли. — Мне уже интересно, — весело протянул Ники. Аарон фыркнул, не скрывая веселья. — А если не прокатит? — скептически уточнил Жан. Нил усмехнулся, привлекая к себе взгляды. — Тогда используем следующую стратегию, — уверенно заявил он. … Чуть позже, тем же вечером, Нил стоял перед тренером. Ваймак медленно перевёл взгляд с него на свиту и «монстров», столпившихся за спиной. Те увязались следом исключительно из спортивного интереса, посмотреть на эту локальную трагикомедию в одном акте. — Эм… тренер? — начал Нил и сразу понял по лицу Ваймака, что выбрал неудачный тон. — Простите… Пауза. Ваймак вздохнул. — За что ты извиняешься? — спросил он. — Что вы, придурки, сделали? Нил неловко улыбнулся. — Скоро узнаете, — ответил он. Неделю спустя. — НИЛ ДЖОСТЕН! А НУ БЫСТРО В МОЙ КАБИНЕТ! — голос разнёсся по коридору так, что даже стены, казалось, вздрогнули.