Bad Boy’s Lover | Любовник плохиша

Впервые он услышал о нём от своих сокомандников где-то на втором семестре обучения. Те ребята были полностью отбитые на голову — по-другому язык не поворачивался их назвать. Харизматичные детки богатых родителей, которым повезло не только с внешностью, но и с талантом, словно сошедшие с клишированных образов «золотых мальчиков». Эндрю не понимал, что они забыли в таком непрестижном месте, как колледж Пальмето, если могли поступить буквально куда угодно. Впрочем, его это не особенно волновало — главное, чтобы они не втягивали его семью в неприятности, не предлагали наркотики и не трогали его самого. Поэтому он сразу обозначил границы: пригрозил ножом, чтобы не совались куда не следует. И всё же от них постоянно ускользало одно и то же имя — настолько часто, что Эндрю поневоле заинтересовался. Они словно сверялись с неким невидимым эталоном: как бы поступил Нил Джостен, как бы он вышел из ситуации или, наоборот, завёл бы их ещё глубже в опасность. Эндрю понял ещё тогда: у них есть лидер, недостающая часть, которая должна сложиться в пазл и сделать эту компанию сплочённее и, возможно, опаснее. Эндрю знал, что этот парень поступит в их колледж в следующем году, знал, что тот будет таким же отбитым — если не хуже, — поэтому заранее готовился: на случай встречи держал ножи поближе, чтобы усмирить будущий ураган. Вот только Эндрю никогда бы не подумал, что именно этот мальчишка перевернёт всю его жизнь вверх дном, разделив её на «до» и «после». До того, как всё произошло, Эндрю понятия не имел, как выглядел этот таинственный парень — но не самые лестные представления о нём уже сложились. И всё же он не ожидал, что не узнает его сразу, когда увидит. Этот парень ворвался в его жизнь ярким пятном — в обычно ровном, почти бесцветном мире Эндрю. Эндрю бы и подумать не мог, что тот самый новенький — парень в совершенно обычной одежде, до ужаса харизматичный, умный и непозволительно красивый ублюдок, полностью во вкусе Эндрю, — и окажется тем самым Нилом Джостеном. В тот момент Эндрю всего лишь помог симпатичной мордашке отбиться от задир колледжа — и не более. Он даже не думал ни о чём особенном. Просто солнце внезапно высветило лицо этого мальчишки, подчёркивая до неправдоподобия светло-голубые глаза, рассыпаясь золотыми бликами в медных локонах. Словно само совершенство искусства вдруг предстало перед Эндрю в живом подобии. И вот тогда тот открыл рот. Какой же у него был язык. Эндрю ощутил это почти физически — как будто оказался на самом краю обрыва. И совершенно ясно понял, что стоит этому красивому мальчику улыбнуться ему, и он сорвётся вниз без малейшего шанса удержаться. На долю секунды сознание предательски подкинуло абсурдную, совершенно непрошеную мысль: если бы тот прямо сейчас, с первых слов, предложил ему отсосать, согласился бы он или испугался бы? Чёрт возьми, Эндрю был слишком гей, а этот мальчик слишком идеален. Неожиданная, почти болезненная волна гей-паники накрыла его так резко, что воображение тут же дорисовало всё остальное, и он почувствовал, как даже уши предательски наливаются жаром. Он не выдержал: просто оборвал разговор и почти позорно сбежал — слишком быстро, чтобы не поддаться внезапному искушению, внезапному желанию, чтобы не спросить о большем. К сожалению, сбежать от желания оказалось куда сложнее. Оно осталось внутри — навязчивое, зудящее, глупое. Хотелось найти этого паренька снова, прощупать почву, получить отказ и убедиться, что это просто очередная несбыточная фантазия, и закрыть вопрос. Но он не ожидал, что желание исполнится так быстро: этот парень сам его нашёл. Вот только, увы и ах, радость длилась недолго — ровно до того момента, пока Эндрю не заметил, рядом с кем тот стоит. А затем сложил два плюс два: эта проклятая несбыточная мечта, идеальный типаж Эндрю с головы до пят, был тем самым Нилом Джостеном, главой свиты. И тогда Эндрю впервые почувствовал жуткий, почти болезненный укол разочарования. Но, блядь. К сожалению, сердцу не прикажешь, и взгляд Эндрю всё равно снова и снова цеплялся за него. Просто чтобы рассмотреть. Ничего лишнего, вы не подумайте. Нил был неприлично красив, остроумный, горячий — особенно когда Эндрю впервые увидел его на тренировке в спортивных шортах, видя мощные мышцы бёдер, округлые, напряжённые ягодицы, тело, двигающееся с хищной лёгкостью. Блядь. Эндрю тогда всерьёз подумал, что у него встанет прямо там, посреди поля. А потом они встретились на крыше, и начали играть в «правду», потому что Эндрю вдруг стало очень любопытно — самое обычное любопытство, не более — узнать о нем больше и использовать это. Нил не сходился. Он ловко манипулировал вниманием толпы, уводил разговоры от опасных тем, подбрасывал ложь там и здесь, путал людей словами — особенно тех, у кого слабая память или рассеянное внимание. Казалось, даже его собственная компания периодически попадалась на его сладкие уловки. А ещё он почему-то переодевался отдельно от всех. Сплошная загадка. Он был пазлом, который не складывался, под каким углом ни смотри. Математической задачей без решения. И от этого в Эндрю рождалось жуткое, совершенно ему не свойственное желание — разобрать его на части, слой за слоем, докопаться до правды. Особенно он стал ещё интереснее, когда понял, что Эндрю видит его ложь, читает как открытую книгу. Тогда Нил начал избегать его — уходить раньше, исчезать из поля зрения, словно догадывался, что Эндрю не ведётся на его речи. Поэтому Эндрю стал наблюдать за ним ещё пристальнее, выжидая момент, когда сможет вывести его на чистую воду. Иногда Нил ловил его взгляд, но, к удивлению Эндрю, не отворачивался, смотря прямо, как ястреб своими гипнотическими светло-голубыми глазами, будто всматриваясь в самую душу, словно читал всё, что прятал и сам Эндрю. И тогда предательское тепло вспыхивало даже в кончиках его ушей. Господи, какой же он всё же гей. Вы не подумайте ничего такого, он не надеялся на что-то большее, осознавая, что они с разных миров — ему просто было интересно. Это было обычное любопытство. Обычное желание переспать с ним один раз и выбросить из головы. И всё. Ничего сложного, ничего серьёзного. Чтобы быстрее закрыть вопрос, Эндрю взял его номер. Просто из практических соображений, чтобы не затягивать надолго. Эндрю знает: ему либо откажут, либо согласятся и Эндрю успокоиться, закроет навсегда этот вопрос. Эндрю прекрасно понимал, что Нил не в его лиге. И потому почти уверенно мог предсказать отказ. Хотя где-то очень глубоко… он всё же надеялся, что ему дадут хотя бы шанс.

◆◇◆◇◆◇

Они сидели с Аароном на трибунах. Тот рассказывал что-то незамысловатое — какие-то интересные факты из медицины, как обычно делясь своим увлечением с Эндрю, прекрасно зная, что тот, даже не слушая, всё равно всё запоминает. Эндрю смотрел в одну точку, пока не почувствовал знакомый запах одеколона. Он повернул голову в сторону проходящего мимо, чтобы убедиться, кому именно тот принадлежит, и, узнав, проводил фигуру взглядом, медленно скользя глазами по его суперкоротким шортам. — Так бы и завалил, — вырвалось у Эндрю почти неслышно, больше себе под нос, но Аарон всё равно уловил. — Что? — Аарон проследил за направлением его взгляда, откинулся на спинку лавки и понимающе хмыкнул. — А, ты об этом. Его проклятый язык порой несёт такую чушь, что реально хочется вьебать разочек от раздражения. Я вообще не понимаю, как ты с ним иногда разговариваешь. Но если ты вдруг его стукнешь — я тебя по-братски прикрою. Эндрю снова прошёлся взглядом по удаляющейся фигуре, совершенно не слушая Аарона. У Нила была такая совершенно-неприлично сочная попа из-за тренировок. — Стоп. Эндрю? — пытался Аарон обратить внимание обратно на него. — Ты же про драку, да? А бёдра. Господи. Такие, что их хотелось укусить. Схватить. Утащить. Унести к себе в кровать и делать с ним всякие совершенно непристойные вещи, пока тот не начнёт задыхаться и молить одновременно. — Про драку же, верно? Эндрю! Краем уха Эндрю слышал, что Аарон что-то говорит, но его взгляд намертво прилип к Нилу. Тот остановился на поле и начал разминку — медленную, тягучую, убийственно соблазнительную. При каждом наклоне и растяжении шорты натягивались под идеальным углом, подчёркивая рельеф мышц ног и движение напряжённых бёдер. Рядом Аарон что-то недовольно пробурчал и заныл в голос.

◆◇◆◇◆◇

Если бы Эндрю спросили, что именно в Ниле начало нравиться ему как в личности — и нет, вы не подумайте ничего такого, это совершенно не про романтику, — то он бы без колебаний назвал одну вещь: его деловой подход к просьбам. Нил почти всегда сначала обозначал условие, а уже потом просил что-то. И, к сожалению для Эндрю, поскольку Нил был слишком красивым мальчиком, буквально стопроцентным попаданием в его типаж, он не мог ему отказать и соглашался почти на всё. Разумеется, для приличия он каждый раз недовольно бурчал, создавая видимость сопротивления. А потом Нил предложил покурить «изо рта в рот», и Эндрю улетел в стратосферу. Он правда надеялся, что это закончится поцелуем, но Нил почему-то отстранился раньше, чем их губы соприкоснулись. И вот тогда возник вопрос: замечал ли Нил вообще реакцию Эндрю, или делал всё это, не придавая значения? В этом плане Нила было невозможно прочитать. Загадка снова не сходилась. Сначала Эндрю решил, что тот гей — уж слишком специфичным был этот своеобразный флирт, — но при этом Нил не проявлял ни явного интереса, ни поведения, которое Эндрю привык считывать у геев. Что-то упорно не совпадало. Эндрю слишком долго жил, разбираясь в людях и их мотивах, чтобы лезть напролом: здесь нужно было действовать осторожно, иначе можно либо нажить себе врага, либо разрушить ту хрупкую связь, которая уже существовала между ними. С этого момента весь фокус его внимания сместился на одно: понять чужую ориентацию. Он начал с простого — наблюдал. Там, здесь, между делом. Смотрел, как Нил ведёт себя с разными людьми, как реагирует на прикосновения, на шутки, на флирт. Но под каким бы углом Эндрю ни рассматривал, прочитать его не получалось. Нил не подпускал к себе близко ни девушек, ни парней, но при этом спокойно принимал прикосновения Эндрю. Он однажды сказал, что тактильный, однако Эндрю ни разу не видел, чтобы тот сам тянулся к кому-то — даже к собственной свите. Несоответствие. Ошибка. Он совершенно ясно видел, что Нил не просто не отвечает на обычный флирт от незнакомцев — порой складывалось впечатление, будто он искренне его не замечает. И Эндрю бесило то, что он так и не смог понять его до конца. А потом в какой-то момент Нил стал… очень странным. И слово «странный» едва ли покрывало весь тот набор действий, который он начал демонстрировать именно по отношению к Эндрю. Он первым подходил, первым звал, помогал по мелочам, постоянно касался — легко, будто невзначай, — а ещё выдавал фразы, подозрительно похожие на вывернутый, замысловатый флирт. Причём такой, что обычный человек на подобные подъёбы просто врезал бы ему в лицо. Но Нил каждый раз говорил это с абсолютно невинным выражением — и тут же ускользал, словно ничего особенного не произошло. Eror с системе Эндрю. Ошибка. Провода не сходятся. Контакты не совпадают. Сигналы противоречат друг другу. Что, блядь, вообще происходит? Что между ними творится? Он только больше запутывал Эндрю, а Эндрю, как дурак, покорно плёлся в чужие сети, потому что теперь стало интересно: пытался ли Нил таким странным, своеобразным образом подружиться с ним, или всё же это был флирт. Так чего же он хочет от Эндрю? Эндрю решил наблюдать и не вникать слишком глубоко, надеясь, что рано или поздно всё разрешится само собой. Не то чтобы ему не нравилось происходящее — по секрету наоборот, всё это ему очень даже нравилось. Кто бы мог возразить, когда за тобой бегает красивый парень, к которому ты ещё и проявляешь интерес? Пф, Эндрю точно не влюблён, вы не подумайте. Его уши краснели и нагревались только из-за этого, а дрочил он в душе исключительно из-за привлекательного личика Нила — уж точно не из-за его остроумных, но порой тупых подкатов, и писал он ему не потому, что соскучился — уж разочарую вас, но нет — а потому, что это было скорее стремление понять и разгадать его получше. Тем более как тут не хотеть разгадывать, когда этот убегающий от него месяц парень вдруг резко начал приставать, тренироваться и разминаться прямо перед ним. И если Эндрю порой приходилось стоять с красными ушами, скрывать стояк и бороться с внезапной гей-паникой, то всё это происходило исключительно из-за мордашки Нила, уж точно не из-за чего-то ещё. Но поведение Нила оставалось загадкой. Так он гей или нет? Итак, Эндрю мысленно сделал ставку. Нил оказался ещё страннее, чем он предполагал: он внезапно начал задаривать его подарками, угощать сладостями, проявлять заботу необычным образом. Что это блядь? Это был флирт? Новая попытка подружиться? Или просто способ подкупить? Он постоянно покупал ему что-то, и не просто немного, а невероятно много всего — так много, что Эндрю и во сне такого не видел. И что теперь думать? Никому Нил не уделял такого внимания и такого отношения, как ему. Возможно, вы подумаете, что у Эндрю просто завышена самооценка и его эго придаёт слишком большое значение этим знакам внимания, но нет — это было не так. Или, может, это просто норма для богатых детишек, такая их манера дружбы? Поэтому Эндрю решил наблюдать дальше и понять, что будет делать Нил в следующий раз. Пока что ему всё нравилось, хотя это оставалось строго по секрету. Конечно, от неожиданного поцелуя он бы не отказался. Даже от дальнейших действий, если честно, тоже. Но вы не подумайте ничего такого: он принимал подарки не потому, что сдавался чужому ухаживанию, а просто, чтобы это добро не пропадало зря, тем более что оно было бесплатно. А потом Нил начал искать больше поводов, чтобы его потрогать и полапать. Особенно он замечал чужой взгляд на своих бицепсах и венах. Порой Эндрю ловил себя на мысли, а мог ли Нил быть геем и просто ещё не осознавать этого? В любом случае, он продолжал наблюдать, стараясь не вмешиваться, но внимательно фиксировал каждое движение, каждое действие, каждую мелочь, которая могла раскрыть настоящие мотивы Нила. Этот странный парень, который ему нравился, проявлял к нему эти чудаковатые ухаживания, и Эндрю был этому не против. Сам он тоже иногда позволял себе слегка потрогать Нила бонусом, особенно пока была возможность. Но это было чисто любопытство. Он помнил, что Нил явно не в его лиге, ясно. Просто нужно было узнать, что Нил думает об этом, потом раз и навсегда переспать с ним, закрыть тему и забыть его. Легко. Он явно не был влюблён и точка. Правда, теперь, когда Нил стал его прямо дразнить, когда постоянно вмешивался в его пространство и намеренно поддразнивал, раздражение росло так сильно, что Эндрю срывался на тренировках, запуская мяч прямо в голову Нила, чтобы тот прекращал его бесить. Их отношения постепенно набирали странные обороты. То Нил флиртовал, то отстранялся, словно специально, заставляя Эндрю теряться и не понимать, что происходит на самом деле. Однажды Нил открылся для него с другой стороны — очень уязвимой. Они прижались друг к другу, и Эндрю пытался его успокоить. А Нил посмотрел на него таким странным взглядом, от которого рука Эндрю потом непроизвольно опустилась в шорты, когда он остался наедине. Но Нил вел себя так только тет-а-тет. И именно тогда к Эндрю стали подкрадываться странные, совершенно непривычные мысли. Просто иногда было такое ощущение, словно он стал его тайный любовником. А потом наступила зима. Нил подбирался всё ближе и ближе, словно просачиваясь прямо под кожу, оставляя свой след в мыслях и ощущениях Эндрю. Они решили провести спарринг, и в какой-то момент чуть не поцеловались прямо во время рукопашного боя. Этот идиот, видите ли, нашёл это ужасно забавным. Его улыбка буквально добила Эндрю, и у него позорно встал — уж простите, но напряжение было настолько сильным, что он не мог сдержать тело. И когда они действительно чуть не поцеловались, Эндрю понял, что попал. Теперь это было не просто любопытство или игра разума — он влюбился. И это чувство оказалось настолько настоящим и ошеломляющим, что переполнило его полностью, оставив шок и тревогу. А потом были зимние каникулы. Одна грёбаная кровать с Нилом на двоих. Что это вообще за извращённая игра на самоконтроль? Нил, конечно же, находил приключения на свою задницу даже там, где их не могло быть. Особенно когда за ними внезапно погнался медведь, заставив Эндрю на целую секунду задуматься о том, чтобы бросить курить. Впрочем, это была исключительно сиюминутная мысль, рождённая адреналином и паникой, а не каким-то там желанием заботиться о здоровье. А потом у Эндрю начался какой-то личный «хэппи-хаус», по-другому это не назвать. Нил просто пришёл, лёг в кровать и попросил его обнять. Сказал это так естественно, будто это было самым нормальным действием на свете. Эндрю сначала решил, что ему причудилось, но нет — Нил недовольно промычал, когда тот не отреагировал сразу, и Эндрю, всё ещё не веря происходящему, придвинулся ближе и обнял его. Просто так. Будто они встречаются уже больше года и каждую ночь засыпают в обнимку. Говорил ли Эндрю, что в такие моменты он чувствовал себя тайным любовником? Потому что ощущение было именно таким. А потом они чуть не переспали. И, конечно же, у Эндрю были принципы: он бы не сделал этого с пьяным человеком, который даже не осознаёт собственную ориентацию. Этот идиот, между прочим, заявил, что всегда знал, что Эндрю гей. И вот тут Эндрю окончательно перестал понимать: если Нил знал, то что тогда было между ними всё это время? Если он знал и при этом не переводил их отношения на другой уровень, значит ли это, что Эндрю просто закинули во френдзону? Или, что ещё хуже, с ним всё это время играли? Он правда хотел поговорить с Нилом серьёзно. Но потом узнал, что тот асексуал. И тогда все предыдущие действия вдруг стали выглядеть иначе — как будто это действительно была странная, криво выраженная попытка подружиться. Да, конечно, можно списать странности на алкоголь — все мы под ним ведём себя не лучшим образом. Значит, Нил не соврал, когда говорил, что он просто тактильный? А всё остальное — лишь помутнение рассудка? Эндрю даже переспросил напрямую, асексуален ли он. И Нил подтвердил. И тогда Эндрю окончательно заметался, осознавая, что этот красивый мальчик, скорее всего, всегда видел в нём только друга. И да, Эндрю знал, что Нил не в его лиге, но он не ожидал получить отказ вот так. Впрочем, так было даже менее обидно. Поэтому, когда они лежали рядом и у Эндрю снова встал, он понял, что пора отпускать Нила. Ему придётся довольствоваться тем, что у них есть — чем-то вроде дружбы. Эта затея с самого начала не имела будущего. Они из разных миров. И, тем более, с разной ориентацией. План казался простым: Эндрю просто остынет, переживёт это и потом сможет продолжать дружить с Нилом, как раньше. И Эндрю действительно начал отстраняться. Но даже здесь Нил умудрился разрушить все его планы. Он почему-то стал невероятно импульсивным, максимально странным и неловким, словно потерял привычную уверенность. Там, где обычно был мастером слова и легко попадал в нужные выражения, теперь он тупил и попадал в совершенно нелепые ситуации. В один момент Эндрю подумал, что у Нила может быть аневризма, особенно когда тот то не моргал, то резко моргал, то странно ходил, то стоял с открытым ртом и обрывал свои действия на полуслове. Эндрю действительно хотел подойти к нему и спросить, не сошёл ли Нил с ума, может, он случайно ударился головой или его огрели лопатой враги, но потом всё как-то вернулось в норму, и Эндрю постепенно забыл об этом эпизоде. После одного случая Эндрю начал понимать, что с ним играют. Каждый раз после того, как Нил дарил что-то, он обязательно упоминал экси. И это повторялось каждый раз — каждое дразнение, каждая мелочь складывались в единую картину. Эндрю понял, что Нил словно специально создавал моменты, которые держали его в напряжении и одновременно подогревали интерес. Эндрю был потерян и зол. Но он хотел прояснить ситуацию, хотя подтверждать свои догадки не спешил. А потом Нил привёл его в потрясающий дом в самом элитном районе и заявил, что купил ему «небольшие подарочки». Вы понимаете, да — НЕБОЛЬШИЕ. Такие мелочи, которые Эндрю мог бы позволить себе сам каждый день. Пф, ничего особенного, просто дружественный жест внимания. Но, сука, он подарил чертову Мазерати — машину мечты Эндрю с подросткового возраста. И это было не всё. Затем Нил подарил ещё и дом — целый блядский пентхаус в элитном районе, оформленный на Эндрю с документами. А потом за просмотром фильма, когда Эндрю приходил в себя, Нил полез к нему и начал целовать шею. Вот уж хитрый лис, он всё же помнил про самое слабое место Эндрю. Эндрю разозлился — и в тот момент просто сорвался. Они переспали, поговорили и, как ни странно, так начались их отношения.

◆◇◆◇◆◇

А сейчас Эндрю лежал на их просторной кровати в их доме, с Кингом у ног и Сэр рядом. Да, они снова не смогли пройти мимо очередного котенка. Полное имя — Сэр Толстый Кот МаккКэттерсон. Они нашли этого котенка недалеко от дома и решили взять его с собой, потому что пройти мимо было невозможно. Теперь у них было два кота, для которых они даже выделили отдельную комнату. Нил спал рядом, спиной повернутый к Эндрю, и тот сомкнул руки сильнее, обнимая его крепче, ощущая чужие мышцы под своими ладонями. Эндрю осторожно поцеловал его в затылок и почувствовал, как Нил проснулся. Медные волосы защекотали лицо Эндрю, он вдохнул родной запах. Этот мальчик давно занял особое местечко в сердце Эндрю. Эндрю перевёл взгляд на открытое окно. Жарко. У них начались летние каникулы, и его умный, но всё же глупый парень с невероятными светло-голубыми глазами придумал, что всей командой нужно устроить ещё одно «сплочение». В рот ебал Эндрю такие мероприятия. Двенадцать человек каждый день. Мало того, что он видит их противные рожи на корте — кроме Нила, конечно — так ещё и на каникулах придётся терпеть их общение. Ну уж нет. Эндрю собирался отказаться сразу, но Нил оказался весьма убедительным. Особенно когда пообещал купить ему ещё несколько пакетиков дорогого мороженого, свозить в интересные места и подарить Би, его маме, кучу разных подарков. Ради Би он и согласился, но отношения между ними были не такими — вы не подумайте там. Хотя Эндрю сначала переживал из-за большой разницы в статусах, Нил снова и снова доказывал, что его это совершенно не волнует, оставаясь на одной волне с Эндрю. Он даже убедил, что отец Эндрю не станет проблемой, и как Нил будет это тому сообщать — Эндрю бы послушал. Конечно, иногда его придурковатый парень проявлял полное непонимание в некоторых вещах, особенно там, где нужно держать рот на замке, но это казалось небольшим побочным эффектом всех его дозволенностей и обаяния. Ведь его харизма была настолько сильна, что любая мелочь теряла значение. Сегодня у них начались летние каникулы — Ваймак был необычайно рад, казалось, даже больше, чем в прошлом году. А уже завтра они должны были отправиться в Европу вместе с Лисами. — Дрю… — простонал Нил, проснувшись и повернувшись к нему, лениво чмокнув Эндрю в губы. — Сегодня наконец-то едем. Готов к приключениям? Эндрю устало вздохнул, наблюдая за хитрым блеском в чужих глазах. — И что ты уже задумал? — спросил он. — Да так, просто небольшая прогулка по секретным местам, о которых мне поведал папаша, — ответил Нил, лениво развалившись на подушках. Эндрю выгнул бровь, не скрывая удивления: — Ты с ним помирился? — Ну… скажем так, карточку он снова разблокировал. У нас всегда такие перепалки, так что я уже привык. Просто посмотри на меня, — он указал пальцем на своё лицо и игриво поморгал. — Разве можно мне отказать? Эндрю моргнул, глубоко выдохнул и покачал головой в отрицании. Хитрый лис. Эндрю, как никто другой, знал, насколько невозможно отказать этому мальчику. И дело было не только во внешности. Он уставился на улыбку Нила, наблюдая, как тот завороженно смотрит в ответ. Должно быть, Нил заметил голодное желание Эндрю, потому что улыбка с его лица медленно исчезла, а сам он наклонился, чтобы поцеловать Эндрю снова — на этот раз глубже, настойчивее. Руки Нила скользнули по белоснежным волосам Эндрю, осторожно рассыпая локоны между пальцами. Эндрю сильнее обхватил его за талию, направляя ближе к себе, а затем углубил поцелуй, добавляя язык, чувствуя, как желание внутри только растёт. Рука Эндрю осторожно скользнула ниже, обхватив ягодицы Нила, чувствуя тепло и плотность, и он полностью отдался моменту, понимая, что этого ему всегда будет мало. Нил простонал, прикрывая глаза от наслаждения, когда Эндрю настойчивее прошёлся языком по внутренней стороне рта. Наблюдая, как быстро зрачки Нила расширяются, а радужка словно поглощает свет, Эндрю почувствовал ту самую волну тепла, которая всегда появлялась, когда он видел явное обожание и желание в чужих глазах. Они целовались какое-то время, в полной отдаче, Эндрю осторожно и внимательно скользил руками по телу Нила, нежно проводя по коже, изучая каждую реакцию. В какой-то момент он ухватился за тело, подогнул Нила под себя и навис сверху, чувствуя, как дыхание Нила учащается. Его взгляд скользнул по руке Нила, которая пробежала по его бицепсу, и это заставило Эндрю ещё сильнее погрузиться в момент. Он начал целовать шею Нила, медленно спускаясь по линии плеча, отмечая каждую дрожь, каждое непроизвольное движение тела, наслаждаясь всеми микрореакциями. Нил выгнулся под ним, крепче переплетая руки на шее Эндрю, словно стремясь к ещё большей близости. Это сводило Эндрю с ума, его сильно вело от этого. Он всегда кайфовал, когда Нил прижимал его ближе, искал его присутствия, дрожал в его руках, полностью отдаваясь контакту. Собственную руку Эндрю опустил ниже, сжимая бедро Нила, чувствуя тепло и плотность, и наслаждаясь тем, как каждый жест, каждое прикосновение усиливало близость между ними, делая момент одновременно сладким, напряжённым и непреодолимо захватывающим. Стояком уперся в чужой, Нил под ним простонал, выгибаясь ещё ближе. Эндрю любил смаковать Нила часами, разбирать каждый кусочек, каждое движение, наслаждаясь вседозволенностью над потрясающим телом человека, которого он планировал оставить в своей жизни навсегда. За время их отношений они с Нилом перепробовали очень многое, включая минеты, от которых глаза Эндрю закатывались на лоб, секс с проникновением, когда ток удовольствия пробегал по всему хребту, а также игрушки, от которых Эндрю заводился, наблюдая за нетерпением и ерзаньем Нила. И это был только небольшой список — было ещё множество других способов доставить друг другу наслаждение, каждый из которых оставлял неизгладимое впечатление. Только вчера они занимались умопомрачительным сексом с проникновением, хотя делали это нечасто, предпочитая иногда более быстрые и безопасные способы разрядки. Эндрю даже однажды попробовал роль принимающего, что позволило ему полностью понять восторг Нила и осознать, что он не против повторить такой опыт в будущем. Сейчас Нил был удобно растянут, а до отлёта ещё оставалось время, поэтому Эндрю растягивал его снова, зная, что во время путешествий будет мало моментов, чтобы насладиться друг другом без спешки. Эндрю медленно опустился по дорожке вниз, целуя тело Нила, постепенно продвигаясь всё ниже, изучая каждую реакцию, каждую дрожь, наслаждаясь моментом и предвкушая продолжение. — Да или нет? — спросил он тихо. — Да… — вырвался вздох у Нила, дрожащий и полный ожидания, подтверждая, что Эндрю полностью контролирует момент и внимание его партнёра. Эндрю полностью разбирал Нила на части, используя руки и рот, но доводил его лишь до края, намеренно не давая закончить, чтобы подразнить и возбудить его ещё сильнее. Он наслаждался каждой микрореакцией Нила — дрожью, тихим стоном, едва уловимым вздохом — чувствуя, как это поднимает градус собственного желания. В ответ тот возвращал услугу своими ртом, пока Эндрю осторожно растягивал его для большего, просто на всякий случай, не спеша, наслаждаясь каждым моментом. Когда Нил стал особенно нетерпеливым, Эндрю аккуратно вошёл в него, закрывая глаза от приятных ощущений и опускаясь на локти сверху, чувствуя его под собой. Нил переплетал руки, прижимая его ближе, и Эндрю ощущал, что быть внутри Нила приятно не только физически. Хотя изначально они не отличались особой нежностью, Эндрю заметил, что Нил любит обниматься, поэтому позволял себе наслаждаться этой хрупкой, приятной слабостью. Они цеплялись друг за друга, и Эндрю знал, что чем больше он стонет, чем больше проскальзывает тихих стонов Нилу на ухо, тем сильнее тот заводится, воспламеняется моментально, словно спичка. Сердце Эндрю билось учащённо, тело наполнялось током, который перетекал от кончиков пальцев к каждому мускулу, вызывая восторг и сладкую дрожь. Миллиарды звезд расцветали в их воображении, они утопали друг в друге, забывая обо всём, оставляя в голове только сладкую, расплывчатую дымку удовольствия. Все тревожные мысли растворялись, оставляя только этот момент. Нил стонал прямо на ухо Эндрю, прогибался в спине, ноги дрожали, иногда подскакивая при особо размашистых, мощных толчках, что попадали прямо в простату. Он трясся в его руках, глаза закатывались, дыхание сбивалось, а рот оставался приоткрытым. Несмотря на быстрый темп и твёрдую точку контакта, это был секс, полный взаимной любви, обожания и доверия. Эндрю наблюдал за приоткрытым ртом Нила, за стеклянными глазами, за каждой мелкой реакцией тела, чувствуя, что Нил под ним полностью покорен, растекается, становится удивительно податливым, словно жидкая субстанция. Сердце Эндрю сжималось от сладкого трепета — ощущение контроля и одновременно полной нежности переполняло его. Он тихо рыкнул и перехватил одну руку Нила, заведя её над ним, переплетая пальцы, чувствуя, как тело Нила напрягается, прогибаясь в спине и цепляясь за его руку как за спасательный круг. Эндрю сам закрыл глаза от волны ощущений, от тока наслаждения, который пробегал по всему телу, от этой смеси страсти и близости. Он сжал переплетённые пальцы ещё сильнее, чувствуя, как их связь крепнет в этом моменте. — Эндрю… да, вот так… — Нил не был тихим в постели, его стоны разливались по комнате, насыщая воздух их общим возбуждением и страстью. Он постоянно выкрикивал, комментировал и подстёгивал Эндрю, разжигая в нём что-то дикое, что-то первобытное, давно забытое, но при этом невероятно желанное и возбуждающее. — Я скоро… — простонал Нил, закатывая глаза, и в этом стоне Эндрю почувствовал приближение их общей кульминации. Он тоже ощутил, как внутри всё сжимается, готовое взорваться. Эндрю ускорился, входя в Нила под идеальным углом, чувствуя, как того пробивает крупная дрожь, понимая, что и он сам уже на грани. Когда Нил выгнулся дугой и сильнее сжал их переплетённые пальцы, Эндрю зажмурился до белых пятен под веками, сжимая глаза и зубы от напряжения, ощущая шум в ушах, а каждая мышца Нила под его телом добавляла ощущение полного контроля и экстаза. И вот, наконец, они достигли пика одновременно, каждый чувствовал силу и глубину удовольствия, которое переполняло их. Это был по-настоящему сногсшибательный секс, момент, когда тело и разум сливались, а всё остальное переставало существовать. Сейчас они лежали в кровати, обнимаясь, почти сливаясь в одно, совершенно не желая вставать, наслаждаясь теплом друг друга и тихим послевкусием страсти. Нил перебирал прядки Эндрю, собираясь снова поцеловать его, когда внезапно раздался звонок. Нил досадно простонал. — Почему они не могут ни дня без меня провести? — пробурчал Нил себе под нос, глядя на экран телефона, на имя звонящего, и недолго думая включил громкий звонок. — Ты где, олень? Ах, вот один из минусов его парня — его раздражающие друзья. Эндрю почти привык к свите и их странной, забавной манере приветствия, а точнее к её полному отсутствию. — И тебе привет. Чего орёшь с утра пораньше, Кевин? — раздражённо ответил Нил, но с едва заметной улыбкой, одновременно зарываясь в объятия Эндрю и поглаживая кота, который подошёл и лёг прямо на живот Эндрю. Эндрю автоматически начал гладить пушистого зверя, ощущая тепло и уют. — Так самолёт же через тридцать минут. Нил взглянул на часы, слегка удивлённо приподняв бровь. — А, ой… — Что значит «ой»? — Та, всё пучком. Я успеваю. — Ты что забыл? — Нет… — но голос вышел неуверенным, с лёгкой дрожью. — Ты что ещё в кровати? Мы опять опоздаем из-за тебя. То, что у тебя есть деньги, не означает, что самолёт отменят, и вообще мне напомнить все разы, когда… Нил лишь повесил трубку, а Эндрю выгнул бровь, наблюдая за реакцией парня. — Походу, если не поторопимся, то походу опоздаем. — Может, никуда не поедем? — осторожно предложил Эндрю, не желая сталкиваться с чужими лицами и их шумной энергией. — Не-е. Давай. Только представь: я могу сделать тебе минет прямо на Эйфелевой башне или, если хочешь, поебемся прямо в катакомбах. Эндрю сразу же завёлся от одной лишь мысли об этом.

◆◇◆◇◆◇

Они чуть не опоздали, но такси приехало вовремя, так что волноваться было не о чем. Эндрю даже позволил себе немного расслабиться, чувствуя тепло Нила рядом. Лисы собрались своей огромной толпой на взлётной полосе. Все разбились на мини-группки, кто-то нервно поглядывал на часы, кто-то дергал ногой, ожидая посадки. Атмосфера была напряжённой и одновременно возбуждающей — путешествие обещало приключения. — Йоу, народ! — приветственно крикнул Нил, и тут же все начали здороваться в ответ, оживляя общую атмосферу. — Йоу, чувак! — отозвался Мэтт. — Идиот пришёл, — пробурчал Жан, не сдерживая улыбки. — Альфач вернулся! — пошутил Рико, за что тут же получил лёгкий толчок в ребро от Кевина. — Привет, коротышки! — весело поздоровалась Элисон. — Приветик, Нил! — пропищал Ники. Пока все обменивались приветствиями, Эндрю кивнул Ники и Аарону, а также Джереми и Рене — своим близким друзьям. Сердце его немного сжалось при мысли о том, что они идут на самолет. Может, ещё есть шанс ускользнуть? Но к сожалению, было уже слишком поздно. Они заняли свои места в самолёте. — Хей, ты побледнел, — обеспокоенно спросил Нил, садясь рядом и закрывая бутылку с водой, из которой только что пил. — Всё в порядке? — Ага… — напряжённо ответил Эндрю, вцепившись взглядом в переднее сиденье. — Что такое? Неужели… — обеспокоенно спросил Нил. — Ты боишься высоты? Эндрю промолчал, крепче сжав материал сидения. — Эй, Дрю, всё в порядке, — мягко сказал Нил, подцепив кончиками пальцев его ладошку, взяв руку Эндрю в свою и нежно поглаживая по кисти. — Не бойся. Если самолёт вдруг начнёт падать, мы даже не успеем понять, что умрём, прежде чем отключимся. Успокоил блядь. Эндрю кинул на него взгляд, говорящий все о чем он думает. — То есть… я не это имел в виду, ха-ха. — Нил попытался улыбнуться. — Я хотел сказать, что шансы авиакатастрофы меньше, чем автомобильных аварий. Эндрю снова кинул на него напряжённый взгляд, на что Нил только чуть улыбнулся, покачав головой. — Ладно, понял, лучше помолчу, — усмехнулся Нил. — Эй, дыши со мной. Давай попробуем расслабиться и посмотрим что-нибудь. Он включил фильм на экране перед ними. Лёгкая история немного отвлекла Эндрю, особенно когда самолёт вошёл в зону турбулентности и слегка задребезжал. Сердце его слегка успокоилось, а ладони приятно ощущали тепло Нила. Эндрю, измождённый стрессом и волнением, решил немного вздремнуть, прислушиваясь к разговорам ребят вокруг. Нил продолжал поглаживать его костяшки пальцев, тихо успокаивая. И вот так они удачно добрались до места посадки, готовые к новым приключениям и неожиданным событиям.

◆◇◆◇◆◇

Первым делом они приехали в Амстердам. План был простой, но невероятно активный для них: передвигаться, исследовать город, знакомиться с его атмосферой, культурой и скрытыми улочками. Это было четырнадцатидневное тур-путешествия по знаменитым частям Европы, которое обещало быть насыщенным и утомительным одновременно. Весь маршрут был тщательно распланирован: большую часть пути они должны перемещаться на поезде, а в некоторых странах останавливаться в отелях раз в пару дней, чтобы отоспаться, восстановить силы и подготовиться к новым приключениям. Каждый день был расписан практически по минутам — экскурсии, прогулки, местные рынки, музеи и неизбежные социальные активности. Если спросить Эндрю, поедет ли он ещё раз с Лисами в такую поездку, его ответ был бы категорическим, стократным «нет», «нет» и ещё раз «нет». Даже если бы Нил снова посмотрел на него своими милейшими, светло-голубыми глазами, состроил невинную мордочку и попросил — ответ Эндрю всё равно не изменился бы. Это приключение оказалось просто полной жопой — казалось, что Эндрю потерял половину своей жизненной силы где-то между поездами, отелями и вечными приключениями своего горячего придурковатого парня.