Стань моей судьбой

Холодный январь опустился на Москву, заковав город в ледяное безмолвие. Минус двадцать - идеальная температура для Горе. Она стояла на балконе, курила электронку, наблюдая, как снег падает тяжелыми, пушистыми хлопьями, стирая очертания многоэтажек. Волнистые фиолетовые волосы были заправлены под шапку, темные карие глаза безмятежно созерцали метель. Ей нравилось это одиночество, эта тишина, нарушаемая только далеким гулом города. Она редко пускала кого-то в свой мир, предпочитая держать всех на расстоянии вытянутой руки, а то и дальше.

«Ведь мне так хорошо с тобой»

Мысль о Роме проскользнула неожиданно, но не навязчиво. С ним было... спокойно. Он не лез в душу, не требовал объяснений за ее пацанские манеры, за сигаретный дым вместо парфюма. Он просто был рядом, со своей широкой улыбкой и пушистыми волосами, которые так и норовили выбиться из-под шапки. На экране телефна вспыхнуло его имя. «Смотри вниз». Горе нахмурилась, перегнулась через перила балкона. Внизу, у подъезда, в снежной круговерти, стоял силуэт, знакомый до боли. Рома. А в его руках был огромный, немыслимый в это время года букет.

«Стройный в дали силуэт

В миг растворит мою грусть»

Она сбежала вниз, на ходу накинув меховую косуху. - Ты с ума сошел? Бежал в такую погоду? - выпалила она, подбегая. Рома просто улыбнулся, отряхивая снег с ресниц, и протянул ей букет. Не розы, не тюльпаны. Подсолнухи. Ярко-желтые, почти нереальные на фоне всепоглощающей белизны. Лиза замерла, взяв букет. Лепестки были холодными, но сами цветы - живые. Невозможные. - Где ты... нашел их зимой?.. - Мне хотелось.., - просто сказал он. - Хотелось, чтобы у тебя было твое солнце. Пока за окном метель.

«Ты мой ты мой свет

Без тебя пути никогда не отыскать мне

В этой пузыне миражей ты

Самая яркая звезда »

Они пошли гулять. Снег хрустел под ботинками, город затих, укутанный в белое одеяло. Горе прижимала к груди подсолнухи, как оберег. Рома шел рядом, изредка поглядывая на нее, и в его взгляде не было ничего, кроме тепла.

«Сдайся, стань хрупкой как хрусталь что не разбить

Мы летим мимо сплетен и интриг»

Путь их лежал через знакомые дворы. И вот она показалась - серая многоэтажка, с плоской крышей. Горе почувствовала, как тело Ромы рядом слегка напряглось. Они оба замедлили шаг, глядя вверх, на тот самый парапет. -А помнишь, - тихо начал Рома, не глядя на нее, - как ты меня спасла от самой ужасной ошибки?»

«Если тебя рядом нет

Я в этом мире не уживусь»

Она помнила. Помнила его пустые глаза тогда, промозглый осенний ветер и свое бешеное сердцебиение. Она, не раздумывая, влезла за ним, схватила за куртку и стащила на бетон, ругаясь матом, тряся его, крича, что он идиот. Он не сопротивлялся. А потом плакал, а она молча сидела рядом, курила и держала его за руку, пока холод не проел до костей. Она никому не сказала. Ни тогда, ни после. - Помню, - так же тихо ответила она. - Дурак. - Да, - согласился он. - Но ты пришла. Ты всегда приходишь. Даже когда я об этом не прошу.

«Я так влюблен

В ее губы и глаза, не своди меня с ума

Крыша едет ты мой дом, детка я влюблен»

Он остановился и повернулся к ней. Снег садился на его ресницы, на волосы. Он взял ее руку, ту, что не сжимала стебли подсолнухов. Рука была холодной, в царапинах от скейтборда и случайных драк. - Лиза. Ты - мой мир. Мой дом. Он сделал шаг ближе.

«Стань моей судьбой»

- Я знаю, что тебе сложно доверять людям. И я не прошу тебя измениться. Я просто прошу... Дай мне шанс. Дай мне быть тем, кому ты можешь доверять. Всегда.

«Обещаю никогда тебя не отпускать»

Горе смотрела в его карие глаза, честные и широко открытые. В них не было лжи, не было давления. Было только терпеливое ожидание и бездонная нежность.

«Хорошо с тобой»

И это было правдой. С ним было хорошо. Безопасно. Как в самой надежной крепости. Она кивнула, коротко, по-пацански, но глаза ее наполнились влагой, что случалось крайне редко. - Ладно, - хрипло сказала она. - Давай попробуем.

«Ведь мне так хорошо с тобой»

Широкая, ослепительная улыбка озарила лицо Ромы. Он не стал кричать от восторга или крутить ее. Он просто притянул ее к себе, аккуратно, обходя букет подсолнухов, и прижал лбом к своей холодной щеке. - Спасибо, - выдохнул он. - Спасибо, что есть ты-. А потом он поцеловал ее. Нежно, сдерживая весь свой восторг, просто касаясь ее холодных губ своими теплыми. Вкус зимнего ветра, доверия и обещания. Горе закрыла глаза, отпустив в снегопад последние осколки своих стен. Когда они отстранились, он, все еще не отпуская ее руки, посмотрел ей прямо в глаза. - Так ты... будешь моей девушкой? Официально? Она улыбнулась своей редкой, настоящей улыбкой, от которой теплело даже в двадцатиградусный мороз. - Да, Ромка. Буду.

«Обещаю никогда тебя не отпускать

Больше никогда»

Они стояли посреди заснеженного двора, под хлопьями падающего снега, держась за руки. У нее в руках - невозможные зимние подсолнухи, символ верности свету. У него в сердце - девушка, которая стала его спасением, его судьбой и теперь, наконец, его любовью. А вокруг тихо кружилась Москва, засыпая их первую зиму вместе белым, чистым снегом.