Александрийские козни

Николай быстро перепрыгнул через бетонную ограду, едва не приземлившись на край мусорки. Но двигаться продолжал, Сашка где-то следом. Ловко заворачивая за угол и теряя равновесие на льду, он пару секунд тупил, а после быстро заскочил в случайный подъезд, увидев, что дверь ещё не закрылась. Благослови господи эту бабульку, открывшую вход слишком широко. Где-то судя по стукам от падения, бежал Сашка, попутно врезаясь в стенки впереди и собирая носом всю старую краску со стен. «Романов, к ноге!!» — Коля, держа двери открытыми, быстро подозвал своего товарища, заставляя несчастного лезть на проклятый нищими коммунальными службами лёд. Но он успел проскочить, прежде чем Николай закрыл за ними дверь. Оторвались. «Передашь матери, что празднуете без ёлки..» — слова звучали немного сбивчиво, пока Козлов старался сдерживать отдышку. Он глянул на топор в руке Саши, немного расслабившись. Они хотя бы ничего там не оставили. «Да ну, вернёмся ещё..» — Романов откинулся на стенку рядом с Колей, придерживая грудь рукой. Холодный воздух начинал жечь в лёгких. «Саш, ты еблик?» — Коля кратко стукнул того по голове. При попытке сопротивления, оправдался якобы отряхивал снег. «Пойдем. На пролете посидим, у входа палево...» — выдохнул Николай, поглядывая дальше в коридор. И резко повернулся, когда холодные руки товарища вцепились в его плечи. — «отцепись, ещё “к ноге” не выполнил.» — Коля возмутился, но на месте остался. Александр не отцепился, встал ровненько перед Николаем, все ещё пытаясь восстановить дыхание. И молчал, гад. «Где ж я нагрешил..» — чуть не взмолился Коля, когда этот еблик к нему потянулся. Да ну где угодно могли бы сосаца, но Александру вдруг взбрело это на морозе в чужом подъезде, после избежания огромных пиздюлей, едва дыша. Хотя, эта чистая отдача эмоций привлекала, интриговало, как Сашка пытался вообще не дышать, чтобы не прерываться. Позориться перед Николаем нужно всегда по крупному, ведь иначе в следующий раз он может запретить этот бессовестный акт оскуляции.