Сердце на льду: Огонь в зоне отчуждения

Токио сиял огнями, но ярче всех светилась крыша небоскреба «Роппонги Хиллз», полностью арендованная для закрытого торжества. Сегодня был двойной повод: сборная Японии под названием «Бонтен» только что вернулась с золотыми медалями Чемпионата мира, и сегодня — день рождения их сердца, их менеджера, Ханагаки Такемичи. Зал был украшен в черных, золотых и багряных тонах. На огромных экранах крутились лучшие моменты сезона: решающий гол Майки, невероятные сейвы Изаны, непробиваемая защита Дракена и Тайджу, и, конечно, кадры, где Такемичи стоит у бортика, его глаза горят верой в своих парней. Такемичи стоял на балконе, глядя на ночной город. На нем был эксклюзивный костюм, сшитый Мицуей, с вышивкой золотых нитей, образующих узор лотоса. Он повзрослел: в его взгляде больше не было страха, только спокойная уверенность человека, который приручил семнадцать самых опасных хищников Токио. — О чем думаешь, герой дня? — раздался низкий голос. Это был Дракен. Он подошел и накинул на плечи Такемичи тяжелую золотую медаль чемпиона мира. — Она твоя больше, чем наша, — добавил он, мягко коснувшись плеча менеджера. Вскоре балкон заполнился всеми. Один за другим они выходили из зала, окружая Такемичи плотным кольцом. Майки подошел вплотную, его глаза светились нежностью. — Такемуччи, год назад я думал, что победа — это когда ты стоишь на вершине один. Но ты научил меня, что вершина имеет смысл, только если ты держишь меня за руку. Изана встал с другой стороны, поправляя воротник Такемичи. — Ты стал моим единственным домом. Не «Поднебесье», не корона, а ты. С днем рождения, мой драгоценный менеджер. Баджи и Чифую подошли вместе. Баджи, с его вечно растрепанными волосами, выглядел непривычно смущенным. — Эй, Такемичи... я не силен в словах. Но если кто-то хоть пальцем тебя тронет, я проломлю ему голову даже без коньков. Ты — наш центр. — Мы всегда будем твоими верными псами, партнер, — добавил Чифую с искренней улыбкой. Кисаки и Ханма вышли вперед. Кисаки держал в руках планшет с графиками, но на этот раз это были не тактики игры. — Я рассчитал наше будущее на пятьдесят лет вперед, Такемичи, — серьезно сказал Кисаки. — И в каждом сценарии ты — константа. Без тебя всё теряет смысл. — А я просто буду рядом, чтобы делать твою жизнь веселой, — Ханма подмигнул и попытался приобнять Такемичи, но получил локтем от Санзу. Санзу преклонил колено, его взгляд был фанатичным и преданным. — Мой король... нет, мой бог. Твое слово — мой закон. Всегда. Братья Хайтани вальяжно подошли, покручивая в руках бокалы. — Мы приготовили для тебя столько подарков, что тебе понадобится отдельный замок, — промурлыкал Ран. — Но главный подарок — это мы, — добавил Риндо, коснувшись руки Такемичи. Тайджу, Мучо, Мочи, Шион, Коко, Инуи, братья Кавата — каждый сказал слова, от которых у Такемичи щемило в груди. Даже суровый Тайджу признал, что только Такемичи смог заставить его склонить голову. Двери на балкон снова распахнулись, и вошли братья: Эмми, Юдзу, Сенджу, Акене и Хина. Они несли огромную бархатную подушку, на которой лежал футляр. — Такемичи-кун, — начал Хина, его голос дрожал от волнения. — Мы все долго думали. Мы разные, мы часто спорим и ревнуем тебя друг к другу. Но мы поняли одно: ты — то, что связывает нас всех. Сенджу открыл футляр. Внутри лежал не просто перстень. Это был уникальный браслет-кафф из платины, инкрустированный семнадцатью разными камнями, символизирующими каждого игрока «Бонтена», и пятью мелкими бриллиантами — символами братьев. В центре сиял редкий голубой бриллиант — символ самого Такемичи. — Это «Обет Бонтена», — сказал Изана. — На обратной стороне выгравированы координаты. — Координаты чего? — прошептал Такемичи, едва сдерживая слезы. — Координаты нашего нового дома, — ответил Коко, хитро улыбаясь. — Я выкупил огромный участок земли в пригороде Токио и построил там поместье «Хана». Там хватит места для всех нас. Для тренировок, для жизни... и для тебя. — Такемичи, — Майки взял его за руку, и все остальные синхронно сделали шаг вперед. — Мы не просим тебя выбирать одного. Мы просим тебя принять нас всех. Мы — твоя семья. Мы — твои защитники. Мы — твои возлюбленные. Ты выйдешь за нас... в самом широком смысле этого слова? Ты останешься с нами навсегда? Такемичи посмотрел на них — на этих великих чемпионов, на этих красивых и сильных парней, которые сейчас смотрели на него с такой надеждой и уязвимостью. Он вспомнил, как всё начиналось: с криков, драк и льда. А пришло к этому — к абсолютному единству и любви. — Да, — выдохнул Такемичи, и слезы счастья наконец покатились по его щекам. — Да! Я остаюсь с вами. Навсегда. В ту же секунду небо над Токио взорвалось тысячами золотых фейерверков. Весь город праздновал победу «Бонтена», но никто не знал, что самая главная победа была одержана здесь, на этом балконе. Парни подхватили Такемичи на руки. Ханма и Баджи начали открывать шампанское, обливая всех вокруг. Эмми и Сенджу смеялись, пытаясь обнять Такемичи сквозь толпу. Майки и Изана обменялись коротким кивком — вечная вражда была окончательно похоронена ради общего счастья. Бонус. В поместье «Хана» царил уютный хаос. На кухне Мицуя и Акене готовили завтрак на двадцать с лишним человек. В гостиной Кисаки объяснял Хаккаю и Сое новую стратегию, а на заднем дворе, на частном катке, Майки и Изана снова соревновались, кто быстрее доедет до Такемичи, который сидел на скамейке с книгой. Такемичи поднял глаза от страницы и улыбнулся. На его запястье сиял платиновый браслет, напоминая о том, что он больше никогда не будет одинок. Его «монстры» стали его миром, а он стал их душой. «Бонтен» больше не был бандой или просто командой. Это была семья, с озданная из льда, пламени и безграничной любви к одному человеку.