"Везучий" ублюдок, или как Кейл гостил в Хогвартсе

Распределение завершилось. И в одно мгновенье перед учениками возникли всевозможные явства. Первокурсники, впервые оказавшиеся на пиру в честь нового учебного года, были поражены угощениями и вскоре начали накладывать себе в тарелки всего и побольше. Остальные же учащиеся вели себя немного иначе, не считая Раона и Чхве Хана. Маленький дракончик удивился обилию выбора, но не спешил накладывать себе все и сразу, как это делали ранее упомянутые перваши. Вместо того чтобы набить свой живот до отвала, он собирался спокойно поужинать, не переедая. Узнав у рядом сидящих старшекурсников, какие блюда на столе самые вкусные и что позднее подадут десерт, Раон приступил к своей трапезе, попутно общаясь с ними и слушая их истории о школе.

***

Чхве Хан в это же время поначалу не мог определиться, что же ему попробовать, но вскоре он начал думать совершенно о другом. Дело в том, что заботливые однокурсники только и делали, что подкладывали всё новую и новую еду в тарелку к мечнику, попутно предлагая закуски и нахваливая уже предложенное, при этом не забыв предупредить ещё и о прекраснейших десертах, которые подадут позднее. Чхве Хан был неуверен, что осилит всё то, что уже лежит на тарелках, но отказать столь добрым и радушно встретившим его людям было для него не по силам. К тому же, как только он открывал рот, кто-то из ребят начинал что-то рассказывать, спрашивать у него и в целом неосознанно заговаривать зубы мечнику. А он просто не хотел перебивать, поэтому вскоре и закрывал свой рот. За всем этим, разумеется, наблюдали его друзья. Седрик и Винцент, например, уже давно посмеивались над товарищем, собственно как и Катрин, посчитавшая такое нерешительное поведение мечника очень даже милым и невинным, но даже так она решила себе не отказывать в своём желании присоединиться к остальным Пуфендуйцам. — Кушай, Чхве Хан. Перед новым учебным годом нужно набраться сил. Улыбаясь в тридцать два зуба, Рин накладывала Чхве Хану свою любимую курочку в кисло-сладком соусе. Заметив, как подруга начала накладывать еду на уже и так переполненные разными вкусностями тарелки, Чхве Хан взглядом начал молить о пощаде. На это девушка лишь мило улыбнулась, в то время как Седрик с Винцентом уже с трудом сдерживали свой смех, пытаясь не заржать в полный голос. В это время парочка девочек, сидящих недалеко от этих двух, поинтересовалась, всё ли с ними хорошо. Просто эти двое, скрючившиеся в своём припадке смеха, с красными лицами и слезящимися глазами, закрывающие себе рты, и впрямь выглядели так, как будто им нужна помощь. Те лишь отмахнулись от них, сказав, что всё в порядке и волноваться не стоит, а Чхве Хан просто был в прострации.

***

У Кейла всё было не так весело, можно даже сказать, что немного грустно. Он просто хотел спокойно поесть, но старый маразматик всё от него не отставал, постоянно задавая юноше какие-то вопросы. Красноволосого это, разумеется, раздражало; его в принципе периодически раздражал Дамблдор. Когда директор Хогвартса через какое-то время отвлекся на разговор с другими учителями, сидящими за столом, Кейл наконец смог выдохнуть, спокойно продолжая свою трапезу. Минут через двадцать он даже смог разговориться с МакГонагалл и до конца пира обсуждал с ней всё, начиная с еды на столе и заканчивая новостями мира магии. Можно сказать, что в тот вечер он увидел в ней неплохого собеседника, с которым иногда приятно поболтать.

***

— О-о, наконец-то! Я так голоден, что готов съесть целого гиппогрифа. Рон начал как можно скорее накладывать уже полюбившиеся ему блюда на тарелку. — А-а-а, это лучшее. Попробуйте. С набитым ртом пробубнил Рон, стараясь при этом запихнуть в себя ещё немного еды. — Рон, главное — не подавись. Гермиона, как и всегда, не забыла предупредить друга, спокойно приступая к трапезе. — Вам повезло, что банкет поздно вечером. Тут немного ранее на кухне были неприятности. Заговорил Почти Безголовый Ник, недавно подсевший к ним за стол, наблюдая с некой скорбью и смотря на то, как подростки наполняют свои тарелки. — А что случилось на кухне? Заинтересованно смотря на призрака, задал вопрос Гарри. — Да так. Всё как обычно. Пивз решил побывать на кухне. Ну, вы и сами знаете, какой он. Да. Всё было перевернуто вверх дном, кастрюли с полок летали по кухне, а она сама была вся залита супом. Бедные домовые эльфы чуть с ума от страха не посходили. — Что?! В Хогвартсе есть домашние эльфы? Гермиона ошеломлённо уставилась на Ника. — Ну да. Одна из самых больших общин в Британии. Всего около сотни эльфов. — Но я никогда ни одного не видела. — Вероятно, это из-за того, что днём они почти не покидают кухню. Они выходят только ночью для уборки… присмотреть за факелами, то да сё… Я хочу сказать, вы и не должны их видеть. Это ведь и есть признак хорошего домашнего эльфа — что вы его не замечаете, не так ли? — Но им платят? У них есть выходные? А отпуска по болезни, пенсии и всё такое? Почти Безголовый Ник фыркнул с таким изумлением, что его воротник соскользнул и голова свалилась, повиснув на том дюйме призрачной кожи, что всё ещё удерживал её на шее. — Отпуска и пенсии? Переспросил он, водружая голову обратно на плечи и ещё раз подпирая её воротником. — Но домовики вовсе не желают получать отпуска и пенсии! Гермиона посмотрела на свою тарелку с едой, к которой едва успела притронуться, и отодвинула её от себя, положив нож и вилку. — Что ты делаешь, Гермиона? Ты не предоставишь им отпуска и пенсии своей голодовкой. Рыжеволосый парнишка искренне не понимал действий своей подруги, продолжая набивать свой рот едой. — Рабский труд! Вот что создало этот ужин! — Ну смотри, какие... Рон пытался уговорить подругу хотя бы попробовать десерты, появившиеся на столах, а не морить себя голодом, но суровый взгляд девочки остановил его. Рыжий больше не осмеливался что-либо предлагать и просто продолжил есть свою еду. Через какое-то время, когда уже все ученики наелись и были сыты, еда со столов магическим образом пропала, оставив на длинных столах лишь чистую посуду с подсвечниками. После этого Дамблдор поднялся со своего места и, улыбаясь, заговорил. — Итак. Теперь, когда мы все наелись и напились, я должен ещё раз попросить вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений. Мистер Филч, наш завхоз, просил меня поставить вас в известность, что список предметов, запрещённых в стенах замка, в этом году расширен и теперь включает в себя визжащие игрушки йо-йо, клыкастые фрисби и безостановочно-расшибальные бумеранги. Полный список состоит из четырёхсот тридцати семи пунктов, и с ним можно ознакомиться в кабинете мистера Филча, если, конечно, кто-то пожелает. Также я хочу представить всем вам нашего нового учителя по защите от тёмных искусств — Кейла Хенитьюза! Услышав, что его представляют, названный встал со своего места и, сделав небольшой поклон в знак приветствия, уселся обратно. Ученики, ранее не заметившие Кейла, стали переговариваться между собой, обсуждая нового педагога. Для этого им было дано несколько минут, а позже, едва заметно усмехнувшись в усы, Дамблдор продолжил: — Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид. Её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет. — Что?! По всему залу прошёлся шквал непонимания и разочарования со стороны учащихся. Даже те студенты, которые не слушали директора и обсуждали появление нового учителя, начали возмущаться данной новостью. Но Дамблдор вскоре остановил эту бурю, немного громче продолжив ранее прерванную речь. — Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжаться весь учебный год. Они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. Но эти слова до конца не успокоили студентов, и перешёптывания между ними всё продолжались, пока все не отвлеклись на радостное заявление директора. — С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе… Но как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат, и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в чёрный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу. Неожиданно освещённый вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой тёмных с проседью волос и пошёл к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору. Ещё одна молния озарила потолок. Вспышка резко высветила черты лица пришельца. Таких лиц большинству присутствующих ещё не доводилось видеть. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшим резцом. Каждый дюйм кожи был испещрён рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, тёмным и блестящим. Другой — большой, круглый как монета и ярко-голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза — а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки. Незнакомец подошёл к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал её, негромко сказав при этом несколько слов, которые почти никто не расслышал. Похоже, он что-то спросил у вошедшего. Тот неулыбчиво покачал головой и тоже вполголоса что-то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место рядом с новым профессором. Незнакомец сел, отбросив с лица длинные сивые патлы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками; поднял её к тому, что осталось от его носа, и понюхал, после чего достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлён на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов. — Кхм. Позвольте представить вам нашего нового помощника учителей. Он будет присутствовать на таких уроках, как ЗОТИ, зельеваренье и другие. В основном тогда, когда у вас будут практические работы или вы будете проходить сложные темы. Вновь немного прокашлявшись, Дамблдор продолжил свою речь. — Как я и говорил, в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке! С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников!