"Везучий" ублюдок, или как Кейл гостил в Хогвартсе

Месяц постепенно приближался к своему окончанию, вместе с ним в Хогвартс приходило все больше писем от ученых-зельеваров, и вот наконец их сбор, великих умов, состоялся. Разумеется, перед его началом было получено разрешение как от директора школы, так и от Кейла, выступающего в роли опекуна Чхве Хана. На этом созыве мечника изучили вдоль и поперек, проводя многочисленные исследования с опытами. Ничего конкретного ученые так и не смогли понять, но предположили, что дело в необычной магии, которая постоянно окружает мечника. Как-никак в рецептах зелий такой ингредиент явно не предусматривался. И вот все сошлись на том, что исследования стоит продолжать, но с присутствием других специалистов, так как надо бы изучить как саму ауру, так и её влияние на приготовление зелий: мало ли какое чудо там могло быть сокрыто. Но Турнир Трёх Волшебников все приближался, и вот уже нужно подготавливать школу к приёму гостей, да и Чхве Хан все же не подопытный кролик, так что где-то через неделю исследования свернули — не без участия Кейла, конечно. И судя по настроению опекуна и самого подопытного, продолжить их больше не выйдет. Так что учёным пришлось смириться с таким упущением, а Чхве Хан был отстранен от практических занятий по зельеварению, и теперь он изучает лишь теорию, а после показывает свои знания учителю. За неделю до приезда гостей уже был вывешен стенд в холле у мраморной лестницы — объявление, в котором описывалось время прибытия представителей других школ, а также указания для учащихся. «Турнир Трёх Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближайшую пятницу, 30 октября, в 6 часов вечера. Уроки в этот день закончатся на полчаса раньше. После уроков всем ученикам отнести сумки с учебниками в спальни и собраться перед замком для встречи заморских гостей». И, разумеется, сразу же после этого возле стенда столпилось полсотни учеников. Которые еще долго обсуждали предстоящее событие. Объявление взбудоражило обитателей замка. Куда бы Гарри ни шел, только и слышно: «Турнир Трёх Волшебников», «Турнир Трёх Волшебников»… Все как с ума посходили: кого допустят к конкурсу, какие виды волшебства войдут в состязания, отличаются ли от них хоть чем-нибудь заморские студенты? Все это было интересно ученикам, в целом понятно почему. И конечно, замок подвергся генеральной уборке. Несколько потемневших портретов хорошенько почистили и помыли, к их вящему недовольству. Люди на портретах ежились в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные розовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч в ярости кидался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первоклашек до слез. Преподаватели тоже были на взводе, ведь именно от их действий зависит репутация школы и испортят ли ее ученики или нет. — Долгопупс, пожалуйста, не выдайте нашим гостям свое неумение совершать самые простые заклинания. Взмолилась профессор Макгонагалл в конце особенно трудного урока, когда Невилла угораздило пересадить собственные уши на кактус. Единственный профессор, которого как будто бы не касалась вся происходящая вокруг него подготовка, — это, конечно же, Кейл. Он один был спокоен как удав. Единственной его проблемой было то, что отлынивать от работы, навалившейся на него в эту последнюю неделю месяца, совершенно не получалось из-за вечно бдящей Макгонагалл. Да, в последнее время она была сама строгость. Так что он лишь тяжко вздыхал, мечтая о дневном сне, в то время как у некоторых его коллег в очередной раз подергивался глаз от происходящего вокруг. Можно даже сказать, что Снейп после такого его спокойствия стал еще больше недолюбливать своего нового коллегу. А ведь в конце месяца ему даже не дадут отравить кого-нибудь, хотя, возможно, это было просто шуткой, и противоядия от ядов он проверять на учениках и не хотел вовсе. Но сейчас не об этом. Наконец наступил долгожданный день. Войдя утром в Большой зал, студенты на миг замерли: ночью на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндорский — красный с золотым львом, Когтеврана — бронзовый орел на синем фоне, желтый с черным барсуком Пуффендуй и зеленое знамя с серебряной змеей Слизерина. Позади профессорского стола развевалось невероятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: большая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи. Фред с Джорджем уже позавтракали, но сидели отдельно от всех и что-то обсуждали с Раоном и Чхве Ханом. Все это было им отнюдь не свойственно. В последнее время эти двое в принципе себя странно вели и часто общались с профессором Кейлом и всеми теми, кто с ним связан. А Чхве Хан? Он разве не должен быть в окружении своей компашки пуффендуйцев? Разумеется, после увиденного Рон с друзьями, конечно, направился прямо к ним. Надо же выяснить, в чем дело. Ребята двинулись близнецам навстречу, но, подойдя, услышали лишь обрывок фразы, из-за чего дальнейший разговор им показался больно подозрительным, впрочем, как и поведение близнецов ранее. — ...Но что-то меня это все напрягает. — Согласен. Кивнул Фред брату. — А мне с самого начала показалось все это сомнительной затеей. Воскликнул дракончик. Он еще в первый день на банкете думал о том, зачем подвергать свою жизнь опасности просто так, из-за состязания? — Честно говоря, переживаю за Седрика. Его так и не вышло переубедить. Немного поник мечник. — Что вы тут такое обсуждаете? Поинтересовался Рон, решив первым показать присутствие троицы. — Младший брат слишком приставучий. Выпалил один из близнецов. Этих троих тут явно не ждали, и понятно почему. — Да ладно вам. Что вы думаете о турнире? Хотите поучаствовать? Близнецы переглянулись и почти одновременно ответили: — Ну уж нет, спасибочки. — Обойдемся. — Что вы сказали? На вас это совершенно не похоже. Вы думаете, мы поверим? Недоумевал Рон. — Думайте что хотите, но мы пожалуй пойдем. Ответив хором, близнецы. После этого они дружно решили, что основной завтрак уже давно переварился и неплохо бы взяться за десерт. Так что они направились в его сторону, и каждый из них наложил что-то к себе на тарелку. — Ну а вы? Вам неинтересны какие будут испытания? Спросил Гарри у оставшихся двух за столом. Только те лишь наградили его безразличным взглядом. После заговорил дракончик: — Честно, не очень. — Мда... что только со всеми вами творится? После этих слов рыжеволосый отвернулся к другу. — Знаешь, Гарри, держу пари, что мы бы справились. Мы и раньше делали опасные вещи… — Так, вы двое даже не думайте об участии. Встал из-за стола мечник и подошел к ребятам, а также начал со серьезным лицом доносить до них простую истину, которую, казалось, игнорирует почти вся школа. — Скорее всего, участвовать разрешат лишь старшим курсам. Так что даже не пытайтесь обойти систему. Для вас задания могут быть смертельно опасны. Надеюсь, вы меня услышали. После чего двое черноволосых их покинули. — Что все такие серьезные? Ему стоило к близнецам с такими словами подойти, это они любят правила нарушать. Немного обиделся на слова старшего Рон, но за стол сел, принимаясь за трапезу — В кое-чем он все-таки прав. Если разрешат участвовать лишь старшим курсам, нам там делать нечего. Наконец обозначила свое присутствие Гермиона, а то, казалось бы, о ней все забыли. — Кстати, а кто обычно судит этот турнир? Поинтересовался Гарри, перестав накладывать себе еду в тарелку и решив немного остудить обстановку. — Всегда директора школ-участниц. Подала голос Гермиона. — На Турнире 1792 года все трое получили увечья. Тогда участники ловили дракона (конкретно — кокатриса), а он возьми и встань на дыбы. Заметив, что многие с удивлением на нее таращатся, Гермиона, как всегда, начала сердиться: почему все они так мало читают! — Об этом написано в «Истории Хогвартса»! Правда, в ней не все достоверно. Я бы ее назвала «Пересмотренная история». Или еще лучше: «Необъективная история Хогвартса. Избранные места. Многие приукрашены». — Ты это про что? Не понял Рон. А Гарри сразу догадался, какая тирада за этим последует: как-никак последний месяц только об этом девушка и говорит. — Про домовых эльфов! Отчетливо и громко произнесла Гермиона, подтвердив догадку Гарри. — Ни одного раза на протяжении тысячи страниц в «Истории» не сказано, что мы все участвуем в жестоком угнетении сотни эльфов. Гарри покачал головой и принялся за омлет. Они с Роном прохладно отнеслись к кампании Гермионы в защиту домовых эльфов. Но это не охладило ее пыл. Правда, они купили два значка, чтобы Гермиона хоть немного угомонилась. Но только выкинули деньги на ветер: менее говорливой она не стала. Хуже того, потребовала носить значки — подать пример другим. Каждый вечер, придя в гостиную, Гермиона высматривала очередную жертву, загоняла в угол и трясла у нее под носом жестяной банкой со значками. — Да поймите же! Втолковывала она зачерствелым гриффиндорцам. — Вам меняют простыни, топят камины, моют классы, на вас готовит целая армия крошек-волшебников. И за свой труд они не получают ни сикля. Это настоящие рабы! Некоторые, среди них Невилл, опустили в банку пару сиклей, чтобы Гермиона отвязалась. Кое-кто слегка проникся ее словами, но этим дело и ограничилось. А многие и вовсе сочли ее приставания за шутку. Рон возвел глаза к потолку, заливавшему зал последними лучами осеннего солнца. Фред проявил повышенный интерес к бекону (близнецы не купили значок «РВОТЭ»). А Джордж сказал: — Слушай, Гермиона, ты-то хоть раз была на кухне? — Конечно, нет. Отрезала Гермиона. — Ученикам… — А мы были. Перебил ее Джордж и ткнул Фреда в бок. — И неоднократно. Воровали еду. И видели домовиков. Они там блаженствуют. Считают, что лучше работы нет! — Потому что они необразованны и внушаемы. Им можно внушить что угодно! Горячо продолжала Гермиона, но тут зашумела крыльями совиная почта, и она смолкла. Гарри вскинул голову — к нему летела Букля. Рон с Гермионой не отрывали от нее тревожного взгляда. Сова села на плечо Гарри, сложила крылья и устало протянула лапу. Гарри отвязал письмо Сириуса и дал ей корку бекона, которую Букля с благодарностью проглотила. Убедившись, что близнецы заняты обсуждением Турнира Трех Волшебников, он шепотом прочитал друзьям письмо: «Спасибо за заботу, Гарри! Но я уже вернулся в страну и сейчас в надежном укрытии. Держи меня в курсе всего, что происходит в Хогвартсе. Не используй Буклю, меняй сов. Обо мне не беспокойся, но сам будь начеку. Не забудь, что я сказал тебе про твой шрам. Сириус». — А сов менять зачем? Тихо спросил Рон. — Букля очень выделяется среди других птиц. Мигом сообразила Гермиона. — Белоснежная сова, которая часто прилетает в одно и то же место, не может не привлечь внимание. Ведь полярные совы в наших краях не водятся. Гарри свернул письмо и сунул в мантию, не понимая, уменьшило ли оно тревогу или усилило. Несомненно, Сириусу непросто было вернуться незамеченным. Но с другой стороны, когда Сириус неподалеку, чувствуешь себя спокойнее и не так долго ждешь ответа на отправленное письмо. — Спасибо тебе, Букля. Поглаживал Гарри сову. Сонно ухнув, она нырнула клювом в кубок с апельсиновым соком и взлетела, предвкушая сладкий сон на маковке башни.