Демон в Хогвартсе: фанфик по фанфику

На фоне синеватых отсветов кубка промелькнул тёмный силуэт. А затем ещё и ещё. Большая часть семикурсников старались ни с кем не пересечься (суеверия короче), так что тени сновали отдельно друг от друга. Ближе к двум часам ночи, когда большую часть учеников уже отловили и отправили спать, рядом с кубком возникла ещё одна фигура, довольно низкая, и к тому-же прихрамывающая на одну ногу. Бросив имя в кубок она растворилась в ночи. Внезапно, прямо над кубком показалась тень, закинувшая в кубок две бумажки, а затем беззвучно расхохатавшаяся. Утро обещало быть весёлым... В большом зале было не протолкнуться. Все ученики встали пораньше, чтобы поскорее услышать имена чемпионов. После завтрака куча глаз впилась в профессора Дамблдора, в ожидании чуда. Каждый надеялся, что кубок выдаст именно его имя. Наконец цвет огня в кубке изменился на ярко красный и в подставленную руку профессора упала полуобугленная бумажка. — Флёр Делакур! — Со стороны академии Шармбатона послышались хлопки и громкие рыдания. — Виктор Крам! — Хлопки раздались со всех сторон, со стороны Дурмстранга, потому что это был их сокурсник, а с остальных сторон, потому что многие уважали Виктора как ловца. — И наконец чемпион Хогвартса... Седрик Диггори! — Вначале взорвался аплодисментами Пуффендуйский стол, затем к нему присоединились остальные. Дамблдор с широкой улыбкой начал уже поворачиваться к учителям, как кубок вспыхнул снова. На неуверенно протянутую ладонь профессора приземлилась ещё одна бумажка. А затем ещё две подряд. — Гарри Поттер. — В оглушающей тишине это прозвучало невыносимо громко. Гарри на негнущихся ногах поднялся и пошёл прямо к двери, за которую ушли чемпионы. Рон проводил его взглядом, смешанным с ненавистью, удивлением и маленькой каплей сочувствия. Следом ему в спину ударили ещё два имени. — Люцифер Морнингстар. Аластор Хартфельт. — Аластор решил не заморачиваться и просто тенью возник у левого плеча Гарри. Люцифер же пошёл прямо за ними. Когда они вошли в комнату к чемпионам, там наступила такая же тишина. На фоне этого, Аластор, который резанул себе ладонь непонятно откуда взявшимся ножом и приложил кровоточащую рану к тени, выглядел ещё более жутко. Дверь распахнулась и на пороге возникли директора всех трёх школ. — Я считаю это возмутительно! Почему Хогвартс выставляет сразу четырёх чемпионов? — Мадам Максим, директор Шармбатона, активно размахивала руками. Каркаров присоединился. — Я полностью согласен. Они ведь даже не достигли семнадцати лет! — На этих словах Аластор и Люцифер переглянулись и расплылись в улыбках. — Так что пусть они не участвуют! — К сожалению, Игорь, ты и сам понимаешь, что это невозможно. Имя ученика, вылетевшее из кубка связывает этого самого ученика с правилами, так что и сам он отказаться не может. — Дамблдор устало вздохнул. Эта компания Слизеринцев, что, не может хотя бы один год не наводить хаос? То пропавшие профессора, то уничтоженный философский камень... Одни проблемы. Остальные директора ещё поругались, поссорились ещё раза четыре, но наконец успокоились, хотя внутренне всё ещё негодовали. Магический контракт был заключён, новых участников добавить невозможно, так же как и исключить старых. Пришлось только смириться. Чемпионам сообщили, когда явиться на интервью с репортером газеты, когда первое испытание, и предупредили, что они могут погибнуть, но если победят, то это будет вечная слава. Они внимательно выслушали, покивали и разошлись. — Так как наши имена попали в кубок? Я же просто пошутил. — С демонами шутить не следует. Тень закинула в ночи, за кровь согласилась. — Тень жизнерадостно, с клыкастой улыбочкой, помахала Люциферу со стены. Аластор мельком глянул расписание и потащил Люцифера на первый урок по защите от Тёмных искусств в этом году. — Уберите учебники, они вам не понадобятся. — Профессор Грюм начал свою речь сразу же после входа в кабинет. Все по команде убрали учебники в сумки. Профессор подошёл к столу и достал из ящика банку с гигантским пауком, около человеческой ладони размером. Рон, сидевший за первой партой судорожно втянул воздух. Аластор и Люцифер переглянулись и пожали плечами, пауков они не боялись. Гарри приобнял задрожавшую Гермиону за плечи. Хоть они и сидели достаточно далеко от паука, но он даже оттуда казался гигантским. Грюм оглядел притихший класс и продолжил. — Сегодня мы будем проходить непростительные заклятия. Кто знает почему они так называются? — Люцифер поднял руку. — Да, мистер Морнингстар? — Потому что они непростительные, сер. — По классу прокатился тихий смешок, однако Грюм остался серьёзным. — Отлично! 10 очков Слизерину! Всего таких заклятий три. Кто знает какие? — Взметнулись три руки, Аластора, Гермионы и на удивление Невилла. — Мистер Долгопупс, назовите одно из них. — К-к-круцио. — Невилл еле справлялся с дрожащим голосом. — Правильно. Круцио, заклятие невыносимого мучения. Круцио! — Грюм направил палочку на паука, который сразу же начал неестественно биться, казалось, что его что-то пытается разорвать изнутри. Все испуганно прижались к стульям, Люцифер быстро заскучал (ну не любит этот не совсем человек страдания, поймите его) и повернулся к Аластору. У того глаза горели безумной жаждой крови, он, казалось впитывает в себя мучения несчастного членистоногого. Люцифер вздохнул и повернулся обратно. К тому времени профессор уже отпустил паука, который испуганно жался к краям банки. Грюм повернулся к классу. — Мисс Грейнджер, назовите ещё одно заклинание. — Империо. Подчиняет жертву воле проклинающего. — Отлично. Плюс 10 очков Гриффиндору. — Грюм аккуратно достал паука из банки. — Энгоргио! — Паук на глазах начал расти, под конец оказавшись раза в три больше чем в начале. — А теперь... Империо! — Паук, до этого отчаянно сопротивляющийся, замер, слегка покачиваясь из стороны в сторону. А затем прыгнул на заоравшего от неожиданности Рона. — Я бы не советовал дёргаться. Укус смертелен через пару секунд, а уж у особи такого размера, вообще мгновенен. — Грюм расхохотался, заставляя паука перепрыгнуть на следующую парту, где он сразу же был схвачен Аластором за ногу. Грюм в это время продолжал вещать, не обращая внимания на мучения паучка. — Я могу заставить его утопиться... Или залезть кому-то из вас в горло.... И он не сможет сопротивляться. А теперь представьте, что это может произойти с каждым из вас! После того, как назовут третье непростительное заклятие я вас буду тренировать сопротивляться действию Империуса. Итак, мистер Хартфельт? — Авада Кедавра. — Правильно. Убивающее заклятие, от которого невозможно защититься или уцелеть. После его действия в живых остался только один человек, и он сейчас сидит в этом классе. — Все взгляды повернулись на Гарри. Но вскоре снова переползли на мечущегося по ладони профессора паука, уже оставшегося без одной лапки (как говорится, угадайте кто её оторвал). — Авада Кедавра! — Мелькнула ослепительная зелёная вспышка, шрам Гарри обожгло болью, в глазах потемнело. Гермиона аккуратно придержала его за плечи, стараясь привлечь как можно меньше внимания. К счастью все смотрели только на замершего гигантского паука. Наконец, по мановению волшебной палочки, парты в центре класса разъехались, образуя площадку со столом в центре. По очереди профессор вызывал учеников и заставлял их пытаться сопротивляться действию заклатия. Тех, кто сумеет сохранить собственную волю и не подчинится заклятиям, Грюм обещал отпустить пораньше. Рон залезал на стол и кукарекал, Симус Финниган пытался встать на руки, Гермиону заставили поджечь шторы, а Дин Томас прыгал на стол с расстояния около метра. — Мистер Хартфельт, теперь вы! — Все глаза впились в Аластора, надеясь, что хоть что-то смешное поможет разрушить ореол ужаса, окружающий его множеством слухов. — Империо! Прыгай на стол. — Приказ подлежал немедленному и беспрекословному выполнению, но Аластор спокойно развернулся и направился обратно к друзьям. — Я сказал прыгай на стол.— Грюм вложил побольше силы в заклинание. Аластор медленно повернул голову на сто восемьдесят градусов, а затем резким движением повернул тело и направился к столу. — Нет. — Короткое слово прозвучало словно выстрел в внезапно наступившей тишине. Аластор развернулся и встал около Люцифера, за левым плечом Гарри. — Мистер Морнингстар, вы следующий. — Грюм не показал ни малейшего удивления, либо умел скрывать эмоции, либо просто уже видел такое раньше. Люцифер вначале чуть было не подчинился приказу, но прямо перед прыжком опомнился и резко развернулся назад, теряя равновесие. Аластор аккуратно подхватил его у самой земли и поставил на ноги. — Просто превосходно! Плюс 10 очков Слизерину! Мистер Поттер вы следующий! — На первой попытке Гарри уже начал прыгать, но прямо перед приземлением ухитрился извернуться и сильно стукнулся коленками. После четырёх попыток у него наконец получилось преодолеть чары и он наконец направился вместе с друзьями к выходу. —Напоминаю всем чемпионам, что после первого испытания всех ждёт святочный бал, который открывают как раз чемпионы. Так что у всех должна быть пара! — Профессор Макгонагалл легко перекрыла голосом шум большого зала за завтраком. — Также напоминаю всем чемпионам, что после завтрака у них интервью и проверка волшебных палочек! Вас поведёт мистер Филч, ровно в 12:00, от ворот большого зала. Не опаздывать! — После речи гул возобновился, и все принялись по быстрому доедать завтраки. После окончания, Люцифер потащил Гарри за собой, попутно вцепляясь в рукав Аластора, потому что из-за мелкого роста его можно было легко потерять даже в толпе первокурсников. Филч привёл чемпионов в класс, где мистер Оливандер, знакомый им по Косой аллее, проверил их палочки, немного удивился идеальному состоянию палочки Аластора, пожелал им удачи и ушёл. А потом началось интервью с журналисткой газеты "Ежедневный Пророк" Ритой Скитер. В начале она просто всех бесила вопросами, колкостями и замечаниями. А затем начала утаскивать чемпионов по одному в чулан для дя швабр, дабы взять личное интервью у каждого. Вначале туда затащили Крама, потом Флёр, затем Седрика. Когда наступила очередь Гарри тот почти не сопротивлялся. Его не было довольно долго, но когда он всё-таки выбрался из чулана, Рита Скитер сразу же утащила туда Люцифера. Его выпустили гораздо быстрее, чем Гарри. Затем Рита потащила в чулан Аластора, что у неё получилось только потому, что тот раздумывал а не прибить ли надоедливую журналистку прямо в этом чулане. — Итак начнём. Так ты дружишь с Гарри Поттером, с мальчиком-который-выжил. Расскажи, как ты с ним познакомился? — Рита почему-то в открытую не замечала направленный на неё враждебный взгляд. Взгляд Аластора выхватил какое-то мельтешение рядом и тот резко повернулся в ту сторону. — Ах да. — Рита сразу поняла что привлекло его внимание. — Ты ведь не против Прытко Пишущего пера? — Вообще-то против. — Рита его спокойно проигнорировала, продолжая увлечённо задавать вопросы и сама же на них отвечать. Через пару минут Аластору это безумно надоело. По щелчку пальцев Прытко Пишущее перо, вместе с блокнотиком, вспыхнули ядовито зелёным пламенем и рассыпались пеплом. — Я так понимаю, интервью окончено. — Не обращая внимания на удивлённый взгляд журналистки, Аластор вышел из чулана и пошёл к друзьям. — Ты ведь её не?.. — У Люцифера в голосе читались страх и интерес. — Пока нет. Только перо с блокнотом испепелил. — Молодец. Уважаю. А вот ты сейчас будешь готов испепелить все вокруг. Нас сейчас будут фотографировать. — Аластор вздохнул. — Остаётся надежда, что в таком виде меня всё-таки можно сфотографировать. — Гарри недоумённо смотрел то на одного, то на второго. Ну и друзья у него конечно... Наконец напуганная Рита Скитер всё-таки вышла из чулана. И начала с энтузиазмом рассаживать чемпионов как только можно, но старалась всегда посадить Гарри в центр. Аластор всегда оставался скраю фотографии, чтобы быть меньше заметным. Но в какой-то момент эта сумасшедшая репортёрша всё-таки посадила его в центр, между Гарри и Седриком. Эффект не заставил себя долго ждать, камера бабахнула громче чем должна была и из неё повалил дым в огромных количествах. Фотография всё-таки выпала, но на ней была такая мешанина пятен и полос на месте Аластора, что её решили уничтожить. Наконец ад закончился, и их отпустили. Глядя вслед уходящей троице, Дамблдор слышал в голове тихий звук падения оставшихся осколков планов. Гарри всё больше сближался со Слизеринцами, обзавёлся кучей друзей, на лето к Дурслям больше не ездит... Да и Гермиона с Джинни всё больше времени проводили с ними. Золотое трио окончательно разрушилось, раскололось и растворилось в беспощадном потоке жизни. Дамблдор тяжело вздохнул. Конечно, победить Волан де Морта эта троица, да и вся остальная их компашка сможет. Но ведь сюжет должен был быть не такой! Должна была быть трагедия, чтобы его, Дамблдора, запомнили надолго, желательно навсегда. А так запомнят только толпу ребятишек, которые сумели сами по себе прибить тёмного Лорда. Ваще трындец. До первого испытания оставалось пара дней.