Демон в Хогвартсе: фанфик по фанфику

Второй тур пролетел незаметно. Аластор в начале отказался идти в воду, но его туда столкнул Люцифер. Они вынырнули вдвоём, вместе с их пленниками. Мало кто заметил исчезающий красный цвет из волос Аластора. Тот аккуратно, как джентльмен, держал на руках Полумну. Люцифер отчаянно поддерживал Джинни, которая была сантиметров на семь его выше. Остальные справились не хуже. Гарри выплыл третьим, таща за собой задыхающегося Драко, и придерживая сестру Флёр, выбывшую почти сразу же после начала. Теперь же Люцифер стоял перед огромным зелёным лабиринтом, и думал, где же он так облажался. Аластор уже скрылся в зеленоватом сумраке, следующим ушёл Гарри. Прозвучало громкое "Люцифер Морнингстар! Третье место" и тому ничего не оставалось, как последовать за друзьями. В это время Аластор уже успел прикончить парочку соплохвостов, боггарта, и пройти полпути до кубка. Гарри попал в туман нарушения гравитации, а потом столкнулся нос к носу с Крамом, только что оглушившим Флёр. Оглушив безумца, Гарри послал в небо красные искры, и поспешно скрылся. Тусклый голубоватый свет замаячил в конце тропинки, на которую тот случайно свернул. Гарри решил не медлить, и пулей рванул к Кубку. Краем глаза он заметил, что из какого-то поворота вылетел Седрик и тоже кинулся к Кубку. Смутную тень, скрытую в голубоватых отблесках ни тот ни другой не заметили. — Седрик! Слева! — Гарри истошно закричал, замечая приближающегося к Пуффендуйцу гигантского паука. Тот не успел отреагировать и чудовищные жвалы клацнули в паре сантиметров от его ноги. Неожиданно тени на стенах пришли в движение, обретая объём и превращаясь в тяжёлые чёрные щупальца. Раздался страшный хруст, паука смяло и разорвало, одной из его конечностей Гарри сбило с ног, в Седрика прилетел огромный глаз, от чего тот упал. Теневые щупальца таяли, превращаясь в обычные тени и исчезая. — Было бы неприятно погибнуть прямо у заветной цели, не находите? — Шипящий голос, как из сломанного радиоприёмника, раздался прямо у Гарри над ухом. Тот резко дёрнулся и увидел Аластора, всё также улыбающегося и протягивающего руку. Его тень, жившая своей отдельной, непостижимой жизнью, подняла с земли Седрика и беззвучно расхохоталась. Гарри неуверенно поднялся на ноги. Аластор был ближе всех к Кубку, да и ран на нём не было заметно. Тот усмехнулся. — Рассчитываешь, как добраться до кубка первым? Рассчитывай сколько влезет, меня победа всё равно не слишком интересует. Или гадаешь как обогнать его? — Аластор небрежно кивнул в сторону Седрика, брезгливо осматривающего след от удара отлетевшего глаза. — Нет. Я думаю, может, раз мы все трое добрались сюда одновременно, то возьмём кубок вместе. В конце концов это всё равно будет победа Хогвартса. — Седрик удивлённо покосился на Гарри, Аластор прищурил глаза. — В принципе хорошая идея. Я за. Диггори, ты же понимаешь, что если ты против, то легче всего будет просто убить тебя прямо здесь? — Широкая улыбка Аластора и тон, которым это было сказано, а также сумасшествие в глазах, показали Седрику, что тот не шутит. Тот, пару секунд помедлив, кивнул. Все трое спокойно подошли к Кубку. — На счет три! — Гарри решил побыть лидером. — Раз, два... Три! В то же мгновение Гарри почувствовал рывок где-то под ложечкой. Ноги оторвались от земли. Рука, крепко держащая Кубок, не разжималась. Гарри резко приземлился, вывихнутая нога подогнулась, и он рухнул на землю. Рука, наконец, оторвалась от Кубка. Гарри поднял голову. — Где мы? — Спросил он. Седрик молча покачал головой. Аластор с усмешкой помог Гарри подняться, и все трое огляделись. Местность вокруг ничем не напоминала Хогвартс. Не было гор, окружавших замок, похоже, они преодолели несколько миль, может даже сотню. Они стояли посреди тёмного густо заросшего кладбища, справа за огромным тисом чернел силуэт небольшой церкви. Слева — холм, на склоне которого находился старый красивый особняк. Седрик посмотрел на Кубок Трёх Волшебников. — Тебе кто-нибудь говорил, что этот Кубок — портал? — Нет, — ответил Гарри. Он с любопытством оглядел кладбище. Кругом тихо-тихо и как-то нереально. — Это что — часть задания? — Не знаю. — Седрик явно нервничал. — Достанем палочки? — Гарри согласился. Оба вынули палочки, Аластор просто достал из воздуха микрофон. Гарри всё оглядывался, и опять явилось странное ощущение, что за ними следят. — Смотри, кто-то идёт, — вдруг сказал он. Отчаянно всматриваясь в темноту, они заметили, как медленно, огибая могилы, к ним приближается человек. Роста невысокого, лицо скрыто капюшоном, в руках свёрток, который он несёт с осторожностью. Расстояние между ними сокращалось, человек подошёл совсем близко, и Гарри увидел, что у него на руках младенец… а может, просто свёрток с одеждой? Гарри опустил палочку и посмотрел на Седрика. Седрик ответил озадаченным взглядом, Аластор просто обнажил клыки. Все трое посмотрели на коротышку-незнакомца, который остановился шагах в двух возле высокого мраморного надгробья. Секунду-другую все четверо не спускали друг с друга глаз. И тут случилось то, чего Гарри меньше всего ожидал: шрам взорвался такой болью, какой он никогда прежде не испытывал. Палочка выпала, он закрыл лицо руками, и упал на траву, как подкошенный. Он ничего не видел, чувствовал только, что голова раскалывается от боли. Откуда-то издалека, сверху донёсся холодный, шипящий голос: — Убей лишних... — Послышался свистящий звук, и в темноте проскрипел другой голос: — Авада Кедавра! Вспышка зелёного света обожгла сквозь веки глаза, и Гарри услышал, как рядом рухнуло что-то тяжёлое. Боль в шраме стала невыносимой, его вырвало, и стало немного легче. Гарри со страхом открыл слезящиеся глаза. Рядом с ним распласталось два тела. Аластор лежал на спине, по лицу стекала тонкая струйка крови из неизвестно откуда взявшейся раны на лбу. Седрик лежал съёжившись, как будто готовился встать, но Гарри знал, что шансов не было. Гарри казалось, он целую вечность всматривается в лицо Аластора, в его широко распахнутые серые глаза, пустые, как окна нежилого дома. На самом деле прошло лишь мгновение, и не успел он осознать происшедшее, его леденящую невозможность, как почувствовал, что его ставят на ноги. Коротышка в плаще положил свёрток на землю, достал волшебную палочку и потащил Гарри к мраморному надгробью. Затем развернул его и прислонил к камню спиной. Но Гарри всё-таки успел заметить при слабом мерцании палочки высеченное на камне имя «ТОМ РЕДДЛ». Из палочки незнакомца потянулись верёвки, и он начал привязывать Гарри к надгробью. Под капюшоном слышалось прерывистое, лихорадочное дыхание. Гарри попытался сопротивляться, но коротышка ударил его кулаком, и Гарри заметил: на руке у него не хватает пальца. Так вот кто на них напал — старый приятель Хвост. — Ты! — выдохнул Гарри. Хвост ничего не ответил. Он закончил колдовать с верёвками и теперь трясущимися руками ощупывал каждый узел, проверяя, крепко ли Гарри привязан. Убедившись, что Гарри не может шевельнуть ни рукой, ни ногой, Хвост вытащил из-под плаща чёрную тряпку и грубо запихал её в рот пленнику. Затем, так же молча, обошёл Гарри и скрылся у него за спиной. Гарри не мог повернуть головы и видел лишь то, что перед ним. Шагах в десяти два тела. Сразу за ними в свете звёзд блестит Кубок. Палочка Гарри у самых его ног. Свёрток, замотанный в мантию, Гарри подумал, что это младенец, рядом с надгробьем. Кажется, и правда в нём кто-то есть, свёрток неуклюже зашевелился. Гарри смотрел на него, шрам снова обожгла боль, и он вдруг отчётливо понял — он не хочет знать, что в свёртке, не хочет, чтобы Хвост его развернул… Под ногами раздался шорох. Гарри глянул вниз: по траве вокруг надгробья скользит огромная змея. Снова послышалось быстрое, прерывистое дыхание Хвоста. Похоже, он тащит что-то тяжёлое. Вот он опять в поле зрения, волочит каменный котёл, в котором слышится плеск воды. Котёл огромный, в нём бы уместился крупный мужчина; таким Гарри не приходилось пользоваться. Свёрток, лежащий на земле, зашевелился сильнее. Находящееся там существо, казалось, рвётся наружу. Хвост сунул под котёл волшебную палочку, и оттуда выстрелили языки пламени. Змея поспешно уползла в темноту. Жидкость в котле нагрелась быстро. Не прошло и пяти минут, как она уже кипела вовсю, бросая вверх пунцовые искры, словно тоже воспламенилась. Пар становился всё гуще, и скоро фигура у костра превратилась в расплывчатое пятно. Кто-то в свёртке теперь уже лихорадочно метался. И Гарри снова услышал пронзительный, ледяной голос: — Скорее! — Кипящая поверхность жидкости вся превратилась в искры и сверкала, точно усыпанная бриллиантами. — Всё готово, хозяин. — Пора… — изрёк ледяной голос. Хвост развернул свёрток, не поднимая с земли; увиденное исторгло бы из груди Гарри пронзительный вопль, не будь у него во рту чёрного кляпа. Как будто Хвост, споткнувшись о камень, вывернул его из земли, и под ним оказалось что-то вроде скользкого слепого червя, нет, в миллион раз хуже. Принесённое Хвостом на кладбище существо напоминало скорчившегося младенца. Но только очертаниями, во всём остальном оно ни капли не походило на человеческого детёныша. Чешуйчатое безволосое тело цвета сырого мяса, слабые, тонкие ручки и ножки, а лицо — такого ни у одного ребёнка отродясь не было — приплюснутое, как у змеи, с блестящими красноватыми глазами-щёлками. Существо казалось почти беспомощным. Оно протянуло ручки к Хвосту, обняло за шею, и Хвост его поднял. В этот миг капюшон упал у него с головы, и Гарри увидел на бледном лице крайнее отвращение. Хвост поднял свою ношу над котлом и искры, танцующие на поверхности жидкости, осветили на мгновение плоское злобное лицо. Хвост опустил существо в котёл, и оно с шипением исчезло. Гарри услышал, как тельце мягко стукнулось о каменное дно котла. "Пусть, пусть он утонет", стучало в голове Гарри. Шрам его разрывался от невыносимой боли… "Пожалуйста… Пусть утонет…" И тут Хвост заговорил. Голос его дрожал, выдавая панический страх. Он поднял палочку, закрыл глаза и с трудом произнёс. — Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына! — К ужасу Гарри земля у него под ногами разверзлась, оттуда выпорхнула тонкая струйка праха и, повинуясь мановению палочки, нырнула в кипящую жидкость. Сверкающая поверхность, зашипев, лопнула, искры разметало по сторонам, и жидкость в котле стала ядовито-голубой. Поскуливая от ужаса, Хвост вытащил из-под плаща длинный тонкий серебряный кинжал и снова заговорил, на сей раз каждое слово сопровождая истеричным всхлипом — П-плоть… слуги… отданная д-добровольно… оживи… своего… хозяина! Вытянул перед собой правую руку, ту, на которой нет пальца, крепко сжал кинжал в левой и замахнулся. Гарри мгновенно понял, что сейчас будет, и успел зажмуриться. Но уши-то он не мог зажать и невольно услыхал безумный вопль, пронзивший его сердце, как будто Хвост ударил и его кинжалом. Что-то со стуком упало на землю, Хвост тяжело задышал, и тут же раздался всплеск зелья, вызвавший у Гарри приступ дурноты. Он не смог открыть глаза, но даже сквозь веки увидел — зелье стало кроваво-красным. Хвост всхлипывал и скулил от боли. Гарри вдруг почувствовал на лице чужое дыхание и понял, что Хвост подошёл вплотную к нему.— К-кровь недруга… взятая насильно… воскреси… своего врага! Гарри не мог ему воспротивиться — слишком крепко был связан. Скосив глаза, тщетно пытаясь выпутаться из верёвок, увидел, как трясётся серебряный кинжал в оставшейся руке Хвоста. Острый конец проколол кожу на сгибе локтя, и по разорванной мантии потекла тёплая кровь. Всё ещё хрипло дыша от боли, Хвост вынул из кармана стеклянный пузырёк и поднёс к ране Гарри, пузырёк быстро наполнился. Пошатываясь, Хвост вернулся к котлу и плеснул в него кровь. Жидкость мгновенно стала ослепительно белой. Покончив с приготовлением зелья, Хвост без сил упал на колени и тут же повалился на землю. Он лежал скорчившись, баюкая кровавый обрубок, и тихо постанывал. Котёл кипел, сверкающие искры летели во все стороны, от их слепящего блеска всё вокруг погрузилось в непроглядную черноту. Ничего не происходило…" Пусть утонет, пусть произойдёт ошибка" молил Гарри. Но искры погасли, из котла взметнулся столб белого пара, он становился всё гуще, и Гарри больше не видел ни Хвоста, ни тел друга и соперника. — Пар затопил всё. "Зелье не вышло… он утонул… пожалуйста… пожалуйста… пусть он умрёт" Вот уже в облаке пара, идущего из котла, начали возникать очертания высокого, худого, как скелет, человека, и Гарри окатила леденящая волна ужаса. — Одень меня, — произнёс он пронзившим сердце голосом. Всхлипывая и прижимая к груди изуродованную руку, Хвост с трудом встал на ноги, поднял левой рукой с земли чёрный плащ с капюшоном и одной рукой накинул его на голову и плечи хозяина. Живой скелет ступил из котла на землю, не сводя глаз с Гарри. А Гарри не мог отвести взгляд от бледного как смерть лица. Три года его преследовали в ночных кошмарах эти красные злобные глаза, тупой змеиный нос, узкие щёлки ноздрей…Лорд Волан-де-Морт возродился. Волан-де-Морт отвёл взгляд от Гарри и принялся осматривать собственное тело. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щёлочки, горели в темноте ещё пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперёд руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на окровавленного, лежащего на земле Хвоста, ни на огромную змею, которая снова приползла и обвилась вокруг памятника с привязанным к нему Гарри. Волан-де-Морт запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил её, а потом поднял и направил на Хвоста. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника, к которому был привязан Гарри. Всхлипы и стоны стали громче. Волан-де-Морт поднял свои багровые глаза на Гарри и засмеялся пронзительным, ледяным смехом. Хвост обернул свой обрубок мантией, и теперь она блестела от пропитавшей её крови. — Милорд… — задыхаясь, простонал он. — Милорд… Вы обещали… вы же обещали… — Протяни руку. — Процедил небрежно Волан-де-Морт. — Хозяин… спасибо, хозяин… — Хвост протянул свой окровавленный обрубок, но Волан-де-Морт снова захохотал — Другую руку, Хвост. — Хозяин, пожалуйста… пожалуйста. — Волан-де-Морт наклонился над своим слугой, дёрнул вперёд его левую руку и одним движением задрал рукав мантии выше локтя. Гарри увидел на коже какой-то знак, похожий на красную татуировку, в которой, приглядевшись, узнал Чёрную Метку, такую же, как появилась в небе во время Чемпионата мира: череп с вылезающей изо рта змеёй. Волан-де-Морт внимательно осмотрел Метку, не замечая громких всхлипов Хвоста, которые уже превращались в судорожные рыдания. — Она снова здесь, — тихо произнёс он, — они снова её заметят… теперь мы посмотрим… теперь мы узнаем. — И он прижал свой длинный указательный палец к Метке на руке Хвоста. Шрам на лбу Гарри снова обожгла боль, а от вопля Хвоста зазвенело в ушах. Волан-де-Морт убрал палец, и Гарри увидел, что Метка стала угольно-чёрной. С выражением злобного удовлетворения на лице Волан-де-Морт выпрямился и огляделся вокруг.— Сколько же их соберётся с силами и явится сюда, когда они почувствуют это? — прошептал он, запрокидывая голову и всматриваясь в звёзды. — И сколько окажется глупцов, которые решат держаться подальше отсюда? — Он стал расхаживать взад-вперёд перед Гарри и Хвостом, то и дело окидывая взглядом кладбище. Через минуту-другую он снова посмотрел на Гарри, остановился, и жестокая улыбка исказила его змееподобное лицо. — Ты, Гарри Поттер, стоишь на останках моего покойного отца. — Тихо прошипел он. — Он был маглом и дураком… Как и твоя дорогая мамочка. Но они оба пригодились нам, не правда ли? Твоя мать погибла, защищая тебя… а я сам убил своего отца, и посмотри, как он мне помог, уже будучи покойником… — Волан-де-Морт снова расхохотался и принялся мерить шагами кладбище, а змея скользила за ним в траве.— Видишь этот дом на склоне холма, Поттер? Там жил мой отец. Моя мать, колдунья, жила в этой деревне и влюбилась в него. Но он бросил её, когда она рассказала ему кто она такая… Он не любил магию, мой папаша… Он бросил её и вернулся к своим маглам-родителям ещё до моего рождения, Поттер, а она умерла, родив меня, и я вырос в магловском приюте… Но я поклялся найти его… я отомстил ему, этому дураку, который дал мне своё имя… Том Реддл… —Он не останавливался ни на минуту переводя взгляд с одной могилы на другую.— Послушать только, как я тут рассказываю историю моей семьи… — тихо заметил он. — Похоже, я становлюсь сентиментальным… Смотри, Гарри! Вот возвращается моя настоящая семья… —Внезапно ночную тишину нарушил шорох развевающихся мантий. Среди могил, под огромным тисом, везде, где была тень, возникали фигуры волшебников. Все они были в масках, на головах у них были капюшоны. Один за другим они двигались к ним… медленно, осторожно, как будто не веря своим глазам. Волан-де-Морт молча стоял посреди кладбища и глядел на них. Наконец один из Пожирателей смерти упал на колени, подполз к Волан-де-Морту и поцеловал подол его чёрной мантии. — Хозяин… хозяин… — Пробормотал он. Остальные Пожиратели смерти сделали то же самое. Один за другим они подползали на коленях к Волан-де-Морту и целовали его мантию прежде, чем подняться и отойти в сторону. Мало-помалу они образовали круг, внутри которого находились могила Тома Реддла, Гарри, Волан-де-Морт и корчащийся на земле, всхлипывающий Хвост. В этом кругу были прогалины, как будто они оставили место для кого-то ещё. Но сам Волан-де-Морт, похоже, никого больше не ожидал. Он внимательно оглядел скрытые капюшонами лица и хотя никакого ветра не было, по кругу пробежал тихий шорох, как будто все стоящие в нём вздрогнули. — Добро пожаловать, Пожиратели смерти... — Тихо сказал Волан-де-Морт. — Тринадцать лет… Прошло тринадцать лет со дня нашей последней встречи. И всё же вы ответили на мой зов будто это было вчера… значит, нас всех по-прежнему объединяет Чёрная Метка? Или нет? — Он снова запрокинул к небу своё ужасное лицо и с шумом втянул воздух. Его щёлочки-ноздри раздулись.— Я чую вину. Воздух насквозь провонял виной. — Стоящие в кругу снова вздрогнули, каждый как будто пытался и не смел сделать шаг назад.— Я вижу, вы живы и здоровы, силы ваши не иссякли — вы так быстро прибыли! И я спрашиваю себя… А почему этот отряд волшебников так и не пришёл на помощь своему хозяину, которому они клялись в вечной верности? — Никто не произнёс ни слова. Никто не шевельнулся, если не считать Хвоста, который лежал на земле, всхлипывая и баюкая свой кровоточащий обрубок.— И я отвечаю, — продолжил Волан-де-Морт свистящим шёпотом, — они, должно быть, поверили, что я повержен, что я погиб. Они снова вернулись в стан моих врагов, и клялись в своей невиновности, в том, что они ничего не знали, что были околдованы… И я спрашиваю себя, как они могли поверить, что я не восстану вновь? Те, кто знал, как я защитил себя от смерти? Те, кто своими глазами видели доказательства моей безмерной силы, когда я был самым могущественным из всех теперешних волшебников? И я отвечаю: может, они поверили, что существует ещё более могучая сила, которая может уничтожить даже лорда Волан-де-Морта… Может, они теперь клянутся в верности другому… Может, этому защитнику грязнокровок и простецов Альбусу Дамблдору? — При упоминании имени Дамблдора стоящие в кругу зашевелились, послышалось бормотание, кое-кто покачал головой. Волан-де-Морт не обратил на них внимания.— Я разочарован… признаюсь, я весьма разочарован… — Один из Пожирателей смерти неожиданно бросился вперёд и рухнул к ногам Волан-де-Морта. Тело его сотрясала дрожь. — Хозяин! — крикнул он. — Хозяин, прости меня! Прости нас всех! — Волан-де-Морт с хохотом поднял палочку и произнёс. — Круцио! —Пожиратель смерти начал извиваться и кричать от боли. Гарри был уверен, что эти крики не могут не услышать жители деревни… "Пусть появится полиция" Промелькнула у него отчаянная мысль… Кто-нибудь… Что-нибудь…Волан-де-Морт снова поднял палочку. Измученный Пожиратель смерти перестал корчиться и лежал на спине, тяжело дыша. — Встань, Эйвери. — Тихо сказал Волан-де-Морт. — Встань. Ты просил прощения? Я не прощаю. И я ничего не забываю. Тринадцать долгих лет… Тринадцать лет верной службы, и тогда, может быть, я вас прощу… А вот Хвост уже оплатил часть своего долга, правда, Хвост? — Он бросил взгляд на Хвоста, который продолжал всхлипывать. — Ты вернулся ко мне не доказать свою верность. Ты вернулся, потому что испугался своих старых друзей. Ты заслужил эту боль, Хвост. И ты знаешь это, правда? — Да, хозяин. — Простонал Хвост. — Пожалуйста, хозяин… умоляю… — И всё же ты помог мне снова обрести тело, — холодно продолжал Волан-де-Морт, глядя как всхлипывает лежащий на земле Хвост. — Каким бы бесполезным предателем ты ни был, ты всё же помог мне… А лорд Волан-де-Морт награждает тех, кто ему помогает — Волан-де-Морт снова поднял палочку и взмахнул ею. В воздухе остался след, похожий на расплавленную полосу серебра. Через мгновение бесформенная полоса превратилась в сверкающую копию человеческой кисти. Сияя в темноте, как луна, кисть тут же опустилась и приросла к окровавленному запястью Хвоста. Всхлипывание мгновенно прекратилось. Тяжело дыша, Хвост поднял голову и, не веря своим глазам, смотрел на серебряную кисть, так безупречно соединённую с его собственной рукой, что, казалось, он надел ослепительно сияющую перчатку. Он согнул и разогнул серебряные пальцы, а потом, дрожа, поднял с земли какой-то прутик и растёр его в порошок. — Милорд. — Прошептал он. — Хозяин… она прекрасна… спасибо… спасибо… — Он на коленях подполз к Волан-де-Морту и поцеловал край его мантии. — И пусть твоя верность будет неколебима, Хвост, — сказал Волан-де-Морт. — Конечно, милорд… навсегда, милорд…— Хвост поднялся и занял своё место в кругу. Он не сводил глаз со своей новой руки, а лицо его блестело от слёз. Волан-де-Морт подошёл к стоящему справа от него Пожирателю. — Люциус, мой скользкий друг, — прошептал он, остановившись перед ним. — Мне говорили, что ты не отрёкся от прежней жизни, хотя и был вынужден надеть личину приличного человека. Ты, я думаю, по-прежнему готов возглавить тех, кто не прочь помучить маглов? И всё же ты не попытался найти меня, Люциус… должен сказать, твои подвиги на Чемпионате мира по квиддичу позабавили меня… но разве не разумнее было бы направить свои силы на поиски своего хозяина, на помощь ему. — Милорд, я всегда был настороже, — тут же послышался из-под капюшона голос Люциуса Малфоя. — Если бы я заметил хоть какой-то знак, любой намёк на ваше присутствие, я бы тут же, немедленно явился к вам, ничто не могло бы помешать мне… — Тем не менее, ты бежал от моей Метки, когда преданный мне Пожиратель смерти запустил её в небо этим летом. — Лениво заметил Волан-де-Морт, и мистер Малфой тут же умолк. — Да, мне всё известно, Люциус… Ты меня разочаровал… Я ожидаю от тебя более верной службы. — Конечно, милорд, конечно… вы милостивы, благодарю вас, милорд. — Волан-де-Морт двинулся вдоль круга и остановился у большого промежутка между Малфоем и следующим Пожирателем смерти, здесь, похоже, не хватало двоих. — Здесь должны стоять супруги Лестрейндж —Тихий голос Волан-де-Морта разносился по кладбищу. — Но они замурованы в Азкабане. Они были преданы мне. Они предпочли отправиться в Азкабан, нежели отречься от меня… Когда стены Азкабана рухнут, они будут вознаграждены так, как и мечтать не могли. Дементоры присоединятся к нам… они наши естественные союзники… мы снова призовём великанов… все мои верные слуги вернутся ко мне, и целая армия существ, сеющих страх… — Он снова пошёл по кругу. Мимо некоторых Пожирателей смерти он проходил молча, перед другими останавливался и говорил с ними.— Макнейр… Хвост говорит, ты сейчас уничтожаешь опасных животных по заданию Министерства магии? Скоро у тебя появятся жертвы поинтереснее, Макнейр. Лорд Волан-де-Морт позаботится об этом… — Спасибо, хозяин… спасибо. — Пообормотал Макнейр. — А здесь, — Волан-де-Морт подошёл к двоим самым высоким Пожирателям смерти, — здесь у нас Крэбб… Ты сработаешь лучше на этот раз, правда Крэбб? И ты, Гойл? — Оба неуклюже поклонились, глухо бормоча — Да, хозяин… — Конечно, хозяин… — То же самое касается и тебя, Нотт, — тихо обратился Волан-де-Морт к фигуре, ссутулившейся в тени мистера Гойла. — Милорд, я падаю ниц перед вами, я ваш самый верный и покорный… — Достаточно, — произнёс Волан-де-Морт. Он остановился перед самой большой прогалиной в круге и глядел на пустое место своими ничего не выражающими, красными глазами, как будто видел стоящих перед ним людей. — А здесь у нас не хватает шестерых… Трое погибли, служа мне. Один побоялся вернуться… он пожалеет об этом. Один, я думаю, покинул меня навсегда… Он, конечно, будет убит… И ещё один, самый верный мой слуга, который снова служит мне верой и правдой. Пожиратели смерти зашевелились. Гарри видел, как они сквозь маски бросают взгляды друг на друга. — Он сейчас в Хогвартсе, мой преданный слуга, и именно благодаря ему сюда прибыл наш юный друг. Да, — безгубый рот Волан-де-Морта искривился в усмешке, и все стоящие в кругу перевели взгляд на Гарри. — Гарри Поттер любезно присоединился к нам, чтобы отпраздновать моё возрождение. Осмелюсь даже назвать его моим почётным гостем. Повисла тишина. Пожиратель справа от Хвоста сделал шаг вперёд и из-под маски донёсся голос Люциуса Малфоя. — Хозяин, мы жаждем узнать… Умоляем вас рассказать нам… Как вы добились этого… Этого чуда… Как вам удалось вернуться к нам… — Это удивительная история, Люциус, — произнёс Волан-де-Морт. — И она начинается… И заканчивается… Моим юным присутствующим здесь другом. — Он неспешно подошёл к Гарри и встал рядом с ним. Теперь взгляды всех были направлены на них обоих. Змея продолжала описывать круги в траве.— Вы, конечно, знаете, что этого мальчика называли причиной моего падения? — Тихо прошипел Волан-де-Морт. Он перевёл свои красные глаза на Гарри, и шрам пронзила такая боль, что Гарри едва не вскрикнул. — Вам известно, что в ночь, когда я потерял свою силу и своё тело, я хотел убить его. Его мать погибла, пытаясь спасти его… И невольно дала ему защиту, которой, признаюсь, я не предусмотрел… Я не мог дотронуться до него. Волан-де-Морт поднял длинный белый палец и поднёс его к щеке Гарри.— Его мать оставила на нём след своей жертвы… Это очень древняя магия, и я должен был вспомнить… Глупо было не подумать об этом… Но это неважно, теперь я могу прикоснуться к нему. —Гарри почувствовал прикосновение холодного пальца, и голова его едва не разлетелась на куски от вспыхнувшей боли. Волан-де-Морт тихо рассмеялся ему прямо в ухо, а потом убрал палец и продолжил свой рассказ. — Должен признаться, друзья мои, я просчитался. Моё заклятие было отражено глупой жертвой этой женщины и обратилось против меня самого. О-о… это запредельная боль, друзья мои, и я к ней был совершенно не готов. Я был вырван из тела, я стал меньше, чем дух, чем самое захудалое привидение… но всё-таки я был жив. Чем я был, не знаю даже я… Я, который дальше кого-либо прошёл по тропе, ведущей к бессмертию. Вы знаете мою цель — победить смерть. И похоже, какой-то из моих экспериментов сработал… потому что я не погиб, а ведь это заклятие должно было меня убить. Но я стал слабее любого живого существа, и я не мог себе помочь… потому что у меня не было тела, а для необходимого заклятия требовалась волшебная палочка… Помню только, что секунду за секундой, бесконечно, я заставлял себя существовать… Я обосновался в далёкой глуши, в лесу, и я ждал… Я был уверен, что кто-нибудь из моих верных Пожирателей смерти попытается разыскать меня… Кто-нибудь придёт и осуществит волшебство, которое я сам не могу осуществить, и поможет мне вернуться в моё тело… Но я ждал напрасно… —По безмолвному кругу Пожирателей смерти снова пробежала дрожь. Волан-де-Морт замолчал. Напряжение нарастало. — У меня осталась лишь одна способность, — продолжил Волан-де-Морт через некоторое время, — я мог овладевать другими телами. Но я не отваживался приближаться к местам, где было много людей, потому что знал, что мракоборцы не прекратили свои поиски. Иногда я вселялся в животных — чаще всего, конечно, в змей — но это было лишь немногим лучше, чем оставаться просто духом, потому что тела животных очень плохо приспособлены к занятиям волшебством… а когда я в них вселялся, жизнь их становилась на удивление короткой; ни одно из животных долго не протянуло… Потом… Четыре года назад… Казалось, появилось верное средство вернуться. Молодой, глупый и доверчивый волшебник забрался в лесную глушь, где обитал я. О, он показался мне тем самым шансом, о котором я так долго мечтал… Он был учителем в школе Дамблдора… его было легко подчинить себе… он привёз меня сюда, в эту страну, и через некоторое время я вселился в его тело, чтобы тщательно следить за тем, как он выполняет мои приказы. Но мой друг подвёл меня. Мне не удалось завладеть философским камнем. Мне не удалось обеспечить себе бессмертие. Мне снова помешали… И снова Гарри Поттер… — Повисла тишина. Никто не шевелился, замерли даже листья на тисе. Пожиратели смерти были неподвижны, и лишь глаза блестели сквозь прорези масок, направленные на Волан-де-Морта и на Гарри.— Мой слуга умер, когда я покинул его тело, и я снова стал таким же слабым, как раньше, — продолжил Волан-де-Морт. — Я вернулся в глушь, туда, где прятался, и, по правде говоря, я засомневался тогда, удастся ли мне вообще вернуть свои силы… Да, это, пожалуй, было самое тяжёлое для меня время… Я не мог рассчитывать заполучить ещё одного волшебника… И я уже отбросил всякую надежду на помощь от кого-нибудь из Пожирателей смерти… — Кое-кто из волшебников в кругу пошевелился, но Волан-де-Морт не обратил на них ни малейшего внимания.— И вдруг, меньше года назад, когда я уже оставил всякую надежду, это наконец, случилось… Ко мне вернулся мой слуга, Хвост. Он сымитировал тринадцать лет назад свою смерть, но те, кого он раньше считал друзьями, разоблачили его, и он решил вернуться к хозяину. Он искал меня в тех краях, которые уже давно слухи связывали с моим именем… Ему, конечно, помогли крысы. У Хвоста вообще какая-то мистическая связь с крысами, правда, Хвост? Его грязные маленькие друзья рассказали ему, что в дебрях албанских лесов есть место, которое они обходят стороной, место, где тёмная тень овладевает телами маленьких зверушек, и бедные маленькие зверушки гибнут… Но не всё прошло гладко, правда, Хвост? Однажды вечером, проголодавшись, он зашёл на постоялый двор на окраине того самого леса, где он рассчитывал меня найти… И надо же такому случиться — там сидела за столом Берта Джоркинс из Министерства магии! А теперь посмотрите, как судьба благоволит лорду Волан-де-Морту! Хвосту мог быть конец, и с ним растаяли бы и мои надежды на возрождение. Но Хвост продемонстрировал неожиданное присутствие духа и уговорил Берту Джоркинс выйти прогуляться вместе с ним. Он одолел её… И привёл её ко мне. И Берта Джоркинс, которая могла бы разрушить всё, вместо этого стала даром небес… Потому что после недолгих уговоров выяснилось, что она просто кладезь ценнейшей информации. Она рассказала мне о том, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников. Она сообщила мне о Пожирателе смерти, который будет счастлив выполнить любое моё задание, если мне удастся установить с ним контакт. Она поведала мне многое… но средства, которыми я воспользовался, чтобы преодолеть наложенное на неё Заклятие памяти, оказались слишком сильны. Когда я извлёк из неё всю необходимую информацию, её тело и разум были практически полностью разрушены. Она выполнила своё назначение. Вселиться в её тело было невозможно, и я избавился от неё. Волан-де-Морт улыбнулся своей ужасной улыбкой. Его красные глаза были равнодушны и безжалостны. — Вселиться в тело Хвоста, я, конечно, не мог, потому что он считался погибшим, и его появление на людях вызвало бы слишком много вопросов. Но он был слугой, который был мне необходим, и хотя волшебник из него никакой, Хвост, следуя моим указаниям, помог мне вернуться в собственное, пусть и неполноценное, тело, в котором я существовал, готовя всё необходимое для настоящего возрождения… Пара-тройка заклинаний моего собственного изобретения… Немного помощи от моей дорогой Нагайны, — Волан-де-Морт посмотрел на непрерывно скользящую вокруг него змею, — зелье, сваренное из крови единорога и змеиного яда, которым поделилась со мной Нагайна… И вскоре я вернул себе почти человеческий облик, в котором мог путешествовать. Но сейчас мне нужна была прежде всего жизнь смертного существа, бессмертие могло и подождать… Теперь моей целью было вернуться в прежнее тело и вернуть себе прежние силы. Я знал, как добиться этого, заклинание, что вернуло меня сегодня к жизни, это старинная Чёрная магия. Мне нужны были три мощнейших магических вещества. Ну, одно из них у меня уже было, так, Хвост? Плоть, отданная слугой… Кость отца легко было найти здесь, где он похоронен. Но кровь врага… Хвост конечно, предпочёл бы, чтобы я использовал любого подвернувшегося под руку волшебника, правда, Хвост? Любого волшебника, который ненавидит меня… Ведь очень многие ненавидят меня до сих пор. Но я знал, чья кровь мне нужна. Если я хочу возродиться ещё более могущественным, мне нужна кровь Гарри Поттера. Мне нужна была кровь того, кто лишил меня силы тринадцать лет назад. Тогда защита его матери будет всегда со мной, будет течь и в моих венах… Но как добраться до Гарри Поттера? Ведь он сам не подозревал, насколько сильно он защищён. Дамблдор всё продумал ещё тринадцать лет назад, когда устраивал его будущее. Дамблдор использовал древнее заклятие, которое делало Поттера неприкосновенным до тех пор, пока он находился под опекой своих родственников. Даже я не мог добраться до него… ну, конечно, был ещё Чемпионат мира по квиддичу… Я подумал, что там, вдали от родных и от Дамблдора его защита сойдёт на нет, но я тогда был ещё слишком слаб, чтобы пытаться похитить мальчишку, окружённого целой толпой волшебников из Министерства. А потом он вернётся в Хогвартс, где день и ночь будет прямо перед крючковатым носом этого маглолюбивого придурка. Так как же захватить его? Естественно, пользуясь информацией, предоставленной Бертой Джоркинс! С помощью моего верного Пожирателя смерти, внедрённого в Хогвартс, добиться, чтобы имя Гарри Поттера попало в Кубок огня. С помощью моего верного Пожирателя смерти добиться, чтобы Гарри Поттер выиграл этот Турнир и первым коснулся Кубка, который мой слуга превратил в портал. Кубок должен перенести его сюда, подальше от защиты и помощи Дамблдора, прямо ко мне в руки. И вот он здесь… Мальчишка, которого вы все считали моим победителем... — Волан-де-Морт медленно шагнул вперёд и повернулся лицом к Гарри Поттеру. Он поднял палочку. — Круцио! — Боль была совершенно невыносимой, кости, казалось, вот-вот расплавятся, а голова разлетится на куски, глаза бешено вращались в глазницах, и Гарри хотелось только, чтобы эта мука прекратилась… Забыться… Умереть… И вдруг всё кончилось. Он обессилено повис на верёвках, которыми его привязали к могильному памятнику отца Волан-де-Морта. Перед ним, как в тумане, горели кроваво-красные глаза. Хохот Пожирателей смерти оглушил его. — Сами видите, глупо было считать, что этот мальчишка мог когда-либо быть сильнее меня, — произнёс Волан-де-Морт. — Но я хочу, чтобы никто больше не заблуждался по этому поводу. Гарри Поттер избежал смерти по счастливой случайности. И сейчас я докажу это, убив его прямо здесь, у вас на глазах, здесь, где нет ни Дамблдора, который помог бы ему, ни матери, чтобы снова умереть за него. Я дам ему шанс. Он сможет сражаться, и у вас не останется ни малейшего сомнения, кто из нас двоих сильнее. Чуть-чуть сильнее, Нагайна, — шепнул он змее, и та заскользила по траве туда, где стояли Пожиратели смерти и смотрели на них во все глаза.— Отвяжи его, Хвост, и верни ему палочку. Хвост подошёл к Гарри, который пытался встать на ноги, прежде чем его отвяжут и он рухнет на землю. Хвост поднял свою новую серебряную руку, вытащил у Гарри кляп изо рта и одним движением разрезал верёвки. Может быть, на какую-то долю секунды у Гарри в голове промелькнула мысль о бегстве, но вывихнутая нога дрожала, а Пожиратели смерти сжали кольцо вокруг Гарри и Волан-де-Морта так, что в нём больше не было пустых мест. Хвост отошёл к двум телам, лежащим у Кубка, вернулся с волшебной палочкой и сунул её грубо в руку Гарри, не глядя на него. После этого он снова занял своё место в кругу Пожирателей смерти.— Тебя учили сражаться на дуэли, Гарри Поттер? — Тихо спросил Волан-де-Морт. Его красные глаза горели во тьме. К Гарри, как из прошлой жизни, пришло смутное воспоминание о том, что два года назад он очень недолго ходил в Дуэльный клуб в Хогвартсе… Всё, чему он там научился, — это обезоруживающее заклинание, «экспеллиармус»… и какой в этом толк, даже если ему и удастся обезоружить Волан-де-Морта? Ведь он окружён Пожирателями смерти, их человек тридцать, не меньше… Он не представлял, что могло бы сейчас ему помочь. Он знал, что вот-вот случится то, о чём Грюм предупреждал много раз, неотразимое заклятие Авада Кедавра… Волан-де-Морт был прав — здесь не было его матери, чтобы снова умереть за него… Он ничем не защищён… — Мы должны поклониться друг другу, Гарри, — сказал Волан-де-Морт, слегка склонившись. При этом лицо его всё равно было обращено к Гарри. — Ну же, приличия надо соблюдать… Дамблдор был бы рад увидеть твои хорошие манеры… поклонись смерти, Гарри… — Пожиратели смерти захохотали. Безгубый рот Волан-де-Морта растянулся в улыбке. Гарри стоял, выпрямившись. Он не позволит Волан-де-Морту играть с ним, как кошка с мышью… Он не доставит ему перед смертью этого удовольствия…— Я сказал, поклонись, — повторил Волан-де-Морт и поднял палочку. Гарри почувствовал, как его позвоночник изогнулся, будто кто-то с силой прижимал его к земле. Пожиратели смерти снова загоготали. — Очень хорошо, — тихо произнёс Волан-де-Морт и снова поднял палочку. (Давление на спину Гарри ослабело, и он смог выпрямиться.) — А теперь встань ко мне лицом как мужчина… Гордо выпрямившись, как умер твой отец… А теперь, дуэль начинается. Волан-де-Морт занёс палочку, и прежде чем Гарри успел что-либо сообразить, его снова настигло заклятие Круциатус. Боль была настолько сильна, что, казалось, заслонила собой весь мир, так что он не мог даже понять, где он… раскалённые добела ножи пронзали каждый сантиметр кожи, голова готова была разлететься на куски от боли; он кричал так громко, как никогда в жизни… И вдруг всё прекратилось. Гарри перекатился на живот и с трудом поднялся на ноги. Он не мог унять дрожь, сотрясающую тело, так же, как не мог унять её Хвост, после того, как отсёк себе руку. Он попытался сделать шаг, и, шатаясь, врезался в стену Пожирателей смерти. Они со смехом оттолкнули его к Волан-де-Морту.— Маленькая передышка, — сказал Волан-де-Морт. Щёлки его ноздрей раздувались от возбуждения. — Маленькая пауза… Больно, правда, Гарри? Ты ведь не хочешь, чтобы я сделал это снова? — Гарри молчал. В этих безжалостных красных глазах он ясно прочёл свою судьбу, он умрёт как его друг, или как Седрик. Он умрёт, и с этим ничего не поделаешь… Но плясать под дудку Волан-де-Морта он не собирается. Он не подчинится ему… Не станет молить о пощаде…— Я спросил тебя, хочешь ли ты, чтобы я сделал это снова? — сказал Волан-де-Морт. — Отвечай! Империо! —Третий раз в жизни Гарри почувствовал, как мысли, все до одной, улетучились из его головы… Ах, какое это было блаженство — не думать… Казалось, что его куда-то уносят тёплые волны, что он безмятежно дремлет… Только скажи «нет»… скажи «нет»… только скажи «нет»… «Не скажу, — прозвучал в голове решительный голос. — Не скажу». «Только скажи „нет“…» «Не буду, я же сказал…» «Только скажи „нет“…» — Не буду! — Эти слова вырвались изо рта Гарри, и эхо разнесло их по всему кладбищу. Приятное состояние полудрёмы мгновенно исчезло, и снова вернулось ощущение боли, которое осталось в его теле после заклятия Круциатус. Гарри снова понимал, где находится, и что его ждёт…— Не будешь? — тихо переспросил Волан-де-Морт. — Не скажешь «нет»? Гарри, прежде, чем ты умрёшь, я должен научить тебя слушаться старших… может, поможет ещё одна маленькая доза боли? — Волан-де-Морт снова поднял палочку, но на этот раз Гарри был готов, долгие тренировки по квиддичу дали о себе знать, он тут же упал на землю, быстро перекатился и оказался за мраморным памятником на могиле отца Волан-де-Морта. Заклятие угодило в памятник, и плита треснула .— Мы тут не в прятки играем, Гарри. — Тихий, расчетливо холодный голос Волан-де-Морта звучал совсем рядом. Раздался очередной взрыв смеха Пожирателей смерти. — От меня не спрячешься. Может, ты устал от нашей дуэли? Может, ты хочешь, чтобы я закончил её сейчас, Гарри? Тогда выходи, Гарри… Выходи и поиграй… Это будет быстро… И может быть даже не больно… Я не знаю… Я никогда не умирал… — Зато мне приходилось. Причем по его вине дважды. Исправим это маленькое недоразумение? —Ледяной тон голоса Волан-Де-Морта прервал громко шипящий голос, с нотками садистского наслаждения. Гарри осторожно выглянул из-за памятника и увидел, как одно из теневых щупалец, материализовавшихся из теней, со всей силы пронзило грудную клетку Хвоста. Тот попытался вдохнуть, но закашлялся кровью, которая в темноте выглядела практически чёрной. Затем с громким чавкающим звуком щупальце сбросило тело предателя на землю и втянулось куда-то в район Кубка. Тело Аластора, неестественно повисло на остальных щупальцах, напоминая марионетку. Глаза были вырезаны, из пустых глазницах текла тёмная жидкость, такая же, как та, что растекалась вокруг замершего навсегда Хвоста. — Крики ваших людей были отличным развлечением, ваше темнейшество.— Последние слова прозвучали с явной издёвкой, казалось, что голос доносится одновременно отовсюду. Пожиратели смерти в ужасе смотрели на жутковато покачивающееся на щупальцах тело. — Забавно видеть своё же мёртвое тело, не так ли? В первый раз мне такого счастья не выпало, зато теперь можно поразвлечься. — Смех, раздававшийся отовсюду, звучал ещё более пугающе, чем ледяной тон голоса Волан-Де-Морта. Тело, всё ещё висевшее на щупальцах, торчащих из спины, покачнулось, голова переволилась на другой бок, от чего развернулась улыбка, обнажая до жути острые зубы. Капли крови, стекающие из пробитого лба отмечали путь подвешенного на тенях тела. Пожиратели попятились от надвигающейся опасности. То, что это именно опасность, показывало неестественно изогнувшееся тело Хвоста, в огромной луже крови. Неожиданно тень на памятнике зашевелилась, и жизнерадостно помахала Гарри, улыбаясь длинными острыми зубами. В шоке от всего произошедшего в последние несколько минут, Гарри не сразу заметил оленьи рога и уши у тени. Решил потом расспросить обо всём Люцифера, потому что его на кладбище не было, так что можно было не сомневаться, что тот всё ещё жив. На других надгробиях тоже стали появляться тени, одна из них скользнула под ноги какому-то Пожирателю, кажется, Креббу. А затем у него за спиной появилась высокая, тонкая фигура. Длинные пальцы, заканчивающиеся ярко красными длинными когтями аккуратно взяли Пожирателя за подбородок и резко повернули. Раздался тошнотворный хруст, заставивший всех в кругу повернуть головы в ту сторону. Тело неудачливого приспешника осело на землю. Существо, стоявшее за ним, брезгливо вытирало руки о ярко красный пиджак. Воздух вокруг был наполнен помехами непонятного происхождения, тени вокруг искажались и таяли. Существо, напоминавшее очень высокого человека, раздраженно дёрнуло красно-чёрным ухом и оскалилось в улыбке, когда в него прилетело сразу несколько заклятий. — Кто ты? — Голос Волан-Де-Морта уже не нагонял такой ужас, после только что увиденного, но всё равно пробирал до костей. — Благодарю за напоминание, я забыл представиться. — Голоса получеловека почти не было слышно из-за помех. — Аластор, рад знакомству, очень приятно! Похоже ваши жизни тоже придётся оборвать? — Гарри вздрогнул. Существо не было похоже на Аластора. Хотя может быть Гарри просто был с ним мало знаком? Аластор расхохотался, смех болью отозвался в ушах. Одно из щупалец, поддерживающее мёртвое тело, неожиданно рванулось вперед, пронзая горло еще одного Пожирателя. Мертвое тело прилетело прямо к ногам демона, и тот одной рукой спокойно поднял его за шею, в которой зияла приличных размеров дыра. Рука сжалась, превращая шею и нижнюю часть лица в кровавое месиво. Приспешники Волан-Де-Морта попытались убежать, но окружившие их круг тени начали сгонять их ещё сильнее. Трансгрессировать ни у кого не получалось, поэтому Пожиратели смерти испуганно метались в сужающемся круге из теней. Сам Волан-Де-Морт пытался сохранять спокойствие, а также пытался договориться. — Что тебе от нас нужно? — Аластор недоумённо поднял одну бровь. — Вы убили меня. В ответ я имею полное право уничтожить вас. Вот только заклинания не люблю.— Волан-Де-Морт неожиданно обнаружил, что демоническое существо стоит в нескольких сантиметров от него. Позади слышались истошные вопли оставшихся в живых Пожирателей, но Гарри не осмеливался туда смотреть. — Предлагаю соглашение. Вы нас оставляете в живых, а взамен можете что-то потребовать. — Тёмный Лорд отчаянно цеплялся за только что восстановленное тело. — Вы не будете вредить Гарри Поттеру. А также ещё парочке людей. Так что же, сделка?— Улыбка расплывалась всё шире, занимая практически всё оставшееся на лице место. Хотя неестественной не выглядела. — Сделка. — Лорд Волан-Де-Морт тоскливо вздохнул и протянул руку. Момент рукопожатия Гарри не пропустил, и успел увидеть, как глаза демона почернели, зрачки засветились ярко красным, принимая форму стрелок регулировки радиоволн. Оленьи рога резко выросли и, казалось, закрыли всё небо над кладбищем. Улыбка оказалась зашита вдоль и поперёк неестественно зелёными нитями, таким же цветом вспыхнуло огромное количество шрамов. На лбу ярко вспыхнул крест. Наконец зелёный вихрь, бушевавший вокруг, улёгся и Гарри увидел, что Пожирателей смерти и след простыл, а Аластор стоит над своим же мёртвым телом. Гарри выбрался из укрытия и опасливо подошёл. — Хочешь знать как я умер? — Голос стал нормальным, но всё ещё звучал, как через динамики. Гарри неуверенно пожал плечами, на что Аластор даже не обернулся. — Меня застрелили. Приняли за оленя, пока я прятал труп. Даже странно, что старые раны открываются и на новом теле. — Гарри всё ещё не знал, что ответить. С одной стороны его только что спасли от неминуемой смерти, а с другой... А с другой вокруг были пятна крови и человеческие внутренности. Аластор наконец развернулся. Взглянул на Гарри, мертвенно бледного, с разрезанным плечом. Вздохнул. — Бери Диггори и моё тело и возьмись за кубок. Только проследи, чтобы этот Пуффендуец коснулся одновременно с тобой, иначе ничего для оставшегося тут не гарантирую. — Улыбка стала кровожадной. Гарри наконец осмелился подать голос. — А почему ты... Вы.. — Он запнулся. — Седрик же мёртв, если даже только я коснусь, то мёртвое тело полетит со мной. — Аластор с хрустом согнулся так, чтобы оказаться с Гарри лицом к лицу. — Он не мёртв, он просто спит. Если ты не заметил в нас прилетело только одно заклятие, и угодило оно в моё многострадальное тело. Так что проследи, чтобы было так, как я сказал. — Он попытался доброжелательно улыбнуться, но клыки особого доверия Гарри не внушали. — А ты... Вы? — Аластор пожал плечами и выпрямился. — К чему все эти выканья... Мы с тобой знакомы четыре года, так что можешь продолжать обращаться на "ты". А насчёт меня... Неужели ты думаешь, что это хорошая идея, появиться перед тремя школами в таком виде? — Улыбка не исчезала, висела как приклеенная, и Гарри вспомнил огромное количество швов, но вопросов решил не задавать. Так что оставалось просто кивнуть. Перед тем как его затянул бесконечно вращающийся водоворот трансгрессии, он успел увидеть расползающиеся тени.