Демон в Хогвартсе: фанфик по фанфику

— Экспекто Патронум! — Гарри отчаянно выкрикивал заклинание, направив палочку на приближающийся тёмный силуэт. На конце палочки загорелся слабый огонек, но тут же пропал. Куда уж отогнать дементора. "А их ещё и двое." Мелькнула в свихнувшемся мозге мысль. А потом что-то неуловимо изменилось в пропитаном страхом и ужасом воздухе. Дементоры вспыхнули огнём, спалившим их так быстро, что Гарри даже засомневался были ли они вообще. А потом из-за поворота вышел Люцифер. Хотя вышел это слишком сильно сказано. Он сделал шаг и бессильно рухнул на землю. Почти рухнул, всё-таки Аластор как обычно успел. — Совсем он себя не бережёт. Если Люцифер от чего-то и умрёт, только от себя самого. Ну или кто-то подсобит. — Гарри в ответ только хлопал глазами. В переходе, куда он недавно потащился, был ещё один человек. Дадли Дурсль, неизвестно как дошедший до того места, лежал и не двигался, скорее всего от пережитого ужаса. Гарри почувствовал, что теряет сознание, но его почти сразу же поставили на ноги. Одной рукой Аластор прижимал к себе дрожащего Люцифера, уже обвившего неизвестно откуда взявшимся острым хвостом его руку, а другой держал Гарри в вертикальном состоянии. За шиворот правда, но на ногах Гарри держался. Только тут Гарри заметил, что там, где чуть было не упал Люцифер, уже собралась приличная лужа крови, натёкшая с окровавленного топора. — Кого и за что? — Гарри уже научился задавать вопрос, так чтобы получить хоть какой-то ответ. Аластор плотоядно прикусил острыми зубами нижнюю губу. — Да так. Не терять же форму из-за такого недееспособного тела? — Гарри устало вздохнул, вырывая из когтистых пальцев край куртки. Надо было как-то вернуть неудачливого родственника домой, при этом не вызвав подозрений. А уж бесчувственное шестикрылое тело на окровавленных руках точно привлечет внимание магглов. — Об этом можно и не беспокоиться. — По щелчку пальцев, сопровождаемому ещё одной, не слишком приветливой улыбкой, тело Дадли поглотили тени, а затем Гарри выбросило на лужайку перед домом, где он провел долгие 11 лет своей жизни. Аластор появился следующим, но из теней не слишком показывался. Только пятна глаз, и, почему-то неоновое пятно улыбки, отмечали его присутствие. Люцифера он бросить не мог, так что в его присутствии Гарри не сомневался. Он глубоко вдохнул и постучал в дверь. Визгливый голос тёти Петуньи, который он надеялся больше никогда не слышать, сразу заполнил окружающее пространство, выжигая в груди у Гарри радость похуже присутствия дементоров. — Что ты сделал с моим Дадликом?!!? Сыночек вставай, посмотри на маму. — Гарри брезгливо поморщился. На пронзительный крик из дома показалась внушительная фигура дяди Вернона. — Что ты сделал с нашим сыном?! Мы тебя не видели, не слышали четыре года, и тут ты неожиданно решаешь заявится сюда, да ещё и втянув нашего сына в какую-то передрягу! Что ты с ним сделал, отвечай! — Гарри с неприязнью почувствовал, что отрывается от земли. После того, как его потрясли пару раз, а потом прижали к стене, всё также не отпуская, Гарри решил, что надо как-то выкручиваться. Для начала он попытался улыбнуться, демонстрируя клыки, чтобы получить хоть какую-то возможность ощутить землю под ногами. А потом прошипел, вложив в голос максимум ненависти и пренебрежения. — Если вы меня сейчас же не отпустите, то неожиданно может случится так, что ваш сын больше никогда не встанет. Вы ведь слышали, что недалеко от вас орудует какой-то маньяк? В новостях точно показывали. Могу вас заверить, мне опасность точно не грозит, а вот вашего сына могут неожиданно не найти уже завтра. Ну так что? — Гарри выпалил эту тираду на одном дыхании, не переставая улыбаться. Всё-таки по части угроз Алу не было равных, а их Гарри приходилось слышать часто. Ощутив под ногами деревянный пол крыльца, он чуть было не повалился на колени, судорожно вдыхая только что отсутствующий воздух. Дурсли испуганно отпрянули, причём Петунья отчаянно пыталась поднять тело "сыночки корзиночки", чуть ли не в два раза больше её самой. По ширине по крайней мере. Тихий щелчок, раздавшийся от перил, Гарри вначале даже не заметил. Пока не услышал тихое шипение включившегося радиоприёмника. — Отлично сказано Гарри, просто прекрасно! Уверяю тебя, до завтра можно и не ждать. Неужели ты думал, что я ограничусь одним топором? Да и на кухне ножи всё-таки присутствуют... — Упивающийся ужасом бледных как мел Дурслей голос расхохотался истерическим смехом. Гарри вдохнул ещё раз и в глазах потемнело. Не до конца, но ноги подкосились. Гарри медленно сполз по стене, от которой так и не отошел, на пол. Раздалось почти бесшумное хлопанье крыльев и на расстоянии вытянутой руки приземлилась внушительных размеров сова с письмом в клюве. Гарри потянулся открыть, но не успел, письмо с грохотом распахнулось само, еще сильнее напугав "ближайших родственников". — Гарри Поттер, вы обвиняетесь в незаконном применении заклинания Патронуса несовершеннолетним в присутствии маггла. С этого момента вы исключены из школы магии и волшебства Хогвартс. Слушанье по вашему делу состоится завтра в Министерстве Магии в 14:00. Если вы проиграете дело вас окончательно исключат из школы, ваша палочка будет уничтожена. Всего хорошего! — На этой оптимистичной ноте письмо вспыхнуло и осыпалось пеплом у самых ног мальчика который выжил. Гарри сидел, не смея пошевелиться. — Значит исключили тебя из твоей дурацкой школы? Так тебе и надо неблагодарный мерзавец! Мы тебе буквально спасли жизнь, а ты нам ещё и угрожать вздумал! Зато теперь... — Дядя Вернон угрожающе навис над Гарри, игнорируя испуганное мычание тёти Петуньи. Что там происходит, Гарри не видел, но было понятно, что явно ничего хорошего. — Хмхм, извините пожалуйста. — Старший Дурсль резко развернулся к неблагодарному существу, осмелившимся просто так взять и потыкать ему в плечо пальцем. Тень резко утянула Гарри к радиоприемнику, всё ещё подозрительно шипевшему, и тот наконец таки рассмотрел, что происходит. Аластор как всегда отличился, по крайней мере когти, смыкающиеся на 30 сантиметровом ноже, всё-таки отрастил. Из прокушеной губы по подбородку стекали тонкие струйки крови, но его, казалось, это совсем не волновало. Оленьи рога жутковато закрывали ночное небо, виднеющееся в щели крыльца. Чёрные глаза, где единственным цветом была ярко-красная радужка, пронзали как будто насквозь. — Еще раз попробуешь что-то сделать Гарри, не обещаю, что от твоего сына вообще что-то останется. Да и от тебя самого. — Стрелки в глазах жутковато тикали в такт словам, с жуткими помехами доносившимися из всё ещё стоявшего радиоприёмника. — Гарри, ты там как? — От такого потрясения Гарри смог только кивнуть, и начать подниматься с пола. Аластор подал ему руку, (другую, без ножа), и лёгким движением, будто тот совсем ничего не весит, поднял его на ноги. А потом всё-таки соизволил вернуться в человеческую форму, по крайней мере ни рогов ни ушей уже не было, а когти втянулись обратно. Скорости Аластору было не занимать, так что Гарри успел увидеть лёгкое мельтешение рядом, а когда повернул голову, то друг ухмылялся во все зубы. Вслед им донесся истошный вопль тети. — Ты в них что ли нож метнул? — В голосе Гарри осуждения не чувствовалось, как он ни старался. — Надо же было его как то вернуть. Ну и родственнички у тебя, ничего не скажешь. Пошли. — Через пару шагов тень оплела лодыжки Гарри и тот рухнул ничком, на ходу думая, что он такого сделал, что его пришлось так жестоко ронять на землю. А потом ткнулся лицом в подушку под жалобный скрип матраса, не готовому к тому, что в какой-то момент на него со всего маха рухнет обессиленное тело. Аластор возник на пороге, как будто просто пришел поговорить. — Я вообще-то тоже был в состоянии спокойно дойти, не обязательно было ронять. — Гарри приподнялся на руках, всем видом выражая полное недовольство. Аластор презрительно фыркнул, насколько вообще можно презрительно фыркнуть, когда на всё лицо натянута улыбка. — У тебя был такой вид, что если тебя не уложить спать или хотя бы отдохнуть, то ты откинешься прямо сейчас. Так что спи, тебе ещё придумывать как до министерства будешь добираться. — А... А вы разве не со мной? — Сказать что Гарри был в шоке ничего не сказать. — Конечно с тобой, просто мы это ваше Министерство можем максимум уничтожить. Найти конечно тоже, но это скучно. А посмотреть как ты будешь его искать уже повеселее. Раз уж убивать некого. — Аластор адресовал ему максимально лучезарную улыбку, насколько она может быть с нечеловечески острыми зубами. — Спи уже. — Гарри хотел что-то еще спросить, но провалился в сон даже не раздеваясь. Аластор хмыкнул, и пошёл проверять как дела у Люцифера. Тот уже был в полном порядке, сидел на кровати и игрался с уточками, как обычно вытащеными из ниоткуда. — Развлекаетесь, ваше величество? — Насмешливый голос мгновенно отвлёк от игры, вынуждая повернуться. Но Люцифер остался сидеть как сидел. Аластор возник из тени у левого плеча и что-то пробормотал. — Что? — Люцифер решил переспросить. — Ничего. Так, просто. — Стерпеть нахальный тон и вызывающую улыбочку бывшего злейшего врага Люцифер не смог. Лёгким движением отшвырнул уточек к стене и прижал Ала к кровати, удобно усаживаясь сверху. Хвост сразу же обвился вокруг ноги Радиодемона, который незаметным движением перешёл в демоническую форму. Хвост Люцифера, очень чувствительный к настроению короля Ада ещё сильнее затянулся на его ноге. Люцифер почувствовал, как румянец заливает щеки, увидел нахальную улыбку лежащего под ним существа, ощутил кончиками пальцев на запястьях "врага" начавший учащаться пульс. Неожиданно этот самый "враг" дёрнул руки в стороны, роняя потерявшего равновесие Люцифера на себя. А потом Люцифер ощутил чужие губы на своих. Первым инстинктом было отстранится, убежать, но тело решило иначе. Ал впивался в его губы до боли, длинный, почти змеиный, язык с силой исследовал каждый миллиметр рта, откликаясь горячей волной по всему телу. Люцифер забился в его объятиях, как в каменных тисках, стремясь высвободится и вдохнуть, но оказался ещё сильнее прижат к обжигающе горячему телу. Воздуха не хватало, тёмные круги перед глазами выплясывали какой-то затейливый ритм, когда хватка ослабла. Люцифер судорожно втянул в себя воздух, попытался отстраниться, но оказался практически обездвижен. Перед тем, как в губы впились чужие он успел щелчком пальцев испепелить одежду, посчитав это не лишним. Уничтожить получилось только верхнюю часть прикидов, но на другое сил уже не оставалось, слишком крепко держали. Люцифер неожиданно вспомнил, что вроде бы он змей искуситель, так что соблазнять полагается ему, но Аластор, резким поворотом оказавшийся сверху, с этим считаться отказывался. Король Ада еще не успел убрать с лица растерянное выражение, когда Ал вгрызся ему в шею. На тонкой коже остался яркий золотистый след, когда язык Аластора вновь оказался у Самаэля во рту. Тот не растерялся и ответил тем же, не забывая впрочем про то, что у партнера зубы раза в два длиннее. И когда эти самые зубы впились ему в губы, легонько прокусывая кожу, Люцифер едва удержался от крика. Горячее тело, прижатое сверху несчадной силой притяжения, безумно заводило, заставляло выгибаться навстречу, но вот избавится от тяжести, славливающей грудную клетку не получалось. Да и зачем?...