Истина

***

восход, Абрам, смерть Эндрю соврал. Мгновение влюбленности приходит раньше, чем успеваешь сказать «о, нет». А потом это уже не имеет значения. Кое-что еще обладает теми же исключительными свойствами. И со злостью, которую вызывает эта очевидная аналогия, уже можно работать. Это угроза. Война. Уродливое предательство. И протест целиком оправдан. Влюбленность тоже обжалованию не подлежит. Но она — никогда не выбор и совсем не конец. Ее так много, что просто умереть уже недостаточно. Поэтому, да, Эндрю соврал. Продешевил. В голове продолжают вертеться слова: му́ка, ужас, коллапс. Не то. Сплошные обрывки: утекающие ощущения, мимолетные мысли. Другие слова: протяженность, эфемерность и смехотворная узнаваемость. Эндрю не знает такой истины. И хотя бы это можно без сомнений назвать предательством. К влюбленности невозможно подготовиться. Но когда она наступает, ты уже готов. За исключением того, что это совершенно не так — в каждой клеточке, в каждой крупице, во всей своей всеобъемлющей, подавляющей мощи. Разве это вина Эндрю, что он предан? Что он врет лишь по незнанию. О, Эндрю ненавидит врать.

***