САБТВИНК НАЦИЯ!!! Запросы фанфиков!

Скайз откинулась на спинку стула, и тусклый свет в салуне отбрасывал тёплые блики на её обветренные черты. Её когти изящно обхватили тонкую ножку бокала с вином, и она поднесла его к губам, чтобы сделать медленный, размеренный глоток. Сладкий обжигающий напиток скользнул по её горлу, но она не сводила глаз с Сабспейса. Она изучала его с пристальностью, которая противоречила её расслабленной позе, а уголки её губ приподнялись в ухмылке. Её ковбойская шляпа, видавшая виды и хранящая следы многих лет носки, лежала на столе рядом с ней — молчаливое напоминание о стойкости и грубоватом обаянии преступницы. — Ты выглядишь очень жизнерадостным, дорогой. — протянула она, растягивая каждое слово, как патоку, густую и сладкую. Её голос звучал игриво, но во взгляде читалась страсть, а за поддразниванием скрывался интерес. Сабспейс, всегда отличавшийся сообразительностью, ответил ей ухмылкой, полной дерзкой самоуверенности. Сегодня на нём не было привычного лабораторного халата, вместо него он был одет в повседневную одежду, которая, тем не менее, придавала ему строгий, методичный вид. Единственным напоминанием о его более строгом наряде были набедренные фиксаторы, и пока он рассеянно поправлял их, проверяя, чтобы они сидели как надо и не соскользнули, его мысли явно были заняты чем-то другим. Но блеск в его глазах говорил об обратном. Он присутствовал, о, он всегда присутствовал при их маленьких словесных дуэлях. — Конечно, знаю! Я всегда хорошо выгляжу! — выпалил он резким, дразнящим тоном, который говорил о том, что он считает это абсолютной правдой, с которой никто не сможет поспорить. Он скосил на неё свой единственный глаз, оценивая её, ожидая, как она отреагирует. Ему нравилось подшучивать над ней, он хихикнул, сделал глоток из своего бокала и, обхватив его губами, тихонечко хмыкнул от удовольствия Скайз приподняла бровь, и её ухмылка стала шире, когда она с тихим стуком поставила бокал на изношенный деревянный стол. — Высокомерный, не так ли, дорогой? — поддразнила она, растягивая слова и усиливая южный акцент, превращая каждый слог в медленную, тягучую мелодию. Это было одновременно и ласково, и насмешливо — сочетание, которое только она могла с такой лёгкостью воспроизвести. Она наклонилась вперёд, и в её белом глазу, который всегда казался загадочным, мелькнул огонёк веселья. В трёхлинзовом монокле тоже отражался свет. Сабспейса было не так-то просто вывести из себя, по крайней мере, словесно. Он усмехнулся, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. Каждое его движение дышало уверенностью. — Я не высокомерен. — возразил он ровным, как шёлк, голосом. — Я просто слишком хорош для тебя. В его словах не было ни колебаний, ни пауз — они были произнесены с абсурдной самоуверенностью, на которую был способен только Сабспейс. Он ухмыльнулся ещё шире, словно приглашая её бросить ему вызов, дать отпор его постоянно растущему эго. Губы Скайз изогнулись ещё сильнее, и теперь её ухмылка превратилась в настоящую улыбку, а глаза прищурились, словно она была скорее заинтригована, чем оскорблена. — Слишком хороша для меня, да? — повторила она низким и страстным голосом, обволакивающим слова, словно дым. Теперь в её улыбке появилась хитрая, почти опасная нотка, и она постучала когтями по столу, слегка наклонившись вперёд и хищно уставившись на него. — Ну разве ты не самый дерзкий малыш из всех, что я когда-либо видел, дорогой? Сабспейс, ничуть не смутившись, откинулся на спинку стула с самодовольной ухмылкой на лице. Он поправил ремень на руке, небрежно подтянув его, прежде чем сделать ещё один глоток. Алкоголь никак не повлиял на резкость его выражения лица. — Я просто говорю то, что вижу. Не вините меня за то, что у меня есть стандарты. — сказал он ровным и отполированным тоном, словно репетировал эту фразу сотню раз перед зеркалом. Скайз покачала головой и издала низкий гортанный смешок, который эхом разнёсся между ними, словно отдалённый раскат грома. — Стандарты, да? — поддразнила она, и в её глазах блеснуло что-то среднее между весельем и вызовом. — Полагаю, я должна чувствовать себя польщённой, сидя здесь с кем-то таким важным и могущественным. Её слова были подобны ласке, дразнящей и манящей, но в воздухе между ними витал неоспоримый вызов. Её глаза блеснули, встретившись с глазами Сабспейса, и на мгновение игривое подшучивание между ними наэлектризовалось, затрещало от невысказанного напряжения. Сабспейс, никогда не отступавший от вызова — особенно от того, который был брошен так смело, — ухмыльнулся ей в ответ, дерзкая энергия практически исходила от него. — А следовало бы. — сказал он, подмигнув, слегка наклоняясь вперед, сокращая расстояние между ними. — В конце концов, ты сидишь с гением. Улыбка Скайз стала шире, и в её взгляде читалось веселье. Она медленно наклонилась, сдвинув шляпу так, чтобы поля скрыли её лицо, а глаза заблестели от опасной смеси нежности и вызова. — Иди сюда. — прошептала она хриплым командным голосом, от которого по спине Сабспейса пробежала дрожь. Не дожидаясь ответа, она протянула руку через стол и притянула его к себе с удивительной нежностью. Их губы слились в поцелуе, который был в равной степени неожиданным и неизбежным, — столкновении огня и льда, от которого между ними посыпались искры. Её когти слегка задели его гнилую челюсть, и она задержала его на мгновение дольше, чем было необходимо, наслаждаясь моментом, прежде чем отстраниться. Он тяжело дышал и удивлённо моргал. Она откинулась на спинку стула, и на её губах заиграла лукавая улыбка, а белый глаз заблестел от удовольствия. — О боже. — протянула она, и её акцент усилился. — Ты такой милый, дорогой... от тебя у меня растает сердце, если ты продолжишь в том же духе. Она присвистнула. — Дура... — Эта дура только что украла твоё сердце, 'Спейс. — Отвали!