Легенды Континента:Восстановление древних сил. Том первый

Глава XIV: Политика и долги Неделя в Вилоне ощущалась как долгая, изнурительная тренировка в игре, где правила писали другие, а ставкой была его голова. Лололошка держался, пряча острый ум за маской угрюмого провинциала. Его «леди Вайс» приносила изворотливые слухи из городских низов: «Старший садовник дворца продаёт сведения о встречах короля... Один из младших писцов Совета в долгах у ростовщиков из Нижнего города... Говорят, в Совете Девяти назревает раскол из-за назначения нового начальника тайной полиции». И вот пришёл черёд первого серьёзного испытания — приглашения на закрытое заседание Малого Королевского Совета в Башне Стальных Дел. Воздух в высоком, аскетичном зале был густ от запаха воска, старого пергамента и скрытого напряжения. Сотни свечей отбрасывали пляшущие тени на каменные стены и лица собравшихся. Лололошка занял скромное место в середине стола, прямо напротив Ситрана IV. Немолодой король в простом золотом обруче и тёмном плаще казался статуей, его лицо — бесстрастной маской, лишь глаза цвета зимнего неба выдавали живой, холодный интеллект. Обсуждение рутинных вопросов — жалоб купцов, прокладки нового акведука — шло вяло, пока слово не взял военный министр Гор, мужчина с лицом, навсегда раскрасневшимся от гнева или портвейна. Он щелчком пальцев заставил слуг развернуть на столе огромную карту региона. Шелест кожи заставил всех насторожиться. — «Ваше Величество, милорды, переходим к вопросу, от которого зависит безопасность наших восточных рубежей. Речь о Бронском герцогстве и нашем Архейском протекторате». Все взоры обратились к карте. Картограф выделил два разных цвета. Бронское герцогство — независимое государство к югу от Великого Бронского озера, со своей столицей Бронхольмом, армией и правящим домом. И рядом, другим цветом, территория Архейского протектората — узкая полоса земель к северу и востоку от самого озера, включающая несколько ключевых крепостей и портов. Протекторат был установлен два века назад по договору: Архей получал военные базы и право прохода войск, обязуясь защищать герцогство от внешних угроз. Взамен герцогство ежегодно выплачивало символическую, но принципиально важную дань — «дар за защиту». Гор ткнул пальцем в акварельное пятно герцогства. — «Положение, мягко говоря, нестабильное. Герцог Бронислав III уже третий год подряд задерживает выплату дани за протекторат. Более того, он отказывается продлить лицензии на размещение наших гарнизонов в крепостях Протектората, ссылаясь на «внутренние нужды». Наши разведчики сообщают, что он активно укрепляет собственную границу с Расколотыми Землями и, что гораздо тревожнее, ведёт тайные переговоры с представителями...» — Гор сделал паузу для пущего эффекта, — «... Анти-Архейской Коалиции». В зале прокатился сдержанный ропот, похожий на шипение змей. Коалиция — призрак, который вот уже два десятилетия витал над политикой региона. Шесть королевств, чьи интересы сталкивались с архейскими: Королевство Чинфон (лучники и дипломаты), Королевство Анриц (инженеры и торговцы), Афгонское королевство в суровых горах (воины и рудокопы), Синорское королевство (конница и разведка), Королевство Бирон (контроль над перевалами) и богатейший Королевство Южного Парфара (деньги и шпионы). Все они видели в растущем влиянии Архея угрозу и периодически заключали между собой нестойкие, но опасные союзы. — «Если Бронислав окончательно выйдет из-под нашего влияния и получит гарантии от Коалиции, — голос Гора стал металлическим, — мы не просто потеряем лицо и доходы от дани. Мы получим враждебное государство у своих восточных границ, которое может предоставить свои порты на озере флотилиям Коалиции! Предлагаю действовать жёстко. Объявить герцога нарушителем договора о протекторате. Ввести наши войска не в герцогство, а на территорию самого Протектората, для «защиты наших законных прав и объектов». Силой вернуть контроль над крепостями. А затем предъявить Брониславу ультиматум: полная выплата задолженности, возобновление лицензий и... увеличение дани втрое, в качестве компенсации. Отказ будет означать объявление войны уже самому герцогству». Предложение повисло в воздухе. Это был не прямой захват, а мастерский ход в рамках закона: сначала укрепиться на своей же, юридически архейской, территории Протектората, а затем давить с позиции силы. Канцлер Фалмир закашлялся: — «Министр Гор, ваша «жесткость» может быть воспринята как акт агрессии и даст Коалиции прекрасный повод для открытого вмешательства в поддержку «маленького Бронислава, которого обижают»!» — «Они не посмеют! Пока мы действуем на своей территории Протектората, это внутреннее дело Архея!» — парировал Гор. Именно в этот момент взгляд Ситрана, холодный и безошибочный, нашёл Лололошку. — «Лорд Харрис. Вы — новый голос за этим столом, не отягощённый долгой игрой в наши столичные шахматы. Ваше мнение, как правителя пограничных земель, о предложении министра? Как бы вы поступили на моём месте, имея такого... непокорного соседа?» Ловушка захлопнулась с изящной жестокостью. Все присутствующие замерли, наблюдая. Лололошка медленно поднялся. Его взгляд скользнул по карте, от Архейского протектората к Бронскому герцогству, затем к разноцветным пятнам королевств Коалиции на юге и востоке. — «Ваше Величество. Милорды. Сохранение контроля над Протекторатом и недопущение союза герцогства с Коалицией — цели бесспорные. Однако, — его голос, ровный и твёрдый, резал тишину, — предложение министра напоминает мне действия человека, который, чтобы выбить занозу, готов отрубить себе палец. Вы введёте войска на территорию Протектората. Юридически — безупречно. Но Бронислав, что он сделает? Он объявит мобилизацию. Его армия встанет лицом к лицу с вашей через новую, теперь уже горячую границу. Напряжение возрастёт вдесятеро. И в этот момент к нему придут эмиссары из Чинфона, Парфара, Афгона... и не с пустыми руками, а с предложениями военного союза против «архейского агрессора». Вы дадите Коалиции не повод, а идеальный казус белли — защиту суверенного государства от оккупации. Они, возможно, и боялись открытого конфликта, но против «освободительной войны» сплотятся все шесть королевств. И тогда вы получите не неплательщика дани, а полномасштабную войну на востоке». Гор хотел что-то сказать, но Лололошка, не повышая голоса, продолжал, его палец лег на узкие торговые пути, ведущие из герцогства через земли Протектората в Архею. — «Вы говорите о долге. Бьют не по крепостям, а по карману. Объявите, что в связи с «невыполнением финансовых обязательств по договору о взаимной безопасности» все торговые караваны, идущие из Бронского герцогства через территорию Архейского протектората, подлежат тотальному досмотру и задержанию на срок до шести месяцев для «проверки на контрабанду». По сути — легальная блокада. Герцогство торгует лесом, медью, зерном. Перекройте эти артерии. Через три месяца его купцы взвоют. Через полгода казна опустеет. Коалиция не станет воевать, чтобы вернуть Брониславу упущенную прибыль — это неблагородно. А когда в Бронхольме начнутся голодные бунты и бунты олигархов... вот тогда можно будет предложить «переговоры». О возобновлении беспрепятственной торговли. В обмен, разумеется, на немедленную выплату всей задолженности, продление лицензий на наши гарнизоны в Протекторате на сто лет вперёд и... передачу нам в управление двух портов на герцогском берегу озера «в качестве гарантий». Мы получим всё, что хотим, без единого выстрела, без мобилизации и, главное, без сплочения Коалиции. Мы оставим им лишь бледную тень несправедливости, на которую невозможно созвать крестовый поход». В зале воцарилась тишина, настолько глубокая, что был слышен треск горящих свечных фитилей. Предложение было циничным, блестящим и абсолютно беспощадным. Оно оборачивало закон против самого герцога, превращая экономику в оружие массового поражения. Министр финансов не смог скрыть одобрительной улыбки. Канцлер Фалмир смотрел на Лололошку с нескрываемым восхищением, как коллекционер на редкий экспонат. Даже Гор, хоть его лицо и налилось кровью, задумался, переваривая изощрённость плана. Ситрен перестал барабанить пальцами. Его ледяные глаза впились в Лололошку, будто пытаясь разглядеть сквозь маску истинную суть говорящего. — «Холодно, лорд Харрис. Исключительно холодно расчётливо. Вы предлагаете не воевать с государством, а уморить его голодом, оставив формальный суверенитет нетронутым, но вынув из него всю жизнь. Это... достойно изучения. — Он повернулся к Гору. — Министр, к следующему заседанию я хочу видеть два подробных меморандума. О вашем силовом сценарии. И о сценарии... экономического принуждения, столь красочно описанном лордом Харрисом. Со всеми экономическими, политическими и военными рисками, включая вероятные ответные шаги каждого члена Коалиции. Нам нужна ясность». Это была не победа, но и не поражение. Это было признание того, что за столом появился новый, опасный ум. Лололошка сел, чувствуя, как атмосфера в зале изменилась. Взгляды, которые раньше скользили по нему с презрением или любопытством, теперь несли в себе уважение, смешанное с опаской и даже страхом. Он избежал одной ловушки, но шагнул в самую гущу другой, куда более изощрённой. И мысленно он уже видел, как это донесение — слово в слово — ляжет на стол к Эграселю. Что подумает его «союзник»? И где сейчас бродит по клоакам Вилона его Алая Тень, сестра, чьи тайны могли перевесить все расчёты этого зала? Игра только начиналась, и ставки в ней уже казались выше самих сияющих башен Вилона.