батошки в Хогвартсе

Ни одна из девчонок не понимала, почему они согласились на это. Вернее — каждая прекрасно знала причину, но предпочитала делать вид, что причина неизвестна. Причиной был Денис. — Всемирный матч по квиддичу бывает раз в жизни! — громко (и слишком убеждённо) заявил он, пока пятёрка собралась у портального узла. — Вы обязаны это увидеть. Обязаны! Полина, словно поставленная миром быть первой, кто комментирует любое безумие, ответила: — Мы обязаны умереть. Всё остальное — твои фантазии. Но стояла рядом, застёгивая молнию на чёрно-синей куртке Колдотворца. Есения поправляла ремень сумки, Эмилия проверяла карту на магические пробки порталов, Алёна тихо читала расписание матча, а Денис сиял, будто сейчас выиграл Кубок Мира лично. — Израиль против Болгарии! — объяснял он, размахивая руками. — Там будет Виктор Крам! — Мой мир никогда больше не будет прежним, — устало констатировала Эмилия. Портал засиял — и мир сменился шумом, ароматом жареных орешков, флагами и гудением толпы. Стадион возвышался над долиной, словно гигантская миска, полная выкрикивающих болельщиков. — Неплохо, — признала Полина, удержавшись от более восторженного комментария. Они поднимались по лестнице к своим местам, когда внезапно раздался ледяной, идеальный по выверенности тон: — Смотри куда идёшь. Белобрысый парень, с фигурой аристократа и выражением превосходства, остановил Есению. Она вздрогнула. — П-прости… — Типично, — процедил он. — Не все в состоянии различить лестницу и трибуну. Он собирался пройти мимо, но Полина лениво шагнула вперёд: — Проблемы? Парень медленно поднял взгляд: — Узнаю манеры Колдотворца. Там учат дерзости? — Очень тщательно. Могу провести мастер-класс, если хочешь, — ровно ответила Полина. На секунду воздух между ними стал холоднее стадионного ветра. Белобрысый моргнул — и, не желая терять «достоинство», отступил. — Не стоит моего времени. И растворился в толпе. Есения выдохнула: — Спасибо… — Если бы полез всерьёз — тогда можно было нервничать, — отмахнулась Полина. Трибун у них были хорошие — почти центральные. Денис сиял. — Смотрите! Крам — ловец Болгарии! Рядом — его брат Олег. Он тоже ловец, но… — Не такой легендарный? — подсказала Полина. — Ну, да, — Денис не обиделся. Он уже жил игрой. — Неплохие места, — услышали они сбоку. Пятёрка повернулась — через два ряда стояли Гарри, Рон, Гермиона, Джинни, близнецы Фред и Джордж, и их родители. Рядом маячил мальчик постарше, с эмблемой Когтеврана на шарфе — Богдан. — Мы Уизли, — сообщил один близнец. — Фред. — А я Джордж. Да, мы похожи — это неизбежно. Эмилия фыркнула. — Колдовторец? — заинтересовалась Гермиона. — У вас редкая система факультетов: Хорс, Дажбог, Ярило, Сварог… Эмилия приподняла бровь, даже немного воодушевившись: — Полина — Ярило. Есения и я — Дажбог. Денис и Алёна — Хорс. — А Сварог? — спросил Гарри. — Их обычно слышно, прежде чем видно, — прокомментировала Полина. — У нас функция “слышно прежде чем видно” распределена по факультетам, — заметил Джордж. — Особенно по Гриффиндору. Рон обиделся: — Ну извини! Гарри махнул рукой: — Ты ловец? — спросил он у Дениса. — Капитан и ловец, — уточнила Полина, пока Денис смущённо хлопнул глазами. Гарри удивился — с уважением. Ловцы узнают друг друга без слов. Алёна тем временем заметила взгляд Когтевранца. — Когтевран? — спросила она, мягко. Он кивнул: — Угадай. — Логика, книги, синяя эмблема. Сложно было ошибиться. Он улыбнулся. Алёна — тоже, но незаметно. Свисток взрезал воздух — и игра взлетела. Фред объяснял Эмилии правила на ходу, Джордж шутил про метлы, Гермиона спорила с Алёной о факультетах, Гарри и Денис следили за ловцами. Игра закончилась громом трибун — Болгария победила. Народ вставал, шумел, свистел. Хогвартсцы начали собираться. — Приятно было познакомиться, Колдотворец, — сказал Фред. — Без сарказма, — добавил Джордж. — Если будете в Британии — заглядывайте, — предложила Джинни. — Увидимся, — негромко сказал Богдан Алёне. Она кивнула. Ничего не сказала — но и не нужно было. Они разошлись, уверенные, что больше не увидят друг друга. Они ошибались. Ночь в общежитии Дажбога была тёплой и спокойной. Пятёрка сидела в кругу: чай, пледы, остатки карамельных орешков, добытых Полиной «абсолютно законно». — Ладно, признаю, — начала Эмилия. — Это было мощно. — Я же говорил! — Денис едва не подпрыгнул. — Виктор… — мечтательно вздохнула Есения. — Крам? — переспросила Алёна. — Нет, Виктор из Слизерина, который сбивал всех подряд, — хмыкнула Полина. — Конечно, Крам. — Мне понравились эти… хогвартсцы, — сказала Есения. — Милая публика, — согласилась Эмилия. — Близнецы вообще огонь. — Гермиона — редкая умница, — сказала Алёна тихо. — А этот Когтевранец… — начала Полина и прикусила губу, но посмотрела не на Есению — на Алёну. Алёна отвела взгляд. — Что — этот? — невинно спросила она. — Ничего, — протянула Полина с лисьей ухмылкой. — Просто сказал «увидимся». — И? — спросила Эмилия. — И ничего… пока, — философски заметила Полина. Они смеялись. Чокались кружками. И не знали, что смеются в последний спокойный вечер. Тем временем, на другом конце страны, в шатре, где остановилась делегация Хогвартса, кипел свой разговор. Гарри сидел на стуле, расшнуровывая перчатки. Гермиона листала программу матча. Рон пытался есть всё подряд. — Вот это была игра! — вдохновенно сказал Рон. — Болгары — машина! — Израиль тоже был хорош, — заметил Гарри. — Особенно тот парень… — Рон задумался. — Который ловец. — Денис, — подсказала Гермиона. — Он из Колдотворца. Гарри кивнул: — Он замечал снитч даже в паузах. У него хороший глаз. — У него была та девчонка… Полина? — уточнил Фред. — Такая… «я вас переживу и унижу интеллектуально». Джордж поддакнул: — Люблю таких. С ними никогда не скучно. — Есения была очень милой, — сказала Джинни. — И совсем не стеснительной. — Алёна… — протянул Богдан, впервые вступая в разговор. Все посмотрели на него. — Что — Алёна? — спросил Рон. Богдан пожал плечами: — Интересная. Гарри улыбнулся краешком рта. Гермиона выдохнула: — Представьте, если бы Колдовторец когда-нибудь приехал к нам. Рон фыркнул: — Да куда? Они же из России! Это на краю мира! — Для них мы — тоже, — спокойно ответил Богдан. Гарри поднял голову: — А вдруг приедут? Никто не воспринял это всерьёз. Но фраза зависла в воздухе — и мир, кажется, прислушался. Ни Колдовторец, ни Хогвартс ещё не знали, что через несколько месяцев Кубок выбросит искры, ворота распахнутся, и обе стороны окажутся по одну линию судьбы. А пока — была ночь. И запах карамели. И смех. Истории всегда начинаются тихо. Эта — началась с матча.