Прочность

      Сандроне окинула взглядом неизменную картину последнего часа: зависший в воздухе неподвижный Мистер Шляпка и гипнотизирующие его Люмин и Беннет, сидящие рядом на диване. Даже удивительно, Сандроне и представить не могла, что эти двое могут сохранять одну позу дольше, чем три минуты. Или именно так в их компании проявляется волнение?       Она вспомнила, как отреагировал Беннет, когда вернувшиеся после неудачного столкновения с Дотторе сообщили неутешительную новость: Люмин исчезла, а вслед за ней и Дотторе. И что этот чёртов экспериментатор сделает с девушкой — совершенно неясно. Пока все охали, заламывали руки и прочитали, он лишь тяжело вздохнул. И настоятельно попросил остальных не лезть со спасательными операциями.       — Ты совсем не волнуешься? — не выдержала наконец Ягода, раздражённо топнув ногой, — она же твоя лучшая подруга!       — Именно потому, что она моя лучшая подруга, — Беннет выделил слово «моя» голосом, — я и не волнуюсь. Это же Люмин! Дотторе нам ещё и доплатит, чтобы я её забрал.       Сандроне тогда ещё подумала, насколько же они уверены друг в друге, что даже интерес Второго Предвестника не считают за проблему. А ведь интерес Дотторе был проблемой. Это уже потом выяснилось, что о похищении они узнали ещё до того, как Флинс, Нефер и Лаума вернулись с плохими новостями, и Мистер Шляпка уже искал способ вытащить Люмин. Видимо, в этом отряде искателей приключений был какой-то свой способ передачи информации, неизвестный никому другому. С другой стороны, что ещё ожидать от Сошедшей?       Она вспомнила, как радовались все, когда Мистер Шляпка принёс её на руках. Девушка могла и сама дойти, но не слезала с него до самого дивана, куда он её просто скинул. Что характерно, молча. Сама же Люмин лучезарно улыбалась, глядя на него.       Когда в помещение ворвался Беннет, она подскочила и бросилась ему на шею, радостно тараторя:       — Ребят, ребят, ребят, я ТАКОЕ узнала!       — Ты обязательно об этом расскажешь, — ласково произнёс Беннет, — но попозже. А пока… — и цепко схватил её за ухо, — ты совсем рехнулась?! — гаркнул он, — головой своей думаешь, что творишь?!       — Ой-ёй-ёй, — заверещала Люмин, танцуя на мысочках, но даже не пытаясь вырваться.       Зато загадка ярко-красного левого уха девушки решилась сама собой. Беннет, продолжая ругаться на неё, крепко держал за правое. Для симметрии.       Сведения, которыми поделилась Люмин, обиженно шмыгающая носом и то и дело косящаяся на сидящих по бокам от неё мальчиков, оказались и вправду ценными. Правда Сандроне, да и остальные, были уверены, что информацию о «ТАКОМ» Люмин им не рассказала, оставив это только для своих. Но это беспокоило Сандроне меньше всего. Если бы это что-то имело отношение к спасению Колумбины, Люмин не стала бы скрывать. А раз молчит, значит, сейчас это неважно.       Она вспомнила, как они втроём подошли к ней после собрания. Мистер Шляпка был спокоен и уверен, Люмин и Беннет недовольны. И весь диалог между Сандроне и Мистером Шляпкой неодобрительно молчали.       — Если вы настолько мне не доверяете, — не выдержала наконец Сандроне, уставившись на них и уперев руки в бока, — зачем вообще пришли?       Они переглянулись.       — Мы верим, — заверила её Люмин, — что ты хочешь спасти свою подругу. И что воспользуешься ради этого любой возможностью. Мы же со своей стороны не хотим, чтобы при этом пострадал наш друг.       — Если не вернуть Коломбину…       — Да-да-да, — отмахнулся Беннет, — Дотторе не победить, знаем. А также знаем, что без Ск… Мистера Шляпки, — быстро поправился он, — это будет невозможно.       — Но ты же понимаешь, — подхватила Люмин, — если с нашим другом что-то случится, претензии у нас возникнут не к Дотторе, а к тебе, куколка?       О. Сандроне закатила глаза. Угрозы. Как мило. Очень мотивирует работать в команде. И что за мерзкое слово «куколка»? Она им что девочка в баре?       — Это ещё не худшее обращение, — «утешил» её Мистер Шляпка, — Арлекино они вообще прозвали «Бордель-маман»…       Сандроне перевела на него мрачный взгляд. Только не говорите ей, что и он… Парень философски пожал плечами. У него было время смириться с этим идиотским, «спасибо» Сетосу, прозвищем.       — Так что, — продолжил он свою мысль, — ты им явно нравишься. Просто они изведут тебя проверками на прочность, прежде чем признают это.       — Если это «нравишься», то мне даже немного интересно, как выглядит «не нравишься».       — Синьоре я вырвала сердце, — просто напомнила Люмин.       Сандроне резко замолчала, замкнувшись. Эта тема всё ещё была крайне болезненна для неё. Синьора была… частой гостьей на её чаепитиях, которые для Сандроне были чём-то очень личным. И потеря одной из… гостей была для неё ударом.       — Лучше переживай о том, что мы сделаем с тобой, если он пострадает. — Люмин сделала паузу, позволяя своим словам отложиться в голове Сандроне, и продолжила жизнерадостный тоном, — ну что? Готовы начинать?       И вот уже почти час они находились в такой позе.       — Пойдёмте, — позвала их Сандроне, — остальные уже собрались.       Они синхронно моргнули, возвращаясь в реальность, и поднялись, потягиваясь. Но в соседней комнате они сели так, чтобы видеть Мистера Шляпку, и снова замерли. Всё обсуждение тактики прошло мимо них.       Очнулся Беннет лишь на фразе:       — Тогда решено, Люмин, Флинс, Лаума и Нефер нападут в открытую на Дотторе…       — Секунду. — Беннет медленно повернулся к Арлекино, — Прошлого раза, когда этим составом они напали на Дотторе, огребли, а Люмин похитили, вам не хватило? Хотите повторения на бис?       — В этот раз у нас есть план! С которым вы согласились!       — Это когда успели? — Люмин повернулась вслед за Беннетом.       Вместо ответа Сандроне мотнула головой в сторону неподвижного Мистера Шляпки. Люмин цыкнула, но промолчала. Крыть было нечем.       — Я пойду с ними, — поставил точку в так и не родившимся конфликте Беннет.       — А если ты пострадаешь?! — подскочила Люмин.       — Тогда ты порвёшь его на ленточки для бескозырок и без помощи Коломбины.       Люмин осеклась. Резонно. Но тогда получится, что Скарамучча зря рискует собой. А он искренне хотел помочь им. Иначе бы не вызвался. Ну и Дотторе… Скар вынашивал ему месть с тех пор, как узнал нелицеприятную правду.       — Я обещаю, в этот раз с ней ничего не случится, — Флинс сделал шаг вперёд.       — Я тебе, конечно, верю, — с сарказмом кивнул Беннет, — разве могут быть сомненья?             Но он осёкся, когда Люмин положила руку ему на предплечье и сжала.             — Я пойду с ними, а ты оставайся со Ска… — она раздражённо выдохнула и вновь поправилась — с Мистером Шляпкой. Когда он очнётся, кто-то должен будет ему всё объяснить.              — Но… — попытался было возразить Беннет.             — Бенни.             Он тяжело вздохнул.             — Я против. Но если ты им веришь…             — Я верю Мистеру Шляпке, а он верит Марианнет. Так что, — она обернулась и подмигнула Сандроне, — сейчас всё зависит от неё.       — Это совсем не давит ответственностью, ага, — пробормотала Сандроне.             Люмин всё ещё ей не нравилась. Наглая, самоуверенная выскочка с омерзительным чувством юмора и таким же чувством такта, эгоистка и хамка, но… Она бы пригласила её на чаепитие в следующий раз.             Но падая на пол как сломанная кукла, Сандроне мысленно хмыкнула, Люмин бы оценила каламбур, она чувствовала удовлетворение. Она спасла Люмин, та вернёт Коломбину. Они победят Дотторе.             И перед тем, как сознание погасло, у неё мелькнул глупый вопрос:             “Ален, гордишься ли ты мной? Я же молодец, да?»