тактильность

Джисон нежный, такой тактильный и нуждающийся во внимании. Он не мог и дня прожить, чтобы не прижаться к Минхо, не потереться о его плечо щечкой, не выпросить новую порцию поцелуев. Он был мягким во всех смыслах, его хотелось мять и тискать, словно он лишь большая ванильная зефирка. Возможно, это очень странно и местами даже глупо звучало, но Минхо видел своего парня именно таким нуждающимся, добрым, ласковым. Каждое утро у них начиналось не со звона будильника и не с первых лучей солнца, раздражающих чувствительные после сна глаза, а с закинутого на Минхо бедра Джисона и с самого Джисона, причмокивающего во сне пухлыми губами. Даже в таком состоянии он умудрялся искать щекой самый теплый участок кожи Минхо и тереться о него, тихонько ворча что-то себе под нос. Это была слишком милая привычка, которую искоренить никто из них и не пытался. Минхо, вместо раздражения, испытывал лишь странный трепет в груди и желание прижать к себе парня ещё сильнее, чтобы почувствовать каждый миллиметр чужого тела, ощутить уже полюбившийся запах теплого молока его омега был беремен. Он носил под сердцем новую жизнь, пусть пока и очень маленькую. Этого не было видно невооруженным взглядом, никто из знакомых и родственников ещё даже не догадался, что в этой семье ожидалось пополнение. Да и сама пара не торопилась об этом рассказывать, все же они самисовсем недавно узнали. Но маленькие перемены в быту уже можно было подметить. Этим утром Минхо проснулся первым, лениво перекатился на бок и закинул руку на талию возлюбленного, зарываясь носом в его спутанные волосы. Хотелось снова заснуть и проспать так весь день, но завтрак сам себя не готовил, а работа сама себя не работала, поэтому Ли со стоном оторвал голову от подушки, потер пальцами слипшиеся глаза и глянул на время. Поганая привычка просыпаться за пару минут до будильника. Вроде и ничего плохого, а вроде и расстраивался, что не смог доспать последние мгновения. Альфа еще раз потер лицо руками, а затем наклонился к спящему омеге и невесомо поцеловал его в пухлую щеку. Он знал, что этот маленький ленивец встанет не раньше обеда. Счастливец. Спустя час Минхо уже убежал на работу, а на столе,накрытый полотенцем, остался завтрак, заботливо приготовленный для Джисона, ведь тому теперь предстояло есть за двоих. Для него, для альфы, это было не в тягость, лишь бы увидеть по приходе домой счастливую улыбку любимого человека, лишь бы знать, что он сыт и защищен. Казалось, такие базовые базовые вещи, но так часто ими пренебрегают в современном мире. Джисон действительно встал поздно, лениво потянулся, разминая все косточки, так же неторопливо умылся, привел в порядок волосы, переоделся и заправил кровать. Увидев тарелку с уже остывшим омлетом, он не смог сдержать ползущие вверх уголки губ. Щеки тут же покрылись румянцем, отчего захотелось приложить к ним прохладные ладони, дабы немного прийти в себя. Это было приятно видеть такую заботу, чувствовать ее и осознавать, что это часть его жизни, уже такая приевшаяся, но до сих пор не ставшая чем-то, на чем не стоило зацикливаться. Дожидаться возлюбленного с работы в последнее время было не так уж просто. Гормоны шалили, эмоциональный фон скакал, а привычные хобби надоели. Омега слонялся по квартире, поливал цветы, готовил ужин или смотрел сериал, но время все равно тянулось так медленно, будто испытывая его на прочность. Джисон и сам работал в небольшой кофейне, когда-то ждал выходные с таким рвением, а сейчас эти дни, полные безделья, уже не казались такими желанными.То ли он действительно стал таким чувствительным к присутствию альфы из-за беременности, то ли просто неделя выдалась трудной. Когда Хан почти задремал в небольшом, повернутом к окну кресле, щелкнула входная дверь. Омега встрепенулся, сбрасывая остатки сна, зацепился взглядом за медленно падающие за окном снежинки и замер, отчего-то пригвожденный к этому месту.Первый снег в этом году. Хлопья такие большие, а спускаются будто нехотя, падая на асфальт и тут же тая. За этим можно было наблюдать вечно, если бы на талии не оказались чужие теплые сильные руки, прижавшие к такому же теплому телу спиной. — Так красиво, — только и смог пробормотать Джисон, позволяя себе опереться на пару и вдоволь насладиться видом. — Ты загадал желание? — так же тихо спросил Минхо, целуя за ушком, затем в висок и в щеку — его любимое место. — Хочу, чтобы мы всегда были вместе. Минхо улыбнулся, услышав эти слова, наполненные такое необъятной любовью, что даже у него сердце защемило. — Я всегда буду рядом. Его рука опустилась на ещё плоский живот и сделала несколько круговых движений, будто здороваясь с тем, кто ответить ему ещё не мог. С осознанием самого факта беременности мягким стал не только омега — Минхо тоже таял, как тот снег на асфальте, когда думал об их совместном будущем. Они уже семья. Маленькая, но такая ценная. — Я купил тебе зефир, — эти слова заставили Джисона оживиться и наконец сдвинуться с места. — Клубничный? — Мгм. — И в шоколаде? — И в шоколаде. Спустя минуту омеги уже и след простыл, а на кухне раздалось шуршание пакета, звук набирающейся в чайник воды и звон чашек.