Good luck.

Довольно многие вещи в мире возникали в тишине и молчании. В науке , есть теория, согласно которой до большого взрыва не существовало никаких звуков. Согласно религиозным теориям мир создавался в тишине, в том или ином виде. В более бытовых вещах, тишина была столь же двояка. Она могла значить сотни вещей, и не значить ничего вовсе. Забавное ощущение, в котором одно и тоже понятие может быть как самым теплым, так и самым жутким. Габриэль ненавидит тишину. Молчание не мило его душе, нуждающейся в том, чтобы наполниться разговорами, шумом музыки, звоном бокалов. Его любовь громкая, суть его существа быстра ,полна активности, что взрывается на кончиках пальцев. Он бежит. Бежит в будущее , которое будет лучше прошлого, лучше настоящего. Поджигает мосты, чтобы никто его не остановил, не задерживается в привязанностях , позволяя людям сменяться одним за другим. Потому что все устают, когда понимают, что его побег рискует никогда не прекратиться. Потому что понимают, что не хотят того же, чего жаждет он. Лонни, при встрече, казался другим. Он не бежал, но шел достаточно уверенно, чтобы заставить Габриэля замедлиться . Лонни, с его идеальными кудрями, с очками на носу, картавым голосом, который погружал Габриэля в омут любви, тепла и тишины, которая была ему чужда. Выбрать Лонни было так правильно и хорошо, настолько глубинно и чувственно, что в Габриэле никогда не возникало мыслей о том, что шум и тишина не могут быть совместимы. -Я стараюсь, у меня просто другой темп жизни. Мне жаль, но я не могу догнать тебя.-Лонни часто нуждается в одиночестве, в пространстве, которое будет только его. В посиделках с собакой, вдали от шума, в работе над любимыми химикатами, в исполнении обязанностей, без необходимости и жажды быть с кем-то двадцать четыре часа в сутки. -Я понимаю, понимаю, прости меня. Просто иногда мне нужно..нужно чуть больше.-Габриэль отступал насколько мог. Но он нуждался в страсти, в жажде , в словах, в отчаянной похоти, падающих на пол устоях, раскрывающих души. В банальных сериалах, под одеялом поздним вечером.- Я люблю тебя. -Мне жаль, что это так. Ты мог найти кого-то получше.-когда Лонни говорит это, Габриэль кидается взять руки любимого, глядит в глаза, поглаживая с огромной нежностью. Любовь далеко не всегда была лёгкой и простой. В иные дни, она была такой. В которой и Лонни, и Габриэль, не знали куда себя девать, как двигаться, чтобы не причинять друг другу боль. Каким образом не разрушать друг друга, в попытке выразить чувства. В другие дни было так хорошо. Лонни рассказывал о прошлых приключениях, рисовал картины, писал стихи и встречал Габриэля с работы, когда тот задерживался слишком на долго. Габриэль учился замедляться, работал, приходил домой в объятия Лонни, знакомил с малым количеством близких людей. Показывал мир глазами того, кто верит, что способен его покорить. Рассказывал о планах на будущее, в которых у них будут кольца на пальцах , домик в уютном месте и ребёнок. Обязательно здоровенький малыш, которого они будут растить. Лежа на коленях Лонни, он принимал новую мечту. Не ту, в которой Габриэль вечно одинокий писатель, а ту, в которой Лонни видел их. Ту , в которой они растят совместного ребёнка. В которой они сыграют свадьбу, найдя страну, готовую к чувствам и браку между двумя мужчинами. Их жизнь текла своим мирным чередом, своим мирным счастьем, в котором воспоминания о прошлых разрухах уходили, раны затягивались, оставляя лишь следы маленьких шрамов. Собака Соня, кот Лян Лян, хомячок Пушок, их семейство наполненное пухом и заботой , было тем, что держало на плаву, даже в самые сложные дни. Пустяковые конфликты кончались извинениями, теплыми поцелуями и нежностью, которая осаждала все проблемы. Сейчас Габриэль сидел на стуле в кофейне, слушая очередного "взлетевшего певца", вещающего о том, как уникальна и сложна его судьба. Маме было плевать, папа был наркоманом. История совершенно не уникальная, обыденно скучная, не тянущая на хотя бы что-то , кроме бессмысленной вырезки в газете, которые уже никто не читал. Габриэль начинал как независимый журналист , в итоге оказавшись в высших кругах. Но даже здесь бывали случаи невероятно скучные, что заставляло зевать. -Вы слушаете?-интересуется парень, явно думающий что он здесь главный и что Габриэль дрался за возможность встретиться с ним. -Официант, можно мне ещё кофе? -Конечно я вас слушаю.-Габриэль тянет улыбку, какая была на его лживых губах сотни, тысячи раз до этого. Былая чувственность давно покинула его и те времена, в которых он на самом деле переживал за людей ушли. Когда ты каждый день видишь боль, ты перестаешь о ней волноваться. Ковыряя кисло-сладкий торт вилкой, отправляя ягоды в рот. Вишневый крем приятно тает на языке, единственное что есть праздничного в этот день, который забыт всеми, кроме самого Габриэля. Довольный подтверждением певец, снова открывает рот и начинает рассказывать что-то, отвечая на вопросы журналиста, задаваемые с ложным энтузиазмом. Мысли заняты белым шумом, пустыми воспоминаниями о необходимости встречи с ещё одним таким же талантом. Пустые встречи , пустые люди. Сейчас только в свободное время он снова мог бежать как раньше, наслаждаться тем, что происходит дома, когда он соприкасается со своим истинным Я. Когда этот цикл заканчивается, певец уходит, оставляя журналиста в заведении одного. Официантка улыбается ему, но он старается игнорировать. Габриэль хорош собой, следит за фигурой, остваясь спортивным, с красивой стрижкой, крашенными в черный цвет волосами, чтобы скрывать появившиеся следы седины. Он красиво вошел в тридцать лет, но так и не научился находить тех, кто будет близок его сердцу и сможет двигаться в его темпе. -Подайте мне раф на кокосовом молоке, с двойной порцией взбитых сливок, дополнительным шоколадным топингом и..корицей. А на сладкое блиннный торт с дополнительным кремом. -лишь что-то не поменялось с тех пор, как он был молод. Его любовь к сладкому, с годами, лишь стала крупнее, опоясала его , стала его методом эскапизма. -Фууу, Габриэль, как ты пьёшь это?-голос Лонни звучит насмешливо и тепло, когда он видит, как его любимый заливает молоком одну единственную ложку кофе. -Это извращение над кофе. -Ты просто не ценитель вкусных напитков.-добавляя ложку за ложкой сахар. На седьмой он останавливается, начиная перемешивать и получая щелчок по носу от Лонни. Лонни нежно обнимает Габриэля, пахнущего сигаретами и ягодным смузи, целует в шею, недовольно покусывая, прежде чем погладить пальцами талию. -Ты снова курил. Мне это не нравится.-после замечания Лонни фыркает, мягко отводя взгляд , показательно, чтобы не видеть как Габриэль пьёт свой кофе. Это особая романтика, после тяжелых дней садиться вместе на кухне, чтобы пить вместе кофе и поедать доставку. Отпив кофе сейчас, Габриэль добавляет ещё немного сахара, пытаясь перебить те нотки горечи, которые все еще имели место быть. Его жизнь сложилась как нельзя лучше. Он журналист-репортёр, известный в мире человек, его мнение стало влиятельным, его работами вдохновляются. Но успех отрезал из его жизни остатки тех , с кем он некогда был близок. Работа стала его новым спутником, язык перестал выражать хоть что-то о себе самом, а связи насквозь пропитались лицемерием. Теперь нужно было держать при себе очень много, от честной молодости, полной амбиций не осталось почти ничего. -Габриэль?-голос со стороны вырывает его из мыслей. Человек перед ним красив как и прежде, с волосами в хвостике, тростью в ладони и таким родным на вид вкусом в одежде. Лонни словно призрак прошлого ,нашедший его совершенно случайно, словно Джонсу было мало неприятных мыслей. -Не ожидал тебя здесь встретить. Ты проездом в городе? Лонни выгдядит точно так же, лишь старше. Морщины слегка коснулись его лица, седина поцеловала изящные кудри. А на пальце..на пальце кольцо. -Да, останусь здесь на месяц, город красив, а жизнь коротка. А ты, Лонни?-Габриэль приглашающе ведет рукой напротив себя, но видит, как его любимый машет рукой, в отказывающем жесте. -Прости, не смогу посидеть. Меня уже ждут , просто хотел поздороваться. Можем встретиться в другой день.-Лонни ведет руку в карман, доставая свою визитку с номером. Столь же старомоден, как и был. Положив на стол визитку , он принимает в ладонь салфетку с номером Габриэля. Яркой ручкой, такой же как всегда. Лонни любяще смотрит на это. У Габриэля до сих пор яркие галстуки, ногти накрашенные ярким лаком. Словно в шкуру серьёзного мужчины помещен его яркий лучик Габриэль.- Увидимся? -Увидимся. -Габриэль улыбается, так же ложно, как стал улыбаться в последние годы. Сердце бешено колотится , словно желая разломить лёгкие, выпасть прямиком на тарелку, пачкая всё кровью, как это было раньше. Как это было в тот день, когда они расстались. -Удачи. Лонни уходит. Уходит такой яркий, красивый, живой, такой..такой яркий без него. Без Габриэля. А он? Он просто тень прошлого себя. Он много раз мечтал как пройдёт эта встреча. Что Лонни скажет, что ему жаль что они разошлись, что он понял, кого потерял. А Габриэль сожмет его за бёдра, прижмет к стене и как в сериалах поцелует. Или, что они будут драматично бежать друг к другу, обниматься, и вот Габриэль снова молод как раньше, у него снова пирсинг и снова он смотрит на Лонни, а Лонни на него, как будто они центры миров друг друга. Жизнь оказалась намного циничнее и проще. В ней их встреча произошла по чистой случайности, в момент когда Габриэль был в худшем состоянии, издеваясь над бумажкой из-под сахара. В жизни, они просто обменялись парой слов, которые не намекали на воссоединение или сохранение чувств. Лонни двигался дальше, строил семью о которой мечтал, жил явно хорошую жизнь, в которой не было места прошлому. Габриэль застрял в прошлом. Застрял в чувствах, которые должен был прожить ещё пять, шесть и семь лет назад. Застрял в том, что просыпаясь недоволен собой, ненавидит то, кем стал, мечтая лишь о той любви, что была когда-то. Габриэль искал новых людей, встречался ,ходил на свидания, даже вступал в отношения. Но никогда не любил никого, с кем был, никогда не доходил до постели, чтобы снять с себя плотскую жажду. В итоге, только он застрял в этом.