9
29 января 2026 г., 19:28
Терраса на крыше «DIAMOND MEDIA PRODUCTION GROUP» была единственным местом, где можно было курить, не опасаясь пожарной сигнализации и длинных ушей стажеров и бухгалтеров.
Павел Алексеевич вальяжно облокотился на перила, зажав в зубах сигарету. Рядом Матвиенко пытался выбить зажигалку, выглядя при этом необычно задумчивым. Арсений стоял чуть поодаль, безупречно прямой, вглядываясь в панораму города. От него всё ещё веяло той тяжёлой, грозовой энергией, которая заставила половину совета директоров сегодня заикаться.
— Ну что, дети мои, – Паша выпустил облако ароматного дыма, хитро прищурившись – Рассказывайте, как мы докатились до жизни такой. Серёж, ты первый. Как тебе работается в атмосфере тотального «Особого внимания руководства»?
Серёжа фыркнул, наконец-то добыв огонь.
— Паш, да чё я? Ты на него посмотри, – он кивнул в сторону Арсения – У нас в отделе теперь филиал кедрового заповедника. Костя ко мне заходил после совещания, спрашивал, не нужно ли Арсу успокоительное. А я ему ответил, что успокоительное нужно нам всем, потому что если Шастун ещё раз уронит штатив, Попов, кажется, купит ему новый из чистого золота, чтобы тот был устойчивее.
Сергей перевёл взгляд на Арсения, который хранил ледяное молчание.
— Арс, стрелки метать не буду, спрошу прямо: когда свадьба? Я надеюсь, я в списке гостей не на последнем месте?
Альфа медленно повернул голову. Несмотря на его выдержку, о которой ходили легенды, на лице на секунду промелькнула тень раздражения, смешанного с чем-то... непривычно тёплым.
— Свадьба – это бюрократическая формальность, Серёж, – ровным голосом ответил Попов – Мы обсуждаем рабочие процессы.
— Ой, да ладно тебе! – заржал Паша, похлопав Арсения по плечу – «Рабочие процессы»! Ты Костю чуть живьем не закопал за то, что он на твой «рабочий процесс» не так посмотрел. Слушай, мы тут переживаем чтобы ты нам Шастуна в декрет не отправил до конца квартала. Нам охваты нужны, аудитория растет. А то знаем мы вас, истинных... один раз «переглянулись», и всё – омега дома вьёт гнездо из твоих брендовых рубашек.
Серёжа подхватил тему, понизив голос до заговорщицкого.
— Вот именно. Кстати, Арс, а чё ты медлишь? Весь офис уже видит, что вы переглядываетесь так, что лампочки мигают. Почему парень до сих пор без метки? Ты же его пометил взглядом ещё в первый день, а зубы в ход пустить боишься?
Арсений затянулся. Он курил крайне редко, но сегодня был именно такой день, и долго смотрел на тлеющий уголек. Его друзья ждали очередной холодной колкости.
— Он слишком хрупкий – тихо произнес Попов.
Паша и Серёжа переглянулись. Шутки моментально застряли в горле.
— Антон... он только кажется спесивым и колючим, – Арсений смотрел куда-то сквозь здания – И выставляет эти иглы и дерзит, чтобы никто не увидел, насколько он на самом деле хрупкий. Если я сейчас просто надавлю, то я его сломаю. А мне не нужна сломанная кукла. Мне нужен он весь, со своей дурацкой улыбкой и этим невозможным характером.
Он затушил сигарету о пепельницу и поправил манжет.
— Метка будет. Но тогда, когда он сам придет и попросит об этом. Я не хочу его принуждать инстинктами. Я хочу, чтобы он осознал, что быть моим – это не клетка, а...
— Свобода? – подсказал Паша, уже без тени иронии.
— Скорее привилегия, – отрезал Арсений, возвращая свою маску «тестостерона в костюме-тройке». – А теперь пошли. У нас через десять минут планерка по бюджету, и если я увижу Костю, я за себя не ручаюсь.
— Ох, – Серёжа проводил Арсения взглядом – Видал, Паш? Наш ледяной король-то поплыл. «Он хрупкий»... Слышал бы это Шастун, он бы от гордости лопнул.
— Не лопнет, – Паша улыбнулся, глядя на город – Он такой же сумасшедший, как и Арс. Они друг друга стоят. Но в декрет я его всё равно не отпущу. По крайней мере, пока мы не закроем тендер.
«На свадьбу они напрашиваются... Идиоты. Но в чем-то Серёга прав – выдержка на исходе. Запах зеленого чая в офисе стал для меня наркотиком. И то, как он сегодня смутился, когда я упомянул его спесивость... Но ничего. Я умею ждать.» – размышлял Попов, пока спускался в лифте.
