Держи меня близко

Все начинается, как и всегда в жизни Эндрю, с того, что Нил открывает рот. Игра была не особенно интересной. Нил забил несколько голов, спровоцировал несколько почти драк, несмотря на все попытки Кевина успокоить его. Скучная и, на взгляд Эндрю, слишком чистая, но, тем не менее, хорошая игра. Эндрю смотрит послематчевые интервью не ради ярких моментов и, конечно, не ради медийной улыбки Кевина. Эндрю смотрит послематчевую трансляцию, потому что не видел Нила два месяца, и, несмотря на частые требования Нила, чтобы они общались по фэйстайм, нападающему все еще нельзя полностью доверять телефон. То, что Эндрю видит в телефоне — лишь мимолетные, размытые образы лица Нила. Он смотрит послематчевую пресс-конференцию, чтобы увидеть Нила во всей красе: он ссутулился в кресле, пальцы бездумно теребят провод микрофона перед ним, пока Кевин разглагольствует об их ожиданиях на сезон. Несмотря на то, что Нил в одной команде с Кевином два года, его медийная грамотность не сильно улучшилась. Ему задают очень мало вопросов, а те немногие, что действительно задают, простые и не требующие внимания. И даже на эти вопросы репортеры не получают тех ответов, которых им бы хотелось. — Чего нам стоит ожидать от нападения Диких Лошадей в этом сезоне? — спрашивает один из репортеров. Кевин толкает локтем Нила, который выпрямляется на своем месте, наклоняясь к микрофону, и говорит: — Голов. — Нил имеет в виду, — добродушно смеется Кевин. — Что мы полностью уверены в нападении Диких Лошадей. У нас сильный состав, и я уверен, что в этом сезоне мы все можем ожидать отличных результатов от нашего нападения. Эндрю не сводит глаз с Нила, чья улыбка едва заметна, лишь крошечный изгиб губ. Его волосы влажные и растрепанные после послематчевого душа, потому что Нил никогда не утруждает себя трехэтапным уходом за кудрями после игры. К тому же его волосы кажутся длиннее обычного; они соблазнительно падают на эти льдисто-голубые глаза, когда Нил наклоняется вперед, чтобы ответить на очередной вопрос. Нилу пора подстричься, и Эндрю делает мысленную пометку сказать Эллисон, чтобы она запланировала поездку в Бойсе. — И можем ли мы ожидать от вас подобной кампании, Нил? — спрашивает репортер. Эндрю фыркает. Последние четыре минуты они говорили о рекламной кампании Кевина для Кельвин Кляйн, которая стала вирусной в прошлом месяце. Кевин слегка преуменьшал успех рекламы. Твиттер Эндрю, к его полному ужасу, был заполнен фотографиями Кевина в обтягивающем белье, с надутым видом и ракеткой на плечах. Одна особенно популярная фотография, на этот раз Кевина в прозрачной белой футболке и джинсах, спущенных достаточно низко, чтобы открыть брендированный пояс нижнего белья, собрала более двадцати миллионов лайков. Рекламная сделка, мягко говоря, имела колоссальный успех. Для Лис это также стало самым забавным событием в мире. Эллисон присылает приближенный скриншот надутого лица Кевина каждый раз, когда Мэтт отправляет в их групповой чат очередную статью «Вы не поверите, что Нил Джостен сказал о…». — Нет, — фыркает Нил, улыбка искривляет его губы. Эндрю замечает блеск в голубых глазах и делает глубокий вдох, готовясь к тому, что Нил собирается сказать. — Я соглашусь участвовать в подобной кампании только в том случае, если Миньярд тоже это сделает. Возникает замешательство, ощутимое даже через экран телевизора. — Вы имеете в виду Эндрю Миньярда, вратаря Нью-Йоркских Пантер? — спрашивает один из репортеров. Нил кивает. Он приближается к микрофону, и Эндрю прибавляет громкость. — Да, — просто говорит он. — Скорее ад замерзнет, чем это произойдет, — бормочет Кевин, видимо, забыв, что перед ним микрофон. Комментарий вызывает взрыв смеха. С этого момента интервью превращается в хаос, вопросы становятся все более неистовыми, голоса перекрывают друг друга в маленькой комнате. Нилу больше не дают возможности высказаться. Его публицист с дерзкой улыбкой прерывает поток вопросов и, не сказав больше ни слова, уводит Кевина и Нила с трибуны. Секунду спустя телефон Эндрю пиликает. Это уведомление из Твиттера. @minyardexy03030 написал: хорошо итак, мы все согласны, верно? мы абсолютно обязаны уговорить эндрю миньярда сняться для КK. @andrewminyard СДЕЛАЙ ЭТО ДЛЯ НАС Твит, написанный всего несколько минут назад, уже набрал почти двести тысяч ретвитов. Эндрю в ошеломленном молчании наблюдает, как растет число просмотров. Вскоре телефон вибрирует от еще одного уведомления. На этот раз это сообщение от Нила. нил🐇: упс

***

— Ты несерьезно, — говорит Кевин, как только Эндрю отвечает на звонок. — Здравствуй, Кевин, я тоже рад тебя слышать, — напевает Эндрю. Он возится на кухне; на столе стоит открытый ноутбук, экран которого заполнен ухмыляющимся лицом Нила. Он позвонил Нилу сразу же, как только получил письмо. — Они предложили тебе два миллиона долларов, и ты отказался? — визжит Кевин. Эндрю отодвигает телефон от уха и бросает взгляд в сторону Нила. — Ты уже рассказал ему? — беззвучно спрашивает Эндрю, одними губами. Нил пожимает плечами. — Они заплатили мне всего один миллион, Эндрю, — продолжает Кевин. Нил притворно надувает губы и воркует: — Оу, бедный Кевин. — Ты хоть знаешь, насколь... — Кевин резко обрывает себя. — Подожди. Это был Нил? — Он у меня на компьютере, — подтверждает Эндрю, удерживая взгляд Нила через экран. — Ты прервал наш безумный секс по телефону. — Ага, — тут же подхватывает Нил. Он лучезарно улыбается, наклоняясь к своему компьютеру так близко, что Эндрю может разглядеть россыпь рыжеватых веснушек у него на носу. — Я как раз собирался кончить, Кев, серьезно, я сейчас так возбужден... — Вы двое отвратительны, — фыркает Кевин. — Подумайте об этом. Оба. Он вешает трубку, не сказав больше ни слова. — Серьезно? — растягивает слова Эндрю. Нил моргает и пожимает плечами. — Он спросил меня, слышал ли ты что-нибудь. Собственное предложение пришло Нилу на почту неделю назад: в обмен на почти миллион долларов он должен был постоять полуголым в комнате для нескольких снимков. Может быть, даже немного попозировать с надутыми губами. Нил сразу же отклонил это предложение. Когда стало известно, что Нил Джостен, нападающий Диких Лошадей Бойса, отказался от рекламной кампании Кельвин Кляйн стоимостью в полмиллиона долларов, интернет снова взорвался. Единственный твит Нила на эту тему с тех пор набрал восемь миллионов лайков. @neiljosten10 они знают мои условия Отсюда и предложение самому Эндрю, контракт, который в настоящее время находится в его почтовом ящике. Эндрю прочитал его, моргнул при виде цифр, а затем ответил простым и прямым: Нет. Его публицистка быстро написала ответное письмо, в котором наплела какую-то чушь о конфиденциальности и плотном графике. — Это огромные деньги, — говорит Нил, и в его голосе звучат те благоговейные нотки, которые появляются только тогда, когда он вспоминает, что теперь это его жизнь: контракты, спонсорство, сделки с брендами и больше денег, чем любой из них знает, на что потратить. — Мне не нужны деньги, — замечает Эндрю. Он поворачивается спиной к компьютеру, чтобы включить кофеварку. Через два часа у него тренировка, и от этого разговора у него начинает пульсировать голова. Как и от представления Нила в одних только Кельвинах. — Они предложили тебе в два раза больше, чем мне, — говорит Нил. Эндрю усмехается. — Тебе тоже не нужны деньги. — Конечно, — говорит Нил, и Эндрю практически слышит ухмылку в его голосе. — Но тебе не кажется, что это немного несправедливо? Эндрю резко оборачивается, чтобы подтвердить то, что он и так знал. Нил ухмыляется, его губы изогнуты с определенным умыслом. Эндрю сурово указывает пальцем на экран, чувствуя себя в этот момент до ужаса похожим на Кевина: — Не делай из этого проблему. — Это уже проблема! — немедленно протестует Нил. — И чья же это вина? Нил заминается. — Ладно. Да. Моя. Но… — Никаких но, — вставляет Эндрю. — Все это глупо. Мы сказали нет. Дай этому три дня, и никому больше не будет до этого дела. — Но... — начинает Нил. Эндрю смеривает его взглядом, и Нил тает, откидываясь на спинку дивана и скрещивая руки на груди. На нем толстовка Эндрю. Эндрю жаждет дотронуться до Нила, провести ладонями по гладкой коже с обеих сторон шеи Нила. Между Эндрю и возможностью снова прикоснуться к Нилу, стоит еще одна неделя и два дня. — Ладно, — вздыхает Нил. — Думаю, это было весело, пока длилось. Эндрю закатывает глаза. — Тебе нужно больше хобби.

***

Молчание Нила длится два дня. Репортеры преследуют его по пути в аэропорт, когда он направляется на выездную игру в Северную Каролину. В ту минуту, когда Эндрю видит видео, появляющееся в его ленте, он понимает по резкой линии подбородка Нила, что тот собирается сказать что-то, чего не должен. Нил терпеть не может, когда его застают врасплох. Из-за этого он говорит еще больше, чем обычно. Эндрю с легким ужасом наблюдает, как Нил проталкивается сквозь многочисленные камеры, осторожно отталкивая микрофоны своими покрытыми шрамами руками. По обе стороны от него охрана, но Эндрю знает, что, должно быть, творилось в голове Нила в этот момент; он помнит бунт и потерю Нила в толпе. Эндрю решает позвонить Нилу, как только досмотрит видео. — Есть ли какая-то конкретная причина, по которой вы выделили именно Эндрю Миньярда? — спрашивает одна журналистка. Нил делает паузу, достаточную для того, чтобы она поднесла микрофон к подбородку Нила. Эндрю до сих пор удивляет, что, несмотря на всю их скрытность, никто так и не догадался об их отношениях. Он полагает, что лишь немногие люди достаточно наблюдательны, чтобы заметить их с Нилом специфическую форму привязанности. Нил, возможно, придерживается схожего хода мыслей, моргает в ответ на этот вопрос. Один из назначенных его командой охранников стоит у него за спиной и жестом просит Нила продолжать идти. Нил не двигается. Он поворачивается к репортерше, и на его лице отражается искреннее недоумение, когда он говорит: — Разве вы не видели его руки? Эндрю вздыхает. Он набирает номер Нила. — Ну что? — Нил отвечает почти сразу. — Насколько сильно я влип? — Ни насколько, — говорит Эндрю, все еще вздыхая. — Это моя вина. Я должен был догадаться, что ты неспособен держать рот на замке. — Эй, — в голосе Нила слышится веселье. — Я могу придумать несколько способов, как занять мой рот. — Твоим грязным разговорам не хватает изящества, — говорит Эндрю. Он надеется, что его голос не выдает правды; что его штаны становятся немного теснее, а во рту становится немного суше. Осталось семь дней до того, как их команды сыграют друг с другом. Целая неделя до того, как Эндрю сможет уложить Нила под себя, мягкого и податливого. Нил улавливает это. Конечно, Нил улавливает. — Тебе нравятся мои грязные разговоры. Тебе нравится мой рот. — Заткнись, — ворчит Эндрю. — Неа, — отвечает Нил. Наступает пауза, прежде чем он снова заговаривает. — Я скучаю по тебе. — Я тоже по тебе скучаю, — признается Эндрю. Выдох Нила немного дрожит. Его голос теряет часть своей грубой уверенности, мгновенно улетучиваясь из-за уязвимости Эндрю. — Семь дней. — Одна неделя, — кивает Эндрю. — И потом у нас будет сорок восемь часов вместе, — замечает Нил. — У меня будет достаточно времени, чтобы по достоинству оценить твои руки. Эндрю проводит ладонью по лицу. Иногда Нил — лучшее, что с ним когда-либо случалось. В другие дни Нил — худшее. В большинстве случаев он сбивающая с толку смесь и того, и другого. Эндрю не успевает ответить, потому что срабатывает таймер, а писк громкий и противный даже через трубку. — О, — разочарованно произносит Нил. — Это напоминание. У меня встреча. Нет. Подожди. Визит к стоматологу. Может быть. Дай-ка я проверю свой календарь... — У тебя командная тренировка, — вспоминает Эндрю. Нил прислал ему фотографию апрельской страницы своего календаря несколько недель назад, когда все его примерки, интервью и встречи еще только планировались. Нил издает раздраженный звук в ответ на напоминание. — Это с той девушкой, которая тебе нравится. В бассейне. — О, — оживляется Нил. — Она мне действительно нравится. Она сделала вид, что не заметила, как я обрызгал Кевина. — Я знаю, крольчонок, — говорит Эндрю слишком нежным, на его взгляд, голосом. — Иди. Если ты опоздаешь, Кевин сойдет с ума. — Верно. — Эндрю слышит явные признаки того, что Нил собирает свои вещи, звяканье ключей и тихий скрип кроссовок. — Я выхожу. Ты уверен... — Меня это не беспокоит, — говорит Эндрю, уже зная, к чему ведет Нил. Комментарий Нила про руки Эндрю — это самое откровенно гомосексуальное высказывание, которое он когда-либо говорил. СМИ интересовались сексуальной ориентацией Нила в течение многих лет, и они, конечно же, вцепятся в это заявление и будут разбирать его на ток-шоу и послематчевых передачах. То же самое они проделали с Эндрю, когда он совершил каминг-аут в прошлом году, бросив сухое я гей во время одного из интервью. Комментарий Нила, хотя и незначительный, неизбежно принесет волну хейта на страницы их обоих. Эндрю плевать. Он либо проигнорирует это, либо даст Эллисон и Ники свободу действий в его упоминаниях. Нил игнорирует слова Эндрю, но все равно начинает извиняться: — Мне... — Не надо, — перебивает Эндрю. — Никаких извинений. Я сказал, что меня это не беспокоит. — Правда? — тихо спрашивает Нил. — Правда, — кивает Эндрю. — Ладно, — выдыхает Нил. Раздается звук захлопывающейся двери. — Эй, может, по дороге я встречу репортеров и смогу прокомментировать твои бедра. — Я тебя ненавижу. — Обещаешь? Эндрю слышит улыбку в голосе Нила.

***

Эндрю — терпеливый человек. Это факт. Именно терпение делает его таким эффективным вратарем, позволяя выжидать идеальный момент, чтобы действовать и отбивать мяч в последнюю секунду, держа нападающих в постоянном напряжении. Терпение Эндрю, пожалуй, его самая яркая черта. Этот факт лишь бесит Эндрю, потому что ожидание встречи с Нилом — самое трудное, что ему когда-либо приходилось делать. Они уже много лет жили на расстоянии, с тех пор как Нил еще учился в Пальметто, а Эндрю был в своей первой профессиональной команде Рыси Белого Хребта. Возможно, с возрастом терпение Эндрю истощается, а может, он просто устал от дразнилок Нила, его губ и бесцеремонных комментариев. В любом случае, терпение Эндрю на исходе. Их игра может начаться достаточно скоро. Впервые в своей жизни Эндрю искренне, отчаянно горит желанием поиграть в экси. Эндрю весь вибрирует от предвкушения, к тому моменту, когда выходит на поле. Ему не терпится полностью заблокировать Нила сегодня; не терпится увидеть этот холодный огонь, пылающий в его глазах, когда ему отказывают в ударе за ударом. Эндрю не может дождаться, когда после игры этот огонь разгорится еще ярче; он представляет Нила разгоряченным, отчаявшимся и прижатым к кровати его весом. Это настолько привлекательный образ, что Эндрю заставляет свое внимание переключиться на что-то другое, в конце концов останавливаясь на ближайших семейных ложах, на одной конкретной ложе, заполненной знакомыми лицами. Все Лисы приехали в Нью-Йорк на матч. У Эллисон и Рене пентхаус в Верхнем Ист-Сайде, и Эндрю видит их достаточно часто, чтобы не обращать внимания на их присутствие в семейной ложе. Мэтт и Дэн уверенно стоят в дальнем углу; Мэтт прижимает к груди сверток в синих цветах Диких Лошадей. Кейтлин рядом с ними, несомненно, воркуя с малышом, а по другую сторону от нее стоит Аарон, скрестив руки на груди, и кивает в ответ на все вопросы Мэтта, связанные с детскими болезнями. На Аароне джерси Эндрю, как и на Ники, и все улыбаются — в безопасности, поддерживающие даже издалека. Аарон, должно быть, чувствует на себе взгляд Эндрю, потому что поворачивается лицом к площадке и нерешительно машет рукой. Эндрю не успевает ответить на этот жест. Освещение корта резко тускнеет, вспыхивая темно-фиолетовым цветом Нью-Йоркских Пантер, когда представляют каждого члена команды Эндрю. Крики фанатов становятся все громче и громче с каждым произнесенным именем, но когда очередь доходит до Эндрю, он почти уверен, что слышит, как Эллисон кричит Вперед, мать вашу! и ликующее Это мой кузен! от Ники. Команда Нила выходит на корт, как только заканчивается представление Пантер. Поскольку Дикие Лошади — команда гостей, перекличка проходит без особого энтузиазма, хотя Нил энергично машет рукой в воздухе, когда называют его имя. Он достаточно далеко, и Эндрю не может разглядеть ничего, кроме его синей майки и шлема, закрывающего лицо. Начинается разминка, и Эндрю и Нил, словно магниты, притягиваются друг к другу, не обращая внимания на тихие протесты своих капитанов. Они останавливаются в центре площадки. Присутствие Нила на расстоянии вытянутой руки действует на Эндрю как что-то почти религиозное, успокаивая его бешеное сердцебиение так, как ничто другое. — Не поддавайся, — говорит Нил, ухмыляясь. Эндрю слышит едва уловимый акцент в его голосе. — И не планировал, — отвечает Эндрю. Он надеется, что Нил уловит смысл его слов. Улыбка Нила становится шире, более кривой и искренней. — Тот, кто проиграет, должен согласиться на участие в рекламе Ляйн, — предлагает Нил. Эндрю вздыхает. — Это Кляйн, — поправляет он. — И нет. — Хорошо, — вздыхает Нил. Он подходит ближе к Эндрю, их шлемы мягко соприкасаются, и он тихо говорит: — Тот, кто проиграет, должен другому массаж. Перспектива ощутить под ладонями разгоряченную и обнаженную кожу Нила не кажется Эндрю наказанием. Скорее наоборот. На мгновение Эндрю задумывается о том, чтобы отказаться от своей половины игры. Вместо этого он отталкивает Нила, позволяя своей ладони задержаться на плоском животе, одном из немногих мест, которое в данный момент не закрыто защитной броней. — В последнее время я был немного напряжен, — говорит Эндрю. Глаза Нила блестят, он готов принять вызов. — Надеюсь, ты готов проиграть. — На самом деле я не проигрываю, — говорит Нил, переходя на русский и медленно отступая назад. — Либо я выигрываю игру, либо ты оказываешься подо мной, голый и весь в масле. В любом случае, я выигрываю. Эндрю не нравится, что Нил озвучил ту же мысль, что возникла и у него. Нил, должно быть, видит раздражение на его лице. Он подмигивает, подпрыгивает на месте, готовясь вернуться к своим товарищам по команде. — Покажи все, на что способен, Джостен, — кричит Эндрю через площадку. — Так и планирую, — кричит в ответ Нил. Шагая обратно к своим воротам, Эндрю ударяет кулаком по натянутой сетке ракетки, пытаясь отвлечься от ощущения жара, скручивающего внутренности. — Ты в порядке? — спрашивает его капитанша, преграждая дорогу. Она хмурится, глядя на Эндрю с любопытством. — Ты выглядишь напряженным. — Я чертовски ненавижу Нила Джостена, — говорит Эндрю в ответ.

***

Как и следовало ожидать, Эндрю и Нил оба выходят на корт во второй половине игры. Кевин тоже. Для Диких Лошадей это хорошая стратегия; из всех игроков лиги у Нила и Кевина больше всего опыта в игре с Эндрю. Но с тех пор, как они играли в Пальметто, многое изменилось. Во-первых, Эндрю теперь по контракту обязан стараться блокировать мячи. Ему также нравится думать, что он стал сильнее, быстрее и в целом более профессиональным и умелым игроком. Тем не менее, Кевин и Нил — это сила, с которой нужно считаться. Они двигаются в почти идеальной гармонии, их действия практически синхронны. Нил перехватывает пасы, которые Кевин еще даже не сделал. В свою очередь, Кевин готовится к удару за миллисекунды до того, как получит мяч. Эндрю очень гордится тем, что сводит на нет их усилия. К тому времени, когда игра подходит к концу, остается всего три минуты, а табло упорно показывает 13:11 в пользу Пантер, взгляд Нила становится угрожающим. Таким он бывает всегда, когда Нил намеревается загнать себя до полусмерти. Намерение Нила умереть во время игры в экси становится особенно очевидным мгновение спустя, когда он намеренно врезается в стену, чтобы отдать пас Кевину. Эндрю отбивает удар Кевина, не моргнув глазом. Нил все еще лежит на земле, держась правой рукой за живот и явно пытаясь отдышаться. На другом конце площадки один из сокомандников Эндрю наносит удар, но промахивается. Мяч должен вернуться в ворота Эндрю с минуты на минуту. — Не стоит из-за этого убиваться, — рявкает Эндрю по-русски. — Если тебя нужно заменить, проси замену. Нилу удается лишь слабо взмахнуть рукой в знак того, что услышал. Мгновение спустя он встает и в течение целых двух секунд делает вялые шаги, прежде чем стремительно выпрямляется. Нил возвращается к своему бешеному темпу, а Эндрю переключает свое внимание на игру. Эндрю так сосредоточен на игре, так сильно хочет отразить каждый удар Кевина сегодня вечером, что едва не пропускает травму Нила. Его мозг обрабатывает происходящее отдельными кадрами: сначала осторожный, изогнутый замах ракетки, затем грациозный выпад мускулистых икр Нила, когда он разворачивается за мячом, вытягиваясь всем телом, все дальше и дальше… Защитник, гигант ростом под два метра по имени Эдвард Мартина, врезается в Нила с такой силой, что они оба падают на пол. Никто не упустил из виду то, как клюшка Мартины была направлена прямо в живот Нилу, и меньше всех — Эндрю. Судорожный всхлип Нила, внезапный, ужасный звук, с которым его дыхание покидает легкие, звучит достаточно панически, чтобы заставить Эндрю сорваться с места. — Нил, — говорит Эндрю. Он резко падает на колени рядом с Нилом, который свернулся калачиком, обхватив руками живот. Мартина стоит за спиной у Нила, уже поднявшийся на ноги, и с пепельно-серым лицом извиняется. Эндрю огрызается на него, не отрывая взгляда от скорчившейся от боли фигуры. — Заткнись. Мартина не слушает требования Эндрю, но стадион вокруг них затихает. Мир погружается в мертвую тишину. Становится слишком тихо. Позже Эндрю узнает, что фанатам показывали повтор с нижнего ракурса, на котором было отчетливо видно, как клюшка Мартины попала в незащищенный живот Нила, а затем ушла вверх. На данный момент Эндрю знает лишь то, что тишина оглушает и сбивает с толку. Как будто фанаты знают что-то, чего не знает он. — Нил, — повторяет Эндрю, и в его тоне слышится отчаяние. Нил издает какой-то звук, возможно, первый слог имени Эндрю, прежде чем его начинает сильно рвать. Он все еще лежит на боку, его рвет через металлические решетки синего шлема, он с хрипом прижимает руки к животу. Эндрю понимает, что он не может отдышаться. Нил давится собственной рвотой. — Дыши, крольчонок, — говорит Эндрю, отстегивая толстую пластиковую накладку на шее Нила. Кажется, это помогает. Он начинает расстегивать застежки на шлеме Нила, когда внезапно двери корта открываются. Судьи, тренеры и медики высыпают на корт, среди них катятся носилки, и Эндрю с пугающей ясностью осознает, что во второй раз в своей жизни он становится свидетелем того, что может стать концом жизни Нила. На гребаном экси корте. — Отойди, — говорит медик, опускаясь на колени рядом с Эндрю. Она прижимает два пальца к углу челюсти Нила. — Пульс учащенный. Нил, ты меня слышишь? Заметив, что он не двигается, другой медик пытается привлечь внимание Эндрю. — Сэр, нам нужен доступ к... Чья-то рука обхватывает его за бицепс, пытаясь не слишком осторожно поднять Эндрю на ноги. Из-за экипировки он почти не чувствует этого нежелательного прикосновения, но инстинкт срабатывает мгновенно. Он замахивается, не задумываясь. Удар попадает точно в сильную, знакомую челюсть. — Господи, Эндрю, это я, — говорит Кевин, широко раскрыв глаза. Он без шлема. У него во рту кровь. За спиной Кевина медики поспешно перекладывают Нила на носилки. Они суетятся, Нил — всего лишь вспышка темно-рыжих волос и синей формы между их телами. — Прекратите, — говорит Нил, с трудом выговаривая это слово. Эндрю кажется, что он говорит: — Больно. — Что ты с ним делаешь? — спрашивает Эндрю, проталкиваясь обратно в толпу, пока не натыкается взглядом на обмякшее тело Нила. Кевин, который продолжает цепляться за джерси Эндрю сзади, вынужден следовать за ним. Увидев Нила, он резко вдыхает: — Нил. Глаза Нила мечутся. Ему требуется слишком много времени, чтобы сфокусироваться на Эндрю. Он открывает рот, чтобы заговорить, но его слова звучат бессвязно и невнятно. — Кто-нибудь, скажите мне, что, черт возьми, происходит, — рявкает Эндрю. — Его нужно доставить в больницу, — отвечает медик. — Немедленно. Это было ошибкой. При этих словах Нил резко вскакивает с носилок, его лицо искажается от боли и паники. Он зовет Эндрю, который уже проталкивается мимо другого медика, когда Нила снова рвет. На этот раз рвота окрашена в красный цвет. Нил смотрит на это, смущенный и испуганный, прежде чем рухнуть на Эндрю. Тяжесть Нила в руках Эндрю пугает. Кровь, медленно стекающая из уголка его рта, выглядит намного, намного хуже. Эндрю окружают люди, над Нилом порхают чужие руки, незнакомые голоса говорят что-то о поверхностном дыхании, потере сознания. Эндрю прижимается ближе к Нилу. В какой-то момент он начинает слышать помехи. В ушах звенит, а Нил вздрагивает в его руках. Он здесь, и одновременно нет. Рот Нила слегка приоткрыт, из него все еще течет кровь и слюна. Под подбородком — рвота. Эндрю подносит руку к лицу Нила, собираясь вытереть ее, как вдруг скулу Эндрю пронзает острая боль. Кевин хватает Эндрю за подбородок, насильно заставляя его отвести взгляд от Нила и посмотреть на его лицо. Если бы Эндрю был готов разжать руки и выпустить Нила, он бы снова ударил Кевина. — Ты должен отпустить его, — сурово требует Кевин. — Нилу нужно в больницу. — Я должен поехать с ним, — немедленно говорит Эндрю. — Он не может быть там один. Он не может очнуться в одиночестве. — Возможно, — соглашается Кевин. — Но Нилу нужно уйти прямо сейчас, Эндрю. У нас нет времени на эту битву. — Судя по всему, — вмешивается медик. — У него разрыв селезенки. Если мы не доставим Нила в больницу в ближайшее время… Эндрю отпускает Нила. Он знает, что влечет за собой разрыв селезенки. В этом нет ничего хорошего. — Пошли, — говорит Кевин. Он стоит рядом с Эндрю, высокий и сильный, и вцепляется в его джерси чуть крепче, когда носилки с Нилом исчезают в темном коридоре, ведущем к выходу со стадиона Пантер. — Идем за Лисами.

***

Эндрю не утруждает себя переодеванием формы перед уходом со стадиона. Он только бросает ключи в сторону Аарона, направляясь к парковке. Кевин все еще принимает душ, а остальные Лисы разрабатывают план действий; Дэн разговаривает по телефону с Ваймаком, а Рене — с Эбби. Аарон знает, что в такие моменты лучше не пытаться переубедить Эндрю. Он целует Кейтлин в висок, ничего не говоря, и садится на водительское сиденье машины Эндрю. Аарон молчит, пока не останавливает машину перед больницей. Эндрю уже наполовину выбрался из машины, а за Маз уже начинает скапливаться нью-йоркская пробка, но он все равно замирает, чтобы выслушать брата. — Ему понадобится операция, — говорит Аарон. — Я собираюсь сделать несколько звонков. Я… — Спасибо, — перебивает Эндрю. Аарон замолкает с открытым ртом, прежде чем кивнуть. — Мы все скоро будем там, — обещает Аарон. Эндрю захлопывает дверь и бежит в больницу.

***

Нил просыпается шесть часов спустя, сонный и без селезенки. Эндрю не знает, как Лисам удалось получить разрешение на его пребывание в палате Нила спустя столько времени после окончания часов посещения, но, скорее всего, для этого потребовалось сочетание навыков общения Ден, доброты Рене, известности Кевина и денег Эллисон. Эндрю было бы все равно, даже если бы ради этого Лисам пришлось кого-нибудь убить. Его волнует только то, что он здесь, рядом с Нилом, пока тот медленно приходит в себя. — Нил, — тихо произносит Эндрю, сжимая его ладонь в своей. Час назад Нил уже приходил в сознание, раздражительный и растерянный после наркоза. Теперь он будет собранным и любопытным. Эндрю придется рассказать ему правду. — Абрам. — Что случилось? — спрашивает Нил, крепко зажмурившись. Эндрю знает, чего хочет Нил: холодных, неопровержимых фактов. Он перечисляет их без пауз. — Ты получил сильный удар. Разрыв селезенки. Отвезли на обследование, а затем срочно прооперировали. Удалили селезенку. Осложнений не было. — Какой срок восстановления? — спрашивает Нил. Эндрю морщится. Он рад, что глаза Нила все еще закрыты. — Эндрю? — По крайней мере, шесть недель, — говорит Эндрю. Глаза Нила распахиваются. Эндрю находит облегчение в их поразительной синеве. — Шесть недель? — эхом отзывается Нил. — Плей-офф начинается через две. — Эндрю медленно кивает. — Итак, для меня сезон окончен. Эндрю молчит. Он никогда не был сострадательным, мягким человеком. Комфорт — не его сильная сторона. Для того, что Нилу предстоит услышать, ему понадобится утешение. Эндрю надеется, что сможет ему его дать. — Я выбыл на сезон, верно? — повторяет Нил. На этот раз уже Эндрю крепко зажмуривает глаза. — Верно, Эндрю? Эндрю медленно вдыхает. — Нил, — начинает он, открывая глаза. Нил вздрагивает от его тона и откидывает голову на тонкую больничную подушку. — Врачи сказали, что, поскольку... — Нет, — говорит Нил. Он качает головой и вырывает свою руку из хватки Эндрю. — Экси — это контактный вид спорта, — настойчиво продолжает Эндрю. — Игра может еще больше повредить брюшную полость и внутренние органы. Это приведет к повышенной нагрузке на печень… — Прекрати говорить, — требует Нил. — Игра может убить тебя, Нил, — заканчивает Эндрю. — Ни один врач не подпишет... — Я сказал, хватит говорить, — злобно огрызается Нил. Он закрывает лицо обеими руками и прерывисто вздыхает. Эндрю ждет, и ждет, и ждет, когда Нил заговорит снова, но в какой-то момент он начинает надеяться, что Нил просто заснул. Напряженные плечи Нила говорят об обратном. — Я никогда больше не буду играть. На этой фразе голос Нила ломается. Эндрю думает поправить его, сказав, ты мог бы или даже да, но должен ли? Вместо этого он пододвигает свой стул ближе к его кровати. Одной рукой он обхватывает затылок Нила, а другой находит его раскрытую ладонь. Нил всхлипывает, и его голос полон боли и скорби. Эндрю оставляет короткий поцелуй на тыльной стороне ладони Нила и прижимает его к себе, пока тихие всхлипывания не смолкают вместе со сном.

***

Нил возвращается домой ровно через неделю после пребывания в больнице. Он был кошмарным пациентом, постоянно задавал вопросы о том, кто, что, когда, где и почему его лечил. Более того, Нил отказывался от любых обезболивающих препаратов и постоянно требовал, чтобы каждое медицинское решение принималось его лечащим врачом Аароном Миньярдом. Который, к их крайнему удивлению, даже не был практикующим врачом, а всего лишь недавним выпускником медицинской школы. — Я хочу услышать другое мнение, — быстро стало любимой фразой Нила, наряду с вопросом: — Согласен ли доктор Миньярд с таким курсом действий? Ситуацию ничуть не улучшало и отвратительное поведение Нила. Он груб в хорошие дни и просто ужасен в плохие. Лисы изо всех сил старались поднять ему настроение, но все они знали, что он оплакивает не только потерю своего рекордного сезона, но, вероятно, и всю свою карьеру. К тому времени, когда Нила выписали из больницы, ровно через неделю после операции, медсестры, похоже, испытали немалое облегчение. Эндрю поднимает Нила из инвалидного кресла и усаживает на пассажирское сиденье с такой осторожностью, что это злит Нила. — Я, черт возьми, не стеклянный, — огрызается Нил. Эндрю убирает руки, медленно выдыхает и обходит капот машины. В напряженном молчании они подъезжают к квартире Эндрю, и Нил бросает на него испепеляющий взгляд, когда тот пытается помочь ему выбраться из Мазерати. Нил убежден, что выписка из больницы — это автоматическое разрешение на все. Эндрю знает лучше. У Нила впереди еще несколько недель восстановления, включая рекомендованные три дня постельного режима. — Можешь продолжать в том же духе, сколько хочешь, — говорит Эндрю, протягивая руку, чтобы помочь Нилу выбраться из машины, — но это меня не остановит. — Я в порядке, — тут же отвечает Нил. — У тебя была серьезная операция. — Нил немного покачивается на ногах, и Эндрю осторожно подхватывает его на руки. Нил кажется значительно легче, настолько, что Эндрю стискивает зубы. Горячее и ровное дыхание Нила на шее успокаивает, когда он шагает к лифту. — Ты не в порядке. — Они удалили то, от чего мне могло стать только хуже, — бормочет Нил. — Да, — кивает Эндрю. — Но ты все еще можешь подхватить инфекцию. Ты можешь порвать швы. Ты можешь делать все, что угодно, и подарить себе еще две недели моей игры в медсестру. Нил напрягается. Он поднимает голову и хмуро смотрит на Эндрю: — Что? — Ты слышал меня, — фыркает Эндрю. Он медленно опускает Нила на землю и убирает руки только тогда, когда тот в изнеможении прислоняется к стене. Эндрю достает из кармана ключи и открывает дверь, прежде чем снова потянуться к Нилу. — Я могу ходить, — огрызается Нил. Он медленно ковыляет в квартиру, чтобы доказать этот факт. Эндрю держит руки наготове, слегка согнув их в локтях. На всякий случай. Нил без проблем добирается до дивана, и его руки уже сжимают пульт, когда Эндрю в голову приходит мысль и он решает, что, вероятно, Нилу сейчас не стоит смотреть экси или какие-либо связанные с ним медиа. Нил уже включил телевизор и быстро находит нужную ему игру Троянцев. — Нил, — медленно произносит Эндрю. — Это то, что я хочу посмотреть, — говорит Нил. Он упорно не отрывает взгляда от экрана. — Ты посидишь со мной? Эндрю не в силах сказать нет. Он садится на безопасном расстоянии от Нила, который многозначительно вздыхает, пока Эндрю не подходит ближе. Нил опускает голову ему на плечо, обхватывая его левую руку своими. — Что ты имел в виду, когда сказал, что еще две недели будешь играть в медсестру? — спрашивает Нил через мгновение. — Именно то, как это звучит, — отвечает Эндрю. — Нет, — говорит Нил. Он отрывает голову от плеча Эндрю и энергично трясет ею. — Ты не можешь. — Ты бы предпочел, чтобы я передал эту роль Кевину? — сухо спрашивает Эндрю. Глаза Нила расширяются. Он открывает рот, закрывает, затем снова открывает, чтобы сказать: — Честно говоря, да. Наш сезон окончен. Твой — нет. Ты вышел в плей-офф. — Мне плевать, — говорит Эндрю. Он честен. Конечно, выход в плей-офф — это достижение, но даже если бы Эндрю хотел сейчас сыграть в экси, он не уверен, что смог бы выйти на корт и не увидеть перед глазами искаженное болью лицо Нила и его тело, свернувшееся в клубок посреди крови и рвоты. — Нет, — говорит Нил, качая головой. Он вырывает руки из хватки Эндрю, и отчаянно ведет ими вверх по его груди, останавливаясь лишь тогда, когда обе его ладони прижимаются к его лицу. — Ты не можешь отказаться от этого. Не сейчас и уж точно не из-за меня. — Я не собираюсь сбегать, чтобы поиграть в экси, пока ты восстанавливаешься после серьезной операции, — говорит Эндрю. — Я уже сказал тренеру Кларку, что не буду доигрывать сезон. — Что? — спрашивает Нил высоким голосом. — Нет. Нет. Ты этого не сделаешь, Эндрю. — Да, Нил. Я это уже сделал, — Эндрю заправляет прядь волос Нила, все еще слишком длинных и слегка пахнущих больничным шампунем, за ухо. — Я не играю в экс... — Я прошу тебя об этом, — прерывает его Нил, его голос вот-вот сорвется. Эти пять слов заставляют Эндрю замолчать. За те долгие годы, что они были вместе, эта фраза стала чем-то вроде разменной монеты, мольбы, которую произносят только в моменты отчаяния. В последний раз Нил пользовался им почти два года назад, когда Эндрю упорно отказывался присутствовать на свадьбе Аарона, за которую он намеревался заплатить, потому что они ссорились из-за такой простой вещи, как деньги. — Если Аарон не заткнется и не примет пожертвование, — проворчал Эндрю. — Я не пойду на свадьбу. Нил спрятал улыбку на шее Эндрю. — Я прошу тебя об этом. Словно вспоминая этот момент, Нил наклоняется вперед и прижимается носом к шее Эндрю. — Кто останется здесь с тобой? — спрашивает Эндрю, и слова звучат как гравий. — Ты не можешь улететь обратно в Бойсе как минимум еще несколько недель, и... — Я не собираюсь возвращаться в Бойсе, — говорит Нил. — Все, кто мне нужен, находятся в Нью-Йорке. Рене и Эллисон всего в нескольких кварталах отсюда, верно? Они могут присмотреть за мной, пока ты на тренировках. — А как же мои игры? — настаивает Эндрю. — Сначала команда летит в Сан-Франциско. Это семичасовой перелет. Меня не будет как минимум одну ночь. — Тогда они могут переночевать в комнате для гостей. — Нил целует его в шею и издает довольное мычание, когда по телу Эндрю пробегает дрожь. — Кейтлин и Аарон тоже предложили приезжать на поезде пару раз в неделю. Эндрю чувствует острую вспышку раздражения от осознания того, что Нил и Аарон уже говорили об этом. — Аарон заканчивает ординатуру, — говорит Эндрю. — У него нет времени возиться с тобой. Нил игнорирует этот аргумент. — И Эбби с Ваймаком предложили прилететь в субботу, — заканчивает он. — У меня будет богатый выбор нянь. — Дело не только в том, чтобы за тобой присмотрели, — резко говорит Эндрю. Нил напрягается. — И ты это знаешь. Нил выглядывает из своего укрытия на шее Эндрю, склонив голову набок в безмолвном вопросе. — Скажи мне прекратить играть, — тихо говорит Эндрю. — Скажи мне прекратить, и я завтра же брошу, Нил. Богом клянусь. — Эндрю, — улыбка Нила слишком слаба, чтобы быть искренней. — Только потому, что я, возможно, закончил, — Эндрю игнорирует ударение на слове возможно, — ...не значит, что я хочу того же для тебя. У тебя впереди много всего. Чемпионат, олимпийские медали. Эндрю внимательно изучает лицо Нила. Потеря экси будет для Нила тяжелее всего на свете. Он не может представить себе мир, в котором Нил будет спокойно наблюдать за карьерой Эндрю, поддерживая его, в то время как его собственная так внезапно и жестоко оборвалась. Вот только Эндрю не видит на лице Нила и следа дискомфорта. Тот выглядит усталым, осунувшимся и опустошенным после всего, что ему пришлось пережить за последнюю неделю. Эндрю вернется к этому разговору в другой раз. — Хорошо, — кивает Эндрю. Он наклоняется к руке Нила, той, что все еще обхватывает его лицо, и осыпает поцелуями запястье, пока тот не начинает смеяться.

***

Эндрю платит семь долларов за доступ к вайфаю в самолете до Сан-Франциско. Его прощание с Нилом было неудачным, наполненным напряжением, и Эндрю рассчитывает, что семь часов, проведенных в небе, дадут ему достаточно времени, чтобы сформулировать достойное извинение. В любом случае, ссора произошла по вине Эндрю. Он позволил Нилу взять его ноутбук, потому что тот хотел изучить спортсменов, вернувшихся к спорту после спленэктомии, а Эндрю слишком устал от этого разговора, чтобы отказывать. В какой-то момент тихая надежда Нила стала невыносимой. — Видишь? — сказал Нил, указывая на фотографию какого-то футболиста. — Росс вернулся на поле после спленэктомии в 2017 году. Возвращение нападающего в Пэтриотс было... — Я знаю, что написано в статье, — Эндрю оттолкнул от себя компьютер. — Я все еще считаю, что тебе следует рассмотреть другие варианты. Ты мог бы стать тренером. Нил закатил глаза. — Я не тренирую. — Тогда подумай о чем-нибудь другом, — отрезал Эндрю. — Тебе нужны варианты. Экси не может быть твоей единственной... — И что с того? — возразил Нил не менее раздраженным тоном. — Ты хочешь, чтобы я сидел здесь и был домохозяйкой? — Если ты этого хочешь, — сказал Эндрю, внезапно успокоившись. Мысль о Ниле, остающемся на месте и довольном, всегда нравилась ему. — Я зарабатываю достаточно денег. — О, да пошел ты, — прошипел Нил. Он вскочил с дивана так быстро, как только мог, и, швырнув в сторону Эндрю подушку, потопал в спальню. Эндрю легко поймал ее. Он снова увидел Нила только несколько часов спустя, когда ему пришлось зайти в спальню, чтобы собрать вещи. Эндрю до сих пор не знает, спал ли Нил или просто игнорировал его, но он ничего не сказал, когда Эндрю поцеловал его в висок и произнес: — Я вернусь в понедельник. Теперь, когда вайфай подключен, а в животе неприятно ворочается тревога (ему не следовало так уходить от Нила, нужно было сказать больше), Эндрю не уверен, что написать. Он печатает жалкое Прости, я поддержу тебя во всем, когда телефон начинает вибрировать от наплыва сообщений. Все они от Нила, отправленные через некоторое время после взлета, но до того, как Эндрю сдался и оплатил вайфай. нил🐇: Хорошего полета нил🐇: Я знаю, что веду себя как кошмар Эллисон мне так и сказала нил🐇: Я не специально нил🐇: Я напуган, ясно? нил🐇: Но я собираюсь подумать о тренерстве нил🐇: И рене сказала что мне всегда рады в приюте для животных нил🐇: Но нил🐇: Как бы там ни было, я был бы отличной домохозяйкой Эндрю с усмешкой потирает лицо рукой. Нил, когда все-таки решает воспользоваться телефоном, оказывается весьма забавным собеседником. Он пишет так же, как говорит: лихорадочно и часто не раздумывая. эндрю: привет, крольчонок нил🐇: Привет нил🐇: Как полет? эндрю: справа от меня орущий ребенок. остальные пассажиры — идиоты. нил🐇: Лол нил🐇: Ты летишь на командном самолете. нил🐇: Частным самолетом. эндрю: именно. эндрю: послушай мне не следовало так уходить. прости нил🐇: Все в порядке нил🐇: Я не должен был игнорировать тебя Хорошо. Это разрешает его внутренний спор. За те годы, что Эндрю знает Нила, он не думает, что тот когда-либо намеренно игнорировал его. Это задевает. нил🐇: Мне тоже жаль нил🐇: Я знаю, это было очень тяжело для нас обоих нил🐇: Может ты наконец сможешь немного отдохнуть эндрю: прекрати эндрю: ты знаешь я бы остался, если бы мог эндрю: я бы вернулся не раздумывая нил🐇: ♥️ нил🐇: Это напомнило мне нил🐇: Если ты сольешь игру я тебя убью Эндрю прячет улыбку, быстро смахивая ее рукой. Эта идея, безусловно, приходила ему в голову. Если Пантеры не выиграют этот матч, они не пройдут в следующий раунд плей-офф. Проигрыш означал бы больше времени с Нилом, который, несмотря на то, что был ужасным, ворчливым пациентом, по-прежнему оставался любовью всей жизни Эндрю. Он бы сделал все, чтобы остаться с ним. Включая слив игры. эндрю: назови мне хоть одну вескую причину не делать этого нил🐇: Я могу привести тебе множество веских причин ;) Остаток полета Эндрю отправляет сообщения Нилу, ответы на которые приходят все медленнее и медленнее. Последние несколько сообщений, которые Эндрю получает перед посадкой, очень милые и ласковые. От мысли о том, как Нил их печатает, у Эндрю щемит в груди. нил🐇: Я собираюсь вздремнуть нил🐇: Мне нравится твоя кровать нил🐇: Или теперь это наша кровать, хахаха нил🐇: Я проснусь чтобы посмотреть игру позже нил🐇: Не вздумай сливать!!! нил🐇: За каждый пропущенный тобой гол я буду прятать по фотографии Кевина в твоей спальне нил🐇: В нашей спальне? нил🐇: Я люблю тебя Пилот объявляет по громкой связи, что они приземлятся всего через десять минут. Посадка — его самая нелюбимая часть полета. Он перечитывает сообщения Нила, чтобы отвлечься, и отправляет свой ответ за несколько секунд до того, как самолет с грохотом приземляется на взлетно-посадочную полосу. эндрю: да, идиот эндрю: нашей

***

Пантеры побеждают. Эндрю договорился о полете домой первым рейсом завтра утром, потому что его следующая игра всего через четыре дня, на этот раз в Бостоне, и он хочет вернуться к Нилу как можно скорее. Жан находит Эндрю после игры. Он играет за Золотоискателей Сан-Франциско с тех пор, как окончил университет Южной Калифорнии. В целом, это хорошая команда, но никто не может отрицать, что Моро и Нокс — ее главные сильные стороны. — Как он? — спрашивает Жан, как только Эндрю выходит из гостевой раздевалки. Его волосы все еще влажные, футболка прилипла к груди, потому что у него не было времени вытереться. Телефон Эндрю начал разрываться сразу, как только он вышел из душа. — Спроси его сам, — говорит Эндрю. Он набирает номер Нила и вслепую следует за Жаном по задним коридорам стадиона. В конце концов они оказываются на парковке для игроков, и Жан, прищурившись, наблюдает, как Эндрю достает из кармана пачку никотиновой жвачки. — Расслабься, Вальжан. Я не забыл. В следующий раз, когда кто-нибудь замахнется на него, тебе и твоим легким придется наблюдать, как он умирает. Жан удовлетворенно выдыхает, и Нил принимает вызов. — Дрю, — говорит металлический голос. — Это была хорошая игра. Не могу поверить, что ты отразил удар Джере... — У тебя компания, крольчонок, — говорит Эндрю. Жан иронизирует над прозвищем. Эндрю игнорирует его. Джереми называет Жана деткой и букашкой во время каждого совместного интервью. — Вальжан здесь. — Нил, — говорит Жан. — Как дела? — Ужасно, — немедленно отвечает Нил. — Я не бегал две недели. Жан обдумывает это. — Ты, наверное, уже мог бы... — Спасибо! — перебивает Нил. — Больше никто не согласен. — Пока кто-то из вас не решит поступить в медицинский, — перебивает Эндрю. — Никто не собирается прислушиваться к вашим медицинским мнениям. — Неважно, — фыркает Нил. — Сожалею о проигрыше, Жанни. — А я нет, — пожимает плечами Жан. Он заглядывает через плечо Эндрю, туда, где к ним с улыбкой приближается Джереми. — Мы с Джереми собираемся в Италию перед началом летних тренировок. — Круто, — говорит Нил. — Эй, может, нам с Эндрю тоже стоит это сделать. Эндрю представляет Нила на итальянском побережье или, может быть, даже на Французской Ривьере, растянувшимся на пляже в своих крошечных желтых плавках, кожа блестит от соленой воды, а губы обхватывают соломинку со шприцем. Этот образ на вес золота. Он стоит того, чтобы пережить двенадцатичасовой перелет. — Привет, чувак, — говорит Джереми, незаметно подходя к Жану. — Отличная игра. — Я знаю, верно? — немедленно соглашается Нил. — И он хотел ее слить. Он даже не пытался. — Ну что ж, — смеется Джереми. — Разве это слишком лестно для моего эго? Как ты держишься, Джостен? — Я в порядке, — говорит Нил. — Очень скучно. — Понимаю, — кивает Джереми. — Когда я порвал связку, мне было безумно скучно. Я дважды посмотрел Игру престолов полностью. Ты знаешь, сколько времени это занимает? — Нет, — хмыкает Нил. — Стоит ли мне это смотреть? — Нет, — перебивает Эндрю. — У тебя не хватит терпения. — Ой. И то верно. — Что ж, — пожимает плечами Джереми. — По крайней мере, ты скоро вернешься на корт. Может быть, к концу летних тренировок, верно? Повисает долгое молчание. Жан поднимает брови в сторону Эндрю. Эндрю едва заметно качает головой. — Ага, — наконец говорит Нил напряженным голосом. — Эй, мне пора идти. Уже поздно. Присмотрите за Эндрю вместо меня. — Забавно, — Жан протягивает руку к Эндрю, который забирает телефон и отходит на несколько шагов, чтобы тихо поговорить с Нилом. — Ты в порядке? — Устал. Позвонишь мне завтра? Перед вылетом? — Да, — соглашается Эндрю. — Спокойной ночи. Нил заканчивает разговор тихим — Спокойной ночи, Дрю. — Эндрю оборачивается и видит, что Джереми и Жан смотрят на него с одинаковым выражением замешательства на лицах. — Экси — это тяжелый контактный вид спорта, — немедленно начинает Эндрю. — Без селезенки у него повышенный риск травм, нанесенных тупым предметом. У него также повышен риск получения инфекций. Постспленэктомический сепсис. ПСС. Джереми часто моргает. Лицо Жана искажается от отчаяния. — Он мог бы снова играть, — заканчивает Эндрю, — Мог бы. Но тогда он поставил бы на кон всю свою жизнь. — Ух ты, — выдыхает Джереми. — Чувак. Жан качает головой. — Но… — он замолкает. — Морияма. Деньги. — Я зарабатываю достаточно, — пожимает плечами Эндрю. Он разговаривал об этом с Кевином, с Эллисон и даже со своим финансовым консультантом. Он вполне может отдавать половину своей зарплаты Морияма, тем самым покрывая долю, которую должен был вносить Нил. — Мы можем помочь, — сразу же говорит Джереми. — На двоих мы зарабатываем больше, чем нужно. — Я тоже, — Эндрю достает еще одну жвачку. — Кевин тоже. У нас все будет хорошо. — Нил все еще может тренировать, — добавляет Жан. — Или стать комментатором. Он был бы в этом хорош. — Эндрю фыркает. — Да, — кивает Джереми. — В худшем случае, он всегда может принять предложение Кельвин Кляйн. Ты тоже. Эндрю закатывает глаза. Это предложение будет преследовать его до самой могилы.

***

Эндрю возвращается из Сан-Франциско в совершенно новую квартиру. Или, скорее, в более захламленную. На его полке для обуви больше обуви, на диване — подушек, в кухонной раковине — больше грязных кружек. Все это вещи Нила, внезапно осознает Эндрю. Кто-то, скорее всего Кевин, доставил сюда вещи Нила. И даже распаковал их. — Ты дома, — говорит Нил из гостиной, вытягивая шею, чтобы посмотреть на Эндрю. Он смотрит нарезку лучших моментов Эндрю после матча, и его веснушчатые щеки заливает румянец. — Очевидно, ты тоже, — говорит Эндрю. Он устраивается позади Нила, одной рукой зарываясь ему в волосы, а другой сжимая спинку дивана. — Да, — в голосе Нила слышится смущение. — Кевин упаковал большую часть моих вещей. Он работает с риэлтором, чтобы продать мой дом в Бойсе. Это нормально? В смысле, что мне понадобятся деньги, и мои врачи в любом случае в Нью-Йорке… — Да, Нил, — Эндрю наклоняется и прижимается губами к его макушке. Теплые и мягкие локоны касаются губ, когда он говорит: — Это всегда было и твоим домом тоже. Нил слегка выпрямляется при этих словах, румянец разливается по лицу. Эндрю перегибается через спинку дивана, чтобы поцеловать его в щеку. — Эй, — говорит Нил с любопытством в голосе, — Что сказали доктора о сексе? Они ничего не сказали. Эндрю вынужден был спросить. — Скорее всего, в ближайшие две недели тебе разрешат заниматься легкими физическими упражнениями, — говорит Эндрю. Нил усмехается. — Легкие физические упражнения? — Ходьба, растяжка, — перечисляет Эндрю. — Секс. — Секс — это не легкое упражнение, — бормочет Нил. — По крайней мере, для нас. — Теперь это так, — парирует Эндрю. Он продолжает говорить, прижимаясь губами к чувствительной раковине уха Нила. — Я не буду торопиться, подожду, пока ты не начнешь дрожать и умолять меня трахнуть тебя... — Не дразни меня сейчас, — Нил отталкивает от себя его лицо, явно раздосадованный. Эндрю его не винит. Травма Нила сорвала все их планы, включая быстрое и бурное воссоединение, которое Эндрю для них представлял. У них не было секса несколько месяцев. Эндрю не дрочил почти неделю. — Я собираюсь принять душ, — говорит Эндрю, выпрямляясь с этим внезапным осознанием. Нил поворачивает голову и, прищурившись, смотрит на Эндрю. — Ты собираешься подрочить. Эндрю даже не пытается это отрицать. — Эй, — кричит Нил ему вслед. — Это нечестно! — Он быстро добавляет: — Можно мне хотя бы посмотреть? Эндрю оборачивается еще до того, как Нил заканчивает задавать вопрос.

***

Нил приезжает в Бостон на следующий матч плей-офф. Он сидит в семейной ложе с Аароном, Кейтлин и Ники, одетый в джерси Эндрю. Его лицо не раз проецируют на большой экран. — Сегодня здесь Нил Джостен, — говорит один из дикторов. Улыбка Нила вымученная, он нерешительно машет рукой. — И, похоже, он болеет за Пантер! — С трибун раздается массовое освистывание. — Пантеры — команда гостей, а Бостонские Трилистники — одна из самых популярных команд в лиге. Кевин однажды назвал их троянцами профессионального экси. Эндрю игнорирует гул, старается не смотреть на то, как лицо Нила с застывшей на нем вымученной улыбкой висит на джамботроне. Дикторы несут чушь о его отношениях с Нилом, прослеживая их путь от университетского товарищества до профессионального соперничества и, наконец, до нынешней дружбы. Эндрю фыркает при этом слове, вполуха слушая программу, в то время как его команда выстраивается в очередь, чтобы выйти на корт. — Что? — кто-то спрашивает. — Нил Джостен не мой гребаный друг, — просто говорит Эндрю.

***

Они проигрывают Бостону, и это даже не вина Эндрю. Он пропустил только один мяч, когда нападающий налетел на него, повалив ничего не подозревающего Эндрю на землю. Его шлем ударился о пол площадки, и от удара в черепе все гудит, а перед глазами плывет. Ему требуется минута, чтобы прийти в себя, и еще одна, чтобы подняться на ноги. На корте воцаряется тишина, как когда упал Нил, и Эндрю машет рукой в перчатке, отгоняя медиков, которые выстроились у дверей корта. — Я в порядке, — говорит Эндрю. Мартина стоит рядом с ним, явно раздумывая, стоит ли что-то говорить. Эндрю пристально смотрит на него. Он до сих пор не простил защитника за то, что тот сделал с Нилом, и избиение его на тренировке только принесло Эндрю дополнительные круги бега. — Я в порядке. Я заканчиваю игру. Эндрю в порядке, но удар выбил из колеи остальных игроков его команды. Нападающие Пантер больше не набирают очков. Игра заканчивается со счетом 8:10, и у Эндрю настолько кружится голова от проигрыша, что он не возражает против того, чтобы его отвели в медицинский кабинет. Ему сделали поверхностный осмотр на предмет сотрясения мозга, врачиня бормочет что-то об обычных опасениях: головных болях и головокружении. Эндрю оказывается у двери в ту же секунду, как она замолкает. Нил, наверное, волнуется. Несколько минут спустя Эндрю находит свою семью в зоне приема гостей бостонского стадиона. Кейтлин заламывает руки, а у Нила сжаты челюсти. Аарон разговаривает по телефону. — Это даже не сотрясение, — говорит Эндрю вместо приветствия. Он выхватывает телефон из рук Аарона. — Привет, Кевин. — Ее следовало бы исключить из игры за этот удар, — говорит Кевин. — Прикосновение к вратарю является нарушением... — Пока, Кевин, — говорит Эндрю. Он возвращает Аарону его телефон. — Они провели осмотр? — спрашивает Аарон. — Ага, — подтверждает Эндрю. Нил смотрит на него, его челюсть все еще напряжена, а в голубых глазах читается тревога. Эндрю позволяет своим пальцам скользнуть по пояснице Нила и чувствует, как тот тут же прижимается к прикосновению. — И ты хорошо себя чувствуешь? — Аарон продолжает. — Да, — кивает Эндрю. — Мы можем закончить этот допрос у тебя дома? Квартира Аарона и Кейтлин находится недалеко от стадиона. Она уютная и домашняя — Эндрю в своей квартире никогда бы не добился такого без помощи декоратора Элисон. Эндрю на удивление легко расслабляется на их кожаном диване. Нил прижимается к его боку, закинув ноги на бедра Эндрю; Кейтлин и Ники возятся на кухне. Аарон где-то на заднем плане ловко откупоривает бутылку вина. — Ты действительно хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Нил. Эндрю кивает, и Нил тянется к его лицу, смахивая непослушную прядь волос. — Смотреть на это было ужасно. Я подумал... Он замолкает. Эндрю сжимает костлявое колено Нила. — Я знаю, — просто говорит Эндрю. — Думаю, теперь я понимаю твою непреклонность немного лучше, — шепчет Нил через мгновение. Из кухни доносится взрыв смеха, и Нил наклоняется ближе, кладя голову под его челюсть. — Я бы не хотел, чтобы ты когда-нибудь снова играл, если бы увидел то, что видел ты. — Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты играл, — тут же отвечает Эндрю. — Дело в том, что я терпеть не могу... — он обрывает себя, услышав голос Би в своей голове. Быть уязвимым — это нормально. — Потеря тебя разрушит меня. Особенно потеря тебя из-за чего-то, чего можно избежать. Руки Нила находят руки Эндрю и сжимают три раза, прежде чем расслабиться. Он выводит невидимые слова, фигуры на коже Эндрю, пока их не зовут на кухню ужинать.

***

В конце концов, именно Аарон убеждает Нила больше не играть. Они ходили вокруг да около этой темы с тех пор, как закончился сезон Эндрю. Нил беседовал с врачами и тренерами, специалистками и экспертками. Он получил так много разных мнений по этому поводу, что Эндрю решил отказаться от участия в обсуждении. Нил знает его позицию. Теперь выбор за ним. В субботу, через неделю после Бостона, Эндрю заходит в свой кабинет, который Нил выделил для всех своих телефонных звонков и встреч, и подслушивает разговор Нила с Каролиной Рэйзорбиллс. — Риск получения травмы слишком высок, — говорит кто-то. Предположительно, тренер. Нил кивает. — Подписание контракта с вами стало бы для команды обузой. Нам пришлось бы держать дополнительного игрока на замену на тот случай, когда вы получите травму. Когда. Не если. Эндрю не сводит глаз с Нила, гадая, уловил ли тот выбор слов. Нил сглатывает, едва заметно кивает, и Эндрю понимает: заметил. Мгновение спустя звонок прерывается, Эндрю прижимается к стене, глубоко вдыхая и готовясь произнести то, что хотел. — Я знаю, как сильно ты этого хочешь, — тихо говорит Эндрю. Нил отрешенно смотрит в пол, сохраняя молчание. — Наркоман, — ласково говорит Эндрю. — Если это то, чего ты хочешь, у нас все получится. Я поддержу тебя в этом. Я мог бы поговорить со своим тренером. Если Пантеры подпишут с тобой контракт, ты мог бы... — Мне нужно подумать об этом, — прерывает его Нил. Он встает из-за стола Эндрю, его осанка напряжена, шаги твердые. — Я знаю, — кивает Эндрю, обхватывая его бедра. Нил тает в его руках. — Решение за тобой. — Но? — Нил усмехается, и звук этот выходит немного резким. — Я не хочу, чтобы ты играл, — говорит Эндрю. Нил отступает на пару сантиметров, хмурясь. Эндрю никогда раньше не произносил этих слов вслух. — Ты просишь меня об этом? — спрашивает Нил. — Нет, крольчонок, — Эндрю качает головой. — Нет. Это твой выбор. — Но? — Нил настаивает. — Экси — это еще не все. Когда-то это было так. Это был твой спасательный круг. Теперь это не обязательно. Это твой выход, Нил. — Эндрю сжимает талию Нила, проводит большими пальцами по его тазобедренным косточкам. — Обещай мне, что примешь это во внимание. Нил обещает. Он исчезает в их спальне, не сказав больше ни слова. Спустя несколько часов в дверь квартиры стучат. Эндрю открывает и видит Аарона, взъерошенного после поезда, все еще одетого в рабочие скрабы. На воротнике подозрительное желтое пятно. — Нил звонил мне, — говорит Аарон, решительно проходя мимо Эндрю прямиком к спальне. — Проваливай. Они долго остаются в комнате. Когда они выходят, глаза Нила полны слез и эмоций, которых Эндрю не видел уже много лет. Наверное, с Балтимора. Плечи Аарона удовлетворенно опускаются, когда он направляется к двери. Эндрю дергает его за край медицинской формы, заставляя Аарона замереть на месте. — Что ты ему сказал? — медленно спрашивает Эндрю. Аарон открывает рот, напрягается. — Аарон, — предупреждающе произносит Эндрю. — Возможно, я был немного резок, — признается Аарон. Эндрю жестом просит его продолжать говорить. — Суть в том, что ему больше не нужно убиваться из-за экси. Морияма не тронут его, пока у них в карманах есть деньги, а общими усилиями всех Лис у него будет больше денег, чем он вообще будет знать, куда потратить. — И? — И у него есть ты, — заканчивает Аарон. Его голос становится смущенным. — Я сказал ему, что теперь у него есть другие цели, ради которых стоит жить. От этих слов под кожей Эндрю медленно разливается тепло. — Это убедило его больше всего остального, — возмущается Аарон. — Послушай, я должен успеть на последний поезд обратно в Бостон. Утром у меня смена. Эндрю наклоняет голову в знак прощания и распахивает дверь, приглашая Аарона выйти. Аарон замирает, занеся одну ногу над порогом. Он колеблется всего секунду, прежде чем заключить Эндрю в крепкие объятия. — Позаботься о нем, — требует Аарон. Эндрю издает негромкий утвердительный звук. Аарон вздыхает. — И ради всего святого, — говорит Аарон, отстраняясь. — Просто поженитесь уже.

***

Нил объявляет о своем уходе из экси в девять часов утра во вторник. К трем часам он и Эндрю садятся в самолет Эллисон, современный и элегантный, стоящий в одиночестве на взлетно-посадочной полосе. У Эндрю есть двенадцать дней до того, как ему нужно будет вернуться на корт, и Нилу, наконец, разрешили легкие физические нагрузки. Эндрю планирует заняться с Нилом сексом под звездами, в их гостиничной постели, может быть, даже в их ванной. Он возьмет все, что сможет получить. Первым в их списке значится Париж, потому что Нил хочет попрактиковаться во французском и отправить Жану фотографии комиксов, которые ему нравятся. После Парижа они на несколько дней отправятся в Италию. Эндрю съедает свой собственный вес в джелато, перепробовав все вкусы, которые может предложить крошечный киоск напротив их отеля. Любимым вкусом Нила, предсказуемо, оказывается вишневый. Он слишком кислый и терпкий на вкус Эндрю, чей фаворит — тройной шоколад. Больше всего в отпуске ему нравится наблюдать за Нилом. Сначала он смотрит, как Нил говорит по-французски, его голос звучит плавно, гортанно и слишком соблазнительно для его же собственного блага. Затем Эндрю наблюдает, как кожа Нила становится бронзовой, а волосы светлеют от соленой воды и солнца. Он смотрит, как Нил улыбается, фотографирует и дремлет на пляже. Уход из спорта настолько выбил Нила из колеи, что он поклялся ни разу за всю поездку не открывать телефон, и самым дорогим воспоминанием Эндрю стало наблюдение за тем, как Нил строчит письма Жану, как покрытые шрамами пальцы благоговейно наклеивают марки на каждую открытку, которую он покупает. Эндрю удивляется, почему они не сделали этого раньше. Они возвращаются в Америку загорелыми и счастливыми. У Эндрю в кармане кольцо, но Нил об этом не знает. По всей вероятности, Нил не узнает об этом еще очень долго. Эндрю это устраивает. Он более чем согласен ждать. Когда Нил и Эндрю сходят с самолета, их ждет миллион сообщений. Большинство из них посвящены объявлению об уходе Нила на пенсию, и Эндрю получает от Джереми и Жана такое искреннее сообщение, что ему приходится выключить телефон. Он засовывает его в задний карман, наблюдая, как Нил смотрит на свой телефон, широко раскрыв глаза. Любопытство Эндрю берет верх. Он наклоняется через его плечо, чтобы прочитать сообщение, которое привлекло внимание Нила. Это твит от Кевина. @kevinday Я глубоко благодарен @neiljosten10 за все, что он отдал этому спорту. Его преданность и страсть к экси проявлялись в каждом матче, который он когда-либо играл. Его уход из спорта — это потеря для всех нас. Нил, жаль, что у нас не было больше времени. Для меня было честью играть с тобой. У твита миллионы лайков. Проходит много времени, прежде чем Нил откладывает телефон и отводит слезящиеся глаза от окна такси.

***

Когда начинаются предсезонные тренировки Эндрю, Эллисон берет на себя миссию заполнить будни Нила. Она заставляет его выходить на короткие прогулки, таскает по ланчам и счастливым часам. В течение первой недели сезона Эндрю каждый вечер возвращается к подвыпившему и подозрительно тихому Нилу. Эндрю никогда не будет воспринимать возвращение Нила домой как должное. Но он понимает, что долго так продолжаться не может. Нилу нужно что-то конкретное, на что он мог бы потратить свое время и энергию. Эндрю говорит об этом Эллисон, и на следующий вечер она появляется в их пентхаусе с календарем шириной почти в метр, зажатым под мышкой и Рене под боком. — Мы разбираемся с этим дерьмом, — говорит Эллисон, стуча каблуками по деревянному полу, когда направляется на кухню. Нил сидит за кухонным столом и пытается читать книгу, которую прислал ему Кевин, пока Эндрю готовит ужин. Эллисон с грохотом опускает календарь прямо перед ним. Нил вздрагивает, отчего Эндрю непроизвольно стискивает зубы. — Разбираемся с чем? — спрашивает Нил. Он наклоняется вперед, чтобы заглянуть в календарь, часто моргая. — Почему здесь так много йоги? — Потому что это полезно для тебя, — фыркает Эллисон. Она садится на стул рядом с Нилом и барабанит наманикюренными пальцами по белому мрамору. Эндрю поворачивается спиной к паре, и Рене молча пододвигается к нему. Эндрю протягивает ей нож, и Рене начинает резать овощи с ужасающей деловитостью. Это напоминает ему о том, что они давненько не устраивали спаррингов. Он думает, что хотел бы поскорее кому-нибудь врезать. — По средам мы можем вместе обедать, — говорит Эллисон. — А по субботам можно устраивать счастливый час. Рене поворачивает голову и смотрит на жену. — Может быть, было бы неплохо включить в программу какие-нибудь мероприятия, не связанные с употреблением алкоголя. — Да, детка, я знаю, — пренебрежительно говорит Эллисон. — Вот почему у тебя занятия йогой по вторникам и четвергам утром. Тебе уже разрешили пилатес? Эндрю слышит растерянность в голосе Нила: — Эээ… — Да, — отвечает Эндрю, не оборачиваясь. — Все, что угодно, кроме тяжелых нагрузок. Например, бег или силовые тренировки. — Хорошо. Так что по понедельникам и средам у тебя будет пилатес. Я тоже хожу по средам. — Что такое пилатес? — спрашивает Нил. — Очень сложная йога, — объясняет Эллисон. — Что-то вроде того. У большинства людей плохо получается. Тебе понравится. — Окей. Слышен отчетливый звук снимаемого колпачка ручки. — Это предварительное расписание твоих занятий. Кроме того, по пятницам у тебя будут занятия физиотерапией, а по утрам в воскресенье — иглоукалывание. Я также знаю замечательную массажистку. Это может быть раз в две недели? — Эллисон, — вздыхает Нил. Эндрю оборачивается и видит, как он, нахмурившись, проводит рукой по волосам. — Все это здорово, но мне следовало бы экономить деньги... Эллисон не дает ему закончить мысль. — У Эндрю контракт на четырнадцать миллионов долларов, — фыркает она. — Он самый высокооплачиваемый игрок в лиге. Благодаря двум миллионам, которые ты получил за свой дом в Бойсе, контракту с Экситс и вкладу Эндрю, тебе больше никогда в жизни не придется работать, милый. Нил хмурится еще сильнее. Он, должно быть, понимает, что Эллисон права. И он доверяет ее мнению. Эллисон умная, расчетливая женщина. Не зря она мультимиллионерша. — Что ж, — в конце концов говорит Нил. — Я все еще хочу работать. — Хорошо, — легко соглашается Эллисон. Эндрю возвращается к плите. — Чем ты хочешь заниматься? Тренировать? Комментировать? — Ни то, ни другое, — фыркает Нил. — Хорошо… — Эллисон замолкает. — Тогда что? Пожалуйста, не говори мне, что хочешь заняться математикой, Нил. У меня нет сил помогать тебе с этим. — Нет, Эл, — смеется Нил. Эндрю впитывает услышанное, а Рене легонько подталкивает его локтем, слишком наблюдательная, на свой страх и риск. — Я имею в виду, спортивную аналитику. Это интересно. Я мог бы делать статистические разборы каждой игры, я мог бы… — Конечно, — перебивает Эллисон. — Если ты найдешь способ реализовать это, я тебя поддержу. — Тебе стоит писать об этом в твиттере, — вставляет Рене. Эндрю прищуривается, глядя на нее. Советовать Нилу активнее пользоваться социальными сетями кажется ему плохой идеей для них всех. — Именно там многие аналитики публикуют свои работы. — Да, хорошо. Вскоре Эндрю и Рене заканчивают готовить ужин. Эллисон откупоривает бутылку красного вина, и к тому времени, как они заканчивают есть, губы Нила окрашиваются в фиолетовый. В левом нижнем углу календаря Эллисон есть винное пятно, рядом с каракулями, которые нарисовали Эндрю и Рене, но расписание Нила на сентябрь заполнено аккуратным почерком Эллисон. У Нила есть тренировки и обеды, поездка на выходные в Филадельфию, чтобы повидаться с Дэн и Мэттом, поездка в Лос-Анджелес с Эллисон. Есть смены в приюте для животных у Рене и даже запланированные видеозвонки с Ники, который вернулся в Германию до Рождества. Все игры и тренировки Эндрю тоже есть в календаре, они отмечены фиолетовым цветом неряшливым почерком Нила. — Ты собираешься ходить на каждую игру? — спрашивает Эллисон, прищурившись. Нил кивает. Он делает большой глоток из своего бокала. — Люди сочтут это странным. — Ну и что? — спрашивает Нил. — Итак, — Эллисон переводит взгляд на Эндрю, который пожимает плечами. — Значит, вы двое собираетесь выйти? Нил отвечает на вопрос за них обоих. — Нет. Мы просто будем делать все, что захотим, и посмотрим, что из этого выйдет. К черту всех остальных. Эллисон моргает. Она перекидывает прядь светлых локонов через плечо и поднимает бокал с вином в воздух. — Выпьем за это.

***

Как и предсказывала Эллисон, люди начинают находить странным постоянное присутствие Нила на играх Эндрю. Ситуация становится еще хуже, когда Эндрю и Нила фотографируют вместе, покидающими благотворительный вечер. Рене и Эллисон организовали это мероприятие — роскошный банкет в Метрополитен-музее, все вырученные средства пойдут в приюты для женщин. Нил одет в облегающий изумрудно-зеленый костюм, две верхние пуговицы его белой рубашки расстегнуты. Он слегка пьян и улыбается, от него пахнет сандаловым деревом и дорогим гелем для душа Ле Лабо, принадлежащим Эндрю. Эндрю выпил слишком много виски, чтобы удержаться от того, чтобы не провести пальцами по пояснице Нила, когда он выводил их из музея. Фотография начинает распространяться по Интернету в считанные минуты. Каким-то образом, несмотря на завершение карьеры, Нил становится только более знаменитым. Не помогает и то, что его постоянно видят с Эллисон Рейнольдс, светской львицей, влиятельной женщиной, бизнес-магнатшей и выдающейся моделью. Нил наклоняет телефон к нему, сидящему на заднем сиденье такси. Его свободная рука обхватывает запястье Эндрю. Пальцы Эндрю нетерпеливо впиваются в бедра Нила. — Смотри, — требует Нил. Снимок простой: Нил и Эндрю выходят из Метрополитен-музея через черный ход, склонив головы друг к другу, рука Эндрю по-собственнически лежит на спине Нила. На открытом профиле Нила играет тень улыбки. Эндрю в каком-то смысле хочет вставить этот снимок в рамку. — Должен ли я попросить Мелиссу удалить это? — спрашивает Нил, имея в виду свою новую менеджерку по социальным сетям. В основном, роль Мелиссы заключается в удалении оскорбительных комментариев, прежде чем Нил сможет на них ответить. Она также выполняет роль уборщицы, когда Нила замечают за глупостями с Эллисон. На прошлой неделе это включало в себя прыжок полностью одетым в фонтан в Центральном парке. Средь бела дня. Эндрю рад, что Нил наслаждается своей новой свободой, но он все еще не понимает, как тот не подхватил там таинственную плотоядную болезнь. — Нет, — говорит Эндрю. Он сказал это серьезно. Он и Нил не скрываются. Они никогда не были и уж точно не станут теперь, когда Нил наконец-то живет свободно. — Оставь это. В глазах Нила появляется озорной блеск. Он кликает на твит и мучительно медленно набирает ответ. Эндрю читает некоторые комментарии в теме. @exyexcites2 серьезно, что происходит с этими двумя, я думал, они ненавидят друг друга @pantherspanther41 Я думаю, они могли бы быть просто друзьями. Не придавайте этому значения, ребята. Так странно шипперить двух взрослых мужчин. @jos10sfox ммм, @neiljosten10, ты можешь разрешить этот спор? вы с Эндрю Миньярдом друзья или враги, или что-то еще, пожалуйста, люди жаждут правды Именно на этот последний твит отвечает Нил. Он подносит телефон к лицу Эндрю, чтобы продемонстрировать черновик. @neiljosten10 очевидно, я его шугар бейби — Можно мне опубликовать это? — спрашивает Нил, ухмыляясь. Эндрю никогда не мог сказать ему нет.

***

Эндрю, безусловно, ожидал, что твит Нила взорвет интернет. Однако он не ожидал, что шутка привлечет столько внимания. Более того, Эндрю не ожидал, что люди действительно поверят Нилу. Во-первых, у Нила есть свои собственные деньги. Конечно, он может быть и на пенсии, но еще несколько месяцев назад Нил был одним из самых высокооплачиваемых нападающих в лиге. Благодаря контракту с Дикими Лошадями, спонсорским соглашениям и рекламным сделкам Нил зарабатывает миллионы долларов в год с тех пор, как окончил колледж. Последнее, что нужно Нилу — это доступ к еще большим деньгам. Кроме того, Эндрю считает, что нет такого мира, в котором Нила Джостена, сына мясника из Балтимора и всеобщую угрозу, можно было бы поместить в такую простую коробку, как шугар бейби. Остальной мир, похоже, не придерживается этой логики. Эту шутку разобрали по частям и разместили на всех новостных сайтах, посвященных спорту, за которыми следили Кевин и Нил. Кевин не находит ситуацию такой смешной, как Нил. — Это влияет на то, как люди воспринимают тебя, Нил, — отчитывает его Кевин однажды вечером по телефону. — Ты и так проводишь слишком много времени с Эллисон. Люди перестанут воспринимать тебя как спортсмена и начнут воспринимать как влиятельного человека. В последнем слове чувствуется явное отвращение. Нил пожимает плечами. — Я больше не спортсмен, — просто говорит он. Прежде чем Эндрю или Кевин успевают опровергнуть этот факт, Нил продолжает. — Я просто развлекаюсь, Кев, хорошо? После долгой паузы Кевин отвечает усталым голосом. — Хорошо. Ага. Веселье — это… Хорошо. — Ты не мог бы звучать более роботизированно, даже если бы попытался, — бормочет Эндрю. Нил закатывает глаза, отталкивает лицо Эндрю мягкой ладонью и поднимается с дивана. Сегодня понедельник, а это значит, что на Ниле крошечные шорты для пилатеса, которые Эллисон купила для него. Эти шорты нежно-розового цвета. Вид ног Нила, его подтянутых и гладких икр, упругой задницы под обтягивающей нейлоновой тканью, когда он уходит, приковывает пристальное внимание Эндрю. Эндрю бросает взгляд на часы. Через четыре часа Нил уезжает в Лос-Анджелес с Эллисон. Через сорок пять минут Эндрю должен быть на корте. Эндрю считает, что они могли бы потратить свое время с пользой, а не на разговоры с Кевином. — Ты идешь? — спрашивает Нил. Он бросает свой телефон, который теперь молчит, на диван рядом с Эндрю. Нил наклоняет голову в сторону их спальни, и Эндрю в мгновение ока оказывается рядом с ним. Его руки вслепую находят тонкую талию Нила, и Эндрю перекидывает его через плечо так нежно, как только может. — Ненавижу эти шорты, — говорит Эндрю, игриво шлепая Нила по заднице, розовая ткань мягкая под его пальцами. — Конечно, ненавидишь, — парирует Нил. Он сильно щипает Эндрю за ягодицу, застав вратаря врасплох настолько, что Эндрю в ответ роняет его на кровать. — Тебе не нравятся все мои шорты, потому что ты ненавидишь мои ноги. — Нил подмигивает, приподнимаясь на локтях. Эндрю стягивает с себя рубашку за шиворот и швыряет ее в лицо Нилу, просто чтобы увидеть, как тот улыбается. — Ты ошибаешься, — говорит Эндрю, ползая по его телу. Нил вызывающе мычит под ним. — Я ненавижу каждый сантиметр твоего тела. Ответ Нила незамедлителен, его голос почти прерывистый, когда он произносит. — Докажи это. — Таков план, — говорит Эндрю. Он прижимается к бедрам Нила, чтобы подчеркнуть свою мысль. Нил смеется тихим и довольным смехом, обдавая горячим дыханием шею Эндрю. Он хватает серебряную цепочку на шее Эндрю и жадно притягивает его губы к своим. Нил не перестает целовать рот Эндрю, пока тому не приходит время уходить. — Повеселись в Лос-Анджелесе, — говорит Эндрю, натягивая спортивные шорты. Нил все еще лежит голый на кровати, грудь порозовела от оргазма, губы влажные. Эндрю не увидит его четыре дня. Он пытается притвориться, что это не сводит его с ума. — Не позволяй Рейнольдс уговорить тебя на какую-нибудь глупость. — Меня? — указывает на себя Нил. — Сделай какую-нибудь глупость? Не будь смешным, Эндрю. Его улыбка острая и соблазнительная. Эндрю обхватывает Нила сзади за шею и притягивает их губы друг к другу, пока его грудь снова не начнет тяжело вздыматься. — Я буду скучать по тебе, — говорит Нил после паузы. — Удачи в матче с Хьюстоном. Не то чтобы тебе это было нужно. Я имею в виду, серьезно… — Я тоже буду скучать по тебе, — перебивает Эндрю. Он опоздает на тренировку на пять минут, но ему нужно сказать это до того, как Нил уйдет. — Джереми и Жан всего в нескольких часах, но если тебе что-нибудь понадобится, позвони мне, крольчонок. — Что? — Нил перебирает волосы на затылке Эндрю. — Ты не веришь, что Эллисон позаботится обо мне? — Нет, — ворчит Эндрю. — Я не верю, что вы двое сможете избежать неприятностей. — Мы сделаем все, что в наших силах, — шутит Нил. — А если серьезно. Мы собираемся сходить на массаж и поесть изысканные ужины. Эллисон, вероятно, тоже потащит меня за покупками, но мы не собираемся делать ничего безумного. Или глупого. Или безрассудного. Эндрю позволяет себе найти утешение в этих словах. Нил не ребенок. Он взрослый человек, способный делать все, что ему заблагорассудится. Эндрю доверяет Нилу делать то, что он хочет. Но, учитывая все, что произошло за последние несколько месяцев, Эндрю хотелось бы думать, что он имеет право немного поволноваться. — Звони мне каждый вечер, — говорит Эндрю. Он не превращает это в вопрос. Нил кивает. — Хорошо. Увидимся в субботу. — Обязательно, — обещает Нил. — В целости и сохранности. Эндрю кивает и медленно направляется к двери спальни. Прежде чем уйти, он позволяет себе оглянуться на Нила. Его парень самодовольно развалился на кровати, демонстрируя свои подтянутые ноги и веснушчатую кожу. Нил едва заметно улыбается, но в его глазах светится волнение. Эндрю знает, что он с нетерпением ждет возможности отправиться в путешествие с Эллисон. — Люблю тебя, — тихо говорит Нил, предлагая слова, которые Эндрю до сих пор не мог сказать. Эндрю пересекает комнату в пять быстрых шагов. Он наклоняется и, взяв Нила за подбородок, томно целует его, пока не убеждается, что Нил нашел ответ Эндрю в действии.

***

Происходят две вещи, пока Нил в Лос-Анджелесе. Во-первых, Эндрю ввязывается в драку. Если это вообще можно так назвать. Таблоиды, похоже, определенно считают, что можно. На самом деле Эндрю наносит один удар. Все начинается на следующий день после ухода Нила, когда Эндрю направляется на стадион экси. Для игроков есть отдельный вход, но пресса все равно находит туда дорогу. В Эндрю тычут микрофонами, выкрикивают вопросы и мигают вспышками. Эндрю удается не обращать на них внимания, по крайней мере, до тех пор, пока кто-то не кричит: — Есть ли причина, по которой вы выбрали Нила Джостена? Это не первый раз, когда имя Нила упоминается рядом с именем Эндрю. Всем интересны их отношения, и Эндрю спрашивают о Ниле почти на каждой пресс-конференции, которую он проводил в этом сезоне. До сих пор Эндрю не ответил ни на один вопрос. Сегодня что-то в ехидном тоне репортера заставляет Эндрю замереть на месте. Он безучастно смотрит на человека, задавшего вопрос, и видит хищнический блеск в его голубых глазах. — Что? — спрашивает Эндрю грубым голосом. — Есть ли причина, по которой вы выбрали Нила Джостена в качестве своего так называемого шугар бейби? — уточняет репортер. Он улыбается и говорит: — Это, конечно, не могло быть связано с его внешностью. Я имею в виду, со всеми этими шрамами и прочим… Кулак Эндрю врезается ему в нос, прежде чем он успевает закончить фразу. Кровь брызжет в воздух, и Эндрю слышит позади себя сдавленное дыхание и крики. Эндрю хватает репортера за воротник, готовясь ударить костяшками пальцев в челюсть, и требует: — Повтори это еще раз. Репортер в ужасе открывает и закрывает рот. Прежде чем Эндрю успевает нанести второй удар, рядом оказывается одна из его тренерш. Она оттаскивает его, что-то бормоча себе под нос, пока Эндрю следует за ней в раздевалку. — Лучше бы это не повлияло на твою игру, — предупреждает она. Эндрю пожимает руку, чувствуя знакомую боль в костяшках. — Не повлияет, — прямо говорит он. Это не влияет. Эндрю играет лучшую игру в своей жизни. Несмотря на этот факт, у Нила все же нашлось несколько подходящих слов для Эндрю во время их последующего телефонного разговора. Кажется, его самая большая проблема не в том, что Эндрю напал на репортера, а в том, что Эндрю сделал это в начале осеннего сезона. — Ты мог серьезно повредить руку, — говорит Нил, хмурясь. — Я знаю, как наносить удары, крольчонок, — вздыхает Эндрю. — Конечно, — пожимает плечами Нил. Он кладет телефон на какую-то поверхность и отступает, чтобы показать Эндрю свой наряд. — Это подходит? — Нет, — говорит Эндрю. — Тебе нужна белая рубашка с этими джинсами. Черный цвет слишком темный. — Ух, — фыркает Нил. — Неважно. Ты мог пораниться. Это моя проблема. — Я не поранился, — замечает Эндрю. Нил обдумывает это, прежде чем кивнуть. — Ладно. Верно. — Он оглядывается по сторонам, прежде чем заговорщицки наклониться к камере. — Я видел видео. Было действительно горячо. — Это тебя завело? — сухо спрашивает Эндрю. — Да. Это и то, как хорошо ты сыграл, — продолжает Нил. Эндрю знал, что он это скажет. Ничто так не заводит Нила, как игра Эндрю в экси. — Мне пора идти. Мы с Эллисон собираемся на кое-что секретное. — Что-то секретное? — повторяет Эндрю. Нил кивает. — Да. Это сюрприз, — он подмигивает в камеру и посылает Эндрю через экран обманчиво милый воздушный поцелуй. — Увидишь. Два дня спустя, когда Нил должен был вернуться домой из аэропорта, Эллисон звонит Эндрю. Он снимает трубку после первого же гудка, уверенный, что что-то пошло не так, или что Нил опять… — Не сердись на меня за это, — говорит Эллисон без предисловий. — Это была не моя идея. Ну, вообще-то, это была моя идея. Но Нилу это понравилось. Он хотел это сделать. — О чем, черт возьми, ты говоришь? — требует Эндрю. Он открывает свое любимое приложение, которое точно показывает ему, где находится Нил или, по крайней мере, его телефон. Если у него с собой телефон, Нил находится всего в нескольких кварталах отсюда и стоит в пробке. — Ты с Нилом? — Нет, — фыркает Эллисон. — Я еду на такси в Бруклин на примерку. Он заказал Убер. У него есть аккаунт в Инстаграм, и он очень воодушевлен своим первым постом. Я просто хочу повторить, что это было решение Нила. — Он опубликовал какую-то глупость? — Эндрю прижимает пальцы к переносице. — Нет, — смеется Эллисон. — Вовсе нет. Он выложил свои фотографии, на которых выглядит сексуально. Я только предположила, что ты захочешь убить меня за… Это. — Почему? Что это? — Ты увидишь, — зловеще говорит Эллисон. — Прежде чем ты разозлишься, просто помни, что я позволяю тебе избивать мою жену раз в две недели. Эндрю не думает, что Эллисон позволяет Рене что-либо делать. Он хочет сказать об этом, но Рейнольдс уже закончила разговор. Эндрю пользуется возможностью, чтобы зайти в Инстаграм. Он почти сразу находит новый аккаунт Нила. У него уже сотни тысяч подписчиков, хотя в его аккаунте есть только один пост. Эндрю нажимает на публикацию. Это подборка фотографий Нила в новой коллекции домашней одежды от Элисон. Его каштановые локоны уложены в мягкую, пушистую прическу, а прохладные тона ткани подчеркивают голубизну глаз. На всех фотографиях он либо полулежит на стильном кожаном диване, либо артистично раскинулся на белой плюшевой кровати. На фотосессии все кричит о Рейнольдс, но подпись, как и слоган кампании, полностью в духе Нила. Создан для выхода на пенсию. Это дерзко и язвительно. Эндрю едва не смеется. Затем он прокручивает до последнего фото. Это изображение отличается от остальных. Нил по-прежнему распростерт на белом покрывале, спортивные штаны темно-синего цвета низко сидят на его узких бедрах. На этот раз на нем нет подходящего свитера. Вместо этого Нил одет в обтягивающую белую футболку, подол которой достаточно короткий, чтобы обнажать пять сантиметров его подтянутого живота, а начало одного из его шрамов едва прикрыто. На футболке большими красными буквами написано: ШУГАР БЕЙБИ. Нил смотрит в камеру так, словно смотрит прямо на Эндрю, его губы изогнуты в дерзкой улыбке, глаза горят вызовом и жаром. Господи, блять, думает Эндрю. Он пишет те же два слова под фотографией Нила и только успевает нажать отправить, когда слышит, как ключ Нила поворачивается в замке входной двери. Несколько минут спустя Эндрю стонет эти слова прямо в рот Нилу.

***

Выздоровление Нила медленный процесс, но именно физическое здоровье становится для Эндрю самым осязаемым признаком прогресса. Он наблюдает, как заживают швы на теле Нила, как к нему постепенно возвращаются силы. В первый раз, когда Нилу разрешают бегать после операции, он пробегает два километра за пять минут. Эндрю сидит на скамейке в Центральном парке с чашкой чуть теплого кофе в руке и следит взглядом за Нилом и его крошечными оранжевыми шортами по парку. Нил возвращается, ухмыляясь и тяжело дыша. — Ну что? — с надеждой в голосе спрашивает он. — Потребуется некоторое время, чтобы вернуться к четырем минутам, — сразу же говорит Эндрю, показывая Нилу таймер на экране своего телефона. Пять минут и сорок девять секунд. — Я знаю, — кивает Нил. В этих двух словах есть сила. — Перезапусти. Он срывается с места, как только Эндрю нажимает кнопку. Следующие два километра Нил преодолевает за пять минут и тридцать шесть секунд. В третий раз он пробегает их ровно за пять минут и тридцать секунд. Эндрю останавливает его после четвертого раза, и Нил позволяет отвести себя домой, потный и все еще улыбающийся, пока Эндрю открывает дверь. — О, черт, — ругается Нил, как только снимает кроссовки. Его носки испачканы и покрыты дырками. Эндрю закатывает глаза при виде них. — Я забыл, что у меня обед с Рене и Дэн. Он влетает в их спальню и появляется через несколько минут с влажными волосами, одетый на удивление модно. Эллисон наконец-то уговорила Нила сшить все его брюки на заказ, чем Эндрю занимался еще со времен колледжа, и темные джинсы сидят на нем до безумия хорошо. — Опоздай на десять минут, — требует Эндрю, направляясь к Нилу. Нил смеется, убирая руки Эндрю со своих бедер, но только для того, чтобы положить ладони Эндрю себе на плечи. — Нет. Дэн здесь всего на две ночи. Если я опоздаю хотя бы на минуту, она меня убьет. — Дэн убьет своего мужа ради тебя, — сухо говорит Эндрю. — Возможно, даже своего ребенка. Нил смеется, на его губах все еще играет глуповатая улыбка, когда он притягивает Эндрю для поцелуя. Эндрю не знает, что это — внезапное появление свободного времени или просто возможность хоть раз побыть настоящим человеком, но в любом случае, Эндрю никогда не видел, чтобы Нил так часто улыбался. Это перемена, к которой он более чем готов привыкнуть. Тем не менее, не каждый день бывает светлым и легким. Иногда Эндрю ловит задумчивый взгляд Нила, когда тот смотрит телевизор или на сумку с экипировкой Эндрю. Эндрю знает, что, несмотря на все счастье, которое излучает Нил, он все еще скучает по экси. Он оплакивает это. К Хэллоуину Нил, похоже, преодолел большую часть своего горя. Он не замолкает, когда кто-то упоминает о его травме, и открыто говорит людям, что ему нравится быть шугар бейби, светским львом, нормальным человеком. — Впервые в жизни, — начинает Нил на вечеринке Эллисон и Рене в честь Хэллоуина. Нил одет как ковбой в темные джинсы и обтягивающую белую футболку. Эндрю хочет отвезти Нила домой, связать ему руки этой дурацкой оранжевой банданой и трахнуть на матрасе. — У меня нет никаких обязательств, угрожающих жизни. — Кроме денег, — отмечает Кевин. Он приехал в Нью-Йорк на выходные, потому что Пантеры должны сыграть с Дикими Лошадями в воскресенье днем. Эндрю думает, что для Нила это будет тяжелая игра, но тот упрямо отказывается признать что-либо, кроме радости от предстоящего реванша. Нил пожимает плечами. — Эндрю справляется. Эндрю не сводит глаз с Нила, который упорно не встречается с ним взглядом. За последние несколько месяцев у них было немало споров из-за денег. Потребовались часы разговоров, а также многочисленные телефонные звонки Би и Ваймаку, чтобы они пришли к соглашению по этому вопросу. Нил сделает все, что в его силах, а Эндрю позаботится об остальном. Нил все еще чувствует себя виноватым в сложившейся ситуации. Следующие слова Кевина заставляют его вздрогнуть. — Эндрю также оплатил обучение Аарона, его свадьбу и первый взнос за квартиру, — фыркает Кевин. Он тянется к плечу Нила и сжимает его. Они не виделись несколько месяцев, и Эндрю видит, что Кевин собирается использовать этот шанс, чтобы уговорить Нила вернуться в мир экси. — Ты бы заработал больше денег, если... — Кевин, — медленно произносит Нил. — С меня хватит. Ясно? Кевин хмурится. — Серьезно? Я думал, тебе просто нужно время, но Нил... Нил выскальзывает из под руки Кевина и уходит, не сказав больше ни слова. Эндрю делает шаг вперед, чтобы последовать за ним, но Кевин останавливает его, становясь перед Эндрю с чем-то похожим на панику в глазах. — Он действительно закончил? — спрашивает Кевин. Эндрю кивает. — Он даже не хочет быть тренером? — Кевин фыркает. — Или комментатором? Рене успокаивающе кладет руку на локоть Кевина. — Ему нравится заниматься статистикой, — мягко говорит она. — Это то, что выбрал Нил. — Ему следовало бы выбрать что-то другое, — качает головой Кевин. — Нет, не следовало. Ты не должен быть таким придурком, Кевин, — огрызается Эллисон. — Он и так чувствует себя ужасно. — Ее каблуки стучат по полу, когда она быстро следует за Нилом. Эндрю пытается обойти Кевина, но Рене быстрее. Она с легкой улыбкой перебивает его. — Дай им немного времени, — тихо говорит она. Эндрю чувствует, как у него сжимаются челюсти. Разве не он должен утешать Нила? Рене, прищурившись, смотрит на Эндрю, как будто слышит вопрос, звучащий в его голове. — Эллисон справится с этим. Ты можешь поговорить с Нилом после. Эндрю хмыкает в знак согласия. Проходит много времени, прежде чем Нил и Эллисон возвращаются на вечеринку. Эндрю наблюдает, как пара выходит с холодного балкона, протискиваясь сквозь толпу. Темные тени на веках Эллисон размазаны, а Нил, несмотря ни на что, улыбается. Эндрю задается вопросом, как Эллисон это удалось, и при мысли об этом чувствует жгучий укол ревности. Эллисон сжимает плечо Нила, прежде чем отпустить его. Она проходит полпути к Рене, прежде чем Эндрю добирается до нее. — Естественно, — вздыхает Эллисон, прежде чем Эндрю успевает произнести хоть слово. — Пойдем со мной в ванную. Мне нужно подправить макияж. Эндрю следует за ней. Эллисон ведет его в свою огромную ванную комнату, жестом приглашая присесть на фарфоровый бортик ванны, а сама роется в косметичке. — Ты стала хорошей подругой для Нила, — говорит Эндрю. Он наблюдает за ней в зеркале, как она прикладывает ватную палочку к красным пятнам на глазах. Она пожимает плечами. — Я не понимаю. Эллисон фыркает. — Я знаю, у нас были проблемы в колледже, Эндрю, но я не законченная стерва. — Эндрю подносит пиво к губам и ждет. Эллисон несколько минут молчит, прежде чем снова заговорить. — Ты явно хочешь получить объяснение. Отлично. Слушай: я понимаю, через что проходит Нил, лучше, чем ты когда-либо сможешь. — Как? — спрашивает Эндрю. — Я был травмирован, я… — Ты никогда не использовал экси как опору, — перебивает Эллисон. — Не так, как мы с Нилом. Это помогло ему пережить смерть матери, затем отца. Это помогло мне пережить несколько очень тяжелых моментов в моей жизни. Возможно, для меня это было скорее развлечением, чем зависимостью, но я знаю, каково это — уходить в спорт с головой, потому что ты думаешь, что у тебя больше ничего нет. Эндрю принимает этот довод. Он никогда не стеснялся того факта, что экси — не единственная его страсть в жизни. Это Нил. — Я решила оставить спорт, — продолжает Эллисон. Она снимает колпачок с карандаша и твердой рукой подводит веки. — Я знала, что мне нужно найти смысл в чем-то другом. У Нила не было этого выбора. Это было тяжело для нас обоих, просто по-разному. — И вы двое переживаете это вместе, — сухо говорит Эндрю. — Да, — кивает Эллисон. Она заканчивает поправлять макияж и поворачивается, чтобы встретиться с Эндрю лицом к лицу. Она прислоняется к черному мрамору столешницы в ванной и скрещивает руки на обтягивающем красном корсете. — Я знаю, каково это — потерять то, что ты любил и ненавидел. Что-то, кого-то, кто причинял тебе боль, несмотря на то, что ты все еще любил его. Эндрю моргает. — Сет. Эллисон кивает, с трудом сглатывая. — Да. — Ты сравниваешь смерть своего бывшего парня с уходом Нила из экси? — говорит Эндрю. Улыбка Эллисон порочная и слишком хорошо сочетается с ее костюмом вампирши. — Да, — говорит она. — Не самое удачное сравнение. Для тебя это не обязательно должно иметь смысл. Но для Нила имеет. Эндрю делает еще глоток пива. Это действительно имеет смысл для него. Внезапно он чувствует глубокую благодарность за то, что у Нила была Эллисон в последние несколько месяцев. Эндрю не знает, сможет ли он высказать эту мысль вслух, не разрушив натянутые отношения, которые они с Эллисон построили. — В конце концов, ты все еще играешь, — говорит Эллисон. — И… — Я попросил его сказать мне, чтобы я этого не делал, — немедленно вмешивается Эндрю. — Я сказал Нилу, что если... — Просто заткнись. К лучшему это или к худшему, но ты все еще играешь, — пожимает плечами Эллисон. — Нил хочет, чтобы ты продолжал играть, но пока ты не уйдешь на пенсию, есть некоторые вещи, которые ты просто не сможешь понять. Эндрю говорит сквозь стиснутые зубы, когда признается: — Я хочу быть в состоянии помочь ему. — Послушай, — говорит Эллисон, слегка выпрямляясь. — Он любит тебя. И, признаешься ты себе в этом или нет, ты тоже его любишь. Это важнее всего, что может нас с ним сблизить. Черт, ты, наверное, помог ему больше, чем я. — Эллисон вскидывает руки вверх. — Ты помогаешь ему просто тем, что ты есть. Эндрю немного ждет, затем кивает. — Думаешь, с ним все будет в порядке? Эллисон закатывает глаза. — Я знаю, что да. У него есть ты. Она знает, что лучше не тянуться к Эндрю, но, выходя из ванной, задевает его костяшками пальцев.

***

У Эндрю нет выходного на День благодарения. Вместо этого у него запланирована игра во Флориде. Аарон не может отлучаться из больницы больше чем на несколько часов, поэтому они с Кейтлин едут на север штата навестить ее сестру. Ники все еще в Германии, но Дэн, Мэтт, Рене и Эллисон могут прилететь в Майами вместе с Эндрю и Нилом. Кевин летит в Пальметто, чтобы встретиться с Ваймаком, и отправляет в их групповой чат видео, на котором Ваймак недоверчиво качает головой при виде своей новой коллекции новобранцев. — Некоторые вещи никогда не меняются, — фыркает Дэн. Они съедают ленивый поздний завтрак в честь Дня благодарения, потому что игра Эндрю назначена на неудобные три часа дня. Лисы пьют мимозу и прохладное розовое вино, и к тому времени, как Эндрю отправляется на стадион, Нил уже в одном глотке от того, чтобы напиться. У него на коленях ребенок Дэн и Мэтта, и улыбка Нила кажется беззаботной и свободной, когда он изображает для малышки звуки животных. Эндрю никогда не думал, что хочет детей, но вид того, как Нил улыбается малышке, делает что-то мучительное с его сердцем. — Позаботься о моем парне, — требует Эндрю, поднимаясь из-за стола. Он ни к кому конкретно не обращается, и в ответ на это требование за столом становится поразительно тихо. Эндрю закатывает глаза, сжимает шею Нила сзади и направляется к выходу. — Я никогда не слышал, чтобы он называл его своим парнем, — шипит Мэтт за спиной Эндрю. — Не привыкай к этому, — парирует Эллисон. — Со дня на день он станет мужем. Дэн быстро добавляет: — А затем папочкой ребенка. Смех Нила эхом отдается в ушах Эндрю на протяжении всей игры. Пантеры одерживают уверенную победу, и Эндрю вынужден участвовать в послематчевом интервью. Ему задают обычные вопросы о защите Пантер, а также о том, будет ли он продлевать свой контракт в конце осеннего сезона. Есть вопросы и о Ниле. Эндрю с удовольствием отвечает на них. — Не могли бы вы подробнее рассказать о характере ваших отношений с Нилом Джостеном? — спрашивает один напористый репортер. Эндрю представляет себе пьяную улыбку Нила, снова слышит его смех. — Я скажу это только один раз, — говорит Эндрю, наклоняясь к микрофону. Зал замирает в явном ожидании. — Нил Абрам Джостен — мой шугар бейби. И я ненавижу его. Его ответ открывает новые возможности. Едва Эндрю заканчивает говорить, как другой журналист спрашивает: — Что вы можете сказать об уходе Джостена из спорта? Вы были одним из немногих игроков в лиге, кто не прокомментировал его уход из спорта. — Это трагедия, — говорит Эндрю. — Было бы здорово увидеть, как Джостен постепенно затмевает Дэя в качестве лучшего нападающего лиги. В зале воцаряется суматоха. Представительница Эндрю бросает на него мрачный взгляд, прежде чем взять инициативу в свои руки. Она указывает на одну репортершу, позволяя ей задать свой вопрос. — Недавно вы прокомментировали пост Нила Джостена в Инстаграм, в котором, цитирую, говорилось: «Я ненавижу каждый гребаный сантиметр твоего тела.» — Репортерша выжидательно замолкает. В памяти Эндрю всплыл образ, еще одна фотография Нила из коллекции одежды Эллисон. Он стоял, облокотившись на их островок, потягивая какой-то дурацкий, спонсируемый компанией электролитный напиток, и был одет в крошечные черные шорты для бега. На нем была одна из старых футболок Эндрю с изображением Пальметто. Эндрю наклонил Нила над мрамором, как только тот вернулся домой. — Тут должен был быть вопрос? — спрашивает Эндрю. Представительница Эндрю бросает на него еще один взгляд. Она заканчивает пресс-конференцию до того, как можно будет задать еще один вопрос. Нил ждет Эндрю у двери их гостиничного номера, когда тот возвращается. На нем черная выездная майка Эндрю и белые спортивные шорты, ткань которых контрастирует с загорелыми, покрытыми веснушками ногами. Нил втаскивает Эндрю в дверной проем, уже целуя его в губы, руки судорожно сжимают плечи Эндрю, нетерпеливо дергая за цепочку на шее. — Наркоман, — говорит Эндрю, когда Нил отрывает рот, немедленно направляя свои губы на горло Эндрю. — Я должен был догадаться, что игра тебя возбудит. — Это была не игра, тупица, — парирует Нил. Он отстраняется достаточно, чтобы заглянуть Эндрю в глаза. Он моргает в явном удивлении от того, что там находит. — Это из-за пресс-конференции? — требует ответа Эндрю. — О боже мой. Ты не знаешь, — говорит Нил, и его голос срывается на смех. Эндрю хмурится, крепче сжимает бедра Нила и тихо, предупреждающе произносит его имя. — Да, Дрю, и это тоже. Но... Нил обрывает себя, усаживая Эндрю на край их кровати. Он включает телевизор, и заголовок, который бросается в глаза Эндрю, заставляет его порадоваться, что он уже сидит. Ичиро Морияма мертв. — Мы свободны, — говорит Нил с благоговением в голосе. Эндрю не утруждает себя просмотром остальной части репортажа. Он услышал достаточно: перестрелка с ФБР, ордера на арест других членов семьи, подтвержденная причастность к организованной преступности и прочая грязная деятельность. Эндрю выключает телевизор, переворачивает Нила на спину, положив ладонь на его подтянутый живот. Сегодня вечером они собираются отпраздновать больше, чем одну победу.

***

Осень тянется своим чередом, и команда Эндрю продолжает доминировать в своей конференции. К Рождеству они проиграли всего две игры, и у Эндрю появилось достаточно свободного времени, чтобы они с Нилом могли провести каникулы в Колумбийском доме. Ники и Эрик вернулись домой из Германии на ближайшие три недели, а Аарону удалось выкроить достаточно времени, чтобы прилететь из больницы на сутки. Кевин и Ваймак присоединяются к ним в Колумбии на рождественский ужин, и они по очереди общаются с другими лисами по фейстайму, прежде чем отправиться домой. Эндрю будит Нила ранним рождественским утром. У него есть два сюрприза для него, и он не уверен, как тот отнесется к любому из них. Из-за этого он так и не смог уснуть. Нил, сонный и растерянный, сидит на пассажирском сиденье взятой напрокат машины, пока Эндрю везет их из города. На нем один из вязаных свитеров Эндрю, воротник свободно облегает шею, волосы растрепаны после сна. Он отвлекает, успокаивает. Прекрасен. Они едут почти полтора часа, прежде чем Эндрю говорит. — Ты как-то сказал мне, — начинает Эндрю хриплым голосом. — Что, когда ты уедешь из Пальметто, тебе хотелось бы... — Много земли, — заканчивает Нил, явно вспоминая тот разговор. Он смеется. — По-моему, я также говорил, что хочу лестницу. Больше никаких квартир. — Несколько этажей, — подтверждает Эндрю. Он позволяет словам повиснуть в воздухе. Нил поворачивается к Эндрю коленями, приоткрыв губы. — Ты купил мне дом? — Я купил нам дом, — тут же поправляет Эндрю. — Не глядя. Не ожидай ничего... — Эндрю, нам не нужен дом, — перебивает Нил. — У нас есть квартира, дом в Колумбии… — Дом записан на твое имя, — говорит Эндрю. Он знает, что Нил достаточно умен, чтобы расслышать слова, которые Эндрю не говорит. Квартира записана на имя Эндрю, а дом в Колумбии принадлежит Эндрю, Аарону и Ники. Этот дом будет принадлежать Нилу. Первая собственность, которой он когда-либо будет владеть. Эндрю включает поворотник, сворачивает и начинает долгий путь по ухабистой грунтовой дороге. Поместье может похвастаться старым фермерским домом, шестью спальнями и пятью ванными комнатами. Там есть сарай, большой и слегка обветшалый, его белая краска посерела и облупилась. Они проезжают мимо нескошенных полей, пруда, заросшего водорослями, с небольшим гниющим причалом. Нил молчит, его глаза широко раскрыты, внимание приковано к окружающей обстановке. — У тебя есть выбор, — говорит Эндрю, сбавляя скорость. Перед ними дом, выкрашенный в бледно-желтый цвет, с широким и прочным крыльцом. Когда Эндрю увидел фотографии в интернете, он представил себе, как Нил возвращается с пробежки, потный и улыбающийся, а Эндрю сидит на крыльце с чашкой кофе и книгой в руках. Все так по-домашнему, что у него начинают чесаться руки. — Если ты хочешь чего-то другого, в другом месте, я откажусь от предложения. — Эндрю, — говорит Нил, затаив дыхание. Он уже отстегивает ремень и тянется к дверце машины. Нил взбегает на крыльцо, открывает незапертую дверь. Он останавливается в просторном холле, где массивная деревянная лестница оказывается у него за плечом. Мебели нет, и весь дом нуждается в ремонте, но даже Эллисон признала, что в нем есть что-то интересное. Это будет проект, инвестиция в их общее будущее. — Насколько большой участок? — спрашивает Нил, выглядывая в окно над кухонной раковиной. — Большой, — честно отвечает Эндрю. — Ты сказал, что тебе нужно пространство. Нил улыбается. — И лестница. — Здесь есть место для бассейна, — говорит Эндрю, подходя к нему. — И тропинки повсюду. Сарай тоже можно отремонтировать. У Эллисон уже есть планы на этот счет. Я знаю, что над этим нужно много работать, но... Нил качает головой. — Я хочу этого, — говорит он. — Я могу быть здесь, когда ты уезжаешь из города. Мы могли бы оборудовать дополнительные спальни в сарае для других лис, для… — Нил замолкает, колеблясь, прежде чем заговорить снова. — Для детей. Дэн и Мэтт хотят еще одного. — Кейтлин беременна, — говорит Эндрю. — Аарон сказал мне вчера вечером. Сказал, что подарок Ники — роль крестного отца. Я сказал ему, что Ники, скорее всего, захочет, чтобы его назвали дедушкой. Нил смеется. Он наклоняется к Эндрю, улыбаясь ему в плечо. Проходит минута, прежде чем он снова заговаривает. — Я не знаю насчет… — Я тоже, — кивает Эндрю. Он и так беспокоится о том, чтобы быть дядей. Нил выдыхает. — Пока что, кошки. — Кошки, — сухо говорит Эндрю. — Кошки, — кивает Нил. Он прокладывает дорожку поцелуев к подбородку Эндрю, улыбаясь так широко, что самообладание Эндрю тает. Он чувствует, как счастье невольно тянет уголки его собственного рта вверх. — Еще один сюрприз, — говорит Эндрю. Он выпаливает эти слова прежде, чем улыбка Нила успевает исчезнуть. — Сборная. Они позвонили мне. Я сказал им, что мне нужно время. Впереди еще два года... — Заткнись, — требует Нил. Эндрю внимательно наблюдает за ним, но улыбка Нила не сходит с лица. Напротив, она становится шире. — Ты поедешь на Олимпиаду. Ты поедешь в Рио. Эндрю пожимает плечами. — Это всегда было твоей мечтой. Не моей. Нил улавливает в словах Эндрю вопрос и неуверенность. — Я хочу, чтобы ты поехал, — кивает Нил. Эндрю позволяет себе слабую улыбку. — Я так и думал. — И вот тут начинается самое трудное, признание, которое не давало Эндрю покоя всю прошедшую неделю переговоров и встреч. Он знает Нила лучше, чем кто-либо другой, и все же Эндрю не может притвориться, что знает, захочет ли Нил этого. — Как ты относишься к тренерству? У Нила отвисает челюсть. — Они бы никогда... — Они могут и сделают это, — твердо говорит Эндрю. — Это было частью моего контракта. Если я еду, то ты едешь со мной. — Я никогда в жизни не тренировал, — протестует Нил. — Ты годами боролся с лисами, — пожимает плечами Эндрю. — У тебя больше опыта, чем ты думаешь, крольчонок. Нил краснеет, его улыбка становится застенчивой, когда он отводит взгляд. — Могу я подумать об этом? Эндрю кивает. — Если нет, ты будешь там в каком-нибудь другом качестве. — Ага, — кивает Нил. Эндрю практически видит, как у него в голове крутятся шестеренки. Он моргает, собираясь с мыслями, прежде чем снова обратить свое внимание на Эндрю. — Я не знаю, смогу ли когда-нибудь переплюнуть такой подарок, но я хочу вручить тебе свой. Нам нужно забрать его по пути домой. Это разжигает любопытство Эндрю, но он не делает ни малейшего движения, чтобы выпроводить Нила из дома. Он наблюдает, как Нил проводит пальцами по пыльной лестнице, заглядывает в шкафы и, стоит на крыльце, улыбаясь. — Это второй дом, который ты мне подарил, — говорит Нил, когда они, наконец, садятся в машину. Он держит правую руку Эндрю в своих ладонях, они теплые и мягкие. — Спасибо тебе, Дрю. — Заткнись, — говорит Эндрю, проглатывая комок эмоций. Нил замолкает. По крайней мере, на какое-то время. В последние десять минут их поездки домой он начинает что-то бормотать, нервно направляя Эндрю по Колумбии, пока они не заезжают на неприметную парковку перед возвышающимся серым складом. Это отчасти напоминает Эндрю о Райских Сумерках, и он поднимает брови в немом вопросе. Нил первым выходит из машины и стучит костяшками пальцев по металлической двери гаража. Мгновение спустя она открывается. Там стоит черный Астон Мартин, поблескивающий в свете флуоресцентных ламп. Это один из самых быстрых и дорогих автомобилей на рынке. — Как ты относишься к возвращению в Нью-Йорк за рулем? — спрашивает Нил.

***

Они не торопятся возвращаться из Южной Каролины. Как бы сильно Эндрю ни хотелось разогнать машину до предела, он также хочет насладиться ощущением мягкой кожи под своими ладонями, запомнить рев двигателя. Эндрю также хочет усадить Нила к себе на колени, чтобы тот выгнул спину вокруг руля. Эндрю целиком поглощает Нила на заднем сиденье, использует новообретенную любовь Нила к пилатесу и закидывает его ноги себе на плечи. Они крестят машину несколько дней подряд, пока перед ними внезапно не вырастает Нью-Йорк. Единственное, что заводит Эндрю больше, чем покупка Нилом машины (фактически, второй машины), — это вид Нила за рулем этой штуки. Эндрю бросает Нилу ключи на остановке для отдыха в Коннектикуте и запоминает его улыбку, когда он фотографирует руль перед собой, а рука Эндрю собственнически сжимает внутреннюю сторону его обнаженного бедра. @neiljosten10 [1 изображение] привилегии шугар бейби

***

Пантеры выигрывают зимние чемпионаты. Роллинз, их запасной вратарь, падает в первые четыре минуты игры. Она что-то делает со своим запястьем, и Эндрю оказывается в воротах на протяжении всего матча. Джереми раз за разом бросается на него, но, в конце концов, Золотоискатели не справляются с атакой Пантер. Эндрю проводит матч всухую. Позже тем же вечером, когда их квартира была заполнена Лисами, бывшими троянцами, Золотоискателями и Пантерами, Эндрю ускользает с их собственной вечеринки и тащит Нила на крышу. Он надевает свое чемпионское кольцо на указательный палец Нила, фиолетовые и черные камни сверкают в холодном воздухе. Кольцо слишком велико, и грозит соскользнуть с ловких пальцев, когда тот тянется к поясу Эндрю. Нил собирается снять кольцо в тот самый момент, когда Эндрю вытаскивает себя из штанов. — Не снимай его, — требует Эндрю. Он задается вопросом, не начинает ли ему казаться странным видеть Нила в украшениях. Часть Эндрю надеется, что так оно и есть. У него все еще есть другое кольцо, ожидающее Нила. Может быть, и олимпийская медаль тоже. В глазах Нила появляется нетерпеливый блеск. Он опускается на колени прямо на крыше.

***

На следующий день Пантер приглашают на пресс-конференцию по окончании чемпионата. Эндрю засыпают вопросами; он узнает, что этот матч стал первым в истории финалом чемпионата, закончившимся всухую. Эндрю хотел бы, чтобы Нил был здесь, и задавался вопросом, была бы его улыбка шокированной, понимающей, озорной, или какой-то комбинацией из всех трех. Как будто прочитав его мысли, следующий вопрос, адресованный Эндрю, касается Нила. — Недавно в Твиттере Нила Джостена была опубликована фотография, на которой изображен дорогой спортивный автомобиль и то, что, как полагают, является вашей рукой, — начинает репортер. — Вы можете подтвердить, что это были вы? — Да, — лаконично отвечает Эндрю.. — Машина была подарком Нилу? — спрашивает кто-то еще. — Что-то в этом роде, — пожимает плечами Эндрю. Следующий вопрос следует незамедлительно. — Приближается день рождения Джостена, что ты планируешь подарить ему в следующий раз? Эндрю наклоняется к микрофону, его губы растягиваются в легкой улыбке, которую узнает только Нил. — Кольцо.

***

Нил отправляет фотографии Эндрю по электронной почте, пока тот собирает вещи. На самом деле Эндрю быстро запихивает в спортивную сумку какие-то случайные, несложенные предметы одежды. Эндрю и его мужу предстоит одиннадцатичасовая поездка, и ему не терпится отправиться в путь. Он не видел Нила несколько недель, с тех пор как улетел в Неваду на олимпийские сборы, а Нил — в Южную Каролину, чтобы обустроиться в доме. Бассейн наконец установлен, интерьер полностью оформлен. Сейчас у них две кошки, два питомца, которых Эндрю не встречал, потому что Нил не мог подождать и недели, чтобы забрать их, а Эндрю не может сказать ему нет. Телефон Эндрю пиликает уведомлением о письме, за которым тут же следует оповещение о том, что Нил опубликовал пост в Твиттере. Эндрю издает многострадальный вздох, прежде чем открыть приложение. Нил опубликовал один из снимков для рекламной кампании Кельвин Кляйн, в которой снялся в прошлом месяце. Для этой съемки Нила одели во все белое, этот яркий и нежный цвет подчеркивал его кожу. Он зажал в зубах свою белую безразмерную футболку, обнажая свой подтянутый, плоский и покрытый шрамами живот. Взгляд Эндрю задерживается на четких линиях обнаженных тазовых костей, на изгибе его стройной талии. @neiljosten10 [1 изображение] я сказал, что соглашусь, если это сделает Миньярд. Две минуты спустя он публикует единственную фотографию, которую Эндрю позволил им сделать. Он в черных боксерах, черной футболке и черных повязках на руках. Полная противоположность нежно-белому образу Нила. Эндрю наклоняется к Нилу, положив руку ему на затылок; серебряное кольцо блестит на фоне кожи Нила. Нил улыбается с вызовом. Его собственного кольца не видно, но подпись под фотографией Нила делает их брак очень, очень очевидным. Как и его новое имя пользователя. @neiljostenminyard10 [1 изображение] это я. я миньярд.