Beyond Speed

Шарль был абсолютно уверен, что запомнит этот день надолго — если не до конца своей жизни. Их первое с Максом свидание было далеко от романтичного, того самого, что мы видим в фильмах и сериалах или о котором читаем в книгах. У них не было множества нежных взглядов из-под ресниц, зато было множество взглядов, наполненных страстью, — прямых, цепких, устремлённых точно друг другу в глаза. Не было идеально распланированного вечера, но была прогулка вдоль берега моря после того, как им сообщили, что ресторан, где они собирались провести весь вечер, закроется всего через час после их прихода. Не было неловкого первого поцелуя у двери, когда Макс провожал Шарля домой, — вместо этого была ночь, в которой они отдали друг другу всё, что могли. Для Шарля это первое свидание было идеальным. И оно осталось единственным — хотя прошло уже несколько месяцев. За эти, казалось бы, короткие месяцы произошло многое: как минимум прошла половина сезона, а вместе с ней — и первый сложный период их отношений. Совмещать карьеру гонщика, когда большую часть жизни проводишь в разъездах, на тренировках или на базе команды, и отношения оказалось куда сложнее, чем Шарль ожидал. И хотя он безумно любил их первое свидание, его тревожил факт, что пока оно было единственным. Вечера в номере отеля после гонок он не считал свиданиями, даже если атмосфера порой была почти романтичной. Шарль не хотел признавать, но он жаждал второго свидания. Хотел снова почувствовать нервозность — от выбора костюма до ожидания встречи. Хотел вновь увидеть Макса с букетом роскошных цветов, названия которых он даже не знал, на пороге своего дома. И, кажется, вселенная его услышала: наконец наступал летний перерыв. Правда, новые проблемы всплыли почти сразу. Шарль растянулся на белоснежной постели в апартаментах Макса, всё ещё находясь в приятном послевкусии после утреннего секса, пока сам Макс был в душе, когда на его телефон пришло сообщение. Монегаск лениво потянулся к прикроватной тумбочке и взял телефон. «Компания Marriott International рада напомнить вам о бронировании трёх номеров в отеле Ritz-Carlton Reserve на 7 дней…» Дальше Шарль читать не стал. Он вспомнил, как бронировал этот отель вместе с Артуром: идея провести каникулы всей семьёй на Бали казалась тогда идеальной. Проблема была лишь в одном — в момент бронирования они с Максом ещё не были вместе. — Чёрт… — Шарль перекатился на бок, одновременно отбрасывая телефон подальше. Именно в этот момент Макс вышел из душа. — Всё в порядке? — он, кажется, уловил резкую смену настроения и подошёл ближе. — Я только что вспомнил, что через несколько дней у меня запланирован недельный отпуск с семьёй. И, чёрт, уже слишком поздно всё отменять или… — Шарль начал было монолог о том, что отпуск можно перенести, заменить, отложить, лишь бы провести больше времени с Максом, но тот прервал его, положив руку ему на плечо. Когда он успел сесть рядом? — Почему ты хочешь отменить отпуск с семьёй? — Макс искренне не понимал проблему. — Ты и так видишь их очень редко, — он оставил горячий поцелуй на шее Шарля, спускаясь ниже. — Ничего не отменяй. Макс уже собирался продолжить, но Шарль остановил его, упираясь ладонями в его плечи. — Макс Эмилиан, ты совсем не понимаешь. Я хочу провести время с тобой. Не просто время — весь этот отпуск. Мы вместе уже довольно долго, а у нас было всего одно свидание. Даже если мы путешествуем по всему миру, я вижу тебя слишком редко. Putain, мне просто не хватает тебя. Он хотел сказать больше. Хотел услышать в ответ что-то похожее — убедиться, что не он один скучает и хочет большего, чем редкие касания в паддоке или ужины в номерах отелей после гонок, когда сил хватает только на ленивые поцелуи и пустые разговоры. — Ох, Шарль… — Макс мягко запустил пальцы в его кудри. — Я тоже безумно хотел бы провести этот отпуск с тобой от начала и до конца. Но это твоя семья. Видишь ты их даже реже, чем меня.Он поцеловал Шарля в висок и поднялся с кровати. — Поэтому ты должен поехать с ними. Мы ещё наверстаем всё во время зимнего перерыва. — Но… — Шарль хотел возразить, однако Макс резко сменил тему: — Будешь завтракать? Шарлю оставалось лишь кивнуть и проводить его взглядом. За завтраком атмосфера была напряжённой. Открытой ссоры не было, но что-то явно шло не так. Шарль наблюдал за Максом, который сидел напротив и без особого интереса ковырялся вилкой в фруктовом салате. Кажется, и он сам был недоволен тем, как их планы рушились прямо на глазах. — А что если ты поедешь с нами? — слова вырвались у Шарля неожиданно, даже для него самого. — Что? — Макс посмотрел на него с искренним недоумением. — Что если ты поедешь со мной и моей семьёй в отпуск? — Шарль немного замялся, но продолжил: — Мы встречаемся уже довольно долго, а знаем друг друга ещё дольше. Мне кажется, это подходящий момент, чтобы официально представить тебя моей семье. — Это, конечно, хорошая идея, но… — Макс отложил вилку и посмотрел ему прямо в глаза. — Твоя семья — братья, мама — вообще в курсе, что ты с кем-то встречаешься? — Нет, — Шарль опустил взгляд в тарелку, но через секунду поднял его снова. — Но я скажу им. Сегодня же.

***

Конечно, сказать было куда проще, чем сделать. Шарль не беспокоился о том, что его мама или Артур с Лорензо будут шокированы самим фактом того, что он в отношениях с парнем. Проблема заключалась в другом: этим парнем был Макс Ферстаппен — тот самый Макс Ферстаппен, с которым Шарль соревновался за первое место с самого раннего возраста. Идеальным поводом стал ужин у мамы — уже на следующий день после разговора с Максом. Сколько себя помнил, Шарль всегда старался быть примерным сыном и хорошим братом. У него почти не было секретов от семьи, и мысль о том, что он скрыл свои отношения, тревожила его куда сильнее, чем он был готов признать. Переступая порог маминых апартаментов, Шарль словно вернулся в детство. В доме было тепло, пахло свежеприготовленной едой, а где-то в гостиной Артур с Лорензо вполголоса обсуждали последние гонки младшего. Паскаль вышла из кухни с распахнутыми объятиями и сразу прижала сына к себе. — Mon fils, как же я по тебе скучала, — сказала она, обнимая его крепче. Шарль, как когда-то в детстве, уткнулся носом в её волосы, узнавая знакомый аромат духов, которыми она пользовалась уже много лет. — Я тоже скучал, maman, — он слегка отстранился. — У вас всё хорошо? — Конечно, mon fils. Проходи, Артур и Ло уже давно тебя ждут, — улыбнулась она и вернулась на кухню. Шарль прошёл по коридору и открыл дверь в гостиную. Артур и Лорензо уже сидели за столом. — А вот и наш вечно опаздывающий брат, — Артур, как всегда, не упустил случая поддеть его. — И тебе привет, — Шарль подошёл и потрепал Артура по голове, превращая аккуратную причёску в хаос. С Лорензо он обменялся короткими объятиями, и разговор тут же ушёл в сторону предстоящей половины сезона. Ужин прошёл на удивление тепло. Все делились новостями, планами, какими-то мелочами из жизни. Из-за постоянных разъездов у Шарля и Артура редко находилось время просто поговорить с семьёй, поэтому такие вечера они ценили особенно. Каждую минуту. Когда на столе появился десерт, Шарль вспомнил ещё одну — куда более важную — причину своего визита. — Кстати… — он отставил бокал с вином. — Я надеюсь, вы не будете против, если с нами в отпуск поедет ещё один человек. Очень важный для меня человек. Три пары глаз тут же устремились на него. Прошло слишком много времени с тех пор, как Шарль в последний раз говорил с семьёй о своей личной жизни. — Да? И кто же это? — Артур явно заинтересовался. — Это… — у Шарля пересохло во рту. Он никогда ещё так не нервничал перед родными. — Шарль? — Лорензо, сидевший рядом, положил руку ему на плечо, поддерживая. — Ты можешь всё нам рассказать, mon cœur, — мама накрыла его руку своей и мягко улыбнулась. — Это Макс. В комнате повисла тишина. — Мы его знаем? — первым подал голос Артур. — Это Макс Ферстаппен. Вы очень хорошо его знаете, — Шарль опустил взгляд в тарелку с недоеденным десертом. Молчание затянулось. Слишком. Когда Шарль поднял глаза, он увидел, как мама и братья переглядываются между собой, и выражения их лиц ему совсем не понравились. — Шарль, ты уверен в этом? — снова первым нарушил тишину Артур. — Уверен в чём? — слова давались с трудом. — В Максе, — Артур смотрел прямо на него. — Он не самый подходящий для тебя человек. — Что? О чём ты вообще? — Шарль чувствовал, как внутри всё сжимается. — Милый, — мама мягко вмешалась. — Мы все знаем, в каких условиях он рос. Мы видели, каким агрессивным он бывает. Ты уверен, что счастлив с ним? Что он тебя не обидит? — Что? Мама, нет! — Шарль резко поднял голову. — Макс — не его отец. Он совершенно другой. Злость, обида и разочарование скрутились у него в груди в тугой узел, не давая нормально вдохнуть. — Мы просто переживаем за тебя, — осторожно добавил Лорензо. — Возможно, он не тот человек, который должен быть рядом с тобой. — Нет. Нет и нет. Это полный бред, — Шарль покачал головой. — Макс хороший. Он добрый. Он… он любит меня. Он по очереди посмотрел каждому в глаза, словно пытаясь заставить их поверить. — Он сам тебе это сказал? — Артур и тут не удержался. — Да что за чушь… — Шарль больше не мог это слушать. Он резко встал из-за стола и направился к выходу, но у двери обернулся: — Макс едет с нами в отпуск. И вы увидите, что он — лучшее, что могло со мной случиться. Он знал, что позже, вечером, в объятиях Макса, ему будет стыдно за этот детский уход и за то, что он даже не попытался всё спокойно обсудить. Но сейчас он просто не мог. Не мог слушать, как люди, которых он любит, говорят такие вещи о человеке, которого он любит не меньше. Через несколько дней они летят в отпуск. И Шарль сделает всё, чтобы доказать своей семье: они ошибаются. Макс — не его отец.