William, it was really nothing

Уилл лежал в своей комнате, рядом, сбоку, лежала Эшли, что сковала его руку в клетку объятий, которые с каждой секундой слабели. Она засыпала, он — нет.  Байерс был напряжён, и любая попытка расслабиться приводила к ещё большему дискомфорту, хотя он правда пытался убедить себя в обратном. Мысленно шатен был в совершенно другом месте.  Каждое слово, каждое предложение, каждый взгляд в сторону девушки возвращал его к Майку. Он чувствовал, как при взгляде на друга застывало всё его тело вплоть до сердца. То было ужасным ураганом чувств из обиды и беспокойства.  Ты так и не извинился. Хотя-бы раз в жизни я должен выбрать себя. Но вот загвоздка: всю жизнь, выбирая себя, Уилл выбирал и своего друга. Он хотел находиться рядом с ним всегда, всю жизнь сидеть в подвале, играя в ДнД. Как бы по-детски это не звучало. Он хотел обнимать его крепче, играть с кудрями и плести из них косички. И в глубине души он понимал абсурд этого "выбора". И что выбрал он не себя, а общество. Но я же не такой? Риторический вопрос ударил в самый мозг. Сейчас он пытался стереть любую нежную мысль по отношению к Майку почти насильно, раздирая свое сердце на много мелких кусков. Мрак в комнате вырисовывался силуэтом Уилера, казалось, он сидит и смотрит глазами, полными разочарования и осуждения, направленной на Байерса. Маленькое и знакомое с детства помещение стало обителью всего самого худшего.  Нет, не думай о нём. Думай об Эшли, это правильно. Так должно быть.  Грязь. Грязь. Грязь. По венам, точно нефть, поплыло отвращение к себе. Он делал то, за что ненавидел себя — причинял боль другому человеку, который никак не заслуживает подобного. Неосознанно он тихо двинул рукой, что была занята девушкой, начал нервно чесать кожу на второй руке, оставляя маленькие, но болезненные царапины. Уже утром они пройдут, а через пару дней не останется и следа, но боль в именно этот момент даст ему понять, насколько он плохо поступает — так Байерс считает. Движение чужого тела заставило замереть и убрать руки.  Может, это просто период, и ему просто стоит привыкнуть? Уилл ведь никогда не был в отношениях, и никогда даже не думал о том, чтобы быть с девушкой, до недавнего времени это казалось бредом.  Ох. Эшли правда красивая девушка с мягкими формами и ангельским личиком. Но шатен не понимал, что он должен испытывать кроме желания заботиться и готовности помочь. Не было такого чувства при виде неё, которое бы сказало точно: "Я люблю её, она мне нравится". Скорее в голове появлялся список действий, которые надо сделать, а взаимодействия с ней были как обязательное дело, как сделать домашку, или проснуться. В последние дни ощущение того, что это — обязанность усилилось. Он даже не мог поцеловать её куда-то, кроме лба или щеки, не мог также смело брать её за талию, или иные места, как это делали другие парни.  Нужно привыкнуть, просто подождать. Раз за разом твердил себе Уилл, стыдливо отворачиваясь от спящей девушки, в спокойное дыхание которой он вслушивался, заглушая свои мысли.  В один момент он бесшумно и с удивительной ловкостью выпутался из объятий, накрыл Эшли одеялом и вышел из комнаты. Весь дом спал, и именно это и нужно было сейчас Байерсу — тишина, в звоне которой он мог затеряться хотя-бы до момента, когда его начнёт клонить в сон.  Шум воды из под крана, Глоток, Ещё глоток. Медленно он поставил стакан обратно, а после накинул на себя куртку.  Осенний воздух приобретал характерный холод, особенно ощутимый ночью. Листья шелестели, сливаясь в одно целое, либо продолжая носиться, подхватываемые ветром. Не хватало только блокнота, где Уилл мог бы быстро зарисовать увиденное, но ничего страшного, в любом случае ему сейчас явно не до этого.  Он присел на ступеньку. Мысли крутились вокруг одного и того же. Привыкнуть, Привыкнуть, Привыкнуть. кажется, Байерс уже потерял смысл этого чертового слова.  За деревьями виднелось, как небо розовеет, готовясь к новому дню. Скоро прозвенят будильники, и Джонатан с мамой оба покинут дом. Работа не ждёт.  Иногда Уилл даже завидовал им, ведь когда ты работаешь, времени на раздумия нету. Ты всегда занят и всегда завален делами — в этом плане, по его мнению, взрослым повезло.  Промерзнув до самых костей, Уилл встал и зашёл обратно в дом, точно ниндзя без единого звука повесил куртку и ушел обратно в комнату, и только скрипящие доски выдавали его.