Ночное сияние

Домой она вернулась уже без сознания. Аро привез ее и занеся в спальню, положил на кровать, шокировав Сульпицию. Эмбитт немного проиграла спор сама с собой: матери в комнате не было, зато она была в саду и ухаживала за клубничным кустом. Но, почуяв запах родной крови, женщина в одночасье ворвалась в комнату и обомлела. Перед ней нарисовалась странная и страшная картина: часто и болезненно дышащая Эмбитт со следами побоев и Аро, сидящий у изголовья кровати и оценивающий нанесенный экспонату ущерб.  ーКто?ーРезко спросила Сульпиция, уже наклоняясь, чтобы послушать сердцебиение. ーКажется, наша Эмбитт... ーКто?!ーВпервые за сотни лет повысила голос она.  ーВладелец детдома, кто издевался над невинными. ーПочему ты не уследил? Где ты был, Аро?ーНизкий голос Сульпиции плавно переходил на рычание. Мужчина на мгновение растерялся, забыл, как вообще звучала его жена. Достаточно убедительно. ーС этим она должна была разобраться сама.ーОтветил он. Сульпиция оскалилась. За тысячи лет ее лицевые мышцы атрофировались настолько, что это выглядело поистине устрашающе. Нахмурив брови, она сверлила Аро многозначительным взглядом, означающим многое. От холодного несогласия до гневного "если с ней что-то случится...".  ーЯ слышу ее быстро бьющееся сердце. Ей тяжело дышать.ーКонстатировала женщина, наклоняясь к грудной клетке Эмбитт.  ーЕсть еще увечия. От мелких осколков я ее избавил, а сейчас предстоит удалить остальные. Послышалось приглушенное бормотание на микенском. Аро разобрал все и многозначительно опустил взгляд. Сульпиция осторожно задрала рукава Эмбитт и стала осматривать раны. Каждый раз, когда ее взгляд перемещался на новую, в бормотании слышался металл, а цвет глаз темнел. Женщина глянула на синяк на щеке дочери и осторожно приложила к этой области свои ледяные пальцы. Эмбитт не отреагировала.  ー"Справиться сама"...С человеком, убившим сотни таких, как она.ーПричитала Сульпиция.ーРената! Принести медикаменты! ーЕ..Есть!!ーПослышалось спустя секунды. Рената уже положила аптечку возле раненой, развернула ее и стала доставать необходимые предметы.ーЭмбитт...ーОбеспокоенно проскулила она.ーЕй больно... ーЕсли бы Аро хоть разーПоследнее слово Сульпиция выделилаーОставил свой прагматизм там, где посеял свое здравомыслие, ей бы не было больно. ーЭмбиттーбудущая ударная сила клана. Она должна была применить свой дар в реальной ситуации.ーОтветил Аро, вытаскивая осколки пинцетом.  ーОна не только член клана.ーЗлостно ответила женщина. ーЭмбитт...Не бойся, я рядом...ーБубнила Рената в ухо девчонке. Та все еще оставалась без сознания. ーОтносительно.ーОтветил Аро жене сухо. Сульпиция зарычала. Рената съежилась на месте, прижавшись к мягкой постели и держа руку Эмбитт. Аро снова поднял взгляд. Он не контролировал эту ситуацию.  ーАро...ーСквозь зубы процедила Сульпиция и сжала руки в кулаки. Эмбитт медленно, слишком медленно открыла глаза. Перед ней была одна лишь пелена и три силуэта, два из которых о чем-то спорили. Она едва могла расслышать, а тем более увидеть, что происходит и где она находится. Один лишь знакомый запах дома после пугающего мгновения дезориентации уверил ее, что она в безопасности. Но эту интонацию матери она слышала впервые. Сульпиция не переходила на крик, но, казалось, что одна неловкая реплика Ароーи здесь все к чертям разнесут. Ругаются! Они ругаются, а из-за чего? Из-за Эмбитт? Впервые за, наверное, тысячи лет! Дурацкое решение сунуться в бой стоит целого расставания родителей! Грудь сдавило спазмами. Эмбитт расширила глаза. Ее лицо исказилось гримасой страха, граничащего с ужасом. Дышать стало трудно: будто бы воздух и не поступает вовсе, а ребра при каждом вздохе болели так, словно они впивались в легкие. Она попыталась сделать еще вдохーне хватало. Еще, еще и еще. Еще сильнее, еще интенсивнее, еще быстрее. Руки задрожали. Тело охватила паника. И без того помутненный взгляд поплыл, и Эмбитт стало казаться, что она умирает. Комната стала обретать очертания подвала.  ーЭмбитт...ーОтвлеклась Сульпиция.ーУспокойся, Эмбитт. Дыши. Пожалуйста...ーОна бережно опустила руку на грудную клетку девчонки, в надежде унять спазм.  ーМама...Это...Моя вина...Не руга...йтесь...Пожа...ーХрипела та. ーВсе хорошо, дитя. Возникли неразногласия, но сейчас приоритетнее твое состояние.ーАро взял Эмбитт за подбородок и повернул голову к себе, закрывая взор своим силуэтом.ーСмотри на меня. ーП-п-па...Аро...ーИз глаз полились слезы. Дыхание стало выравниваться, но воздуха все равно не хватало. Нахлынула вина и презрение к себе. Эмбитт всхлипнула и тут же стиснула зубы в боли.  ーКонечно, Эмбитт. Я здесь. Сейчас Сульпиция обработает раны.ーПочти перебил ее Аро. Девчонка разрыдалась. ーДевочка моя...ーПрошептала Сульпиция, гладя спутанные волосы.ーМы рядом. Мы никуда не уйдем...Я не покину эту комнату, пока ты не восстановишься. Клянусь. ーМама...ーЭмбитт попыталась потянуть к женщине руку. Та нежно взяла ее в свои ладони и прижала к своей щеке.  Рената высунула свое испуганное лицо и посмотрела в глаза девчонке. Они встретились взглядами. Телохранительница выглядела, как зверек, изучающий хозяина. Ее тощая рука легла на плечо Эмбитт в немой поддержке. Та немного утихла, но всхлипывать не перестала. ーЯ вас подвела...ーПроныла Эмбитт и вновь лишилась сознания. ーН-неправда...ーОтветила Рената, но этого девчонка уже не расслышала.  Вампиры возились с Эмбитт несколько часов. Сначала ввели обезболивающее, затем приступили к полному удалению мусора. Сульпиция не теряла самообладания, но было видно, что с Аро она сейчас разговаривать не намерена. Наложение швов на некоторые раны она тоже взяла на себяーникому не доверила. Ее движения были невесомыми, выверенными до квантов. Наверняка бы и обезболивающее не понадобилось: три тысячи лет опыта делали свое дело. Шрамов не будет.  Аро потянулся за бинтами. Он отмерил длину и аккуратно замотал ими зашитые раны и, в частности, треснутые ребра. На его лице не было ни намека на улыбку, и слова он не проронил. Вампир задержал взгляд на забинтованных руках, что-то вспоминая. Холодные пальцы коснулись щеки Эмбитт и медленно, неуверенно погладили ее. Рената, почувствовав, что постепенно становится четвертой лишней, кратко, дерганно коснулась губами лба Эмбитт и мигом выскользнула с комнаты. ーЯ должен ей.ーСказал он. ーЛожь.ーОтветила Сульпиция.ーЛожь самому себе.  ーОна привязалась ко мне, не так ли?ーВполголоса спросил Аро. ーВзаимно ли это?ーПарировала Сульпиция. Мужчина не ответил.ーСтупай. Я буду с ней.  ーЯ тоже буду с ней.ーВдруг ответил он. Сульпиция посмотрела на мужа долгим сканирующим взглядом. Спустя пару секунд она медленно кивнула. В помещении воцарилась тишина... Женщина медленно отложила медикаменты на стол и неуверенно легла рядом с Эмбитт, замерев в позе бдительной матери. Аро поднялся с места и стал расхаживать по комнате медленными задумчивыми шагами. Его взгляд перевелся на камин. Мужчина достал дрова, подбросил их в камин и осторожно зажег огонь. Помещение озарил теплый свет. Далее его взгляд зацепился за полки, полные разного барахла от него же. В самом центре полки красовался серебряный кинжал в честь дня Святого Марка. Левее от него лежали книги легенд Вольтерры: от прошловековых черновиков Аро до новых изданий, все сложены в стопку. Справа от кинжала находилась другая стопка. Письма от Алека. Мужчина не притронулся к ним. Вместо этого он опустил взгляд на нижнюю полку: там лежали сломанные или деформированные телекинезом предметы. Сначала камни, потом изогнутая в спираль вилка и осколки фарфора, маленький, незначительный кусок колонны с тренировочного зала, осколки амфоры... Последним экспонатом стала бы оторванная голова.  На самой верхней полке лежала еще одна стопка: рисунки. Аро осторожно достал ее, и первым его встретил рисунок усеянного цветами луга. Небо розовое, ближущееся к сумеркам, а на горизонте виднеется море. Второй рисунок был похожим по...тематике. Наброски двух фигур: одна с черными кудрявыми волосами, другая с темно-ржавыми. Две юные девушки с цветами. Правее снова была нарисована черноволосая, с солнечными очками на глазах и строгим костюмом. Дидима, если бы была жива.  Аро перевернул лист. На третьем рисунке была изображена массивная фигура с объемными одеяниями и ниспадающими волосамиーМаркус. Левее, в самом низу, карикатурно зарисована маленькая-маленькая Эмбитт. На самом верху огромная подпись калиграфическим почерком: "СВЯТОЙ МАРК И ФАНАТКА ЕГО МАЛОЛЕТНЯЯ". Мило.  На четвертом рисунке изображено три светловолосые фигуры: Кайус, Джейн и Афинодора. Рядом с Джейн находилась цитата: "Я очень ее страшусь и мне перед ней стыдно." Рисунок выполнен истлевшим углем, лица замазаны, будто в надежде, что если вдруг кто-то из трех увидит его, не узнает себя.  На пятом рисунке два портрета: Аро и Сульпиция. Сульпиция тепло улыбалась и выглядела самой нежной и любимой женой на планете, а Аро выставил руку, на которой виднелась надпись: "Ты это читаешь, не так ли?". Рядом с Сульпицией было красиво написано "мама", а рядом с Аро... Мужчина вернул рисунки на место в том же самом порядке. Взгляд перевелся на окно. Там, на облачном рассвете, работал Маркус, поливая цветы. Аро сделал несколько шагов к подоконнику и стал наблюдать за природой. ーЯ не знаю, что с этим делать.ーНачал он. ーПринять.ーСпокойно ответила Сульпиция, не отрывая взгляда от Эмбитт. ーЗнаешь ли, в тот час, когда я увидел ее и казненного...Когда увидел ее увечия и бессознательное "па-па",ーПроизнес последнее слово он так, что связать его с его смыслом стало трудно,ーЯ увидел свое творение. Все это результат моей работы. Иначе девочка и не посмела бы сунуться туда, да и это обезглавливание...ーАро горько хохотнул.ーЯ горд, и ничего не могу с собой поделать. ーВсе складывается в логическую картину. Я считаю ее своим ребенком, она считает меня матерью. Мы с тобой женаты. Следовательно, ты...ーСульпиция медленно повернула голову к Аро.ーСкажи это. ー...Pate.ーПроизнес он.ーЯーдля нее. Она же для меня...Всего лишь ценный экспонат, понимаешь? Эта привязанность побочна и лишь помешает ей. Я не знаю, как от этого избавиться. ーПосети Чермиону.ーПредложила женщина сосредоточенно. ーУже доводилось. О...ーАро всмотрелся в сад Маркуса, проигрывая в голове тот день.ーЯ не захотел от этого избавляться. Ха-ха-ха... ーЗначит она тебе не просто экспонат. ーСокровище. Компромиссно, моя драгоценная?ーАро обернулся к супруге с легкой улыбкой. ーУже лучше.ーСульпиция ответила смягченным выражением лица, но тут же оказалась прямо перед Аро и сжала его плечо.ーЕще раз. Еще раз ты допустишь это.ーГолос стал серьезным до чертиков.ーТы этого не хочешь. ーOh, mia cara...ーВздохнул вампир и, влюбленно улыбнувшись, соприкоснулся с женой лбами.ーБуду, буду я оберегать это самое сокровище.  ーНаше.ーУточнила Сульпиция и закрыла глаза. *** ーБольно...ーВыла Эмбитт, когда проснулась с ноющими ребрами.  ーТерпи, piccola, и не двигайся. Все страшное уже позади.ーОтветил Аро непринужденно. Он выглядел так, будто вид Эмбиттーвеселая рутина. ーА где мама?..ーТихо-тихо спросила она, пока не повернула голову на бок и не встретилась с наблюдающими глазами Сульпиции.ーОй... ーМоя любимая глаз не сводила с тебя, пока ты пребывала в царстве Морфея. Что-ж, оставлю вас наедине...ーАро поспешил к выходу. ーСядь.ーВдруг приказала Сульпиция. Мужчина замер у порога двери и медленно обернулся.ーМы не против компании.ーДобавила она. ーУгу...Вовсе не против...ーПоддержала Эмбитт и слабо улыбнулась. Аро вздохнул и возвратился в комнату. Взял кресло, переставил его с камина к изголовью кровати, как пушинку, и уселся в него, как на трон. С видом очень занятого диктатора он посмотрел на девушек и сплел свои пальцы.  ーДа.ーКратко сказала Сульпиция.ーЭмбитт скучала по тебе. ーА-а-а...ーСмущенно промычала девчонка. ーАх! Я так польщен, вы не можете представить!ーВоскликнул вампир. ーКто-нибудь еще...В курсе...ーЭмбитт зажмурилась от боли. Дышать было тяжело, а полной грудью никак не получалось. ーПрошу, не напрягайся.ーТут же придвинулась Сульпиция.ーМы поставим в известность всех, кого пожелаешь. ーА...Алека...ーПромычала Эмбитт, и Аро перестал улыбаться.ーХайди...ーСульпиция опустила взгляд.ーВсех, кроме...ーЭмбитт попыталась сделать вдох. ーПоняла. Рената...ーПозвала женщина вполголоса, чего было достаточно.ーРазошли весть всем, кроме Кайуса и Джейн. ーА-афино...-ーХотела было возразить девчонка. ーНе страшись ее. Я живу с ней тысячи лет.ーУспокоила Сульпиция.ーОна передаст тебе скорейшего выздоровления. Алек очутился в комнате сразу, не успела Эмбитт моргнуть, будто бы он и не уходил вовсе, а стоял где-то за дверью. Его брови были искажены недоумением и тревогой, которую он спрятал за привычным безразличием, увидев в комнате мастера Аро и Сульпицию. Юноша остановился у стены за креслом, где сидел старейшина, и выпрямился, как страж. Его взгляд бегал то на Эмбитт, то на ее мать. Девчонка медленно подняла взгляд на Алека и повела бровью, предугадывая его реакцию на нарисовавшуюся картину.  ーЧто произошло?ーСпросил он с едва скрываемым беспокойством. ーЯ...Прикончила...Человека...ーДевчонка попыталась улыбнуться, но ее лицо скривилось в подкатывающей волне истерики.  Ее плечи задрожали, а ребра инерциально сжались и отдались тупой болью. И правда: убила человека. Не совсем человека, но живое существо, мыслящее, пусть и во вред остальным. А до этого, в девять лет, она убила ребенка. Тоже плохого, тоже из касты будущих маргиналов, но живого. И до этого, до побегаーсваливала вину на остальных плохих детей, чтобы натравить воспитателей. Тоже убивала.  ーТише, тише, тише.ーПроворковала Сульпиция, придерживая Эмбитт за плечи.  ーМы все убивали, Эмбитт. Это наша работа.ーПоспешил утешить Алек. Он осторожно пронырнул между кроватью и пристально смотрящим за ним Аро.ーБольно? ーУбила...ーПроныла Эмбитт. ーНаша красавица еще слишком юна.ーВмешался Аро.ーПервая кровь всегда дается с трудом... ーНе могу...ーЭмбитт зажмурилась и взвыла в горе.ーНе могу забыть... Бездыханные тела детей, сложенные в ряды, по которым пришлось наступать, чтобы выйти из ада. Пустые, широко распахнутые глаза тех, с кем Эмбитт пряталась от воспитателей. Море крови и запах человеческого мяса. Ей казалось, она забыла все эти образы на следующее утро с Вольтури, но стоило ей спустя годы встретиться с тварью, собирающей в себе такие картины, как все внезапно вернулось и стало вгрызаться в глаза. Эмбитт боялась моргать, боялась засыпать, боялась, что ее оставят в комнате одну. Еще она боялась, что непригодна. Бояться крови, которая скоро заменит всю еду? Бояться тел, когда тебя готовят убивать? Почему тогда она еще здесь и почему смеет что-либо хотеть? ーЯ ничто...Мусор!!ーВоскликнула девчонка, ударила кулаками по матрасу и заплакала от жгучей боли.  ーЭмбитт!ーЗабеспокоилась Сульпиция. Эмбитт резко выставила перед ней руку и попыталась потянуть за рукава телекинезом. Теперь заболела и голова, а ткань лишь незначительно дернулась. ーНичтожество!!!ーЗакричала Эмбитт в новой истерике. Аро задумчиво наблюдал за тем, как его телекинетик ревет прямо перед ним, его женой и высшим членом гвардии. Она было потянулась бить себя по треснутой груди, как вдруг Алек схватил ее за запястья одной рукой, а другой накрыл лоб. ーТебе нужен покой...ーНеестественно нежно прошептал он и укрыл ее туманом. Эмбитт провалилась в неведение. ーЕе отпустит. Однажды отпустит. А сейчас мне больно за нее.ーПробормотала Сульпиция.  Ее руки плавно вскинулись в редком жесте, а затем она накрыла ими виски девчонки. Алек стал медленно отступать: его вмешательство уже не нужно. Как ни странно, у нее всегда было подобие дара! Не сверхъестесственный, скорее как отличительная черта, но если вдруг Сульпиция пожелает, все вокруг становились сосредоточенными и унимались. Не очень сильный, но на смертных всякий дар работает лучше. Эмбитт стала медленно затихать. Она приоткрыла глаза и посмотрела на мать неспокойным взглядом. ーМне все еще больно...ーНегромко сказала она. ーБольно будет еще как минимум неделю.ーПоспешила утешить женщина.  ーДосадно...И...Это не отнимает...Того факта...Что я... ーНеужто ты хочешь сказать, что я ошибся, дитя?ーСпросил вдруг Аро.ーЭто меня расстраивает. ーПрости...ーПрошептала Эмбитт.ーНадо мне...Стараться... ーСейчас, эти...Две недели я приказываю тебе забыть о тренировках.  ーХотя бы...Лекции...ーУмоляюще сказала она. Это была не лесть. Эмбитт не подлизывалась. Аро смерил ее долгим взглядом, полным задумчивости и, в глубине души, удивлением. Как давно он видел, чтобы кто-то проявлял искренний интерес к его планам? Ведь Аро, пусть и построил огромную систему, но всегда чувствовал себя в ней одиноким. С ним разве что была солидарна Джейн, полностью зависимая от внимания и похвалы старейшины. Но в последнее время она подозрительно тиха и отстраненна даже от него самого. Мужчина прикрыл глаза. ーЛекции. Вольно, дитя. Но сегодня и завтра ты отдыхаешь, и это не поддается обсуждению.  ーТак уж и быть...ーДевчонка вяло улыбнулась и вырубилась. Аро переглянулся с Сульпицией. Та наблюдала за дочерью и была полностью погружена в прислушивание к ее сердцебиению. А как давно он видел, чтобы его жена проявляла к кому-то такую нежность, что впервые за долгие века повысила голос? Он даже немного ревновал это внимание, которое получала Эмбитт. С другой стороны, кто в этом виноват, если не сам Аро, и имеет ли место быть эта ревность в целом, если она просто ребенок? Взгляд вампира перевелся на Алека. Тот неподвижно стоял и смотрел в пол. Тоже витал в облаках, вот только не выглядел готовым удалиться отсюда при первой же возможности. Его-то какое дело? ーАлек, мальчик мой.ーНачал как всегда Аро. ーДа, мастер?ーОжил юноша. ーКак долго ты планируешь здесь задерживаться?ーЗаговорщическим тоном спросил вампир и зловеще-ласково улыбнулся.  ーНастолько, насколько предоставится возможным.ーНевозмутимо ответил Алек.  ーМне любопытна твоя решительность, Алек.  ーЯ полностью заинтересован в благополучии Эмбитт. ーВот оно как...ーПрямо таки удивился Аро.ーИ какие же усилия ты можешь приложить для ее блага? ーВсе, что скажете вы, и что скажет она. ーЧто же, Алек...В таком случае ступай и обойди все аптеки Тосканы. Рената уже составляет тебе список лекарств, так ведь, радость моя?ーОбратился он к блуждающей неподалеку телохранительнице максимально наигранно. ーДа, хозяин!ーПослышалось издалека, только для вампирского уха. Тон был крайне потревоженным внезапностью. ーБудет исполнено, мастер.ーВсе так же невозмутимо сказал Алек.ーПередайте Эмбитт скорейшего выздоровления, пожалуйста.ーИ, наконец, удалился с комнаты.  Аро облегченно выдохнул и вдруг заметил, что Сульпиция пристально смотрит на него каким-то изучающим взглядом. Он повел бровью в замешательстве. Они переглянулись, и это заменяло сотни слов. Сульпиция нахмурила брови. Аро расплылся в удовлетворенной улыбке, насладившись эстетическим великолепием жены. Та уже не смотрела на него, она смотрела на спицы и разноцветные клубки. Когда она успела их достать? Они таились где-то в шкафу Эмбитт, всегда наготове. Сульпиция вязала нечасто, в основном, чтобы не сидеть статуей и хотя бы немного походить хоть на статичного, но человека, и не пугать девочку своей инаковостью, хотя Эмбитт давно как вообще не пугалась вампирской природы и, ее бы скорее, уже испугало тепло человеческих рук и их неразумность.  Нити в руках этой женщины вели себя, как живые, подчинялись ей беспрекословно и складывались в такие узоры, какие мог придумать только ткущий тысячи лет. Она вязала медленно, совсем не спеша, наверное, для своего ребенка. У Аро есть отдельная коллекция ее работ разных видов. Он считает ее очень дорогой и обзывает "своей драгоценнейшей, свидетельствующей о вечной любви" коллекцией. В письмах, если он берется их писать, специально выделяет слова "драгоценнейшей" и "любви" заглавными буквами. Поехавший.  Реже Сульпиция ткала для Маркуса, Кайуса и Афинодоры. Это было часто в самом начале их великого знакомства, когда ей приходилось ткать и ткать черные плащи для формирующегося клана, и в каждой ее вышивке было что-то особенное, принадлежащее каждому, кому она это дарит. Маркус до сих пор, прямо сейчас, носит одно из подаренных ею одеяний. Он очень бережен к ее подаркам. Афинодора и вовсе иногда работает с Сульпицией совместно: тогда у них получаются неестественно агрессивные и угрожающие каждому ткани. Им это очень нравится, и башня замка усеяна такими гобеленами, что тот, кто ступает в башню, моментально разворачивается, боясь наткнуться на обезбашенных зверей. Кайус подарки Сульпиции откладывает в самый дальний угол. Не ценит ли ее работ или ценит настолько, что прячет от себя самогоーясно лишь ему одному.  Прошло несколько дней. Эмбитт становилось невыносимо скучно и тоскливо лежать, лежать, лежать и изредка пытаться повернуться на бок и пожалеть об этом. Сульпиция чуть ли не приросла к этой комнате, стала местной сущностью, ухаживающей за девчонкой так, как не делает ни одна мать на свете. Аро то и дело пытался найти повод сбежать отсюда, но стоило ему заметить, как камин догорает, или, как один из рисунков на полке съехал на два миллиметра, у него тут же появлялся досаждающий повод задержаться. Он периодически незаметно подглядывал за садом Маркуса за окном и выглядел чересчур задумчивым в эти моменты. А наблюдать, как он методично и в то же время так, будто у каждого цветка в саду своя душа, ухаживает за растениями, вводило в транс. Один момент он бросил взгляд на окно Эмбитт и столкнулся не с ней, а с размышляющим Аро. Маркус постоял так пару секунд, а потом медленно развернулся и пошел в замок. Через еще несколько секунд он оказался на пороге и приковал взгляд к лежащей Эмбитт. ーЗдравствуй, дядя Маркус.ーПоприветствовала она. Аро недоуменно выгнул бровь. Он-то с каких пор стал дядей?! ーЭмбитт. Аро. Сульпиция.ーПоприветствовал мужчина в ответ.ーКто это сделал, дитя? ーЯ убила человека...ーДевчонка растянула неловкую улыбку, как будто бы нарисовала милый детский рисунок взрослому. Поехавшая.  ーТы выглядишь удовлетворенной и подавленной в то же время.  ーОна тяжело переживает этот опыт.ーОбъяснила Сульпиция. ーМне снятся страшные сны...ーДобавила Эмбитт.ーЯ уже боюсь не бодрствовать!.. ーПоэтому я занимаю ее своими поучительными историями,ーДеловито ответил Аро.  ーТепло с твоей стороны, брат. Прошу прощения за мое позднее включение. Все боялся потревожить ее покой...ーОбъяснился Маркус.ーЭто больно, Эмбитт?ーСпросил он вдруг, глянув на ее перемотанные руки и явно треснувшие ребра. ーБывало и больнее...ーОна отвела взгляд смущенно. Тут взгляд Маркуса внезапно перевелся на Аро. Вернее, на его волосы, в которых промелькнули лепестки венка его сестры. Маркус замер. Как же Аро был в этот момент похож на нее! А тот попросту и забыл, что пару дней назад Эмбитт надела на него венок, а он его даже зафиксировал получше и с тех пор не снимал. Кажется, ему было спокойнее на душе от этого. Венок все еще пах древней Сицилией и богиней счастья. Неужто ее аура жива в ее личных вещах?  ーБрат мой Маркус...ーНачал отвлекающе Аро.ーНаша девочка преподнесла мне ценнейший подарок во время нашей поездки.   ーПодарок...ーПовторил Маркус медленно, пытаясь не провалиться в свои мысли. ーИдем, Маркус. Я покажу тебе...Браслет моей мати.ーВампир поднялся с места и заботливо коснулся плеча своего брата. Тот теперь смотрел ему в глаза, неявно для незнакомцев, но явно для своихーзаинтересованный.ーА венок я сейчас сниму и верну Эмбитт. ーО-о...ーОбрадовалась та. Аро демонстративно медленно снял с себя украшение и так же бережно положил его на тумбе рядом с девчонкой. Ее лицо, как показалось, слегка расслабилось. Действительно ли ушли все тревоги? И поэтому ли Аро предпочел забыть про венок на своей голове? Так, найдя веский повод удалиться, он повел Маркуса в свои покои на многочасовой рассмотр древнейшего артефакта.  Проходит еще несколько дней. Эмбитт уже не так больно поворачиваться на бок, она наконец перестала пить с ложечки, чего сильно стыдилась, хотя Сульпиция велела не делать этого. Иногда она даже садилась, конечно, с ее помощью, но какое же это было облегчение! Прикасаться к порезам и пулевому ожогу было по-прежнему больно, зато синяк на щеке практически исчез. Наконец возвратился Алек: он действительно обошел всю Тоскану и пришел с целым багажом пакетов, в которых было все необходимое для выздоровления и даже больше. Эмбитт, внезапно отказавшись от материнской помощи, уплетала ягоды и долго убеждала Алека, что соседство с Джейн ему явно надоело, и что она с радостью приняла бы его, если вдруг он захочет съехать. После этого Аро почаще стал наблюдать, как его протеже оправляется и загружать всех, кроме Сульпиции, приказами. Сейчас Эмбитт сидела с Сульпицией и смотрела, как та вяжет. ーКрасиво...ーСказала она. Мягкая пряжа моментально грела ее руки, когда Эмбитт крайне бережно прикасалась к будущему...Чему?ーЭто кольчужная броня, только из ткани? ーЯ не знаю, что это.ーЖенщина истинно по-матерински улыбнулась.ーЗнает только время. ーДолго у времени будут секреты?ーСморозила девчонка тем же тихим голосом. ーОно таит ответ и на этот вопрос. ーЕсли бы я умела, я бы помогла...ーЕще тише сказала Эмбитт и смущенно отвела взгляд. На самом деле, она боится своего бездействия и неспособности дать что-либо матери, но Сульпиция схватывает чувства каждого в замке на лету, будучи проницательной. Ее рука ласково легла на волосы дочери.  ーУ нас впереди целая вечность научиться. Эмбитт растаяла. Она расплылась в детской улыбке, ее брови расслабились как никогда, а руки стали казаться горячее. Через десять, уже почти девять лет она станет такой же бессмертной. Наверное она, наконец, будет похожа на мать бледнотой, на фоне которой ее ржавые волосы будут казаться темнее, а их неказистый цвет подчеркнут алые глаза и наконец превратят эту ржавчину во что-то более благородное. Интересно, а захочет ли Сульпиция сама обратить ее? Или захочет ли Аро? Кто вообще планирует это делать?  ーМама...ーПроворковала Эмбитт и расслабленно спрятала пол-лица в ее плече. Сульпиция слегка наклонилась и бесшумно поцеловала дитя в макушку.  Сульпиция продолжила вязать с легкой полуулыбкой на лице. Из окна выглянуло солнце. Редкие лучи просочились в комнату, прошлись по ней, дошли до кровати и задели руки женщины. Бледная кожа засияла всеми цветами радуги, которые отбросило на стены комнаты. Эмбитт удивленно ахнула и оглянулась по сторонам, затем на руки матери. Сульпиция приостановилась вязать и глянула на девчонку. Та выглядела восхищенной и уже тянула пальцы к ледяным запястьям. Прикосновение было горячим для одной и холодным для другой. Эмбитт провела пальцами по твердой коже, что на ощупь была, как камень, точно как у греческих статуй. Впрочем, Сульпиция ею и являлась. Внутри, наверное, вампирские тела состояли из миллионов маленьких алмазов, а то и чего более драгоценного и твердого. Эмбитт пригляделась к коже: чем древнее вампир, тем она кажется прозрачнее, как у каких-нибудь духов, снизошедших с небес. Она заметила очень медленное движение в запястьяхーтак циркулирует яд, которого с годами становится все больше: следовательно, древние блестят на солнце гораздо сильнее, еще и свет от них распадается на все цвета радуги. Внезапно из окна послышался негромкий, но настойчивый стук. ーКотик! Котик, ты спишь?ーРаздался оттуда обворожительный женский голос.  ーО, это же Хайди!ーОбрадовалась Эмбитт и поползла по кровати. ーЯ сама.ーОстановила ее Сульпиция и молниеносно оказалась у подоконника. Ее лицо было привычно лишено эмоций.ーЗдравствуй, Хайди. ーЗдравствуйте, госпожа. Я принесла сводку новостей для Эмбитт...ーВ руках красотки зашуршал сверток свежей газеты. Сульпиция открыла окно замудренным механизмом и протянула руку: в действительности, Хайди сверкала не так сильно, как она! ーНадеюсь, вести благие?ーСпросила женщина. ーО, тут уж с какого угла смотреть, госпожа. Могу я навестить девочку? ーДа!ーМигом ответила Эмбитт, запивая плановые таблетки. Сульпиция выдержала паузу и медленно кивнула в разрешении. ーО, я так за тебя...ーНачала Хайди из окна и, оказавшись в комнате в ту же секунду, продолжила.ーВолновалась, кытя! ーЖенщина стала интенсивно трепать Эмбитт по голове. ーВот уж и я соскучилась!ーЖмурясь от ласки ответила она. ーДавай, разворачивай!ーХайди торжественно вручила Эмбитт газету. Она развернула ее и стала вчитываться в каждое слово. "Обезглавленное тело мужчины нашли в заброшенном здании маргинального района Флоренции. Следствие не может найти зацепки. По предварительным данным, личность убитого ранее была суждена за жестокое обращение с детьми и системное подвергание их убийствам и продаже незаконных материалов с их участием. На месте преступления обнаружены следы чужих рыжих волос и красной шерсти. Личность второго потерпевшего не установлена в виду отсутствия ДНК-материалов в общей базе данных. Дело раследуется." Эмбитт задумчиво смотрела в газету и переваривала прочитанное. С одной стороны, она была даже удовлетворена, что напрямую на нее не ведет никакая улика. Выходит, у нее никогда не было документов, подтверждающих ее личность, либо их уничтожили воспитатели еще когда-то давно. С другой стороны, выходит, Эмбитт не существует в этом мире. Хотя, плохо ли это? Никто тебя не будет искать, никто тебя не знает, никто не ждет, кроме древнего вампирского клана, к которому ты однажды присоединишься. Да и тебе только что посчастливилось прочитать результаты твоего, так называемого, экзамена, который ты сдала на хорошо. И в глубине души тебя радует этот факт, и ты не видишь ничего неправильного в том, что отняла жизнь у живого существа. Какая разница, если это существо убивало других беззащитных существ? Не отменяется остаточное чувство страха или жалости, такое побочное и скорее животное, которое скоро искоренится. Равно как и образы из подвала детдома то и дело всплывают в голове, но кажется, что Эмбитт потихоньку стала к ним привыкать...Она ведь отомстила за них, не так ли? Да, они смотрят на нее своими пустыми глазами и лежат в ряды изуродованными телами, но это зрелище вполне преодолимо, она привыкнет, ей однажды придется такие создавать...Да и стоит просто вспомнить, что в определенные моменты в стенах этого же замка образовываются такие композиции, просто потому что вампирам нужна кровь.  Эмбитт задумчиво отвела взгляд и почесала голову. Она была полна смешанных чувств и не знала, как реагировать. "О ужас, я убила человека и мне пора в тюрьму?"ーОна себя так не ощущала. "Наконец-то эта тварь не живет со мной на одной планете!"ーБлиже, гораздо ближе. "Это было справедливо, а телекинез действительно развился до опасного для людей уровня!"ーЕсть и такое. "Слишком грязное убийство, он успел искалечить. Недостаточно стараюсь, нужно больше практики"ーОчень по душе, ведь себя тоже нужно было защитить. А если бы ее успели убить, клан потерял бы ценный актив или...Потенциального члена семьи, черт подери.  ーМ-м-м...ーПротянула Эмбитт.ーЯ не знаю, как это комментировать. Либо плакать, либо апплодировать, либо злиться... ーДа это же восхитительно, котик!ーВосторженно воскликнула Хайди.ーСама справилась со взрослым подонком и заодно закрыла гештальт! Подумаешь, пара ребер треснуло, скоро заживет! Скоро ты вообще ничего ломать не будешь! ーВот уж поскорее бы...ーПредвкушающе сказала девчонка. Сульпиция это время отвлеченно вязала, слегка отвернувшись от девиц. Она выглядела чем-то раздосадованной.ーА Деметрий в курсе событий? ーО да, он за тебя крайне рад! Обещал совершить визит и занести Гарри Поттера. Знаешь, вечно идет за мной хвостиком и ищет повода поговорить...ーС интригой выделила красотка. ーОн тебя кáдрит?ーЗаинтересованно спросила Эмбитт. Хайди расхохоталась.  ーО, очень похоже на то...ーЗловеще сказала она.ーПравильно ставить ударение на второй слог. ーА он тебе нравится? ーЗнаешь, кытя, он в моем вкусе.ーЖенщина хитро улыбнулась, Эмбитт ответила похожей улыбкой.  ーА как понять, кто в каком вкусе?ーВдруг спросила она. ーПора менять бинты.ーВмешалась Сульпиция, и в комнате повисла сосредоточенная тишина. Хайди медленно кивнула, не отрицая.  ーОу, и правда. Не скучай, детка! Я еще загляну!ーКрасотка направилась к выходу и перед тем, как уйти, отправила Эмбитт воздушный поцелуй.  ーА вопрос ведь еще открыт, мама,ーСказала Эмбитт, раскатывая рукава. Сульпиция бережно взяла руки дочери в свои и стала медленно и выверенными движениями разматывать старые бинты. Прикосновения были холодными, но этот холод только обезбаливал.  ーВо вкусе, Эмбитт, те, с кем тебе спокойно.ーНачала она.ーНа кого ты смотришь и уверена, что будешь смотреть через тысячи лет.ーСтарые бинты улетели в мусор.ーБез капли сомнения.ーПорезы и ожог покрылись корками и практически не кровоточили, но все еще требовали бережного ухода. Швы еще не были сняты. Женщина невесомо коснулась губами этих порезов, и Эмбитт вовсе не было страшно, что перед ней сидит древнее кровожадное существо, которому во все клетки тела бьет запах крови.ーВо вкусе бывают те, кто не делает тебе больно. А если и больно тебе вдруг, то спешат успокоить. Но во вкусе бывают и те, кому ты сама не хочешь делать больно. Или те, кто сам себе знает цену ни заниженную, ни завышенную. ーДостаточную?ーУточнила Эмбитт.ーА Аро в твоем вкусе?ー Задала она нелепый вопрос. Сульпиция слабо улыбнулась. ーДа. Но если он еще раз не уследит за тобой... ーТак это я его не слушаюсь!ーЗаступилась девчонка.ーМы сидели, смотрели матч, и я надумала полежать во дворе, а потом увидела его, и!...И себя я тоже не слушаюсь, вообще говоря! ーКогда ты обретешь бессмертие, Аро будет намного строже к твоему послушанию. В этот момент ты будешь включена в иерархию клана. ーЗнаю, и... И пока есть возможность, почему бы не паясничать? Он меня толком и не ругает... ーОн поругал тебя,ーСказала Сульпиция.ーДал тебе закончить начатое. Иначе ты бы не лежала со сломанными ребрами. ーА...ーВдруг задумалась Эмбитт.ーУмно... Очень умно...ーОна чуть поморщилась от легкой боли и стягивания новых бинтов.  Шли еще дни. Эмбитт уже могла более-менее стоять, хотя ходьба сопровождалась болью. Большинство швов, наконец, сняли. Дурацкий ожог на предплечье болел при прикосновении и, наконец, тоже полностью покрылся коркой, но явно предвещает уродливый шрам в виде розовой полоски. Некритично, после обращения все изъяны сотрет яд. Главное, чтобы не беспокоило до бессмертия. Сульпиция все так же не покидала эту комнату, а ее глаза постепенно стали темнеть от естественного для вампиров голода. Она не пила кровь две недели. И нет, у нее и в мыслях не будет желания напасть на дочь, но все силы будут уходить именно на то, чтобы эти мысли не возникали. Аро, наконец, позвал свою супругу на аперитив с полноценным приемом пищи. Выглядел он в тот момент очень взбодренным, с как никогда светлым взглядом и удовлетворенной улыбкой. Значит, недавно проводили экскурсию. Эмбитт насильно представила эту картину в своей голове, чтобы "привыкать". Тронный зал, весь в брызгах крови, а на мраморном полу валяются тела разных людейーглавное, что никогда не детей. Стража все уберет, а оставшуюся кровь запасет и отправит в загадочную комнату хранения, куда Эмбитт никогда не ступала и не собиралась ступать. Она нахмурилась от этих образов. Хотя... Аро упоминал, что последнее время в их рационе больше маргиналов. Это дело! Это представить можно и только с превеликим удовольствием!  ーБольно?ーСпросила Рената тихо. Она поглядывала на Эмбитт, когда та не смотрела в ответ.  ーЕще немного...ーОтветила девчонка без преувеличений.  ーСкоро...Скоро будет не больно...ーУтешила телохранительница и неловко заулыбалась. Эмбитт мягко улыбнулась в ответ. ーИди сюда, поможешь. В руках Эмбитт вертелся явно самодельный манекен, набитый перьями. Кожа у него была бледной, но приемлемой для человека. Ткань была криво сшита со всех сторон белыми нитями, потому что Эмбитт не могла нормально зашить идеально ровный круг. Тело было слегка перекошено в бок, одна рука была длиннее другой, а ноги болтались, как спагетти. Осталось наделить эту пустышку лицом и одеждой.  ーШью это последние пару дней, и маме говорю не подглядывать.ーС какой-то гордостью сказала она. ーКакая красивая...ーС невинным восхищением вздохнула Рената. ーТы ведь, вроде как, умеешь шить? Надеюсь, Хайди не рассердится, но можешь, пожалуйста, порезать мою детскую одежду? Я хочу сделать платье... ーКак скажешь...ーВампирша с привычной сутулостью подошла к гардеробной и стала выискивать там старые вещи девчонки. Немного пошерудя, она вернулась с разными тканями разных цветов двух вариантов. ーВыросла я, конечно...ーОценила Эмбитт. Ее взгляд упал на багровый шерстяной жакет, в котором она бегала лет в десять-двенадцать.ーЭто. Надеюсь, ткань хорошо тянется, потому что нам надо ее как-то надеть на манекен. ーА кого ты шьешь?ーСпросила Рената. ーСебя...ーОтветила Эмбитт со смущением. Она наклонилась к уху вампирши и понизила голос.ーЭто подарок маме... ーО...ーАхнула телохранительница. Дело будет сделано на пятерку. Рената взяла ножницы и стала разрезать ткань на идеально ровный квадрат. Она уже высчитала в уме площадь и прикинула, как все будет смотреться на кукле, и все равно ее взгляд был таким, будто она обезвреживает мину без военной подготовки за плечами. Эмбитт, тем временем, примеряла на манекен пуговицы в качестве глаз, боясь пришить слишком косо. Сульпиция учила ее пришивать их, но у нее всегда получалось криво, и они быстро разматывались. В этот раз она не допустит таких ошибок. Нанизав черную нить на иглу, она прижала большую темно-зеленую пуговицу к голове куклы и стала медленно и напряженно водить иглой монотонными движениями. Рената, тем временем, пыталась подобрать ткань под цвет волос девчонки. Ее взгляд пал на эти струящиеся всюду локоны. ーМожет...В качестве волос...ーНеуверенно предложила она. ーНет, растим дальше.ーС легкой усмешкой ответила Эмбитт.ーПосмотри пряжу в маминой корзине. Там было что-то похожего цвета... Эмбитт отстранила от себя куклу и посмотрела в ее глаза. Одна пуговица была чуть светлее, потому что одинаковой она не нашла, а сам вид у манекена был излишне расслабленным, будто он не пожил в "Семейных узах". И не надо! Пусть он изначально будет жить в этих стенах. Тогда ему или ей нужна счастливая улыбка, которую Эмбитт, признаться, не знала, как вшить...На помощь пришло перо, чернила и хорошее зрение. Теперь глазастое лицо безмятежно лыбилось с раздобренными прямыми бровями. Рената достала несколько клубков: оттенка рыжего, коричневого, черного, и наиболее подходящего к волосам Эмбитт. Та, конечно, взяла последний и стала нарезать его на сотни нитей.  ーА я не знаю, как их пришить,ーРаздосадованно сказала она. ーПозволишь мне?ーПолушепотом попросила Рената. Конечно, Эмбитт обрадовалась и кивнула.  Для странного контраста она нарезала редкие черные нити: реалистичность или странная потребностьーнеясно. Рената прикладывала их к голове и методично пришивала, да так, что ничего еще не норовило развалиться. Получилась даже челка, которая падала на глаза, а за уши ее заправить нельзя было, их не имея. Последним штрихом Эмбитт натянула на куклу красную ткань с проделанным отверстием, и оставалось только придать этой ткани очертания платья. Она подрезала ее справа и слева и кое-как сшила рукава, а на ноги пришила торчащие в стороны подобия черных носков.  ーЭто не Эмбитт, это какая-то Santa Ambitio,ーЗадумчиво сказала девчонка.ーПриемлемо. ーКрасивая...ーРената осторожно погладила куклу по торчащим волосам.  ーЕсли бы не твоя помощь...ーЭмбитт радостно заключила телохранительницу в мягкие объятия.ーРената, ты мне как сестра. Я не определилась, старшая или младшая, но все же...ーЕе щека легла на русую макушку. Рената округлила глаза, уставилась в никуда и медленно расплылась в улыбке. Если бы она была человеком, ее лицо бы побагровело от смущения, и вместо этого она застыла статуей и протяжно промычала, не зная, какую выразить эмоцию. Ее плечи подрагивали. Эмбитт нравилась ее реакция, она хмыкнула и притянула Ренату как можно ближеーесли позволяли ребра. Спасло бедолагу скорейшее возвращение Сульпиции, которое она услышала за несколько десятков метров. ーГоспожа Сульпиция идет...ーПредупредила Рената.ーЯ оставлю вас наедине... ーСпасибо!ーСказала Эмбитт, провожая телохранительницу взглядом и улыбкой. ーИ не забудь про таблетки!ーПромямлила она и убежала с вампирской скоростью.  Эмбитт быстренько спрятала порваную одежду и пряжу на место, а куклу завела за спину. Накатило сильное смущение и страх грядущей сцены, но она вовсю пыталась побороть эти чувства. Маме точно должно понравиться. Это же не хлам, так ведь? Они же все ценят подарки, даже если они сделаны абсолютно бездарно?  ーЭмбитт.ーПоздоровалась женщина. ーМама...ーЭмбитт опустила голову и посмотрела на нее блестящими глазами.  ーЧто-то случилось, дорогая? ーУ меня для тебя кое-что... Сульпиция выгнула бровь. Девчонка сделала глубокий, насколько позволяли ребра, вдох, поморщившись, и медленно высунула голову куклы из-за своей спины. Губы матери приоткрылись в неком удивлении и предвкушении. Она уже поняла, что уготовила Эмбитт, и ей уже, уже, уже нравилось. Терпение было готово дать трещину. Эмбитт снова кратко глянула на женщину и протянула ей свою работу.  Мягкая, возможно, слишком мягкая кукла с большой головой, большими глазами и большой нарисованной улыбкой. Волосы торчали во все стороны, платье болталось в рукавах, а носки выглядели совсем нелепо. Сульпиция оцепенела. Ее рот приоткрылся еще шире, а руки сами потянулись взять куклу, как будто она была живым маленьким существом. Ее пальцы подрагивали, позже подрагивали и губы. Это для нее. Ей сделали подарок. Ее дочь сделала ей подарок в виде игрушечной себя.  ーПо правде говоря, я не знала, о чем думала, когда это делала, и..-ーЗатараторила Эмбитт, но ее вдруг схватили и прижали в объятиях. К черту ребра. ーЭмбитт...ーГолос Сульпиции неестественнейше дрожал.ーМоя маленькая девочка... ーМама...ーСлезы сами потекли из ее глаз. Это то, чего она всегда хотела, когда вместо материнской любви получала холодный матрас и удары ремнем.  ーСпасибо...Спасибо, дочь...ーШептала Сульпиция. Это то, чего она всегда была лишена, когда вместо хоть чьего-то неравнодушия ей приходилось быть невидимой.  ーЯ тоже тебя очень люблю...ーВыпалила Эмбитт и прикусила губу от стыда. Ее лицо покраснело, а сама она стала такой же тряпичной, как ее произведение. Пришлось разбавить момент неловким смешком, перешедшим во всхлипывание. Что бы там ни видел Маркус, но Эмбитт показалось, что сейчас он увидел, как нить засияла еще сильнее. Матьーэто, вообще, самое ценное, что может быть. Это первое, что она здесь получила неведомым чудом, и это последнее, от чего она захотела бы отречься. Сульпиция была идеальной мамой по всем параметрам: по тому, какой понимающей она была, какой открытой для сближения оказалась, и по тому, как она сама нуждалась в ком-то. Стоило ее о чем-то спроситьーответ мог быть развернутым и прямым, чего не хватало во всех бессмертных. Просто спросить.  Они просидели так часами, пока Эмбитт не вырубило от избыточного чувства безопасности. Сульпиция ласково переложила свою девочку на кровать и укрыла одеяломーей все еще нужен отдых. В другой руке у нее лежала кукла, которую она беспрерывно разглядывала как минимум еще несколько следующих дней. Болтающаяся пряжа казалась ей настоящими волосами девчонки, даже пахли так же. Сама кукла выглядела, как Эмбитт без опыта жизни в детдоме: маленькая, улыбчивая, тихая какую-то бессознательную часть минувших давно лет.  На самом деле, до шести лет Эмбитт практически не высовывала голову из ярких картинок книг и уничтоженных маргиналами рисунков. Среда вокруг была тихой и равнодушной, а детям было друг на друга все равно. Но стоило этой среде измениться, как детская психика включила свою сумашедшую защиту: вообразила все полем боя против злой нечисти. Эмбитт часто представляла себя странной ученицей Святого Марка, и это помогало ей не кричать, когда ее били. А стоило ей попасть в само логово вампиров, как ее психика дала окончательный сбой. Наверное, поэтому она так быстро вписалась в общую картину, а Аро никогда не был ею, как личностю, недоволен.  Попади она в какую-нибудь другую семью, где самые обычные люди с самой обычной жизнью берут себе бедного бездомного ребеночка, потому что не могут иметь своего, Эмбитт была бы катастрофой. Ее бы в скорейшем времени выбросили обратно за порог теплого дома, потому что каким-то дуракам, которые даже не явят желания выйти на парад девятнадцатого марта, она не верит. Она бы истерила по ночам, потому что ей снятся ужасные сны. Она бы огрызалась старшим, потому что они выглядят так, будто просто терпят ее из неясных мотивов. Она бы воровала еду, боясь, что ее будут морить голодом, сбегала бы из дома, чтобы не находиться в нем просто на всякий случай, если сейчас к ней придут с ударами. В школу бы она не смогла ходить от слова совсем: это как второй детдом по структуре. Дети бы ее затравили за все причуды характера и внешности, а учителя пытались бы выгнать психонестабильного ребенка, ставя плохие отметки.  Здесь же, с Вольтури, все настолько иначе, что долгое время Эмбитт думала, что она умерла. Тут все сломленные, и никто никого за это не осуждает. Тут всем, черт возьми, по тысяче лет, каждый повидал столько, сколько какая-то рыжая малявка не могла и представить. Здесь есть настоящий Святой Маркーладно, Маркус, вампир, апатичный старейшина с вечным трауром, не менее умопомрачительный. Какая разница, оказалась ли в итоге правда на стороне вампиров, или их когда-то истребили? Первый вариант во всяком случае оказался в тысячи раз лучше! Этих существ Эмбитт слушается, она хочет стать ими. Они расскажут дельные вещи, покажут реальность такой, какая она есть, и им на тебя не будет все равно на долгие века.  *** ーТак а почему же ты не зайдешь, Алек?ーСпросила Эмбитт через окно. ーМастер Аро велел "отстаивать твои интересы вне твоей зоны доступности".ーОтветил юноша серьезным тоном. Нет, все это время Алек был рядом. Да, Эмбитт нашла лазейку в виде старых добрых писем и общения по ту сторону стекла. Выглядело все это нелепо, словно ониーдва глупых подростка, у которых нет проблем поважнее, кроме как достать друг друга. Тем не менее, разве так оно и не было?  ーПочему Аро нас постоянно разлучает? Это же скука смертнаяーтут сидеть и лечиться!ーПроныла Эмбитт. В голову пришла странная идея вылезти с комнаты через окно, и руки уже потянулись его открывать. ーЭмбитт...ーОткликнула ее Сульпиция, не разделив идею.  ーМама, можно Алек сюда придет? Ты же можешь поменять решение Аро, или что-то наподобе?ーЖалобным тоном спросила девчонка, а сама уже хитро улыбнулась Алеку. Тот выгнул бровь.ーМне очень не хватает своего друга, а для выздоровления противопоказано горевать!  ーЗначит, вот как...ーЗадумчиво сказала женщина и выдержала долгую паузу.ーДа будет так. Я буду неподалеку. ーСпасибо!!!ーЭмбитт накинулась на мать с объятием, но по ощущениям будто ударилась об стену. К счастью, боли практически не последовалоーребра заживают. Через секунды, как Сульпиция решилась уйти из комнаты, на пороге оказался Алек. Эмбитт торжественно подлетела к нему и стала затаскивать в помещение, а потом пнула на кресло. В ее руках оказался исписанный лист бумаги. ーЭто! Это мой небольшой рассказ про Святого Марка!ーГордо сказала она. ーИ с каких пор ты пишешь рассказы? ーС каких мне разрешили сидеть! ーЗачитывай. "Однажды, сотни лет назад, когда люди разговаривали на латыни, а меня не существовало, жил на свете Святой Маркус. Он был ростом с башню Палаццо дей Приори, а шириной со все остальное от Палаццо дей Приори. Его волосы ниспадали с плеч, как серебряные клинки, чьими лезвиями он отрубал головы нечистым румынским врагам, но была загвоздка.  У него была маленькая вредная дочь по имени Несвятая Джейнус, ростом она была с часы на башне Палаццо дей Приори, а характером пошла в колокол Палаццо дей Приори, звени он десять раз в две минуты беспрерывно над ухом читателя.  Это было два великих и неповторимых героя, которых мы чтим каждое девятнадцатое марта, однако! У Джейнус была потерянная сестра Почти-Святая Алекса, которую румыны заточили в огромном, но не таком огромном, как Палаццо дей Приори замке. Святой Маркус бросился помогать Несвятой Джейнус воссоединиться со своей семьей.  Как только герои чуть не угодили злые руки румын, но спаслись благодаря своей незаменимой смекалке, они оказались в заветной башне. Они услышали умопомрачительное пение Алексы: Господи, спаси, Господи, спаси меня от Джейн, Господи, спаси меня от Джейн, прошу, Господи, спаси меня от Джейн, прошу я на коленях, Господи, спаси меня от Джейн, прошу я на коленях аки грешник божий,  Господи, спаси меня от Джейн, прошу я на коленях, аки грешник божий, дом родной покинувший, безжалостно назад не глядя!" ーПроизведение искусства,ーС невозмутимым лицом сказал Алек, перебив Эмбитт. У нее уже тряслись руки. ーНравится? Нравится?! А за месяц лежания и не такое придумывается!!!ーДрожащим от наплыва эмоций голосом сказала девчонка.ーСтой! Там еще написано!! "Несвятая Джейнус, услышав голос родной сестры, разразилась полным гнева криком, который пробудил древнего духа чревоугодия по имени Рената Возрожденная Из Пепла Собственного Огня, которая прогрызла путь в клетку, где была заточена Алекса, и вызволила бедную девочку на свободу. Вместе они противостояли злым румынам, а их головы подвесили под часами Палаццо дей Приори, и отныне были счастливы!" На лице Алека появилась редкая улыбка. А потом он тихо, юношески высоко и впервые за тысячелетие рассмеялся. Эмбитт тоже подхватила настроение, но, услышав небывалую реакцию друга, завизжала и накинулась на него с крепкими объятиями. Он ответил ей тем же и позволил прохохотаться ему в плечо. На этот редчайший раз он был тем, кем был когда-то очень и очень давно: ребенком. И чувствовать что-либо он стал с тех пор, как подружился с Эмбитт.  ーУ тебя есть талант, ты должна написать продолжение.ーС веселой улыбкой сказал Алек. ーВот и я так думаю! Я просто лежала, лежала, и мне нужно было выпить лекарства! Я выпила все по расписанию, как вдруг с моих снов снизошла муза и сказала взять лист и перо! Вот так это было!ーЗаболтала Эмбитт.ーТы только что смеялся?...ーОсознала вдруг она. ーВместе с тобой.ーОтветил он. В комнате повисла неловкая тишина. Эмбитт пыталась переварить произошедшее, а может, просто смаковала этот момент в своей голове. Она наверняка напишет еще какой-нибудь бредовый рассказ, раз они работают. Добавить в них кого-нибудь еще? Внести в эту вселенную больше конфликтов и развязок? Попросить помощи у Аро, создателя легенд?  Взгляд Алека не отрывался от ее лица. Ржавые пряди падали на него, как мед из микен, а глаза, еще не безжизненно красные, в которых он узнавал лес в грозовое время, на мгновение возвращали его к жизни. В таких лесах то и дело в сопровождении с ливнем водился туман. Джейн всегда говорила не лезть туда, что его загрызут волки, а искать никто не будет, но Алек ее не слушал. Он собирал в лесу дикие ягоды, а потом Джейн просила принести еще, беря свои слова обратно. Что-то изменилось? Губы Алека коснулись лба Эмбитт совсем невесомо, в невинном детском поцелуе. Она ошарашенно приоткрыла рот и подняла взгляд на юношу. Это было холодно, но холодно так, как хочется в жару. И тогда Эмбитт ответила ему кратким поцелуем в щеку, полагая, что ему это нужноーего мысли она прочитать не могла, но не ошиблась. Ее прикосновение было горячим, но таким горячим, каким бывает камин после игр в снежки. Холодно Алеку больше никогда не будет, а помнит он те слабые человеческие чувства с тоской. ーАро меня убьет.ーТихо сказал он. ーСвали все на меня, он меня не ругает.ーСамоуверенно ответила она.ーСкажи, что мама тебе разрешила придти. ーЕсли ты так считаешь... Эмбитт положила голову на плечо Алека. Он осторожно приобнял ее и замер, ведь не смел потревожить момент. Так они сидели и смотрели на то, как горят дрова в камине. Видя эти языки пламени, обычно близнецы цепенеют, а то и убегают прочь. А с Эмбитт не было так страшно, когда она рядом. Если она попросит, он даже сам подбросит туда дров, но она, скорее всего, никогда не позволит себе эту идиотскую просьбу. Эмбитт не так уж и глупа... ーЯ слышу его шаги...ーТак же непринужденно сказал вдруг юноша. ーВот черт. Когда я вернусь к тренировкам, ты придешь? ーБезоговорочно. ーКогда ты вернешься к тренировкам, могу я тоже посмотреть на это?ーАро уже стоял на пороге и загадочно улыбался. Эмбитт вывалилась с кресла. ーЗдравствуйте, мастер Аро.ーАлек приветственно поднялся с места, подавая Эмбитт руку. Она ловко встала на ноги сама.  ーЗдравствуй, Аро!ーВыпалила она. ーЗдравствуй, моя девочка.ーСтарейшина уже нависал над ней, как дамоклов меч.ーНадеюсь, этот юноша тебя не достает? ーНет, это я юношу достаю, и, раз ты пришел, то и тебя тоже достану!ーОтмазалась Эмбитт, неловко глядя.ーТак что, Алек, ты свободен! Увидимся!ーПротараторила она и заставила юношу убежать. Аро и Эмбитт остались в комнате одни, и напоследок девчонка закрыла дверь только-только восстановившимся телекинезом. ーЯ смотрю, вы с Алеком стали очень близкими друзьями,ーЗаметил вампир. ーА почему это плохо? Ты все время его отстраняешь!ーСовсем невинно сказала Эмбитт. ーТакие связи, дитя, к добру никогда не приводят. ーКакие "такие"? ーТакие, которые я последнее время ощущаю в мыслях Алека. Мальчик не может выкинуть тебя из головы! ーПриятно, беспокоится ведь... ーСкажем, теперь, если с тобой что-то случится, он пойдет в Маркусы. И ведь ты даже не прикладывала к этому своих рук...ーС наигранной печалью сказал Аро. ーЯ тоже стану как Маркус, если с Алеком что-то случится. Но с ним ведь ничего не случится! С чего бы вдруг случилось? И, заметь, это работает не только в отношении Алека! ーДа, я это заметил. Это...Очень непрагматично. ーНепрагматично? Но... ーНикаких "но", дитя.  ーНет. Неправда! Ты боишься, что с нами что-то случится?ーТон Эмбитт стал резче.ーИ что, если так и будет, то все пойдет цепной реакцией и мы все утратим желание жить?ーЕще резче.ーТы боишься повторения ситуации с ней! ーДовольно, Эмбитт.ーХолодно оборвал Аро, и это сработало. Девчонка обиженно опустила голову и умолкла. Того, что Аро боится самого себя, она не знала. И никогда не узнает. А если узнает...Будет непоправимо. И все же, раз Аро считает привязанность чем-то плохим, означает ли это, что он на самом деле абсолютно равнодушен к Эмбитт? Вся его заботаーвсего лишь забота о ее становлении членом клана с мощным даром? И все эти годы были мнимыми?  Но значит ли это, что и остальные к ней равнодушны? Сульпиция, например, играет роль, а не испытывает настоящих чувств? Тогда почему Аро отгоняет Алека, если и его привязанность фальшивая? Или как он объяснит и свои редкие, но вполне теплые моменты? Эмбитт повалилась в кресло имени Сульпиции, глядя в костер кислой мордой. ーСлушай, я понимаю, это тяжело. Но это было тысячи лет назад!ーНачала она. ーВремя, Эмбитт, для нас ничего не значит.ーНевозмутимо ответил он. Его взгляд тоже был устремлен на камин. ーА мне кажется, это не отменяет факта, что тот же Маркус последнее время бодрее, чем раньше. Почему ты боишься чего-то? Я-то тоже за себя могу постоять, если уж на то пошло... ーЭто невозможно объяснить, дитя.  ーЗначит, объяснения нет. А значит, нет и проблемы. Интересно, кто мне это говорил? Попался на противоречии!ーЭмбитт триумфально усмехнулась. ーО, как же ты несносна...ーАро стал перебирать в руках браслет матери. Что, уже не расстается с ним? Почему? ーМир бессмертных боится моего появления... ーЗнаешь, все они тоже ненавидят меня каждой клеткой своего тела.ーМужчина откинулся на кресле и довольно улыбнулся.ーНо чужими судьбами вершат не они,ーУлыбка стала еще шире, почти маниакальной.ーА я! ーЭто ведь тоже своего рода привязанность? ーНо это нерушимо, дорогая. Мой клан и моих людей никто не отнимет. ーЕсли это так, то чем бы помешала любовь внутри клана? ーТем, что, боюсь, любовь в нем долго не задерживается.  ーТы боишься, что я однажды захочу уйти?ーС сожалением к древнему спросила Эмбитт. Сейчас Аро стал казаться ей одиноким существом. ーМне нравится ход твоих мыслей... Эмбитт подбадривающе улыбнулась, но задумалась. Неловкая тишина была объявлена открытой. Небо окончательно почернело, а над Вольтеррой возвысилась полная луна. Последние дни, вроде как, скоро ей разрешат тренироватьсяーона так по этому соскучилась! Ей самой было развитие ее дара не менее интересно, чем тому, кто все время про этот дар говорит. Эмбитт сидела и проверяла свою скрипку. Долго высматривала, не запылилась ли та в футляре, но, кажется, она, напротив, соскучилась по своей бездарной(в этом плане, да и тоже спорно) хозяйке. Аро сидел в кресле слева, тоже отодвинув его подальше от костра, как первое время делала Сульпиция: вампирам дискомфортно тепло. Мужчина задумчиво наблюдал за суетой девчонки, которая уже взяла смычок в правую руку, положила скрипку на свое плечо и стала думать, что сыграть. ーСыграй нашу.ーПредложил он. Эмбитт молча кивнула и, немного повспоминав ноты, сжала струны и провела смычком. Звук вышел четкий и уверенный, а под наставничеством Ароーнаделенный своей эмоцией. Это были черновики его собственных произведений по теме Святого Марка, которые не пошли в массы. Он в свое время был увлечен созданием легенды про вампиров и праздника об их изгнании.  ーМарка святого почтим мы в блаженном неведении, ибо...ーТон был наводящим на напряжение, возрастающим, и, когда Эмбитт зачитывала "молитвы" из книги, ее голос звучал, как у жрицы-отшельницы. Аро внимательно слушал ее игру. Его даже немного поражало, как хорошо она исполняла это произведение: она была похожа на религиозную фанатичку. А религия, ею исповедуемая, была придумана им как ложь для людей. Так имеет ли смысл, правда ли то, что написано в этих книгах, если оно так или иначе придало веру в себя в трудную минуту?  ー...Не знать о бессмертии священный герой удостоил народ... Это не было похоже на притворство. Это никогда и не читалось как притворство, когда Аро читал ее мысли. Ее же мысли с годами стали похожи на рассортированные контейнеры, где были, конечно, и те, что принадлежат ей и только ей. И Аро, как ни странно, уважал ее личное пространство, пусть и в своей мере. Там был и контейнер, посвященный для него лично, как некая совместная тайна, состоящая из понятных только им шуток. С каких пор таковые появились? С каких пор Аро вообще готов рядом с ней забыть о своих коварствах и просто быть причудливым тем, кем там его обзывают в мыслях?  ー...Сквозь тугие потоки из крови сжигая нечистый порок...ーНа лице Эмбитт появилась сосредоточенная улыбка. Она, кажется, получала удовольствие от собственного исполнения?  Аро стал медленно расхаживать по комнате, ведя пальцами по стенам замка. Эту крепость возвели люди, частично знавшие, на что подписаны, и вскоре практически полностью ставшие пищей, когда перестали быть полезны. Общество и представить не может что-то близкое к истине. До них здесь была огромная система пещер, вход в которую находится где-то на далеком холме. Это были времена, когда была жива та, кто сейчас тоже бы с искренним интересом распевала эти Аровы бредни.  ー...Защищал он от нечисти страшной, за любимую мстя...- На ее плечи легли ледяные руки. Это было максимально невесомое прикосновение, будто ей на спину накинули плед, только каменный. Аро стоял прямо позади кресла, в котором Эмбитт сидела, и многозначительно глядел на нее, удивленную моментом. Его пальцы сомкнулись в отдаленном-отдаленном подобии объятия. ーТы понимаешь, что больше никуда отсюда не уйдешь, если будешь и дальше любить эти стены?ーВполголоса спросил он только и только Эмбитт. ーМне некуда идти.ーТак же негромко ответила она.ーЕсли только в ад... ーТы понимаешь, что то, что мне ценно, мое навсегда? ーЭто же хорошо...Обзавидуются некоторые... ーТы понимаешь, как это больноーкем-то дорожить? ーЯ...Тобой дорожу...ーПочти шепотом и робко парировала Эмбитт.ーИ мне не больно.  ーА мне, может, больно,ーОтветил Аро. В его голосе послышалось что-то невиданное. Скорее, жалость? Горестность, эта самая боль? ーТы сдашься...ーТут же сказала девчонка.ーТы мой-... Она не договорила. Ладонь Аро мягко накрыла ее губы, а сам он склонился над ее головой, как над браслетом матери с тех пор, как Эмбитт его ему вернула. Другая рука поубедительнее обвила ее плечи, чтобы быть уверенным, что это какое-то объятие. Аро горько усмехнулся и умиротворенно прикрыл глаза. ーЧто я натворил...ーСквозь улыбку пробормотал он.  Эмбитт, частично скованная чужими руками, медленно провела смычком по струнам и извлекла аккорд "до-мажор". Аро расхохотался. Его плечи задрожали, руки отпустили бедную смертную, а сам он перешел на что-то горько-истерическое. "Понял шутку, наверное,"ーПодумала Эмбитт и тоже засмеялась в чем-то искренне радостном. Поехавшая.