Медовый месяц?

      — С возвращением домой, малыш, — прошептал Тарн ему на ухо, обнимая мужа за талию и прижимаясь к нему со спины, пока они смотрели, как их дети играют с новыми плюшевыми мишками.       Тайп улыбнулся.       — Как же хорошо вернуться, — он повернулся в объятиях Тарна. — Знаешь… теперь, когда мы вернулись… мы можем снова вернуться к работе.       Его губы сжались от внезапного беспокойства.       Тарн тут же поцеловал их.       — Эй, ничего страшного, даже если мы будем заняты, мы найдем время на друг друга, я обещаю. И на этот раз нам не придется оставлять детей или ехать куда-то далеко в медовый месяц. Если я чему-то и научился в поездке, так это тому, что неважно, где мы, пока я с тобой, я счастлив.       Он снова чмокнул мужа в губы.       — Так что не волнуйся слишком сильно, хорошо?       Улыбнувшись, Тайп кивнул и снова повернулся, чтобы продолжить наблюдать за детьми. Внезапно его осенило.       — Аура, можешь присмотреть за Панитом? Мы вернемся через несколько минут, распакуем вещи, а потом поужинаем.       — Да, Аппа. Аура будет хорошей девочкой и присмотрит за Панитом.       Тайп затащил Тарна в их комнату и закрыл дверь на замок.

***

      Лицо Тайпа было вжато в подушку, а бедра приподняты, пока он стонал громче, чем когда-либо признавался. Тарн стоял позади него, обхватив руками талию и контролируя их совместные движения. Темп быстрый и жесткий, но именно такой, какой нравится Тайпу. В другой раз они могут не торопиться. Сейчас главное — скорость и соперничество. Кто кого заставит кончить первым?       Несмотря на скорость, толчки Тарна сохраняли стабильность. Он не сбивался с ритма, когда задевал простату, словно это битва, которую нужно выиграть.       Тайпу это нравилось.       Он никогда этого не говорил, потому что не нужно.       Тарн не умел читать мысли, но он считывал реакцию тела мужа так, словно оно написано на самом простом и понятном языке из всех существующих.       Как и сейчас, бедра Тайпа напряглись и расслабились, когда он зарывался лицом в подушку и сжимал простыни, но не настолько сильно, чтобы порвать их.       — Ты близко, — прошептал Тарн с довольно улыбкой.       Тайп обреченно простонал. Он проиграл этот раунд.       Улыбка Тарна превратилась в дерзкую ухмылку, когда он наклонился, накрыв золотистое тело мужа своим собственным, и усилил напор. У Тайпа сперло дыхание, а стоны превратились в отчаянные вздохи.       Тарн сильнее сжал бедра возлюбленного и наверняка оставил на них синяки, но ему нравится видеть своего мужа покрытым следами их любовных утех. И несмотря на все жалобы Тайпа, он знал, что ему это тоже нравится.       Каким-то образом Тайпу удалось набрать в легкие достаточно воздуха, чтобы снова застонать, и Тарн вздрогнул от этого звука. Стон был грубым и хриплым, с примесью крика. Он эхом разнесся по спальне вместе со звуками шлепков кожи о кожу. Тарн не утруждал себя прикосновениями к члену мужа, потому что через несколько секунд Тайп снова задохнулся и напрягся всем телом, кончая.       Тарн глубоко вздохнул, чувствуя, как проход сжимается вокруг него. Он продолжал двигать бедрами, несмотря на то, что Тайп обмяк под ним.       — Тарн, — произнес его возлюбленный мягким и немного хриплым голосом.       Тело Тарна напрягалось по мере приближения оргазма. Он закрывал глаза, сосредотачиваясь на ощущении ритмичных сокращений и расслаблений тела вокруг себя.       — Тарн, — снова произнес Тайп.       Тарн сбивался с темпа и терял ритм. Тайп простонал и снова произнес его имя.       — Тарн.       Тарн сжал зубы и вошел в мужа так глубоко, как только мог, пока его не настиг оргазм. Он излился внутрь и тяжело дыша упал на Тайпа сверху, прижимаясь лицом к потной шее. Оба замерли, пытаясь выровнять дыхание.       Прошло несколько минут, прежде чем Тайп начал ерзать, отчего Тарн тихо застонал. Его член находился все еще внутри, и Тайп замер, чувствуя, как тот снова затвердел.       Тарн хихикнул, уткнувшись в шею мужа, а затем поднялся на колени, вышел и развернул его к себе лицом. Тайп делано хмурился, но он все равно его поцеловал.       Где бы их ни заставала жизнь и чем бы они ни были заняты — главное, что все это они переживали вместе, рядом с Аурой и Панитом, и оттого каждый миг становился бесценным.       После этого им точно нужен медовый месяц?