По следам

Началась очередная учебная неделя. Марта чувствовала себя вяло. Несколько дней пролетели незаметно. Настала среда, по средам у Марты было рисование, литература, гадание и история. На рисовании объединяли студентов Да Винчи и просто художников со всех курсов. Ковыряя вилкой завтрак, Марта слушала историю ночных походов Франсуазы: — Тогда, когда мы были на фестивале в субботу, я познакомилась с Донаваном, это я тебе рассказывала и про то, что ночью ходила с ним гулять. И представляешь, он меня позвал на свидание! Завтра, после занятий! Мы пойдем в кино, а потом к нему на ужин, — улыбка у неё была до ушей. — А ты уверена, что на ужин стоит идти? В кино ещё куда не шло, но к нему домой и так поздно... — Марта волновалась за подругу — Мало ли, что может случиться. — Да не волнуйся ты так, я тебе если что, позвоню. Айзека я тоже предупредила, он в курсе. После завтрака девочки разошлись по своим занятиям. Марта зашла в класс рисования. Пожилая учительница расставляла предметы на натюрморте. Девушка села за мольберт и стала выкладывать из сумки кисти, карандаши, бумагу, краски. Из больших окон класса сочился солнечный свет. В последнее время было пасмурно, и солнце как никогда поднимало настроение. Потихоньку подтягивались и другие студенты. В класс зашли девочки-близняшки, очень милые, светловолосые, но временами слишком шумные. Несколько парней и других девушек прошмыгнули в класс. Последним зашёл Айзек, неторопливой походкой направился к мольберту. Преподаватель закончила расставлять предметы, обернулась к студентам: — Сегодня потренируемся рисовать прозрачное стекло, поэтому я поставила вам несколько чашек и чайник... Женщина продолжала объяснять, что и как нарисовать, время от времени подходила к рабочим местам студентов и помогала. Марте в какой-то момент надоело водить кисточкой по бумаге. Она вытащила свою книжку для зарисовок. Сначала она нарисовала карандашом горшок с фикусом, потом —сидящую на шатком стуле учительницу. Девушка стала искать новый предмет для рисования, она обвела помещение взглядом, который остановился на Айзеке. Его лицо было залито солнцем, кудри как будто светились. Найт почувствовал чей-то взгляд на себе, оторвался от рисования и осмотрелся. Он увидел Марту, которая смотрела на него уставшим, любующимся взглядом художника, положив голову на руки, лежавшие на спинке стула. Какое-то время они смотрели друг на друга не мигая. Найт дружелюбно улыбнулся и продолжил рисовать. Марта же продолжила какое-то время на него смотреть, а потом достала из-за уха карандаш. Карандаш приятно шуршал, оставляя на бумаге блокнота след. Девушка продолжала поглядывать на профиль парня, выводя его очертания на бумаге. — На сегодня всё, закончим на следующем занятии, — объявила учительница. Оставшийся день прёшел, как в тумане. Под вечер у Марты разболелась голова, но кое-как она смогла высидеть пары по истории. На ужине: — Ты сегодня что-то грустная, — констатировала факт соседка.— Может, тебя это развеселит? Смотри какую я у Айзека огромную линейку одолжила! — Подруга достала из сумки железную пятидесятисантиметровую линейку и помахала ей. — По черчению задали на большом листе дом начертить. Когда увидела у Айзека в лаборатории эту громадину, поняла: без неё мне не справиться! — Такой и прибить можно, если захотеть, — Марта вяло хихикнула. *** В комнате девочки сидели молча. Франсуаза шуршала линейкой, передвигая её в разные стороны. А Марта заполняла дурацкую таблицу по истории, вписывая какие-то даты. — Пойду голову помою, — сказала Марта, скорее себе, а не соседке. Включив тёплую воду, она просто стояла под струёй воды какое-то время, прежде чем начать мыть голову. «Скоро день открытых дверей. Мама сказала, что они заедут и заодно, привезут из дома варенья и сушёных трав, поскорее бы» — Эх, варенье.... У Марты запасы варенья уже иссякли, осталась совсем немного чая. Варенье и чай они делали сами, собирали в лесу ягоды, травы. Сушили и варили. И в холодное время года, когда энергия земли и леса становились слабее. Их семья брала силы из этих, казалось бы обычных вещей, как домашнее варенье и чай, собранные своими руками. Когда девушка вернулась в комнату, Франсуаза уже любовалась законченным чертежом. — Очень красиво! Ты будешь хорошим архитектором. — Марта была восхищена. — Спасибо! Ох, я надеюсь, это работа моей мечты, хотя я не люблю математику мне нравится чертить. Со временем девочки легли спать, Марте в этот раз ничего не снилось. Она спала очень крепко. На утро, Марта проснулась от того, что её будила Франсуаза. — Пора вставать, а то на уроки опоздаем. — Я не пойду... Хрипло простонала Марта, глубже закутываясь в одеяло. Фран прислонила тыльной стороной ладони ко лбу подруги. — У тебя явно температура, не сильная, но есть. Ладно, лежи. Я скажу преподователям, что тебе не хорошо. Но если тебе станет плохо, сходи в медпункт! Я пошла, выздоравливай. — Да... Хорошо. — Марта перевернулась на бок и уснула. Ужин. Айзек как всегда сидел в своём углу один. С самого утра Француаза ходила без соседки, с которой они были не разлей вода. Это насторожило его, но он не придал этому значения. Прошло часов шесть с момента когда Фран ушла, Марту сильно знобило, она приподнялась на кровати закутанная в одеяло. За окном было пасмурно, дул ветер. Девушка встала, взяла с тумбочки стакан с водой, отпив, поставила его на место. Было холодно, взгляд Марты упал на батареи под окном, без раздумий она легла прямо на пол, прижимаясь спиной к источнику тепла. На деревянном полу было не очень удобно и он, возможно был не очень чистым, но сейчас это не волновало девушку. «Нужно позвонить маме... » Думала Марта, но поднятся и дотянуться до телефона не было сил. Она опять провалилась в сон. *** Тем временем Айзек возвращался к себе в комнату после ужина. Скинув сумку с тетрадями на стол, он залез во все ящики, пытаясь что-то найти. — Аааа, я же её Франсуазе отдал. Найт закрыл ящик, вышел из комнаты, прошёл по коридору и поднялся по лестнице, в общижитие девушек, к комнате сестры. Айзек постучал в дубовую дверь, ответа не последовало, постучал ещё раз. — Франсуаза, верни мне, пожалуйста, линейку. Мне она нужна. Эй. Я вхожу! — Он открыл дверь в комнату. Свет не горел, было тихо. — Она же говорила, что в кино идёт, вот ведь балда. Он хотел уже развернутся. Вдруг в темноте на полу, что-то зашевелось, свет из открытой двери не мог осветить всю комнату. Поэтому он теликинезом включил торшер, стоявший около диванчика. Свет лампы осветил комнату тёплым светом. Взгляд Айзека зацепился за скомканное одеяло под окном, из-под которого волнами на полу, лежали длинные каштановые волосы. Парень подошёл к кокону и опустился на корточки. — Браун, ты чего на полу валяешся? У тебя всё нормально? Из под одеяла показалась Марта, немного приоткрыла глаза, хрипло вздохнула и зарылась в одеяло ещё глубже. Айзек недолго думая, прижал ладонь ко лбу девушки. Она вытащила из под одеяла свою руку и прижала ей руку парня, облегчённо вздохнув. — У тебя температура под сорок, — констатировал факт Айзек, — тебе в медпункт нужно, жаропонижающее выпить. — Мне просто нужно отлежаться... Температура не просто так повышается... — Почти шёпотом сказала Марта. — Тоже верно, ляг хотя бы на кровать, по полу сквозняк гуляет. — Не хочу... — Не хочешь, а надо! — Айзек убрал руку с её лба и поднял с пола вместе с одеялом. — Ты сегодня ела что-нибудь? Я тебя не на одном приеме пищи не видел, — спросил парень, кладя Марту на кровать. Марта отрицательно покачала головой. — Прекрасно... Ну и как же ты лечится собралась?! — Возмущенно сказал парень. Девушка приоткрыла глаза и указала на тумбочку рукой. — У меня чай где-то в тумбочке есть... Парень не мешкая направился к тумбочке и стал искать чай. Пока он вытаскивал другие вещи из ящика, на пол упал и раскрылся блокнот. Айзек опустился, поднял его и опешил, на одной из страниц был нарисован он, сидящий за мольбертом. Какое-то время он смотрел на искусно нарисованный портрет, а потом нервно закрыл и положил блокнот на место. Откопав таки баночку с чаем и даже чашку он направился к выходу. — Я скоро вернусь, лежи пока. Айзек вышел за дверь, глубоко вздохнул, закрыв лицо рукой. Почему-то рядом с ней он начинал нервнчать, хотя не показывал этого. И ещё этот рисунок... Парень набрав в ещё не закрывшейся столовой кипятка, умудрился стащить с кухни несколько яблок и груш, пока никто не видил, он притянул их теликинезом, спрятал в карман. Айзек, прошмыгнул в комнату, держа в руках кружку с горячим чаем. Посмотрел на кровать, его сердце замерло, «Куда она делась!? Я же сказал ей лежать на месте.» Парень прислушался, из ванной доносился звук льющейся воды. Он поставил кружку на стол и пошел в сторону приоткрытой двери. Марта сидела поджав коленки, в ванне прямо в ночной рубашке, сверху на неё лилась вода из включённого душа. Когда дверь скрипнула, девушка даже не шелохнулась. Айзек подошёл к ванне, остановившись в шаге от неё. Парень подставил руку под поток воды. — Она же холодная! — резким движением руки он выключл душ. — Мне стало жарко, — Девушка подняла на него глаза, уже не такие рассеянные, как до этого. Айзек издал странный звук, похожий на непонимание и раздражение. Он поднял девушку, держа на вытянутых руках, как котёнка. Марта выглядела в них очень беспомощно. Парень поставил её на пол и завернул в полотенце. — Переоденется в сухое. И поешь, я принёс чай и фрукты. Тебе нужны витамины, чтобы выздоравливать. — Ты сейчас похож на мою маму... — Марта сначала расплылась в улыбке, а потом у неё на глазах появились слёзы, — К маме хочуууу, к мамеее... — она разрыдалась. Айзек стоял в ступоре, он не знал, что делать в такой ситуации. Он конечно лечил сестру много раз. Утешал когда ей было грустно. Но это не его сестра... — Ну, тихо, не плач. Скоро день открытых дверей, увидишь ты свою маму, — как мог поддержал парень и погладил Марту по плечу. Заставив таки Марту переодеться в сухое, он сидел и следил, чтобы она съела хотя бы одно яблоко и выпила чай. Когда сражение с яблоком было окончено, Марта заползла под одеяло и уткнулась лицом в подушку. — Спокойной ночи, я пойду к себе. — Найт встал со стула и собирался уйти. — Останься, — донёсся голос Марты, приглушённый подушкой, — я не хочу оставаться здесь одна. — Разве Франсуаза не придет после ужина в комнату? — Айзек насторожился. — Она мне звонила, пока ты уходил. Сказала, что останется с ночёвкой. — Что?! Я и так её через силу согласился отпустить на ужин, а она ещё с ночёвкой?! Взбесился Айзек. — Там родители парня есть, — успокоила парня Марта. — Допустим, хорошо... Но разве куратор не проверяет, что вы все на месте? — Лариса Уимс? Нет, она ещё не разу нас не проверяла, ей без разницы, — Ответила девушка. — Но... — хотел возразить Найт. — Пожалуйста, останься, — Марта посмотрела на него умоляющим взглядом, на которой была в этот момент способна. Айзек сдался, он плюхнулся на бархатный диванчик и глубоко вздохнул. — Нет, сядь ко мне. — Марта, ты с дуба рухнула? Марта проигнорировала слова парня, пошатываясь встала с кровати, и подошла к Айзеку, посмотрев сверху вниз. Минуту она на него смотрела, а потом, неожиданно дёрнула его за руки и потянула за собой. Парень хотел возмутится, но Марта на него шикнула. Уложв Айзека на один край кровати, она обошла её и как ни в чём не бывало залезла под одеяло. Айзек нервно дышал, смотрел в потолок, ощущая приятный запах леса от постельного белья. Он, конечно, неровно дышал к девушке уже несколько недель, но то, что произошло сейчас, не укладывалось в его голове. Такого поворота событий он не ожидал. Айзек ущипнул себя, думая, что это сон, и он сейчас закончиться, но ничего не произошло. Так он лежал и слушал её, уже ровное дыхание, своё. Вдруг, Марта повернулась к парню лицом, она всё ещё спала, но рукой она нашла его руку и просто взяла её. Айзек на момент перестал дышать, но через какое-то время расслабиться, и уснул, крепко сжав её руку в ответ.