By loyalty I Fall

𝘕𝘪𝘯𝘰

Витиелло были не единственными гостями в Вегасе. Ситуация оказалась куда сложнее, чем могла показаться на первый взгляд. Именно поэтому мы с Фамильей приняли тяжёлое, но необходимое решение — заключить союз с Валомброй. И хоть нам с Римо этот шаг дался непросто, я понимал: иначе — никак. Мы слишком долго вели эту войну из тени, слишком долго закрывали глаза на рост новой чумы. Ла Качча распространялась, как плесень — тихо, неотвратимо, разъедая старые устои. Витиелло были нужны здесь не только как союзники, но и как демонстрация силы. Каморра и Фамилья не могла действовать в одиночку. Не сейчас, когда ставки выросли до предела. А Валомбра... они всегда были другими. Я знал, что этот союз принесёт не только выгоду, но и проблемы. Слишком много эго. Слишком много старой крови между нашими синдикатами. Но когда враг больше, чем твои обиды — ты подаёшь руку даже тем, кого ненавидел. Ла Качча уже дышала нам в спину. Мы слишком долго игнорировали их, теряя из виду, как растёт их влияние. Теперь оно грозило перерасти в беду. Валомбра — древний, таинственный клан, действующий из тени. Они известны своими связями в Европе и на Ближнем Востоке. У них нет численного преимущества, как у нас, но они, как и мы, сильны в политике, а также в информации и редком, элитном товаре. Мы нужны друг другу. И мы оба это понимаем. Эта ночь будет долгой.

***

Обычно внушительный кабинет Римо, выдержанный в строгих серых тонах, казался просторным и холодным. Но сейчас он словно стал тесен, когда по всему периметру разместились крупные мужские фигуры. Атмосфера напряжения чувствовалась в каждом периметре. Вот они. Три клана. И главные фигуры каждого. Со стороны Каморры — я, Римо, Савио, Фабиано и нечестивая троица. Хотя, признаться, я сомневался, что их присутствие здесь действительно необходимо. Римо же считал их достаточно взрослыми, чтобы быть полностью втянутыми во все дела Каморры. Из Фамильи прибыли братья Витиелло с их наследием: Амо, Валерио и их преданный друг Ромеро. А Валомбра отправила всего троих. Но этих троих было достаточно. Стефано Ариосто — их молчаливый лидер, его сын Рафаэль — молодой, но уже опасный, и Консильери. Римо медленно поднялся из-за стола. Он, на удивление многих, излучал сдержанность и тщательно подбирал слова — одно неосторожное высказывание, и отсюда, возможно, никто не выйдет живым. – Благодарю, что откликнулись, - начал он, голос низкий, спокойный. - Ла Качча — это не просто новая сила, это хаос. А за ней следует война, где нет правил. И мы не можем позволить себе действовать в одиночку. Тишина повисла в комнате. Рафаэль слегка наклонил голову, наблюдая. Лука и Маттео переглянулись. Дальше продолжил Стефано: – Ла Качча уже проросла в Европу. Мы теряем контроль над торговыми маршрутами, теряем людей. Вы — территорию. Фамилья — влияние. Думаю, всем очевидно, куда всё идёт. – Значит, союз? - хмуро бросил Маттео, бросив взгляд на Валомбру. - Или просто временное перемирие? – Это не перемирие, - резко отрезал я. - Это стратегический расчёт. У нас разные силы. Но у нас общая цель — победить и разгромить. Всё шло по плану. Но внутри меня уже шевелилось предчувствие — союз с Валомброй не пройдёт без последствий. Особенно если Ариосто начнут играть в свою игру. – Мы нужны вам, не так ли? - вдруг спросил Ариосто-младший, и в голосе его прозвучал вызов. Глаза Римо опасно вспыхнули. – Мы нужны друг другу. Но если у тебя есть с этим проблема — можешь смело возвращаться на свою территорию. Если, конечно, выйдешь отсюда живым. Этих слов хватило. Рафаэль выхватил пистолет. Римо и Невио — следом. Остальные мужчины напряглись, руки дернулись к оружию. Воздух стал тяжелее. – Эй, эй. Давайте не будем усугублять обстановку сильнее, - вмешался Савио, подняв руки. – Куда уж сильнее, - буркнул Фабиано, не сводя глаз с Рафаэля. – Уберите оружие, - потребовал Лука. – С каких это пор мы слушаем приказы Фамильи? - усмехнулся кто-то с нашей стороны. – Осторожнее, - вмешался Амо, напоминая, что играем на грани. – Невио, - спокойно, но твёрдо произнёс Фабиано. Я бросил взгляд на Римо. Он, не отводя глаз от Рафаэля, медленно опустил пистолет. За ним последовали и Ариосто-младший, и — с заметным раздражением — Невио. Хорошо. – Каждый из нас может получить выгоду из этого союза, - сказал я, спокойно переводя взгляд на Стефано. - Не так ли? Он кивнул - коротко, сухо. – Но доверие — вещь хрупкая. А между нами его нет, - произнёс он, спокойно, почти равнодушно. - Каморра и Фамилья, возможно, связаны узами. Но между нами и вами — ничего. Ни крови, ни истории, ни обязательств. У нас нет оснований вам доверять. Он взглянул в глаза Римо. Тот только хмыкнул. – Доверие требует времени, - сказал я. - Или символа. Стефано на секунду задумался, а затем медленно кивнул: – Возможно, и то и другое. Если вы действительно хотите союза, пусть он будет скреплён чем-то большим, чем слова и оружие. Пусть это будет... кровь. Тишина. – Вы предлагаете брак? - уточнил Лука. – Мы предлагаем обязательство, - ответил Стефано. - Один из ваших — с одной из наших. Или наоборот. Что-то, что нельзя будет расторгнуть без последствий. Что-то, что покажет остальным, насколько серьёзен этот союз. Валомбра не играет в игры. И мы не связываемся просто так. Он бросил взгляд в сторону Каморры, не дрогнув. Этого взгляда было достаточно. – Почему именно с Каморрой? Что насчёт Фамильи? - с прищуром спросил Савио. Стефано посмотрел на него спокойно, но твёрдо: – Потому что Каморра играет грязнее. Нечестнее. Вам сложнее доверять, и это делает вас опаснее. Мы предпочитаем иметь таких союзников рядом, а не напротив. Он сделал паузу, прежде чем продолжить: – Кроме того, Каморра и Фамилья теперь связаны. Один союз, один фронт. Если мы заключим договор с вами, второй клан нас не предаст — будет связан обязательствами. Рафаэль усмехнулся. – Но слова ничего не стоят в мире, где проливают кровь за взгляды. Мы хотим не только союз. Мы хотим гарантий. Стефано перевёл взгляд на меня. – Мы предлагаем закрепить этот союз браком. Каморра, Фамилья и Валомбра — одна семья. В прямом смысле. Только так мы сможем быть уверены, что не окажемся с ножом в спине. Мой сын Рафаэль готов к этому. Лицо Рафаэля не дрогнуло. Было очевидно — они обсуждали этот вопрос заранее. – Почему бы не наоборот? Мужчина с нашей стороны, а женщина — с вашей? - спокойно бросил Римо. Было ясно: никто из Каморры не доверял наших девочек им. – Потому что моя единственная дочь уже замужем. Других родственниц у меня нет. Ни одной. - Стефано сделал паузу, - Но вот у вас, кажется, есть юная леди, почти достигшая совершеннолетия. Известная в нашем мире как "Принцесса стали". Аделина. Комната мгновенно замерла. Внутри меня поднялась волна ярости, которую я легко удерживал под привычным лицом холодного безразличия. Даже Лука и Маттео едва заметно напряглись, когда речь зашла о двоюродной племяннице. За всё время союза между Каморрой и Фамильей, Аделина с детства была достаточно близка с Витиелло. Она частенько езжала к ним и проводила время со второй дочкой Ромеро или Изабелой. И никто из нас не хотел видеть её пешкой в нашей игре. – Аделина ни за что не будет в это втянута. - резко отреагировал Алессио. Массимо промолчал, но я знал - он был с братом на одной волне. – Я не подвергну свою дочь такой опасности, - твёрдо сказал я, глядя Стефано в глаза. – Это не угроза, а защита, - спокойно ответил тот. - Этот союз не просто политический жест. Это гарантия. Кто посмеет предать семью, с которой он породнился? – Не прикрывайся красивыми словами. Ты знаешь, что она всего лишь ребёнок, - процедил Римо. – К концу года — уже нет. К тому же, мы не говорим о свадьбе завтра. Обручение — знак намерений. А уж когда и как — решим вместе, - вступил вновь Рафаэль. Мои руки сжались в кулаки. – Нам нужно время, - тихо сказал я. - Много времени. Может, мы найдём другой способ. Я не собирался бросать свою дочь в руки этих псов. Никогда не обреку её на жизнь, которую она не выбирала. Однако и отказаться от союза мы не могли. Стефано кивнул. – Мы не торопим. Но союз должен быть реальным и крепким. Только тогда он выдержит бурю, что надвигается. Я слушал, как Стефано произносит те слова, и в груди у меня всё сжалось. От ярости. Аделина — не просто моя дочь. Она и Киара последнее живое, чистое, что осталось в этой жизни. Она не для сделок или гарантий. Не для чьих-то кровавых игр. Я понимал логику. Понимал, почему они предложили именно её. Молода, умна, красива, прекрасная репутация, носит нашу фамилию, а значит — вес в сделке будет огромный. Обручение с сыном дона Валомбры символизировало бы союз так крепко, как никакая присяга. Но почему она должна платить за все наши ошибки, страхи, войны? Я видел лица сыновей. Алессио едва держался, Массимо молчал, но его глаза сказали всё. А Римо был зол — хоть и скрывал, хотя это давалось ему сложнее, чем мне. Но я молчал. Потому что знал — это не конец разговора. Это начало. И если мне придётся выбирать между безопасностью всей Каморры и счастьем моей дочери — я выберу её. Стефано сдержанно кивнул в знак прощания и покинул помещение, оставив в кабинете только Каморру и Фамилью. – Я не позволю этому браку состояться, - взревел Невио. – Будто твое слово имеет значение, - бросил Амо, не скрывая раздражения. Он не мог упустить шанс уколоть Невио. Невио тут же резко вскочил, явно намереваясь врезать мужу своей сестры, но Фабиано, как всегда, среагировал первым — встал между ними и перегородил путь. – Успокойся, - бросил он, не повышая голоса, но с таким тоном, что даже Невио сбавил напор. – Хватит, Амо, - добавил Лука, строго взглянув на сына. Алессио провёл рукой по лицу, сдерживая раздражение. – Мы не отдадим Аделину. Ни в каком случае. Это не обсуждается. – И что ты предлагаешь? - спросил Валерио. - Отказаться от союза? И снова бездействовать и ждать, пока Ла Качча раздавит нас поодиночке, а к ним подключиться Валомбра? – Предлагаешь нам отдать нашу сестру? Ты бы смог отдать свою? - ответил Алессио с заметной агрессией. – Мы найдём другой способ. Без жертв, - ответил Римо. - Женитьба на ребёнке — не вариант. Лука вздохнул, скрестив руки на груди: – Проблема в том, что их предложение слишком выгодно, чтобы просто отмахнуться. Валомбра не отдаст своих женщин — у них их просто нет. А Рафаэль — сильный козырь. – Мы не разыгрываем наших девочек, как карты, - отрезал я, сжав кулаки. - Тем более Аделину. Все замолчали. Потому что каждый из них мог встать на моё место. Никакой любящий отец не продал бы свою дочь как скот. Римо тяжело вздохнул: - Нам нужно время. И план. Если не брак, тогда что-то равноценное. Что убедит Валомбру, что мы не свернём с пути.