Illogique

Хьюго по своей сути всегда слушал лишь разум.  А это, между прочим, довольно сложно, особенно, если живешь в мире, в котором практически все фундаментальные законы основаны на инстинктах, а люди привыкли оправдывать собственные поступки «природой».  Он, в отличие от многих, никогда не использовал систему разделения, как какой-то способ удовлетворения собственных страстей и желаний.  Мироустройство — есть мироустройство. Правила вселенной, следуя которым, ты всегда в выигрыше. Найди закономерность, точную формулу.  Используй ее. Используй логику.  И ты никогда не окажешься за бортом.  *** Его вторичный гендер проявился еще в раннем возрасте. Хотя не сказать, что это стало «открытием». Хьюго всегда был довольно высок,  а особенно это стало заметно в старших классах. Занятия спортом тоже пошли на пользу. Банка шоколадного протеина покоилась на кухне в правом ящике над раковиной, а зал он посещал почти каждый день.  Всем всегда и так было ясно, что он альфа.  Но даже в этом контексте, он лишь следовал системе, в которой жил. Хочешь быть наверху — будь там. Карабкайся.  Для хорошей учебы требовалось лишь чтение книг. Для хорошей физической подготовки — постоянная нагрузка и дисциплина. Для анализа поля — совокупность двух вышеперечисленных вещей.  Это ведь логично.  *** Его скорее раздражали альфы, пытающиеся чересчур сильно продемонстрировать свое природное превосходство над другими людьми. Те, кто пытался унизить слабых омег чаще всего сами не обладали достаточной силой.  «Ты ведь уже есть в системе. Ты уже на вершине. Подтверждай свое место с помощью победы над равными себе, а не за счет характеристик, которые были заложены в омегах по факту рождения — не выбора» В конце концов — у каждого своя роль. Судьба есть судьба.  *** Хьюго не удивился, ни когда его пригласили играть за сборную Франции, ни когда приписали к «гениальному поколению одиннадцать». Это был всего лишь ожидаемый результат определенных ходов и выборов, которые он делал на протяжении жизни. Очередной план, что он мог контролировать.  Джулиан Локи был альфой, с которым хотелось сотрудничать, а не соперничать. Он умел держать эмоции при себе в случае чего, брать на себя ответственность за команду. В свои семнадцать, Локи не стремился «восхвалять собственные способности», хотя действительно был гением. И Хьюго уважал капитана за столь правильный подход к привилегированному статусу в их мире.  Джулиан учился и учил. Хьюго же был рад, что у него в команде нет кучки альф-идиотов, вечно старающихся покичиться собственным превосходством или посоревноваться в способностях.  Единственный бета, который иногда мотал нервы, был пятнадцатилетним подростком, отнюдь Хьюго прощал практически все шалости Шарля Шевалье.  *** Их команда была сильной, если не самой.  Япония была слабой, но Нигерию победила.  «Глупо» — «Нелогично»  Смотря на плазменный экран, с повторяющимся видео голов сборной Японии, Хьюго пытался уловить каждый момент, отложить его в памяти и проанализировать. Локи продолжал тренировку, не сбавляя скорости на дорожке.  Они пересмотрели этот матч уже четыре раза.  — Ненавижу его. Убил бы. — сквозь прерывистое дыхание, и все также не останавливаясь, бросил капитан.  Хьюго потянулся за записной книжкой. Нужно было практиковаться — думать о нескольких вещах одновременно.  Япония была их следующей жертвой. Следующей победой. Обычно капитан ни в чем не сомневался, всех соперников воспринимая за «вещи, на которые не стоит тратить времени больше, чем они того заслуживают».  —Ха-ха! Неужели ты такой злопамятный, а, Локи-сенсей. — Шарль рассмеялся, из-за чего Джулиан в ту же секунду остановился и почти прострелил голову подопечного взглядом.  — Я уже просил тебя. Не смей называть меня так.  — Бесишься, что Шидо-сан научил? Это ведь миленькое прозвище!  Хьюго продолжал слушать их разговор в пол уха.  — Просто признай, что Исаги уделал тебя в прошлый раз! Вот и всё! Бе-бе-бе! На миг показалось, что Джулиан собрался остановиться и бросить в бедного бету кроссовком, но мальчик вовремя юркнул в другую сторону к двери, ретируясь.  Капитан лишь сжал зубы крепче, цедя сквозь них: — Ничтожества. Япония — ничто, просто Нигерия оказалась еще слабее.  «Констатация факта» — подумал про себя Хьюго.  Локи продолжал:  — Я хочу встретиться с Исаги Йоичи, просто чтобы выяснить, правда ли я являюсь «ублюдком, которому случайно достались быстрые ноги».  Впервые Хьюго слышал, чтобы голос вечно спокойного капитана звучал так. Разгневанно, словно его действительно задело простое оскорбление.  Хьюго даже немного жалел, что отказался от поездки в Лигу Неоэгоистов.  Он осмотрел фигуру на экране перед собой еще раз. Исаги обладал мускулатурой, но все равно не дотягивал даже до планки среднестатистического альфы. Вроде обычное телосложение, да и прессинг противников — средненький. Хьюго с трудом представлял, как кто-то подобный, кто-то настолько слабый и недотягивающий мог бы задеть самого Джулиана Локи.  — Неужели он настолько интересный, Локи? — с чего вдруг капитан, так сильно стал заботить о мнение, какого-то альфы, со стандартными характеристиками?  «Нелогично»  Может быть экран просто не передавал всей мощи этого юноши?  Вряд ли. Хоть у Исаги и были широкие бедра, ровные плечи и длинные кисти, у него все равно отсутствовало достаточное количество мышечной массы. Может этот парень вообще не прилагал усилий на тренировках?  Монстр, пожирающий противников, теперь улыбался в камеру, показывая палец вверх. Капитан действительно злился вот на это?  И почему такой ажиотаж вокруг обычного парня?  Хьюго уже сейчас понимал, к какому «типу альф» относился японец. К его самому ненавистному — тем, кто старается показывать больше, чем есть внутри на самом деле и пытается прыгнуть выше головы, будучи слабым. Не способным даже оправдать свой вторичный пол, изначально находясь в привилегированной категории.   Хьюго положил ногу на ногу, скучающе пробежал глазами по записям: схема пестрила плюсами и минусами. Никакой рациональности, сплошной хаос. Всю суть этого мальца было просто невозможно устаканить в единую картину.  Исаги Йоичи много болтал, не скупался на оскорбления, но при этом не боялся озвучивать собственное мнение. Легко адаптировался, однако не пытался искать новых путей для использования оружия. Подчинял себе удачу, но забывал про стабильность.  Да, этот парень точно относился именно к тому самому типу людей. Даже не так, к «типу альф», которых Хьюго терпеть не мог.  Но это не должно было стать проблемой. Он собирался сокрушить новую цель быстро, как и всегда.  Поэтому на вопрос капитана: «А что думаешь ты?» Хьюго лишь пропел:    — Несоответствие характеристик.  *** В реальности Исаги был… Еще более неправильным.  «На экране он казался больше…» — промелькнуло в голове у Хьюго в момент, когда состав японской сборной наконец-то явился на поле.  Йоичи даже относительно высоким назвать было нельзя. О «росте под метр восемьдесят» (со слов Джулиана), очевидно, также речи идти не могло. Парень (по примерно-конечно-самым-точным-расчетам Хьюго) был около ста семидесяти пяти сантиметров, да и то — скорее всего за счет волос.  Чужие руки более не выглядели даже близко накачено (в привычном для футболистов-альф смысле, конечно). Не нужно быть биологом или врачом, чтобы понять, что длинные лодыжки и довольно маленькие стопы создадут массу проблем в плане скорости и только ухудшат игру. А в сочетании с довольно накаченными бедрами, так вообще… «Симпатично» «Непрактично» — Хьюго продолжал осматривать чужое тело. — «И как он вообще так легко отбивается от противников?» Фанаты на трибунах кричали, размахивая флагами и плакатами с изображениями этого… Слабака. И что их в нем настолько сильно восхищало?  Исаги смотрел на него грозно, продолжая подтверждать свой статус. Хьюго даже стало смешно. Абсолютно иррациональная аномалия — просто отвратительный альфа.  Слишком низкий. Слишком смазливый. Слишком высокомерный.  Однако, Хьюго нравилось показывать подобными мальцам их место. У Йоичи продолжали полыхать глаза, а брови сталкиваться у переносицы. Запаха не исходило, но напряжение буквально рябило в воздухе.  Ладно, стоило признать. Аура у этого парня была довольно сильная. Пустая, если можно было так выразиться, заставляющая напрячься.  «Как скажешь, ты сам напросился» — Хьюго, же даже не изменившись в лице, дал свой ответ: выпустил дозу феромон, терпких и враждебных.  В ту же секунду сокомандники насторожились, Локи повел челюстью в бок, играя желваками, а Шарль быстро замотал головой: у бет почти всегда любое воздействие запахов на внутренне чутье отдавало болью в голове.  Хьюго знал — команде неприятно.  Но Йоичи, снова лишь подтвердил  неправильность и нелогичность в своем поведении. Лицо японца не изменилось, он даже не дрогнул, но отнюдь в ответ запахом ударять не стал. Воспользовался видимо гордым игнорированием.  Хьюго принял вызов.  «Посмотрим, сколько ты вытерпишь» — подумал он, хмыкая. А между тем, прошептал все еще хнычущему Шарлю на ухо.  — Забьешь?  *** Обойти Исаги не составило даже малейшего труда. Новая порция феромонов, и японец тут же заметно сдал позиции: глаза расширились, а ладони дрогнули.  Хьюго хватило одного касания. Всего одной ладони, чтобы сбить его с пути.  «Настолько слаб?» — под пальцами он не ощутил накаченной груди или твердости. Не сказать, что мягкий — однако никакой ожидаемой «мощи» или «силы» внутри этого подростка не скрывалось.  Исаги поморщился, вероятно, запах все же действовал, и ему приходилось тратить все силы, чтобы сопротивляться.  Пас на Шарля — гол.  — Это судьба — кинул Хьюго.  «Ты был создан, чтобы подчиняться мне» *** Однако «Блюлок» не стал сдаваться. Напротив, Йоичи лишь покрутил головой, сгоняя наваждение и тут же пришел в норму.  Точно. Хьюго не забыл. Вот в чем заключалась сила этого парня — адаптация.  Еще лучше это стало видно, когда Исаги, словно по наитию, бросился именно в то место, куда полетел мяч. Предугадал, почувствовал.  Только вот жаль, что ноги у японца все таки были… Красивые  Непрактичные.  Какие были.  Хьюго хватило чуть меньше секунды, чтобы его нагнать. Он ведь тоже чувствовал это, правда не предугадывал — вычислял.  Лишь одна рука — он вновь сбил Исаги с ног. Тогда Хьюго на миг показалось, что он возможно смог бы с легкостью поднять чужое тело, а может быть и подбросить вверх, одной только правой рукой.  Однако на этот раз Йоичи выдержал напор — устоял на ногах, сжал зубы по-крепче, и даже попытался сохранить преимущество мяча.  Ладно, время сознаться.  Обычно футболисты так не делают. Однако на поле вовсе не запрещено использовать внутреннюю силу, выпускать феромоны, демонстрируя превосходство. Да и вообще, на самом деле, Хьюго не был приверженцем подобной практики.  Но сейчас шанса упускать тоже не собирался.  Он видел, как Йоичи сжимал челюсть, как пытался скрыть дрожь, прошедшую по телу. Хьюго ожидал одного — отпора. Ему хотелось увидеть истинную сущность этого игрока, копнуть глубже и рассмотреть, что же было не так с этой ошибкой системы.  Но Исаги вместо враждебного запаха вернул французу в ответ — крупное ничего.  У Йоичи подкосились ноги, Хьюго поймал его тело, позволяя упасть на собственную грудь. Теперь этот альфа казался еще слабее, сошел бы за бету, если бы не ужасно злое лицо и ладони, стремящиеся расцарапать талию противника.  Хьюго позволил ему эту вольность. Внутри с геометрической прогрессией росло желание убрать эту ошибку. Подчинить ее.  Подчинить его логике. Правилам этого мира.  Однако рук на чужой талии он не сомкнул, наоборот, еще раз продемонстрировал свое преимущество. А-ля: «Видишь? Я ведь даже не держу».  Он приблизился к уху Исаги, почти соприкасаясь с чужим затылком носом. И добил:  — Если мы раздавим тебя, это вызовет цепную реакцию. И Блюлок падет.  Исаги нервничал. Это было ясно по языку тела, по лицу, наполненному гневом и яростью.  Только запаха все равно не последовало. Абсолютно никакого. Неужели парень и вправду был бетой? Не мог же капитана их команды заинтересовать среднячок? Видимо, Хьюго поспешил с выводами и действительно его переоце-…  Йоичи сорвался с его груди, словно бешеный кот, которому прижали дверью хвост. Он развернулся, вновь заполучая контроль над мячом и толкнул Хьюго прямо в грудь. Надавил на легкие с такой силой, что французу показалось, что он задохнется.  Никакого запаха. Ничего.  — Заткнись ты, фрик-логист. — чужой голос походил на рык. Все таки Хьюго удалось пробудить внутренние инстинкты этого парня. — Я зашел так далеко, пожирая тебе подобных, тех, кто вечно пытается стоять выше других. Сделаем это. Сокрушим номера один.  Исаги Йоичи творил, что хотел. Хотя не сказать, что Хьюго не заметил пота на чужих скулах и болезненной усталости.  К чему была предпоследняя фраза?  Сопротивление к логике давалось этому парню крайне тяжело, но все же в тот момент он возможно немного, но вернул статус «не такого уж и слабого альфы» в глазах француза.  — Но твои способности… Всего лишь на уровне номера два?  «Не бери на себя столько, аномалия. Ты слаб» — Хьюго ничего не стоило выпустить новую порцию феромонов, и чужие пальцы на его груди похолодели.  «Дрожит?» — брови сами поползли наверх, но заострять на этом Хьюго внимания не стал.  Йоичи был неправильным. Его не нужно было решать или как-либо в нем разбираться.  Убрать.  У судьбы свои планы. К сожалению, Японии было предначертано погибнуть в этом матче, а Исаги Йоичи — подчиниться законам логики и здравого смысла.  *** Судьба — неотвратима. Япония проиграла.  Хьюго не знал, почему разбитый вид Исаги Йоичи не вызывал особых положительных эмоций. Он так старался его укротить, подчинить логике, но чувства «удовлетворения результатом» не разрасталось приятным покалываем в кончиках пальцев.  Наоборот. Все было в точности наоборот.  Он не докопался до сути. Не смог вывести этого недо-альфу на действия. Логика пускай и победила, но ошибку исправить не смогла.  Ветер развивал чужие волосы, Исаги прихрамывал, а такие же разбитые сокомандники даже попытались подхватить его под плечи, но тот лишь отмахивался.  Конечно, «отказ от помощи» — характерная черта любого альфы, даже настолько слабого.  Уходя, японец не оглянулся.  *** — Хе-хе неплохо мы их отделали! Демоны вперед! — прокричал весело Шарль, крутя указательными пальцами обеих рук в воздухе.  Джулиан кивнул.  — Результат был вполне предсказуем. Странно, что Япония хоть на что-то надеялась. — спокойно протянул капитан, складывая форму в шкафчик.  Шарль пританцовывал, но вдруг остановился. Надул губы и пропел:  — Э-э-эх даже как-то скучно получилось… Хотя! Было классно посмотреть на то, как Хьюго-сенсей играет роль любовничка.  Шевалье захохотал, Локи почти ударил ладонью по лбу, будто цитируя самого себя: «Я миллион раз просил не использовать подобные термины. Это ведь почти расизм», а французский полузащитник лишь пожал плечами.  — Чего? — Хьюго не узнал собственного голоса.  Шевалье оглянулся на него и растянулся в нахальной улыбке.  — Ой, ну не стесняйся. — Шарль захохотал. — Ты ведь у нас обычно такой собранный весь из себя, а тут бац! Всех своим запахом чуть в могилу не свел. Не знал, что ты тоже тот еще… Де-е-е-емон!  — Я — кто? — Хьюго все еще непонимающе смотрел на сокомандника.  О чем они вообще говорили? Его начинало раздражать нелогичное поведение.  Хотя к Шарлю он уже давно привык, так что спонтанное абсурдное высказывание со стороны пятнадцатилетнего подростка можно было списать на очередной бред в период максимализма.  — Демон-демон-демон! — Шевалье было не остановить.  Но вдруг в их разговор встрял капитан:  — Нет, Хьюго, правда. Мы не против. Просто так откровенно лапать понравившегося парня на поле — не очень… этично. Особенно, если это твой оппонент. Было видно, с каким трудом Локи подбирал нужные слова.  — Чего? Я? Когда это было? — напускная равнодушность сошла с его лица. Он просто не мог поверить в то, что слышал.  — Имей в виду, Исаги довольно популярен среди альф. Было очень смело с твоей стороны так нагло касаться его прямо во время игры. Не то, чтобы я не мог тебя понять — чувства и так далее… — Джулиан продолжал складывать форму, голос его стал каким-то подозрительно задумчиво серьезным. — Но все же обговаривай эти моменты до игры со мной, пожалуйста. Мне на поле от тебя нужен только чистый разум.  И тут в голове у Хьюго появилось лишь два вопроса. Они смешались в кучу, превращая всю его логическую цепочку мыслей в кашу.  — Во-первых, это был прессинг. Я защищал наше поле, отнимая мяч. — попытался он как можно более невозмутимо возразить.  Шевалье снисходительно прикрыл улыбку рукой.  — Ага. Верим-верим… — А во-вторых, с какого перепугу Исаги пользуется популярностью среди альф?  Хьюго слышал о нетрадиционных отношениях и таких пар, как альфа - альфа, но он сам бы наврядли… Хотя вспоминая симпатичные бедра Йоичи и то, с какой яростью горели его глаза во время игры, в штанах становилось тесно.  Возможно, Хьюго действительно стоило задуматься о своих предпочтениях.  Но с каких пор этим обязательно нужно делиться с командой? — Что и требовалось доказать! Хей, Локи. Похоже, наш ньюген пал жертвой обаяния Исаги Йоичи. — Шарль на миг развернулся к капитану, чтобы показать язык, и тут же вернул взгляд обратно на Хьюго. — Даже Михаэль Кайзер пытался подкатить к этому омеге-эгоисту. Забавно, что он позволил тебе прикасаться к себе так.  *** Если выбирать наиболее четкое и логичное сравнение, своё состояние Хьюго приравнял бы к половой тряпке, которой протерли целый стадион.  Нелогичность Исаги Йоичи оказалась его ошибкой.  Аномалия, которую он так страдательно искал — лежала на поверхности. А слабость парня оказалась силой.  Исаги Йоичи действительно не подчинялся системе. Теперь его довольно «хрупкий для альфы вид» перевернулся на сто восемьдесят градусов и оказался «ужасно сильным для омеги». Ноги. Эти аккуратные ноги. Хьюго должен был понять всё при первом же взгляде на них.  Теперь, пересматривая матчи с Исаги Йоичи, он чувствовал это. Видел, как все самые, казалось, «стандартные для сильнейшего пола вещи» были совершены’ не благодаря, а вопреки.  Вопреки длинным лодыжкам и коротким стопам. Тонкой талии и невысокому росту. Исаги Йоичи умудрялся играть на их уровне. Хьюго прокручивал этот взгляд — сопротивление инстинктам.  Он вспоминал, как давил феромонами на чужое тело, как позволил японцу упасть на собственную грудь. Только сейчас Хьюго осознал, к чему была та дрожь в чужом теле.  «Я зашел так далеко, пожирая тебе подобных, тех, кто вечно пытается стоять выше других….» Он смотрел на свою ладонь и вспоминал, как касался ею чужой груди. Он думал о том, с какой легкостью мог бы поднять это тело. Мог бы взять его на руки или, например, просто взять.  Нет. Нельзя было об этом думать.  Хьюго знал, что поступил отвратительно.  *** Омег в их команде не было. И не то чтобы это было чем-то удивительным, однако Хьюго вряд ли проявил бы хоть каплю сомнения в отношении способностей другого игрока, основываясь лишь на том факте, что он является представителем другого пола.  Разумеется, вторичный пол имел значение, но отнюдь Хьюго не стал бы недооценивать омег. Это ведь в конце концов нелогично. Сейчас было полно омег, способных на занятие тяжелой атлетикой, (просто в своей категории), хоккеем, бегом, да и многие футбольные клубы также спокойно принимали их в свои ряды.  Конечно, дискриминация по вторичному полу все еще присутствовала в их мире, но не в столь огромном количестве, как, например, пару веков назад. Хьюго соблюдал правила, законы и, что самое важное — логику их мира. Омеги — изначально обделены физической силой, однако обладают крайне высокой выносливостью и умением… адаптироваться под тяжелые условия жизни.  Обдумывая факты, ему действительно хотелось ударить себя по лицу.  «Черт» Альфам же была дана сила, за которую они были обязаны нести ответственность.  И Хьюго не справился.  Уставшие глаза Исаги Йоичи неплохо об этом напоминали.  — Чего тебе? — бросил он скучающе, оборачиваясь к запыхавшемуся полузащитнику Франции.  — Я хотел… — твердость и спокойствие не покинули голоса, но тем не менее Хьюго звучал не так же, как тогда на поле.  Слова застряли где-то в горле. Впервые он не мог сдержать собственные эмоции в узде, сделать так, чтобы рациональность вновь преобладала в его голове. Перед ним стоял омега. Сильный омега, тот, кто смог выдержать напор человека в несколько раз больше и агрессивнее себя.  Исаги Йоичи даже проиграв, продолжал рушить систему.  Японец молчал, а Хьюго давился словами: — Я.. О боже блять.  Он вспоминал свои мысли вовремя матча. Как думал о «слабости» Исаги. На подкорке сознания сам собой вырисовывался вопрос: ну и кто из них двоих оказался «позором собственного пола»?  — Ааа.. Тебе рассказали? — Исаги повел плечом. — Не переживай, все в порядке.  Нет. Теперь все происходящее стало еще менее логично.  Если бы Хьюго знал. Он бы никогда, никогда в жизни не стал бы использовать такое оружие. Он не стал бы давить запахом, не позволил бы чужому телу перенести такие пытки, не приблизился бы к шее — самому незащищенному месту для омег, не пытался бы душить, копать, подчинить.  Как он мог?  — Но ты ведь…  Он не успел договорить. Черные брови на чужом лице молниеносно сдвинулись, а глаза вдруг стали на тон темнее.  — Я? Я что? — чужой голос не дрожал, вновь отливал лишь ненавистью. — Омега?  Да, пожалуй. В этом и была проблема.  — Это ничего не меняет. — отрезал Йоичи, складывая руки на груди.  — Вот именно, что меняет. — Хьюго повторил чужое действие. — Я ведь… Я ведь почти.. Я бы никогда бы не…  «Никогда бы не стал использовать запах, чтобы уничтожить тебя. Я бы отнёсся к твоей борьбе с уважением»  — То есть, будь я альфой, тебе бы не было жаль? Браво.  — Я не это имел в виду.  Будто прочитав его мысли, Исаги кинул, почти рыча:  — А что тебе мешало уважать меня тогда на поле? Ты всех противников вот так по-черному задавливаешь?  Хьюго сложил руки и прикоснулся к собственному лицу, вздыхая.  — Это не одно и то же! Альфы всегда соперничают таким способом. Это и есть проявление уважения!  Хьюго сам не понял, когда стал повышать голос. Это не звучало как крик или рык, он вообще чаще всего говорил тихо, предпочитая шепот. Сейчас же его слова чересчур походили на оправдание.  Мольбу — Тогда тем более забей. — Исаги вздохнул, вновь отводя взгляд. — Ты мне нравился куда больше, когда был фриком-логистом, чем сейчас — обыкновенным сексистом.  Хьюго почувствовал, как все внутри свернулось от неясной раздраженности. А что он сказал не так? В чем был не прав? Омеги — слабее, их нельзя пол игры дурманить феромонами враждебности, да так, что ноги подкашиваются.  Конечно, нельзя. Это ведь л-о-г-и-ч-н-о.  Исаги также не собирался его жалеть, продолжал выплевывать: — Если это все, то уходи. Моей команде нужно готовиться к следующему матчу, а то мало ли снова попадутся… Кто именно попадется, произносить было не нужно. Хьюго и так все понял.  «Жестокие циники. Логисты.» — «Такие же, как ты» — Постой. Я… — руки действовали быстрее мыслей: ладонь сама собой вцепилась в чужую кисть. Он постарался сделать этот жест как можно легче и нежней, но Исаги все равно дрогнул от касания.  Вдруг сознание озарила вспышка. *** Громкие ритмичные шлепки смешивались с тяжелым дыханием и скрипом кровати.  Исаги вжался лицом прямо в небольшую щель между его локтем и покрывалом. Горячий лоб терся о кожу руки, а приглушенная вибрация чужого голоса немного щекотала ее. Хьюго был вовсе не против. Если Йоичи нравилось использовать его руку как поддержку во время секса, то почему бы и нет.  Чужое тело идеально помещалось под его собственным. Хьюго не стал бы врать, ему откровенно нравилось, что Исаги не оставалось и кусочка свободного места, где бы их тела не соприкасались. Японец продолжал извиваться под ним, выгибаться на встречу движениям, хватаясь то за простыни, то за предоставленную согнутую руку.  Хьюго напряг плечи, опустился чуть ниже и уткнулся лицом в ложбинку между ключицей и шеей, сначала вгрызаясь в нее зубами, а уже после — извиняюще вылизывая и выцеловывая.  Исаги рвано вздохнул. Новый толчок вышел сильнее предыдущих, и, неожиданно жалобно проскулив, японец задрожал. Пальцы на ногах начала сводить судорога, а спина саднила от давления тяжелого тела.  Йоичи как обычно засмущался от собственного же голоса — спрятал лицо в локте француза. Хьюго почувствовал влагу на собственной руке. Поменял угол входа, вновь выбивая стон из чужого рта. Исаги в отчаянной попытке вцепился ртом в его руку.  — Tu mords? Gentiment.  Он замедлился, позволяя партнеру чуть перевести дыхание, но Исаги неожиданно запротестовал: молча вильнул бедрами, призывая к действиям.  Хьюго хмыкнул и… *** Слова застряли где-то посередине горла. Он сглотнул, ощущая насколько стало сухо во рту.  Исаги смотрел на него шокировано.  Вновь Токио, вновь спортивный комплекс. Вновь чемпионат мира.  Такая яркая картинка быстро исчезла из подсознания, но Хьюго почему-то казалось, что красное лицо и голые плечи уже успели отпечататься на сетчатке его глаз.  Происходящее точно не поддавалось законам логики?  Хотя… — Что еще? — выплюнул Йоичи, выдергивая руку. Странно, что он сделал это только сейчас. Был просто удивлен порыву или же… По раскрасневшемся щекам и сбитому дыханию для Хьюго мигом стало понятно — японец тоже видел это.  Чтож. Похоже, их настигла судьба в лучшем худшем из ее проявлений. «У тебя есть пять секунд, чтобы его заинтересовать» — прозвучал внутренний голос где-то на горизонте сознания.  Ну, была не была.  Раз. Два. Три. — А ты не хочешь… Ну… — не успев точно обдумать дальнейший план действий, Хьюго решил вновь довериться логике. Или чему-то крайне близкому к ней. Поэтому изо рта вырвалось. — Завести детей, например?  Повисло неловкое молчание. Лицо Исаги вытянулось настолько, что казалось, его челюсть вполне могла встретиться с полом.  Все в японце выражало полную готовность вдарить по чужому лицу.  Исаги был не просто готов. Он взаправду готовился.  — Что. Ты. Несешь?!  Хьюго только сложил руки на груди, попытался наклонить голову так, чтобы довольно весомая разница в их росте стала чуть менее заметной.  И почему Исаги так старательно избегал вполне логичных выводов после такого. Все ведь лежало на поверхности:  — Мы должны быть вместе. Это ведь логично. Ты очень сильный омега, крайне выносливый.  Ты доказал мне это. — он повел плечом, спокойно продолжая. — У меня же тоже приличная родословная, прекрасный генофонд. Наши дети могли бы стать идеальной комбинацией. Они были бы здоровыми, сильными и-… — Ты идиот?  Разговор плавно перетек в крайне аномальное русло. Вся схематичность или хоть какая-то логика канули в лету, теперь реальность стала бредом.  Хьюго уже смирился с этим.  — Нет. Ведь все, что я говорю — совершенно логично. Раньше мне казалось, что ты просто неправильный альфа. Что ты слабый, не подходишь под правила, и поэтому мне хотелось тебя сокрушить. Но сейчас я вижу: ты не соблюдаешь правила, потому что превосходишь их. Твоя спина идеально умещается на моей груди, бедра — широкие и упругие… — Боюсь спросить, в какой момент ты об этом узнал.  Хьюго не понял намека, наклонил голову в бок, словно в замешательстве.  Исаги удрученно застонал, выдыхая:  — Ладно, проехали.  — Нет. Дослушай, а еще ты мог сопротивляться моему запаху, выдержал дозу, которую не каждый альфа…  Исаги вдруг сжал свою переносицу, тяжело вздыхая. Он снова перебил француза простым:  — Слушай, ты это… так пытаешься позвать меня на свидание что-ли?  Почему-то внутри все перевернулось. Хьюго резко забыл, как правильно отвечать на подобные (вполне логичные) вопросы.  Ответишь «да» — посчитают ненормальным. (Как будто он вообще был таковым?) «Нет» — отказ от теоретического совместного времяпрепровождения.  — Я… — он замялся.  — Господи. Фрик несчастный. — Исаги вновь тяжело вздохнул. — Ладно, завтра в пять. Не опаздывай, придурок-логист.