Will you apologize?

И стоя на коленях, все с болью осознав, Ты будешь думать о моих словах, но обещай, Что не исчезнешь, убежав, Когда я лишь произнесу :"Прощай." ***** Тогда Квакити снова сидел за работой, проверяя какие-то прошлые записи с нынешними, и от усталости ему, если честно, уже хотелось биться головой об стол. Но он знает, что уснуть ему совершенно не получится, поэтому время он решает тратить с пользой, хоть и голова раскалывается. Он потирает глаза, зевает и опускается в одну из полок в столе. Руки его тянутся за еще стопкой бумаг, и вместе с ней выпадает какая-то фотография. Алекса сразу накрывают воспоминания, когда он поднимает ламинированную бумажку и глазами проходится по людям на ней.. Кто-то стоит дальше, кто-то ближе, а кто-то сидит. Взгляд падает на Уилбура. Боже, Уилбур. Блядский Уилбур Сут. Я даже и не знаю, как подвести наше повествование к их отношениям. Это что-то, что подается как месть – холодным, но в тоже время, я ведь должна вас впечатлить? Позволю себе сказать, что они сами не смогут точно описать происходящее между ними, ведь все слишком спонтанно. То они любовники, то близкие старые друзья, то враги и не переносят друг друга даже на слух от других. Нельзя сказать «точно» ничего. Они просто.. в постоянной интриге, что ли? О, Квакити ненавидит это. Он ненавидит, что иногда он ночью сидит с Сутом в обнимку со словами, что еще точно есть люди, которые его любят, иногда лежит под ним и просит двигаться быстрее, но это опустим, иногда бьет ему по лицу со всей своей злостью и силой, стреляет в него, целится топором в колени, слушает манипуляции и слова, проходящие ножом по сердцу, а иногда они сидят на поляне с бутылкой и долгими разговорами. Ужасно. Нет, Квакити не может терпеть такое непостоянство со стороны Уилбура. Он бы давно хотел либо полностью отстраниться от него, либо наконец-то расставить все точки над «и». Ни один из вариантов, при этом, не звучит правдоподобно. Сут ни за что не даст Квакити спрятаться от него, и ни за что не откроется полностью, рассказав, что он всё таки делает по отношению к Алексу, и что за игра «горячо-холодно». Блять, да что бы этот уебок умер во второй раз и не ебал мозги занятому человеку. Хотя, Квакити же будет постоянно думать о нём, о его действиях и словах, что он ушел во второй раз. Давно Алекс уже пробовал с ним говорить, но сколько раз он бы не пытался, все бесполезно. Как об стенку горох, но в этом весь Уилбур. Как бы ему хотелось поставить его на колени и заставить извиниться за все, что Сут сделал с его психикой, что привело к изменениям в его поведении и состоянии. А Алексу они, на секундочку, важны. Всё таки он президент. ** На улице тем временем шел дождь. Это была ночь, поэтому тучи закрыли оставшийся источник света в виде Луны, и только город оставался ярко светящимся объектом. Собственно, он будет привлекать внимание всяких личностей, так и норовящих в корень изменить настроение одного из жителей. Именно поэтому Сут чуть ли не бежит в Лас-Невадас под проливным дождём. Сегодня ему опять снилось лимбо. Боже, ужасно. Нет, он даже вспоминать это не хочет, ни то, что видеть во снах. Он и так чувствует себя отделенным от мира, от чувств и всего происходящего, у него нет никого, и если он сам не будет создавать себе условия, то все забудут про него. По крайней мере, Уилбур уверен в этом. Лимбо.. страшно думать о том, что он даже не человек. Просто.. зомби. Получеловек, возможно. А в голове все еще есть этот мерзкий, противный отзвук стучащих колес и запах метро. Фу. Поэтому он всегда возвращается туда, к той самой границе, или, если совсем не вмоготу, то уже буквально стучит в окно на балконе в офис Алекса, чтобы его пустили. Сегодня он не выбрал ни один из вариантов. Сегодня консьержа не было на посту, потому что как минимум сейчас ночь. Уилбур проходит тихо, не стуча ботинками по кафелю и мрамору лишний раз. Вот блять, Алекс, положил бы хоть линолеум, подумал бы о преступниках, а то ходит тут в своих туфлях, что эхо на весь Лас-Невадас. "Блядство."– Думает Уилбур и тихо идет дальше. Он знает, где находится кабинет Квакити, и знает, что тот сейчас не спит. Тихо, почти не давая эху разноситься по всему этажу, он доходит до заветной двери. Уилбур стоит прямо, смотря на нее, будто просто в стену, и ему становится некомфортно. Вдох-выдох, блять. Всегда же делал. Рука поднимается, сжимается в кулак, и тот хочет постучать, ворваться, ведь он знает, что дверь открыта, и Квакити находится там. Но эта же рука почему-то начинает трястить, и он не может стукнуть даже раз. Взгляд падает непосредственно на нее, и Уилбур смотрит в её сторону очень сурово. Он опускает руку и продолжает «втыкать» в дверь. Теперь он отошел на шаг, руки потянулись лазать по карманам. Нашёл. Пакетик с белым порошком, прекрасно, Уилбур. Ты совершенно, блять, не видишь проблемы в том, что борешься с стрессом только при помощи наркотиков. Как же жалко. Он сыпет себе на кончик пальца немного и засыпает в каждую ноздрю, сильно вдыхая. Шепотом матерится, ведь нельзя, что бы его услышали и застали в таком состоянии. Только не Алекс. Слёзы сами начали течь, то ли от раздражения слизистой, то ли от какой-то внутренней боли, что словно молотком вбивается в грудь или кулаками. Хотя нет, кулаками, пожалуй, приятнее. И вот он стоит перед дверью, с покрасневшим носом, мокрыми щеками и, кажется, сейчас упадет на пол. Сут не может сдвинуться, постучать, что-то сделать. Он просто стоит, всхлипывая, а в голове шум метро. ** Квакити слышит шум. Он давно привык к громкому шуму автоматов на фоне, но все равно умудрился научиться слышать легкий звук шулерства карт под столом или в рукавах. И сейчас он услышал легкий звук за дверью. Может, уборщица?.. В час ночи? Он встает и подходит к двери. В голове проносится, что нужно сделать глазок. Да, за ней что-то происходит. Квакити не может утверждать точно, что, поэтому он напрягся и взял пистолет из тумбочки в столе. Крепко схватив его в руке, он подходит к двери. Снаружи слышится всхлип. Что за.. Квакити, несмотря на этот момент, открывает дверь и... застает там Уилбура. В слезах. Молчание. -...Ты че?- Он убирает пистолет в кабуру на штанах и облокачивается на боковой плинтус двери, складывая руки на груди. -Я.. Блять. Алекс.- Он стоит растерянно, будто на допросе.- Я просто..- На его лице появилась улыбка.- Хаа..Мне нужно было придти, но я не могу.. Сегодня нет, сука...Ха-ха...- Взгляд бегает по всему коридору, как будто правильный текст написан там.- Я обречён, я..-Он смеется.- Хаа, блять. Нет, пфф, я не могу. Тцц, я пошёл.- Уилбур с кривой улыбкой еле делает один шаг, и тут его руку хватают в месте запястья, на что он рефлекторно поворачивается. -Постой, блять, придурок. Ты не идешь никуда.- Квакити хочет еще что-то сказать, но Сут будто отключается.. или переключается. Ноги у него подкашиваются, то ли от того же эффекта наркотиков, то ли от усталости, то ли от того, что ему сказали остаться, и он падает на колени. У Квакити лицо стало бледнее, чем обычно, а зрачки сузились. Он отпускает его руку и отходит на шаг. Уилбур поджимает руки под себя и чуть опускает голову, начиная нервно и почти в полный голос смеяться...Странная картина, да настолько, что Алекс так растерялся.. -Алексис, пр.. нет, послушай. Ты не должен видеть это, блять, я просто.. Ха-хахаа..., у меня голова кругом идет, тцц, хахаха...- Уильям очень быстро тараторит, смеясь.- Снова это лимбо, эти...хаа.. блядские воспоминания, это всё, как там. Мне..хахаха.. ну, страшно. Я не могу не уйти, не, ха.. оставаться здесь.- Он поднимает голову, глаза его полны слёз, он стискивает зубы в улыбке и смотрит на Квакити прожигающим взглядом. Тот молчит и выдыхает. Они смотрят друг на друга ещё секунд десять. -Пошли. И это не обсуждается, идиот. Всё будет от и до рассказано.- Квакити дает ему руку, он встает и вместе они заходят в кабинет. Кому-то предстоит долгий разговор.