Взаимопривыкание

      Воунз взял папку с просмотренными документами и, заметив на себе взгляд, ответил:       — От Стражи никаких новостей не поступало.       Ветинари едва двинул бровями в негодовании, скрыв обеспокоенность.       Ему было известно, что конкретно случилось, и было известно, куда подевался капитан… примерно.       Вот только прошла уже почти неделя, а о Ваймсе вообще никаких официальных сообщений, кроме пары жалоб трактирщиков, не было.       В кабинете тихо стало на одного человека больше.       — Даже под угрозой смерти не сдвинется с места, — Негромко проговорил клерк. — И судя по объему ругани, дело совсем плохо.       Ветинари некоторое время в раздумьях рассматривал городские улицы за окном.       — Надо его уговорить. — Он беззвучно вздохнул, — И, видимо, придется для этого вмешаться лично…       Карета проехала мимо очередного переулка и, развернувшись, вернулась, остановившись с нужной стороны улицы. Возница спустился и пошел в сторону тела, прислоненного к стене.       Пара слов.       Какое-то движение.       Еще слова.       И в ответ показался жест, мягко интерпретируемый как «Отстаньте».       Возница вновь что-то сказал, кивнув на карету.       Ваймс поднял голову, посмотрев в ее сторону, и, не смотря на расстояние и полумрак, было отчетливо видно «Вот только Вас мне сейчас не хватало», отобразившееся на его лице.       Не с первой попытки, но капитан все же поднялся и, сильно шатаясь, пошел.       Открыл дверь кареты и уставился на сидящего в ней.       — Добрый вечер, Ваймс.       — Добрый, сэр.       — Не желаешь проехаться? — Ветинари жестом указал на сидение перед собой.       Ваймс раздраженно поморщился, явно захотев огрызнуться, но сел. В противоположный от патриция угол.       — Я сейчас не в состоянии говорить в вашем мудреном стиле, сэр. Поэтому если хотите сказать что-то важное, то говорите прямо и понятно… пожалуйста.       Ветинари некоторое время молча рассматривал его.       — Я понимаю твою трагедию и понимаю, что тебе тяжело. Но уйти в беспамятный запой точно не стоит того.       — Не думаю, что понимаете, — Буркнул Ваймс, — Вы, как минимум, не пьяница.       — Есть и другие способы забыться, сопоставимые по вреду алкоголизму. Но есть и относительно безвредные.       — Работа, например? — Хмыкнул Ваймс.       — Верно. — На лице Ветинари мелькнула невеселая улыбка, — Хотя в нашем случае ее безвредность сомнительна.       Ваймс усмехнулся. И, посмотрев на улицу за окном, начал передвигаться к двери.       — Я понял вашу мысль и подумаю над ней. А теперь я выйду здесь…       — Сядь на место, — Перебил спокойный приказ.       Ваймс смиренно замер.       — Сэр?       — Мне бы хотелось, чтобы ты вернулся к своим обязанностям как можно скорее, но не в таком… — Взгляд быстро прошелся по всему стражнику, — измотанном состоянии. Поэтому я дам тебе день отдохнуть и привести себя в порядок. А чтобы оно именно так и было, тебе подготовили комнату…       — Во дворце?! Не слишком ли вы… — Ваймс запнулся, заметив предупреждение во взгляде патриция, — …перестарались?       — Вовсе нет. Горячая ванна и чистая теплая постель — именно то, что тебе сейчас необходимо.       Руку резко, но несильно дернуло, отчего рукав сполз и почти полностью открыл предплечье. Ваймс заметил мелькнувшее недовольство. Причиной же недовольства был порез, полученный пару часов назад, когда явно не местный посчитал отличной идеей пошариться в карманах «отдыхавшего» в подворотне стражника.       — Оно только выглядит страшно.       — Но обработки все равно требует. — Ветинари позволил Ваймсу высвободить запястье из хватки, — Достаточно легко получить инфекцию и достаточно трудно ее вылечить, сохранив при этом руку.       — Я сам справлюсь, — Буркнул Ваймс, поправляя рукав.       — Несомненно. Но я не спрашивал твоего мнения.              Пальцы осторожно скользнули кончиками по повязке. В голове настойчиво вертелась мысль, что настолько чисто и аккуратно обработать, зашить и замотать порез может только человек с большим опытом. И из-за нее взгляд мелькнул на спину, скрывшуюся в следующее же мгновение за дверью.       К смеси неприятных и болезненных ощущений от событий последних дней прибавилось еще одно. Мерзкое и тягучее, накрывшее собой остальные. Настолько он разошелся и пренебрег собственными обязанностями, что Ветинари лично пришел за ним!       Ваймс завернулся с головой в одеяло и постарался опустошить голову от мыслей. Завтра он, протрезвевший и выспавшийся, вернется к своим обязанностям капитана и постарается поскорее разобраться со всем тем, что скопилось за время его отсутствия, чтобы хоть как-то загладить проступок.              Голову словно сдавило тисками, а тело выло в ответ на каждое движение. Но Ваймс все равно заставил себя подняться.       Доспехи исчезли. А одежду заменила чистая и очевидно новая. И, к счастью Ваймса, это был простой комплект, которую и носят простые люди.              — А где доспехи?       Воунз озадачено посмотрел на капитана.       — Ты потерял доспехи?       — У меня их забрали вместе с одеждой. А раз мне оставили запаску, — Ваймс дернул рубашку на себе, — то считаю, что забрала прислуга пока я спал.       — Выходит да, — Согласился секретарь. — Но твое пребывание здесь организовано без моего участия и узнал я о нем всего-то несколько минут назад, — В откровенно притворном невозмутимом тоне Воунза отчетливо слышалось возмущенное «Этот —! не соизволил даже намекнуть мне — ответственному за все происходящее во дворце — что собирается притащить на ночлег тебя!». — Поэтому, если хочешь узнать, где твои вещи, то спрашивай его.              — Доброе утро, капитан.       — Доброе, сэр.       Ваймс пересек кабинет и встал рядом с Ветинари, рассматривавшим город за окном.       — Как самочувствие?       — Лучше, — Тихо проговорил Ваймс, — Спасибо.       В ответ мелькнула улыбка.       — Твою одежду забрали в прачечную. Доспехи тебе вернут завтра.       — Почему их вообще забрали?       — Иначе ты бы уже направлялся в штаб и, вполне вероятно, сегодня же ввязался бы в погоню с тяжелыми для себя последствиями, — Ваймс продолжал смотреть в горизонт, но все равно почувствовал на себе взгляд, — и это не смотря на мой приказ отдохнуть.       — Я уже итак…       — Нет, — Хоть голос Ветинари и был немного мягче обычного, в нем все равно был слышен не терпящий возражений тон. — Недостаточно. Я это вижу и слышу, хотя, стоит отметить, держишься ты достаточно убедительно.       — И что вы мне прикажете делать здесь целый день?!       — Можешь потратить освободившееся время на отчетность. Но если нет на нее настроения, то я не настаиваю, — Добавил Ветинари, заметив реакцию Ваймса на слово «отчетность».       Ваймс сдержал обреченный вздох.       — Я вроде задолжал пару еженедельных. Сделаю их.       «…за отчетный период Городская Стража праизвела следущие финансовые аперации:»       Ваймс нахмурился. Ему нужны были расписки, чтобы все указать верно, а все расписки были в штабе и капитан очень сомневался, что ему позволят уйти.       Сбежать? Он же только в штаб и обратно…       …к той части своих обязанностей стражника, в которые входят погони и драки, и даже конфискация доспехов его не остановит.       Вздохнув, Ваймс подпер голову рукой и некоторое время прожигал взглядом листок.       В любое другое время он бы и сбежал. Но на этот раз держало чувство долга — его вытащили из практически буквальной грязи, привели в порядок и взамен попросили просто передохнуть день. Было бы грубостью сразу же в ту грязь вернуться, перечеркнув все старания.       Отчет лег на стол. Немного замешкавшись, Ваймс положил на него и свой значок стражника — гарант того, что он вернется. И встал, направившись к двери.       И чуть не столкнулся в ней с желавшим войти. На что получил вопросительный взгляд.       — Расходы, — Ваймс показал большим пальцем за плечо в сторону столика. — Мне для них нужны расписки, чтобы указать точные суммы.       — М, — Кивнул Ветинари и, достав из своего внутреннего кармана стопку нескольких небольших листков, протянул их Ваймсу, — Если правильно помню, они выглядят примерно так?       Это были именно те расписки. Все до единой. После изучения Ваймс неторопливо вновь сложил их в аккуратную стопку.       — Вы шарились у меня в кабинете?       — Они лежали на столе, — Едва двинул плечом Ветинари. — Похороненные среди других… типов бюрократии, но на столе и поэтому нет — я не «шарился».       Ваймс не стал возражать. Не в том он положении, чтобы спорить. Да и все равно каждый бы остался при своем мнении.       И, уже собравшись закрыть дверь и вернуться к отчету, Ваймс заметил сверток, который Ветинари держал, прижав локтем к боку.       — Мне кажется… неправильным то, что вы мною лично занимаетесь.       — Ты прав, — Немного подумав, ответил Ветинари, — Но только отчасти.       Ваймс собрался уточнить, но Ветинари, проскользнув мимо него в комнату, уже ответил:       — Неправильно, что нет никого иного, кто мог бы вытянуть тебя из того морального болота. — Отчеты вместе со значком были аккуратно отложены на дальний край столика, уступив место содержимому свертка, — А лично я тобой занимаюсь, потому что никого другого ты бы к себе не подпустил.       Ваймс тихо хмыкнул, нехотя согласившись.       Тряпка с негромким плеском утонула в миске. Пальцы в пару касаний распределили лекарство вдоль переставшего кровоточить пореза и теперь размазывали его тонким слоем по красноватой коже. Ваймс в это время рассматривал саму рану и вновь невольно удивлялся аккуратности шва.       — Вас учили этому?       Ветинари вытер пальцы о чистую салфетку и принялся накладывать новую повязку.       — В школе преподавали уроки первой помощи, — Ответил он, — но они были больше о том, как остаться в состоянии самостоятельно добраться до лекаря. А именно обработке ран я учился по книгам. И возможности отработать знания на практике у меня в те годы было более чем достаточно.       Ваймс озадаченно нахмурился.       — На чем отработать?       Ветинари закатал рукав до локтя и показал руку. На бледной коже оно было не особо заметно, но оно было — многочисленные шрамы, разные по размеру и происхождению, и у некоторых даже остались следы от швов.       — У меня были суровые наставники. Но благодаря их суровости я все еще здесь.       Ваймс осторожно провел пальцем вдоль почти исчезнувшего содранного следа.       — Они не только клинками гоняли?       Ветинари едва слышно усмехнулся.       — Это я в детстве упал на розовый куст. Дважды, если быть точнее. После в том месте посадили травянистый и последующие приземления уже были более мягкие.       — Роза не пережила второго раза? — Усмехнулся Ваймс.       — Тетушка в таком случае не позволила бы пережить садовникам, — С легкой улыбкой ответил Ветинари. — Розу пересадили подальше от высоких мест и достаточно долго боролись за ее жизнь. Успешно. И без особых последствий для ее здоровья.              Боль все еще была. Не отпускала. Но теперь она больше походила на… обиду… Та, кому он рискнул открыться в поисках заботы — не односторонней так-то — дала ему этой заботы в сумме меньше, чем он получил за последние сутки от собственного, мать его, начальника.       Пальцы полуосознанно скользнули по повязке.       …может поэтому Городская Стража все еще существует, несмотря на ее нынешнюю бесполезность. Только чтобы за ним было проще следить?       Ваймс нахмурился самому себе.       Слишком дорогое городу выходит удовольствие — держать целый государственный орган ради одного человека. А Ветинари не любит тратить впустую даже один бюджетный доллар…       В любом случае, подумал Ваймс, раз его все еще держат на службе и платят за нее, значит он все еще приносит городу пользу. Может быть и немного бóльшую, чем ему кажется, раз о нем настолько пекутся.       Удовлетворившись такой мыслью, Ваймс поправил край одеяла, полностью закрыв им шею, и удобнее устроился в постели, приготовившись ко сну.       Кабинет совсем не изменился за дни отсутствия его хозяина, если не считать…       Ваймс просипел сквозь зубы нечто, похожее на «Хэвлок, блть».       …стола, приведенного в идеальнейший порядок.       Капитан открыл дверь и рявкнул в нее:       — Шноббс! Что это такое?!       Капрал мгновенно оказался рядом и осторожно заглянул в кабинет.       — Что именно, шеф?       — На столе, Шнобби.       — Там все чисто, шеф.       — Почему там чисто?       Капрал замялся.       — Сержант вчера хотел занести рапорт, открыл дверь, а тут какой-то тип мутный в бумажках копается, как хозяин здешний, ну и Фред решил подождать пока он отвлечется…       — И переждал внизу, пока он не ушел? — Резковато спросил Ваймс.       — Обижаешь, шеф… Мы вообще-то жизнями рисковали тогда!       — Значит, вы не видели, как он пришел, как ушел и не смогли его рассмотреть?       Капрал мотнул головой.       — Что ж, — Вздохнул Ваймс, — Можешь идти тогда. А я проверю, не украл ли наш чистолюбивый взломщик чего.       Когда шаги за дверью стихли, Ваймс подошел к окну и, высунувшись наружу, осмотрел раму. Никаких следов взлома.       — Ну и отлично, — Самому себе пробормотал Ваймс — ему не особо хотелось объяснять собственным подчиненным, почему в его кабинете хозяйничал сам патриций. Да и о событиях прошлых суток тоже.