babyboy

В ночной темноте приятно спится, но еще приятнее сидеть на чужих бедрах с чужим членом внутри. А еще приятнее двигаться вверх-вниз, что Ландо и делает. Его ладони лежат на загорелом прессе, принадлежащий не ему. Пальцы то сжимаются, то разжимаются. Зависит от расположения толчков и многих других факторов, которые не так уж и важны в этом моменте. К тому же Ландо плевать на шею, когда протяжные стоны выходят из горла. Они чуть длиннее, чем должны быть, но значение находится на грани, поэтому Карлос только наслаждается ими. Мужчина смотрит на Норриса, всего: дрожащая грудная клетка, напряженные плечи, оголенная шея, влажная головка члена. На самом деле, обыденная картина происходящая пару раз в неделю. Хотя вообще-то раньше она приходила чаще к Карлосу, но сейчас конец месяца и, конечно, парень устаёт после работы, вследствие чего сексуальная жизнь и физиологические потребности уходят дальше, чем второй план. Он всё понимает и ничего не спрашивает, дабы не нагрузить любимого человека. Вместо этого Карлос усиливает хватку на загорелых бедрах, но не своих, а более узких. Давление похоже на то, когда у него уже скоро произойдёт разрядка. Ландо чувствует это, однако не чувствует, чтобы он сам был на пути к оргазму. «Блять», — неконтролируемо вылетает из его уст. Парень тут же думает, что другой спишет это на такое же близкое завершение. Норрис на автомате поднимает одну руку и кладёт её на свой член, пытаясь дрочкой достигнуть того же уровня удовольствия. Однако и тут удача ему не улыбается. Поэтому Ландо предпринимает ещё одну попытку улучшить своё положение: закрывает глаза и желанные сюжеты не позволяют себя долго ждать, что очень кстати. Он представляет себя на коленях, но не на чужих. Перед ним стоит тот, кто протягивает ему руку. Только не в знак помощи, а под подбородок, словно собаке. По движению ладони парень считывает слова «хороший мальчик». Или он сам их придумал, ведь это же его фантазия. Одна из тех, с помощью которых кончает. Наконец стоны становятся искренними, а следовательно громче с приближением оргазма, который спешит не только к Ландо. Мужчина резко приподнимает бёдра из-за чего глубже входит. Норрис последний раз закидывает голову назад, кончает себе на живот и чувствует, как другой делает то же самое только в него. Парень не открывает глаза, пока не валится на Карлоса, кладя голову тому на плечо. — Я люблю тебя, — вдруг произносит Сайнз через десяток секунд ночной тишины. Пока тот перебирает влажные кудрявые волосы, Ландо долго не отвечает. Тяжело дышит — значит всего лишь отходит от секса. Однако дыхание точно не скажет, что творится в его голове всё это время и дольше. — Я тоже тебя люблю.

***

Одновременно со всей суетой огромного шумного города Ландо вдыхает смесь кофе и напряженной серьёзности. Возможно, они уже стали синонимами друг друга, ведь крепкий напиток стал неотъемлемой частью жизни любого офисного работника, а уж тем более того, кто занимает достаточно высокую должность. К слову, парень относится к последней прослойке общества, однако в его руках пока только классический портфель какого-то очевидно дорогого бренда. Это подарок от Карлоса. Всё нужное ждёт его в офисе в его кабинете, до которого осталось пройти несколько зданий, не заворачивая за угол. Стоило парню посмотреть на него, как оттуда выбегает чья-то собака. Судя по строгому ошейнику, хозяин попросту не справился с агрессивным поведением питомца. Из-за чего теперь животное с оскалом несётся на Ландо. За достаточно короткое время он пытается вспомнить всё, о чём говорили на школьных уроках про безопасность. Однако любая мысль пропадает, когда собака с оголёнными зубами в шаге от твоих ног. Тот же эффект сохраняется, когда она вдруг разворачивается. Лишь подняв глаза, Норрис понимает, что это произошло после того, как какой-то высокий парень окликнул животное. Незнакомец опускается на одно колено перед питомцем, а следом даёт съесть что-то из ладони, награждая за спокойствие поглаживанием по голове со словами, которые почему-то Ландо услышал: «Хороший мальчик». Самые обычные слова для собаки кажутся ему совсем не к месту. Не к той персоне. Спаситель передаёт большое животное хрупкой хозяйке, выслушивая несколько фраз благодарности и извинений за доставленные неудобства окружающим. Его лицо держит невозмутимое спокойствие, за которым Норрис продолжает следить, как только поднял взгляд. Незнакомец не прячется от этого, а наоборот принимает, смотря на парня в ответ. Благодаря чему позволил тому на дольше запомнить чужие черты внешности. С предоставленной возможностью Ландо справляется отлично. Но лишь на десяток секунд прежде чем парень уходит, теряясь во всё той же толпе опаздывающих людей. Это довольно сильно отрезвляет Норриса. Он резко поворачивает к своему офису, подобно той собаке, и спешит переключиться на работу.

***

Часто бывает такое, когда во время разговора по телефону ходишь из угла в угол. Про это явление написано много статей от учёных до псевдо экспертов и оно всё так же имеет место в жизни любого человека. Потому Ландо ведёт очередной важный диалог и бродит по, кажется, бесконечному этажу коридоров и одинаковых помещений. Пока разговор привёл его только на общую кухню, где сотрудники либо хранят готовые обеды из дома, либо могут приготовить перекус из еды от компании. Он редко здесь бывает, да и то лишь за кофе. Оборачиваясь от панорамного окна, Норрис замечает уж слишком знакомое лицо и высокий рост. Тот самый незнакомец работает у него? Странно. Что ж, потом разберётся, а сейчас дела и по важнее в наличии. Ландо слегка поднимает брови то ли от нового факта, то ли от информации, которую до него хотят донести из телефона. Да ещё и тот парень отвечает на зрительный контакт от него. Раз уж встал, пусть будет полезным. — Сделайте чашку кофе, пожалуйста, — прикрывает микрофон и делает пару шагов на встречу. — Да, сейчас, — быстро реагирует парень, берёт ближайшую кружку и ставит в кофемашину. Каждое из этих действий не проскальзывает мимо глаз Ландо. Он с какой-то осторожностью наблюдает за тем, кто буквально сегодня утром спас его от агрессивной собаки, а теперь стоит на кухне его же офиса. — Вот, — протягивает чашку, из которой исходит пар и запах свежего напитка. Норрис прощается с собеседником и убирает телефон. Теперь вместо гаджета у него в руках желанный кофе, однако этого ему всё же не хватает. — Как вы успокоили ту собаку? — произносит Ландо перед первым глотком. — Я дал ей печенье, — а потом он кладёт в рот вдруг появившееся из ниоткуда печенье. Это было сексуально по всем меркам. — И что, оно всегда при вас? — Да, — несколько секунд Ландо думает над ответом, но, увы, не приходит к какому-то открытию, а потому отпивает ещё кофе. — Вы тоже хотите? — Нет, — говорит так быстро, словно боясь выдать что-то, что специально лежит глубоко в пыли.

***

— Оказывается, я в программе наставников, — слегка устало, словно он делает что-то снова и снова, произносит Ландо, пока заходит в одну из переговорных комнат, в которой его уже ждут. — И у меня встреча со стажером Оскаром Пиастри. — Добрый вечер, — парень вскакивает со своего места, как только видит вошедшего. В то время как Норрис подходит к столу Оскар тянет руку для рукопожатия, однако не встречает взаимности и убирает спустя несколько секунд. — У тебя семь минут, — тот садится на противоположную сторону мебели от собеседника на ближайшие ранее сказанные семь минут. — Десять, кажется, — Пиастри тоже находит своё место. — Спасибо, что нашли время. — Пришлось, — пожимает плечами Ландо, показывая равнодушие парню. Но ему ли? А быть может, самому себе? На это Оскар лишь приподнимает брови и останавливается говорить, когда действительно нужно. — Что ж, — всё же он открывает блокнот и берёт ручку, как прилежный стажер, который хочет чему-то научиться или вынести что-либо. — С чего всё началось? — Что? — Ваша карьера. — Это твой вопрос? — Ландо наклоняет голову в недопонимании. — Да. — Есть гугл для этого. — Я хочу услышать вас. Желая то ли побыстрее закончить, то ли хотя бы провести эти семь минут с большей пользой для стажера, Ландо вздыхает и начинает перечислять факты о собственной жизни по хронологии. Как учился, откуда брал идеи, как пришла та самая идея, сколько неудач было, их точное количество, как боролся за место в своей же идее и как всё-таки получилось то, что есть на сегодня. Не особо задумывается над формулировками и фразами, вылетающие из его рта. — Не любите людей жадных до власти? — вдруг спрашивает Оскар среди всего, что тот рассказал. — Ты думаешь, я такой? — Нет, наоборот. Вам нравится делать что вам говорят, — вчерашние ночные воспоминания вспыхивают как тополиный пух у Ландо в голове. И не только они, но и то, что привело его к этому. Он правда любит Карлоса. Только не секс с ним. Однако мужчина не поймёт того, что любит его парень, который каждый раз кончает с закрытыми глазами. Похоже, стажёр понимает его и его желания. Но это неправильно. — Простите. Я бы хотел задать ещё вопрос. — Мне уже пора, — Ландо смотрит на часы, чтобы лишь сделать вид спешки из-за рабочих дел. Хотя, на самом деле, он хочет сбежать от себя же. Парень встаёт, стараясь не смотреть на Оскара. — Тебе отправят письмо о следующей встрече, Ландо быстрыми шагами уходит к двери, однако забывает, что стажёр вообще-то выше, чем он. Потому едва успевает подумать о чём-либо, когда чужая рука оказывается поверх его. — Я постараюсь составить более интересные вопросы, — Ландо почти касается своим дыханием лицо Оскара после того, как поднял голову, дабы заглянуть в глаза. Дёргает ручку двери и встречает сопротивление. — Подождите. Пиастри пугает бесконечным спокойствием, льющееся из его рта и обитающее на лице, ещё с той встречи на улице. Смотрит так, будто следит за поведением какой-нибудь собаки, хотя перед ним Норрис. Скорее всего, он даже не узнает, что тот желает такое отношение к себе, и потому мечет взгляд по всему до чего может дотянуться. Тысяча и одна мысль пролетает в голове Ландо. В одну секунду ему кажется, что их губы так близко, и он не в силах оттянуть себя от глупой мысли прикоснуться. Только вот тот движется в противоположном направлении. — Я не разрешал, — мягко улыбается Пиастри. Наконец-то что-то новое в коллекции эмоций. Внутри парня опять всё горит, хотя вроде бы оно не переставало, из-за чего дышать становится тяжело. — Пожалуйста, — вдруг, только для себя, произносит Ландо. Оскар снова поднимает уголки губ, к которым до сих пор хочется прилипнуть. — Теперь хочешь быть хорошим мальчиком? — Да, — почти шепотом говорит парень. Не закрывает рот до конца в надежде, что всё-таки получить желаемое. Конечно же Оскар обращает внимание на данный феномен. Потому поднимает левую руку и засовывает большой палец в чужой рот. Нажимает на язык и открывает его шире. Наклоняет голову, словно рассматривает что-то весьма интересное и так оно и было. В ответ Ландо лишь прикрывает глаза, теряясь в новых ощущениях, которые Карлос точно бы не понял и не стал бы так вести себя с ним. Парень чувствует как палец перемещается с языка на внутренную часть щеки, а следом что-то горячее касается его языка. Чужие губы обхватили его собственные. Через некоторые мгновения, пока Ландо пытается удержать свои колени прямыми, мокрый палец мажет слюной по коже владельца. Тело Оскара не двигается, выражая уверенность и доминантность. Норрис чувствует эти качества из–за чего его ещё сильнее накрывает. Да так, что приходится схватиться за чужой ремень. Просто для опоры. «Пока что», — пролетает мысль у парня. — Тебе вроде пора, — вдруг отступает Оскар. Пару секунду Ландо остывает и собирает все слова в голове в предложения, которые на свежую голову страшно осознавать. — Блять. Это… ошибка. — Хорошие мальчики не совершают ошибок.