Огонь и Лёд

События происходят во время битвы Агар-агар и Фаер Спирита. Грохот разнёсся по пещере, эхом заметался между каменных сводов, заставляя воздух вибрировать, а мелкие камни биться о землю, пока те не стирались в пыль. Битва была в самом разгаре. Алые, полные голода глаза неотрывно следили за мечущимся воплощением пламени сквозь густую желеобразную чёлку. Фаер Спирит без устали концентрировал огонь и уклонялся от ледяных атак, что веером вылетали из зеркала настойчивой противницы. Эти морозные осколки, их форма, их оттенок... на самом краю сознания они показались ему до жути знакомыми. Но времени размышлять не было — смертоносный град не утихал ни на секунду. Улучив момент, Агар-агар отпрыгнула на безопасное расстояние. Её тело запульсировало, собирая всю силу, что таилась в зеркале. Всё её существо пропускало через себя энергию, и холодное голубое свечение окутало её, словно саван. А затем — вспышка. Ледяной луч сорвался с поверхности зеркала и ударил прямо в Фаера, за долю секунды превратив его в огромную ледяную глыбу. — Наконец-то... — Агар-агар замерла, тяжело дыша. По её лицу расползлась широкая, вязкая улыбка. — Тёплая еда... вкусная... Крот, местный работник пещер, выбежал на грохот и застыл как вкопанный, широко раскрыв глаза. Ледяной куб с печенькой внутри стремительно падал вниз, а эта жуткая желейная девица уже приближалась к нему, не сводя голодного взгляда. Маленькие лапки Крота сработали быстрее разума. Он сорвался с места, бежал быстрее, чем она, быстрее, чем мог сам от себя ожидать. В спешке схватив кирку с пояса, он принялся отчаянно колотить по ледяной корке, пытаясь хоть как-то разбить её, разбудить защитника пещеры. Но Фаер Спирит не отвечал. И тут изнутри глыбы послышался треск. Крот, инстинктивно придерживая каску, рванул в сторону. Желейная печенька замерла на полпути, уставившись на глыбу с внезапным недоумением. А потом лёд взорвался. Ослепительная вспышка невероятной огненной мощи расколола и расплавила его в одно мгновение, разметав пар и осколки по всей пещере. В центре этого пекла парил Фаер Спирит, объятый пламенем феникса. Его глаза горели, и по пещере разнёсся торжествующий хохот. — Попробуй-ка проглотить ЭТО, малявка! Он сосредоточил всю свою мощь в посохе и направил её прямо в зеркало. Не просто струю пламени — настоящий огненный шторм, ревущий и плюющийся искрами. Агар-агар сначала спокойно подставила зеркало, поглощая магический огонь, и её лицо осветилось блаженством. — Вкусно... Но чем больше силы источал Фаер, тем крепче ей приходилось держать зеркало. Поток заставлял её пятиться. Ноги скользили по каменной крошке, плечи дрожали от напряжения. Она ощутила жар — настоящий, обжигающий, — и верхушка её желейных волос начала плавиться, стекая по лицу вязкими каплями. — Слишком... много... Слишком... жарко... Раздался хруст. На этот раз треснуло уже зеркало. Тонкая, как паутина, трещина пробежала по его поверхности, и осколки осыпались перед её ногами. Тесто Агар-агар ослабло, она выронила зеркало и, пошатываясь, бросилась прочь. Убегая, она даже не видела, как её оружие, блеснув в свете пламени, отскочило в сторону и закатилось в расщелину. — Пока... Холодная... еда... — донеслось из темноты тоннеля, прежде чем она окончательно скрылась в его чреве. Гул стихал. Языки пламени ещё плясали на стенах, вылизывая камень в победном танце. — Хаа-ха-ха! Как же... это было КРУТО! — Фаер, всё ещё паря над полем боя, сиял. — Заставила ж эта малявка меня попотеть! Но НИКТО, слышите, НИКТО не сравнится со мной в мощи! Он торжествовал, не обращая внимания на разрушенные стены, валяющиеся кристаллы и перепуганного крота, выглядывающего из-за валуна. Не заметил он и того, как разбитое зеркало, оставшееся лежать в стороне, начало источать слабый ледяной импульс. Почувствовав это, он осёкся. Медленно обернулся. Из осколков просачивалась энергия — гораздо холоднее, чем та, что он ощущал во время боя. Крупицы льда поднимались в воздух и начинали кружиться, вырисовывая в темноте пещеры призрачный силуэт. Снежинки сплетались, формируя знакомые очертания, и поток ледяной магии начал принимать форму, которую он меньше всего ожидал увидеть. — Фрост... Квин? — прошептал он, не веря своим глазам. Из мерцающих снежинок возле разбитого зеркала медленно проявилось тело. Обессиленное, полупрозрачное, подтаявшее — Фрост Квин лежала без сознания, стоило всем осколкам её сущности вырваться из заточения. Фаер, сбросив форму феникса, рванул к ней, но замер на полпути, заметив, как от одного его приближения ей становится хуже. Её усталое лицо исказилось гримасой боли, и она чуть слышно застонала. Он отлетел подальше, стиснув зубы. («У неё не то что мало магической энергии — у неё минимальный запас жизненной силы! Как она вообще ещё не рассыпалась?!») Мысли бешено крутились в голове. Маны почти нет. Это можно исправить, отправив её в источник её силы — в Ледяной Замок. Но посмотрев на неё снова, такую хрупкую, лежащую без сознания, он понял: магический полёт её просто убьёт. Разорвёт на куски. («Значит... надо сначала вернуть ей скипетр. Но где его искать? Кто вообще может знать?.. — он замер, и в голове вспыхнула догадка. — Тот... тот самый... ну, малой подопечный Фрост Квин. Как его там... Щербет! Он точно должен знать.») Это означало одно: Фаеру придётся отправиться в ледяные земли. Покинуть своё место комфорта, свои тёплые, уютные пещеры. Привыкший к абсолютной свободе дух огня этой мысли был совершенно не рад. Но если он сейчас её оставит... Никто другой не спасёт Фростю. Никто даже не заметит её пропажи. Стиснув посох, он принял решение. Подозвав дрожащего Крота, он опустился на одно колено и заговорил — на удивление серьёзно, без привычных шуток: — Слушай сюда, малой. Я ухожу. А ты присмотри за ней. Отнеси её в самые нижние, холодные штольни. И придумай, как поддержать её состояние. В идеале — приведи в чувства. Понял? Крот, всё ещё напуганный, но польщённый таким доверием, отчаянно закивал. Фаер выпрямился, в последний раз бросил долгий взгляд на лежащую без сознания Фрост Квин и взмыл в воздух. Огненная вспышка — и его силуэт растаял в темноте туннеля. Так началось это путешествие. Фаер Спирит летел вперёд, даже не догадываясь, какой тернистый путь он выбрал и к чему в итоге приведёт этот выбор.