Мы с тобой константа

Будильник прозвенел в 6:50. Утро начиналось как обычно - умылась, взвесилась. 42 жить можно, есть тоже. Одела первое, что под руку попалось. Перепрыгивая через ступеньку спустилась на первый этаж, оттуда через всю деревню в огромную столовую.Спортсмены уже сновали туда сюда. Надо бы и вправду плотно поесть, кто знает вернётся ли она в деревню после первой тренировки или решит умереть в душном тренажёрном зале. -One please.- Оля указала пальцем какую-то кашу, вроде бы овсянка. Взяла кофе, насыпала сахара побольше, чтобы хоть как-то поднять себе настроение. Наспех позавтракав и успев поздороваться с прилетевшей вчера Самоделкиной, девушка неспешно пошла обратно к себе в номер. На часах только 7:45 времени ещё вагон. Созвонилась с мамой, почитала книгу, даже домашку по астрофизике частично сделала. Оля была напряженна и не могла унять трясущиеся руки. Скоро первая тренировка на Олимпиаде. На Олимпиаде, подумать только. Год тому назад она даже в сборную России не отобралась и стала лишь 8 на чемпионате России. А теперь она здесь, с самыми именитыми спортсменами мира. В автобусе села у окна, ехать было не долго. Руки тряслись и все тело бросало то в жар, то в холод. Екатерина Владимировна кажется тоже сильно переживала, потому что спросила у подопечной про коньки раз 10 точно. Утренняя тренировка была на основной арене, что добавляло ещё больше драматизма. Слава богу билеты хотя бы на эту тренировку не продавались, хотя катать под камерами тоже было в новинку. В 3 кофтах и двух штанах Оля зашла в спортивный зал. Он был небольшой, но так как она каталась в первой разминке людей здесь ещё не было. Начала со стандартного - 15 минут на дорожке, прыжки на скакалке, двойные и одинарные туры, упражнения на скрутку и в конце концов прыжки на полу. До льда 10 минут самое время обуваться. Натертая стопа почти уже зажила, однако вставлять ногу в ботинок все равно было неприятно. Черные перчатки неприятно прилипали к пальцам а рукава первой кофты собирались в складки и не хотели расправляться. Оля начинала терять самообладание. Она вышла за дверь раздевалки предварительно захватив свою салфетницу в виде оленёнка - в детстве её называла так мама, вот и прижилось. - До льда три минуты, где тебя носит ? Константинова ничего не ответила, лишь сильнее сдвинула брови и попыталась вновь разгладить рукова кофты. Вот и дверь на лёд, а за ней новая жизнь. Она дернула ручку и застыла на секунду боясь отворить дверь. Шагнула за порог. Обратного пути нет. Оля смотрит только под ноги. По крайней мере до тех пор, пока не снимет чехлы и не сделает первый шаг на лёд. Оглянулась, красота невероятная - сине-фиолетовые борды и яркие белые надписи 2026 Milano Cortino. Как в сказке. Но времени глазеть не было. Пару кругов чисто беговых - в тренера полетела первая кофта и теплые штаны. Дальше упражнения на скольжение, чтоб почувствовать лёд. Двойные прыжки, снята вторая кофта. - Давай сейчас флип, потом флип тулуп, потом с лутцом тоже самое.- Оля сдержано кивнула. Другие фигуристки оглядывались, было непривычно видеть 3-3 на разминке. - Хорошо вот здесь выезд побольше делай, давай лутц ритбергер и на короткую вставай, катать через 10 минут. Сделала луц рит пару раз и пошла на аксель. Он был её любимым прыжком. Получился ещё лет в 13 и первый поддался восстановлению после страшной травмы левой ноги. - Olga Konstantinova. - по английски имя её звучало грубо. По крайней мере ей так казалось. Вот первые ноты уже вьевшейся в память Come along , заход на аксель, сделала, дальше флип сольный не составил труда. Вращение , лутц-тулуп пошатнулась на выезде, дорожку не стала делать и вращение второе тоже, финальный заклон. Нормально пойдет. - Ну нормально, сейчас давай дорожку отдельно и на четверные переходи, только без фанатизма. - Снова лишь нахмурила брови и кивнула. Попробовала тулуп - нормально в ногах. За ним аксель ещё один - красивый. Пора бы на флип, но страшно может лучше с лутцов сначала. Да, так и поступила. Сольный степ. Потом ещё один уже нормальный и ещё один. Надо флип, раньше на соревнованиях его не прыгала, но сейчас терять было нечего, да и на тренировках в Москве удавался стабильно, минимум 7/10. Вот разгон по Итальянскому льду, прыжок - раскрылась. - Плечи доворачивай пожалуйста.- Моисеева только это и успела крикнуть, пока Оля проезжала мимо. Заход вкрутилась, но высоты не хватило и приземлилась в пятку из-за чего бедро моментально почувствовало холод и боль. - The training is over, athletes are asked to leave the ice. Как уже ? Ничего не успела, зато все сняли. Ладно сегодня ещё вечерняя есть. Надо бы отпроситься посмотреть произвольные парней. - Иди заминайся и езжай отдохни. Вечерня в 3 помнишь? - Ага. -  живот сжимался от волнения. Это плохо очень, значит надо постараться успокоиться перед вторым льдом. Бег отличный вариант. 40 минут на дорожке и ничего тебя больше не интересует. На обед так и не съездила, зато посмотрела тренировки мужчин. Ох, как это было величественно и красиво. Оля была в невероятном предвкушении вечера произвольных программ. Вторая тренировка тоже прошла неплохо. Конечно все паблики у облетели сообщения о вечернем льду и олиных успехов на нем. Константинова Ольга проводит вторую тренировку на Олимпийском льду, в этот раз на неосновной арене. В прогоне : 4f , 2T, 3a-2a-2a, 3Lz-3Lo, вращение пропустила, 4Lz-3T, 3a, 3F. Вне прогона : 4Lz, 3F , 3F-3Lo, 4T, 4T, 4F, 3a-2a-2a, 4F(падение), 4Lz-3T, 4T-3T(степ-аут) Моисеева, посчитавшая вторую тренировку очень даже удачной, отпустила Олю посмотреть произвольные парней. Чему Константинова была невероятно рада. Расположившись на дальних рядах арены и натянув капюшон на глаза, стала следить. Сначала конечно без особого энтузиазма - набирать меньше 250 баллов по сумме на Олимпиаде, казалось ей даже слегка стыдным. Вот предпоследняя разминка началась. Петя откатал хорошо, балы были низки, но к этому все были готовы, она уж точно. Кто-то ошибался на простых элементах, кто-то катал хорошо особенно по сравнению с собой. Закончилась третья разминка. Илья знал - преговор уже подписан, он не чувствовал ног, лишь тупое жжение в районе груди и невозможность вдохнуть полной грудью. Вышел на лёд, требуны взорвались, в ушах звенело. Попрыгал что-то, не сам - ноги помнят, голова пустая. Оглядел всех перед кем сегодня будет позориться. Нет, только не это. Зелёные глаза смотрели прямо на него. Дьявол. Смотрит с самого высока, в глаза, а в глазах он видит страх и самого себя. Разминка закончилась, мучения только начинались. Вот Миша проехал свою произвольную, Оля рада от всей души. Какой хороший прокат на второе точно можно претендовать. Остался Шома и Илья. Шома падал, ошибался - все равно. Константинова хочет увидеть золото в руках Малинина. Но знает, уже все знает. И то как он вышел на этот Чертов лёд. Холодная рука сжимает кофту на груди, а глаза предательски начинает щипать. Он же вот совсем живой Илья Малинин, тот о ком во всем мире говорили с восхищением, с уважением, с гордостью. А Илья Малинин сначала делает бабочу на акселе. И вроде бы не страшна та ошибка при его умениях. Но Оля уже все понимает, слезы уже кататься по бледным щекам. Почему плачет сама не знает. Он же себе этого никогда не простит. А потом Илья падает и сердце останавливается и уходит в пятки. Как он ещё на ногах держится одному богу известно. А ведь она и считала его богом. Но бог четверных заканчивает свою программу. И смотрит прям в глаза ей. От чего Оле становиться страшно. А потом на табло загорается страшная цифра восемь. И грудь щемит от того, что это Илья поздравляет Мишу с Олимпийским золотом. Нет. Нет. Нет. Это же не правда. Это все гнусная ложь. Почему к нему никто не подходит, он же мальчишка совсем. Олю тошнило от внутренних переживаний. Она убегала с арены в слезах, почему сама уже не понимала. В автобусе её трясло, как они добрались она не помнила. Только помнила как бежала в свой номер, будто за ней кто-то гнался. Захлопнула дверь, сразу заскочила в ванную, её тошнило от ужаса. Почему она такое испытывала она не знала. Услышала звук воды из соседнего номера и тихие всхлипывания. Константинова с ужасом отшатнулась от стены. Ну не уж то мир на столько тесен. - Why did I ruin everything again? - Илья ударил кулаком об стену - haven't I trained enough? Олю бросило в жар, ну почему, почему он сейчас сидит там один. Она ничего не может сделать. Они ведь даже не общались никогда, он и имени её не знает. Но ноги олины отрываются от холодного кафеля ванной комнаты и она начинает ходить взад и вперёд по своему номеру. Проходит наверное с полчаса как крики утихают, Оле казалось, что мозги её превратились в кашу. Комната была темна только часы горели - 2:08 . И здесь эта восьмерка. Нет, не могу, сердце разрывается. Константинова подошла к соседнему номеру рука так и застыла над дверью с табличкой 528.