глупый и придурок

      Крупные хлопья снега медленно кружат, играясь с тёплым светом фонарей. Деревья замерли, покрытые инеем. Прохожие суетливо перебирают ногами – наверное, торопятся домой. Но торопиться в такую погоду в принципе проблематично – шаг вправо, шаг влево, и вот ты уже валяешься с ушибленным копчиком. А то и с переломом – не очень-то это приятно. Так думает Минхо. Возможно, кто-то считает иначе, он не уверен.       Ладони немного потеют. Почти два дня их съёмная квартира бьёт по ушам своей тишиной. Ну, не совсем тишиной – Минхо пару раз слышал заливистый смех Джисона из комнаты, да и сам он переодически похрюкивал с тупых тиктоков. Разница лишь в том, что в этот раз Минхо не отправлял эти видео своему соседу и не звал его к себе, чтобы посмотреть их вместе.        Вот в чём проблема.       Он понятия не имел, что отказ от просмотра тупого любовного реалити-шоу настолько обидит Джисона. Хан, конечно, всегда был немного ранимым, но чтобы настолько… Минхо удивлён. Изначально он даже не воспринял это всерьёз. Джисон просто кинул ему «иди в жопу», встал и ушёл в свою комнату.        И вот когда следующим вечером тот так и не вылез из своей комнаты дальше туалета – стало понятно, что где-то Ли знатно проебался. Обычно Джисон дуется пару часов, после чего сам приходит к Минхо и просто ложится рядом. Ноутбук перемещается на середину кровати, а вторая подушка Джисону под голову. Так было всегда – никто из них особо не любил извиняться, поэтому извинения превращались в своеобразные жесты.        Но для этих жестов нужно, чтобы обиженная сторона показала, что готова к примирению. Иначе нет никакого смысла – они оба знают, что, если не дадут друг другу время побеситься и пережить эти эмоции в одиночестве – ни о каком прощении и попытках подмазаться речи и быть не может.        А как получить зелёный свет, если Джисон не выходит из своей комнаты? Приходится исхитряться.        Минхо не нашёл варианта лучше, чем вызвать курьера с двумя бутылками любимого холодного кофе Хана и супер-клеем.       У Джисона осталась всего одна порция. Поэтому было принято стратегическое решение заклеить крышку. Он точно не сможет открыть и тогда, какой бы не была его гордыня, Джисон попросит помощи своего соседа. Конечно, Минхо тоже вряд ли сможет что-то с этим сделать, но тут в ход вступят две заготовленные бутылки.        Это должно сработать. Джисон ни за что не выберется из дома в такой холод. Остаётся только ждать. 

✮✮✮

      Дверца холодильника поскрипывает, заставляя Минхо замереть в ожидании. Минут пять на кухне раздаются невнятые кряхтения и вот, наконец, босые ноги шлёпают в его сторону.       Дверь распахивается и…       И в Минхо прилетает эта чёртова бутылка.       — Какого…        — Открой, – стоит с таким непринуждённым видом и смотрит куда угодно, только не на него.       — Она не откроется. Я её заклеил.        — Ты придурок? Зачем?        — Ну… Чтобы помириться, – на самом деле Минхо еле сдерживается, чтобы не начать восторженно рассказывать о своём гениальном плане. Но, кажется, Джисон ещё не до конца оттаял.        — Ты придурок, – произносит Хан уже как констатацию факта и собирается удалиться из комнаты.       — Ну, Джисон, подожди. Я купил тебе ещё два таких же кофе, взамен тому. Только не дуйся, пожалуйста.       Ноги в коридоре замирают, но он продолжает молчать.        Что ж. Минхо тяжело вздыхает и…       — Я посмотрю с тобой шоу.        Пушистая макушка высовывается из дверного проёма.        — Правда?        — Правда. А ты расскажешь, в чём действительно дело? – ну, конечно, Минхо не дурак и прекрасно понимает, что тут что-то большее, чем отказ от просмотра шоу. Даже в свои худшие дни Джисон бы не стал так долго воротить носом, и они оба это знают.        И как-то он умудрился так аккуратно сойти с этого вопроса, что Минхо даже почти не понял. Решил, что оставит это на потом.       Они смотрят уже третий выпуск, и Минхо должен признать – это не так плохо, как он думал. На удивление даже хочется узнать, что же там дальше и чем всё закончится. Стоит ли говорить об этом Джисону? С одной стороны – это бы точно искупило его вину полностью, а с другой – это означает признание, что ему понравилось дэйтинг-шоу. Честно говоря, он пока что не готов к этому.        Хотя, судя по хитрому выражению лица Джисона, ему и говорить ничего не надо.        — Ну, что ты так смотришь? Да, признаю, это интересно.       Рот Джисона смешно приоткрывается и превращается в широкую ухмылку.        — Я так и знал! Но вообще, я хотел сказать другое, – Минхо хочет треснуть себе по лбу, — С чего ты взял, что мне нужно выходить из дома? Я же мог заказать доставку, как и ты.       Когда Джисон заметно расслабился, Минхо всё-таки рассказал ему свой хитрый план. Из-за чего ещё несколько раз был назван придурком и получил ладонью по плечу. Зато план действительно сработал, и спорить с этим бессмысленно.       Периодически Хан продолжал вкидывать какие-то вопросы и комментарии по поводу всей ситуации. И всё ещё продолжает.        — Ты бы не стал заказывать доставку только ради кофе. Учитывая, что сегодня холодно, а заказ выходит маленьким – доставка бы вышла дорогой. Заказывать больше ты бы не стал, потому что зарплата не скоро, а на меня ты обижен и в долг попросить бы не смог.        — Всё-то ты знаешь! Аж бесишь, – Джисон высовывает язык и корчит лицо. По-дурацки так.        Настолько по-дурацки очаровательно, что Минхо не успевает уследить за своим собственным языком.        — Можно я лизну?       — Что?        Господи. Ему был дан шанс ловко свернуть с этой ситуации, но собирается ли он им воспользоваться? Вряд ли.        — Язык.       — Ты… хочешь лизнуть… мой язык? – Ли видит отражение собственного ахуя в чужих глазах, но ничего не может с собой поделать. По какой-то ебучей причине ему необходимо сделать это прямо сейчас.       — Да. Пожалуйста?       — Лизни.        Не проходит и секунды после этих слов, как их языки встречаются. И Минхо действительно пару раз проводит своим по языку Джисона, тупо пялясь в чужие глаза. Первым сдаётся Хан – он истерично хихикает, заставляя Ли отстраниться с нелепой улыбкой.        — Ты реально лизнул мой язык.       — Ага.       — И как тебе, понравилось?       — Понравилось, – Минхо решает ограничиться коротким ответом. Потому что он не уверен, что может выдать сейчас, если начнёт говорить больше, чем односложно.       — А если я попрошу что-то, ты мне разрешишь?       — Разрешишь.       — Я ещё даже не сказал, чего хочу, как ты можешь так просто соглашаться!       Честно говоря, Минхо сейчас воспринимает все слова через толстенную призму очарованности Хан Джисоном, но не то чтобы это было чем-то необычным. Но сейчас он бы согласился на всё. Чужие губы продолжают двигаться, только вот Ли не слышит слов.        — Ага.       — Я сейчас тебя поцелую.       Минхо не уверен придумал ли это его воспалённый мозг, но, судя по тому, как чужие губы вжались в собственные, Джисон действительно сказал то, что сказал.       Ли подхватывают под бёдра и сажают к себе на колени, вжимаясь пальцами в талию. Хан углубляет поцелуй, позволяя их языкам снова соприкоснуться, и в этот раз сильно настойчивее. Минхо не успел понять, как всё так быстро перешло из разговоров о доставке в это. Но жаловаться даже не смеет.       Есть ощущения, что Джисон пытается его сожрать – руки прижимают податливый торс всё ближе к себе и Джисон начинает кусаться. Не больно, а так что поясница сама выгибается и хочется мурлыкать. Мягкие губы медленно проходятся отпечатками по всему лицу, заставляя Минхо хихикать, и это сводит его с ума. Потому что сразу же после этого Джисон спускается к шее и тягуче дышит в неё, немного касаясь губами. Пальцы всё ещё не разжимает – продолжает удерживать, но уже не так плотно. Смуглые бёдра ёрзают, пытаясь отодвинуться назад.        — Кофе и правда вкусный.       — Замолчи. Ничего не говори.        Смешной. Уткнулся своим тёплым носом ему в шею и молчит. И как Минхо должен справляться с этим?        Молча, если судить по мнению Джисона. Что ж, значит, говорить будет Хан.       Ладони упираются в сильные плечи и роняют Джисона на лопатки. Минхо хищно нависает над ним.        — Рассказывай.        — Ч-что?       — Почему игнорировал меня два дня?       Джисон продолжает молчать, отворачивая лицо в сторону. Это заставляет колено Минхо подвинуться в опасной близости к паху.       — Джисон. Рассказывай, – вторая рука хватает мягкие щёки, разворачивая румяное лицо к себе.       — Ты улыбался кому-то в телефоне, когда отказывал мне в просмотре шоу. И даже не посмотрел на меня. Просто отказал и всё. Я подумал… Я не знаю.       — Ты приревновал что ли? – Джисон снова пытается отвернуться.        — Если бы это был мем или что-то забавное, ты бы показал мне… А ты просто продолжил смотреть в телефон. И я знаю, что ты не обязан говорить мне всё, что происходит в твоей жизни, просто… Я почувствовал себя глупо, – зацелованные губы надуваются в возвращающейся обиде.        — Сони, – маленькая улыбка расплывается на лице сама по себе, — Ты правда очень глупый, если решил, что тебе есть к кому меня ревновать.        — Эй! Ты обесцениваешь мои чувства!       — Джисон, я влюблён в тебя ещё со времён динозавров, и все вокруг об этом знают. Ну, видимо, кроме тебя.       — Я… Так нечестно! Ты использовал козырь, и теперь всё, что я скажу, будет выглядеть глупо, – Хан толкает его в грудь, пытаясь подняться.        — Я заклеил твой кофе.       — Ладно. Хорошо, я согласен быть глупым, учитывая, какой ты придурок.        — Чанбин тогда придумал очередной план моего признания тебе. Вот почему я улыбался. В нашем чате это, вроде как, стало шуткой. Надо мной, конечно. Он бы облысел, если бы узнал, как всё было на самом деле.       — Хочешь рассказать ему?        — М-м-м, подумаю над этим. Скорее всего опущу некоторые, – Минхо ставит колено впритык к чужому паху, — детали.        Джисон весь сжимается и снова краснеет.       — Что значит детали?! У меня между прочим там всё прилично! Если не веришь, могу по—       О нет. Хватит на сегодня потрясений. Губы снова сталкиваются, но уже менее жадно.        Четвёртый выпуск приходится пересматривать заново. Возможно, даже несколько раз, потому что кто-то всё никак не может отлипнуть друг от друга. В общем-то они довольно быстро теряют интерес к происходящему на экране. Оказывается, устраивать своё дэйтинг-шоу, лёжа на кровати весь день и целуясь, намного интереснее, чем смотреть его.