Карты не врут

Солнечный свет пробивался сквозь пыльные окна салуна, выхватывая танцующие в воздухе пылинки. Пайпер, поправив свое безупречное нежно-голубое платье, лучезарно улыбнулась Барли, который с методичным звоном протирал стаканы за стойкой. — Сегодня вечером приглашаю тебя и Рико на партию шоколадных кексов, они просто изумительны!— пропела она, придерживая свой зонтик. — Погода просто чудесная, не находишь? Даже этот вечный песок сегодня кажется таким золотистым. Робот-бармен вежливо наклонил голову, его механический глаз мигнул. Пайпер всегда верила, что вежливость — это лучший способ встретить любой день. Она окинула взглядом помещение Салуна: Кольт и Амбер яростно спорили за карточным столом, пока Поко перебирал струны своего банджо, сидя в дальнем углу. Но внезапно двери салуна распахнулись, вошли двое, от которых по спине Пайпер пробежал легкий холодок, несмотря на ее жизнерадостный настрой. Первым вошел худощавый парень, чей шарф скрывал нижнюю часть лица, но не угрюмость во взгляде. Он небрежно, почти раздраженно, поправил край сомбреро, его взгляд скользнул по лицам посетителей, оценивая и презирая одновременно. Эдгара неизменно раздражало, что в помещение был кто-то, излучающий позитив. Следом за ним, бесшумно, словно призрак, скользнула фигура в белом плаще и такого же цвета шляпе. Он был гораздо выше своего мрачного спутника. Большая часть лица мужчины была скрыта бинтами, а из под тени от полей шляпы выглядывал лишь один глаз, недобро смотрящий прямо на Пайпер. В животе девушки свернулся нервозный узел. Но это был не страх, скорее — необъяснимое влечение к неизвестному. Барли за стойкой, до того весело насвистывающий, насколько может свистеть робот, выдуманную мелодию, замер. Шериф Кольт, готовый травить очередные несмешные шутки своей подопечной Шелли, запнулся. Салун затих. Эдгар, казалось, не обращал внимания на внезапно воцарившуюся тишину. Он жестом указал на столик шерифа, и незнакомец в белом плаще двинулся в ту сторону, его шаги были абсолютно бесшумными. Когда одноглазый бандит сел, положив колоду карт на стол, Кольт попытался вернуть себе уверенный вид, ухмыльнувшись. — Этот стол занят представителями закона. — процедил шериф, стараясь, чтобы его голос не дрогнул. Шелли же не сводила глаз с незнакомца в белом. Она знала банду «Золотой Руки» — эти ребята никогда не заходят выпить или поиграть в карты просто так. Законница даже не попыталась выдавить из себя хоть каплю дружелюбия, она лишь нахмурилась и жестом остановила Амбер, уже готовую дать отпор бандитам. Поко, наблюдая за сценой, притих, стараясь медленно отползти к выходу. — У судьбы специфический юмор, шериф, — голос мужчины в белом плаще прозвучал низко и с легкой хрипотцой, от которой у Пайпер потеплело в груди. — И она говорит, что сегодня твой жетон будет единственной золотой вещью, которая останется в этом городе к закату. Кольт самодовольно ухмыльнулся, параллельно раздавая карты из колоды. — Смелое заявление для того, кто скрывает свое лицо. Неужели настолько уродлив? — Напротив, слишком красив…Плохой день для закона, Кольт! — внезапно произнес незнакомец, выкидывая комбинацию выпавших ему карт на стол. — Но отличный день для «Золотой руки». БА-БАХ! Стена банка через дорогу разлетелась на десятки кирпичей. Салун содрогнулся, но Пайпер, не теряя самообладания, лишь поправила пучок своих золотистых волос, пока бандиты синхронно вскочили из-за стола. Шериф сплюнул и выхватил свои револьверы, пытаясь найти цель в клубах пыли. Шелли же лишь раздраженно вскрикнула, перезаряжая дробовик.— Ох, манеры нынче обходятся слишком дорого, надо было сразу им пустить по пуле в лоб. Тем временем Пайпер вышла на крыльцо салуна, держа зонтик на плече. Перед банком творился сущий хаос. Белль, предводительница банды, уже стояла у повозки, нагруженной мешками с золотом. Она с грациозной ловкостью уворачивалась от пуль, пряча награбленное. Белль сверкнула своей золотой рукой в лучах заходящего солнца и достала винтовку, целясь в законников. Вдруг незнакомец в белом оказался прямо перед Пайпер. Он замер на секунду, глядя на нее своим единственным глазом. В нем не было враждебности — скорее заинтересованность смелостью девушки. Он ловко подбросил одну из своих карт, и та приземлилась у ног Пайпер. — Берегись! — крикнул Кольт, открывая беспорядочный огонь по уходящей повозке. — Шелли! Где Гавс? Пайпер лишь лукаво улыбнулась, глядя, как незнакомец в белом вскакивает на коня в один прыжок, следуя за Белль и Эдгаром в сторону каньона. — Шериф, вы такой зануда, — смеясь ответила она, медленно раскрывая зонтик и направившись в сторону своей пекарни. Вечер опустился на город, но в пекарне Пайпер работа шла во всю и пахло кексами с корицей. Девушка стояла у печи, пританцовывая, ожидая результат своих кулинарных экспериментов, но тихий шорох заставил её замереть. У входной двери, которую она забыла запереть стояла высокая фигура. Это был тот самый незнакомец в белоснежном плаще и шляпе. — Ох, — Пайпер ничуть не испугалась, лишь поправила свой передник. — Кажется, аромат моих фирменных кексов долетает даже до лагеря грабителей. — Ты не похожа на тех, кто прячется при звуке взрыва, — голос незнакомца прозвучал низко, с тем самым завораживающим хрипом. — И ты не боишься меня. Это неосторожность или... что-то другое? Пайпер одарила его своей самой лучезарной улыбкой. Ловким движением она подхватила щипцами румяный, ещё тёплый кекс, осторожно переложила его на фарфоровую тарелку и, слегка наклонившись вперёд, пододвинула её к гостю. Незнакомец посмотрел на угощение, затем на Пайпер. Он скользнул по ней внимательным, оценивающим взглядом, словно собирая детали: осанку, выражение лица, малейшие жесты. В этом молчаливом изучении не было спешки — только холодная, настороженная сосредоточенность. — Белль считает, что ты — настоящее украшение этого пыльного городка, — произнес он, и его пальцы в кожаной перчатке коснулись края прилавка. Пайпер поспешно отвела взгляд, ощущая, как к щекам подступает тепло. Смущение вызвал не столько внезапный комплимент, сколько непрошеные, слишком порочные мысли, возникшие при виде его длинных, тонких фаланг. Она тут же упрекнула себя за эту слабость, стараясь вернуть лицу привычное спокойствие. Пайпер прислонилась к прилавку, подперев щеку рукой. — Скажите мне, мистер, — протянула она насмешливо, — вы пришли попробовать мои кексы… или всё-таки ограбить? Бандит медленно наклонился ближе, и Пайпер ощутила его дыхание — тёплое, почти невесомое — у самых губ. В этот миг мир за стенами пекарни словно растворился, потерял важность. Осталось лишь невыносимое напряжение, стянувшее её изнутри и отозвавшееся тихой дрожью где-то ниже живота. — Докажи мне, — выдохнул незнакомец, сокращая последние сантиметры между ними, — что ты умеешь не только строить глазки, но и играть по-крупному. Пайпер лишь лукаво прикрыла глаза, её рука скользнула по белой ткани мужского плаща, притягивая его к себе. Запах корицы в комнате теперь смешивался с едким, пьянящим ароматом вожделения. Рука бандита легла на талию Пайпер так уверенно, почти собственнически, притягивая ближе, стирая последнее расстояние между ними. Другая коснулась подбородка девушки, аккуратно, но настойчиво приподнимая лицо, вынуждая встретиться взглядом с его единственным глазом — тёмным, горящим желанием. Пайпер лишь выдохнула, её пальцы прошлись по алой вышивке на воротнике плаща. Она чувствовала, как под этой тканью напряглись мышцы мужчины. Пайпер прижалась к нему сильнее, чувствуя холодную пряжку его ремня и твердое возбуждение. Дыхание незнакомца стало рваным. Он медленно провел большим пальцем по её нижней губе, стирая остатки сладкой глазури, и Пайпер инстинктивно подалась навстречу этому прикосновению. Девушка почувствовала, как мужская ладонь уверенно очерчивая изгиб её бедра скользнула сквозь пышные юбки. -Ах! - с губ Пайпер сошел невольный стон, когда она почувствовала крепкую хватку у края своего белья. В мгновение ока трикотаж оказался на полу, а небесно-голубое платье было задрано выше пояса. Пальцы Пайпер дрогнули, реагируя на уверенность чужой руки, и она позволила себе расслабиться и погрузиться в жгучую потребность. Незнакомец резко прижал девушку спиной к холодной стене, лишая пространства для отступления. Он одним ловким движением запустил руку меж её ног — грубо, уверенно, нацеленно. — Да ты уже мокрая... Он не дал Пайпер ни секунды на ответ — сразу накрыл её губы жадным поцелуем, резким и требовательным, будто сдерживал себя слишком долго. Его дыхание смешалось с её, зубы на мгновение задели нижнюю губу, язык настойчиво вторгся, не спрашивая разрешения. Вторая рука сжала грудь сквозь тонкую ткань платья. Слышится звук расстегивающейся пряжки. Мужчина откинул свой ремень в сторону, не отрываясь от губ Пайпер. — Повернись... Его рука уверенно легла на плечо блондинки и одним резким, властным движением развернула её лицом к стене. Холод дерева коснулся кожи щеки, контрастируя с жаром мужского тела за спиной. Незнакомец прижался ближе, не оставляя сомнений в своих намерениях, его дыхание обжигало затылок, а пальцы сжались сильнее, будто напоминая, кто сейчас главный. Пайпер почувствовала, как по спине пробежала дрожь — от страха, от возбуждения, от этого бесстыдного желания. Единственный видный глаз бандита горел охотничьим блеском: он не просил разрешения — он просто брал. Его пальцы вновь скользнули между ног девушки без предупреждения. Пайпер вздрогнула, но не отпрянула. Наоборот — слегка раздвинула ноги ещё шире и выгнулась в спине. — Ну вот, так то лучше. - прошептал незнакомец ей в самое ухо. Он провел членом по всей длине её щели: медленно, издевательски. Его головка уже блестела от возбуждения. — Скажешь "не надо" перестану...нет? Значит можно. В одно резкое движение он вошёл до самого основания — жестко, почти безжалостно. Тело девушки сжалось вокруг него, горячее и узкое. Пайпер шумно выдохнула и поморщилась от легкой боли. Он был большим, даже слишком, для её нетронутого влагалища. Но незнакомец не сбавлял темп, сразу начал двигаться — быстро и неумолимо. Его движения были резкими и мощными: каждый толчок отдавался глубоко внутри неё. Незнакомец сильнее прижал Пайпер к стене одной рукой, вторая все также была между ног девушки: пальцы в кожаной перчатке натирали клитор круговыми движениями. Грубая ткань обостряла ощущения в десятки раз. Пайпер же попыталась сдержать стон удовольствия и закусила губу до крови. — Не надо, миледи, - хрипло проговорил незнакомец ей прямо в ухо. - Я хочу, чтобы все слышали, как милашку пекаря кто то имеет прямо на её рабочем месте. Ритм мужчины стал быстрее. Каждый его толчок заставлял девичье тело вздрагивать и извиваться как лассо; дрожь шла от ягодиц до затылка. Это было почти…оскорбительно. Волосы Пайпер окончательно растрепались, пряди прилипли к влажному лицу, губы чуть подрагивали, а глаза блестели — наверное, ещё не полностью понимая, что происходит. Стоны сами собой вырывались из её груди, такие тихие, почти жалобные, а руки беспомощно шарили по стене, оставляя на ней мазки пота. Незнакомец чувствовал, как её внутренние мышцы ритмично сжимали его член — сперва медленно, потом быстрее. Он простонал сквозь зубы, впившись пальцами в женские бёдра так, что на утро точно останутся синяки. Бандит вновь ускорился — плоть хлюпала всё громче. Звуки их соития были грязными: смесь стонов Пайпер и его хриплого дыхания за спиной. Пока пекарь извивалась, пытаясь хоть на секунду дать себе передышку, мужские пальцы продолжали мучить её клитор — круг за кругом и без остановки. — Кончай на мой член. Прямо сейчас. В следующий момент Пайпер вздрогнула всем телом. Громкий вскрик вырвался из горла — это звук настоящего экстаза, вызвавший у незнакомца самодовольную улыбку. Женское влагалище сжалось вокруг него словно судорогой — жаркая волна хлынула прямо на кожу. Но бандит не закончил. Всё ещё глубоко погруженный он вытащил ствол до головки и тут же ворвался обратно. Стоны сменились тихими всхлипами, а сердца обоих колотились так, что, кажется, вот-вот выскочат. Бандит чувствовал, как стенки Пайпер содрогаются вокруг него снова — она не успела прийти в себя от первого оргазма, а он уже толкал девушку ко второму. Одной рукой незнакомец поднял её ногу выше — уперевшись коленом в стенку и проникнул ещё глубже. Его член теперь бил точно по шейке матки. Каждый грубый удар пахом заставлял Пайпер вскрикивать от боли и эйфории одновременно. Член пульсировал внутри неё всё чаще, ритм становился более рваным. Незнакомец чувствовал, как подходил к своему пределу. Он сильнее прижал её ягодицы к себе — так, что Пайпер ощутила каждый миллиметр его толстого члена внутри себя. Её внутренние мышцы сжимались снова, спазм за спазмом. Внезапно горячая струя растеклась глубоко в женской плоти — раз… два… три толчка. Мужское семя хлестало внутрь без остановки. Он простонал низко и протяжно, громко стукнув кулаком в стену. Тело бандита напряглось и Пайпер это прочувствовала даже через одежду. Но он не вышел сразу — дал семени растечься дальше. Когда последняя порция выплеснулась из головки прямо к матке, незнакомец медленно вышел из девушки с хлюпающим звуком. Белые капли просочились между половых губ Пайпер и начали медленно стекать по внутренней стороне бедра. Незнакомец отстранился от девушки, выпустив из рук её ногу. Тяжело дыша он поправил свой белоснежный плащ и шляпу. Тишину пекарни нарушала лишь отдышка этих двоих. — Ты молчишь, — тихо сказала Пайпер, нежно улыбаясь. — Иногда тишина важнее слов, — ответил бандит. — меня зовут Тара, если ты об этом. Законы редко живут там, где живу я, просто знай это, миледи. Пайпер перевела взгляд на потолок, затем снова на него. На белоснежном плаще виднелись засохшие капли крови, которых раньше девушка не замечала или не хотела замечать. Бинты Тары на лице были чуть ослаблены, и в этом виде он казался опаснее, чем раньше. — А я всю жизнь старалась быть правильной, — промолвила Пайпер тихо. — Вежливой. Предсказуемой. Она повернулась к нему ближе. — Забавно, что именно бандит увидел во мне что-то другое. — И что теперь? — спросила девушка не дождавшись ответа, все еще прожигая взглядом мужчину. — Ты исчезнешь до рассвета, как и положено таким, как ты? — Ты с самого начала знала, чем это закончится, — сказал Тара. — И всё равно не закрыла дверь. Он развернулся к выходу, уже не оглядываясь, бросил через плечо: — Карты не врут, Пайпер. И если ты сегодня вытянула меня — значит, эта партия ещё не сыграна.