маленький начальник

новосельцев сел за стол и скрылся руками. он прижал руку к полыхающему от удара месту. он сжал руку то ли от злости то ли от боли. он хлопнул это й же рукой по столу. да так громко будто вот вот и он сломается. все как под марш дернулись. — ефремович ты чего? спросил самохвалов испугавшись его. он с яростью в глазах посмотрел на него. — эта «мымра».. взяла на себя больше чем надо. он поднял взгляд на подсобку в которой только что скрылась людмила. он твердым решением решил теперь точно уволится. «ну нахрен эту мымру!» он любил. искренне любил. отпустить не мог.. но работать так больше не мог. косые взгляды, слухи, осуждение, раздутие ситуаций мешало ему. работа была хорошая ничего не скажешь. директор тоже… (ну как сказать..) возлюбленная перед глазами, но минусов больше чем плюсов. он быстрым и необъятным шагом пошел к верочке за листком для отчисления. он поставил руки к ней на стол. — вера з..здравствуйте. дайте мне п.пожалуйста заявление… об увольнение. — анатолий ефремович, опять? может обдумаете? — вера! — давайте я дам вам неделю и вы все обсудите. людмила прокофьевна женщина суровая. рассудительная. сама извинится если надо. вот через неделю дам! а пока идите! — верочка я все обдумал! сказал он — идите! идите .. идите.. я сейчас из принципа не дам! она указала жестом его уходить — давайте,давайте! шагайте.. вера тут же сообщила людмиле прокофьевне которая уже успела зайти в свой кабинет. — как захотел уволится.. неделя?! ага.. поняла. у нее в этот момент будто пол из под ног убрали. ноги подкосились. она оперлась на стол. ели дойдя шатаясь до стула она присела. она потрогала лоб. виски пульсировали. она поставила локти на стол. она не плакала. она бы не успела признаться иди успеть извинится. «смерть в нищете» пронеслось в голове. это был главный ее страх примерно лет с 25. ребенок, мать одиночка, поехавшая карьера и другие «милости». она не знала что делать. голова давала сбои. переодически выключалась. в глазах темнело. вот в один момент голова сильно заболела. руки обмякли,в глазах наступила тьма . грохот, будто что то шмякнулось на пол. новосельцев зашел пожаловаться на веру и сказать лично что увольняется. глаза рассширились. он распахнул их так широко будь еще капельку и они выпали бы. он похвал ее по имени «люд..» . заметив что звука нет и вспомнив что она бы просто так не лежала бы на полу. он подбежал к ней . легнько он бил ее по щекам пытаясь привести в чувство. он приподнял ее за плечи. — людмила прокофьевна! вставайте! выкрикнул он. он прижал ее к своей груди. она быстро поднималась. он не понимал что и как делать. он готовился к подобному, но из за паники не знал что делать. успокоившись он подхватил ее на руки и выбежал в коридор к верочке и остальным подопечным. — она упала в обморок! коллеги выручайте. он намекнул взглядом на диван что бы те убрали стоящие подушки. ольга оставила одну подушку под голову. вера быстро принесла воды и поставила на тумбочку. новосельцев от раздражения и испуга как и всегда начал заикаться. — н..ну вы это..! скорую! да! — сейчас ефремович. сказал самохвалов. ольга проверила давление. вера температору. — данные в норме! крикнула ольга. анатолий выдохнул. — фух господи.. он сел на пол рядом с диваном в ожидании скорой. и вдался в пол. словно там дыру проделать пытался! он положил свою руку на её. большим пальцем он погладил тыльную сторону ее ладони. он сидел будто опустошен внутри.