Звездная ночь.

Ночь. Круглосуточный бар с вывеской "Lupin" был пуст. Лишь двое мужчин сидели за барной стойкой и тихо попивали мягкий виски. Их третий друг уже ушёл к себе, чувствуя сильную усталость и сонливость, после совместного задания с напарником. Ода и Анго остались одни, в тишине пустого ночного бара. Мягкий алкоголь, сигареты и одна зажигалка на двоих, ведь другой забыл в библиотеке свою. Зажигалка блестела, словно новая, в его руке, пока вторая рука щипала переносицу, пытаясь остановить слёзы, что лились из глаз. Тихие всхлипы, разносились по пустому офису, пока мужчина щурился то ли от слёз, то ли от очень яркого экрана, из-за которого в поле зрения попала вещь, что когда-то принадлежала его другу и которая теперь лишь напоминала о том, что было, и чего не будет. Тихая барная музыка разбавляла тишину, Анго сделал выдох дыма, а затем тихо, но протяжно зевнул, заставляя Сакуноске тихо посмеяться и немного обеспокоенно предположить. — Опять не спал несколько суток? — синева глаз теперь была зацеплена мужчиной, что уже смыкал свои древесные глаза. — Я.. Ну мьмямья.. — мужчина даже не мог связно говорить от усталости и сна, что брали вверх, он лишь повернулся к другому мужчине, сонно смотря в васильковую синеву глаз. Васильки вспоминались в этот момент, заставляя слезы течь сильнее от горечи потери и боли. Хотелось снова взглянуть в них, снова утонуть, снова влюбиться, и снова ощутить этот взгляд на себе, такой мягкий, хоть и кажущийся строгим. Ода-саку лишь тихо хохотнул и ощутил на себе немного недовольный взгляд. Он приподнял бровь, ожидая слов друга. — Ты ничуть не лучше. — буркнул Сакагути. — сам-то не брился несколько дней, и теперь опять выглядишь как мужик какой-то. — А у тебя планы на мое лицо, что ты так из-за щетины бурчишь? — поддразнивающе, но дружелюбно ответил Ода, заставляя Анго закатить глаза. — Просто это не очень выглядит. Ты по сути эталон идеального мужчины во всех смыслах: отца, супруга и тд. А выглядишь неопрятно. — Так ты меня как супруга рассматривал? От такого вопроса Анго покраснел, сонливость как рукой сняло, он возмущённо что-то хотел сказать, но вышло лишь какое-то бормотание под нос, которое даже сам Анго не понял. Большая и теплая рука мужчины мягко приобняла мужчину за плечо и чуть придвинула ближе. Анго не мог не почувствовать очередной прилив сонливости, когда его голова плавно упала на плечо друга. Холод от ветра, что пробрался через форточку, начал обвивать вокруг, даже не смотря на пиджак на плечах. От холода стало тоскливо по тем тёплым и родным рукам, которые он больше наверняка никогда не почувствует. Слезы опять начинают течь прямо на фотографию, а из горла доносятся сдавленные всхлипы, которые он постоянно пытался подавить уж сколько месяцев, и которые вновь вырвались наружу от воспоминаний, от потери, от любви. Ода мягко поглаживал мужчину по плечу, пока тот тихо сопел на плече друга. Такой расслабленный, такой спокойный и красивый Анго не мог не заставить оду улыбнуться, он мягко коснулся губами макушки мужчины, прижимая его ближе. Через пару минут Анго открыл глаза и посмотрел на мужчину, тихим голосом пробормотав. — Сколько я так?.. — Полчаса — Ох.. — тебе следует идти домой — Ты прав.. Мужчины заплатили за напитки и поспешили из бара. Ночь была особенно звёздной, что не могли не заставить улыбнуться. Анго хотел уже пойти, как вдруг Ода его окликнул. — Постой.. — Что-то случилось? Губы мягко накрыли губы другого мужчины, правая рука легла на щеку, а левая на талию Анго,, который сейчас был в ступоре. Вскоре мужчина расслабился и чуть поддался вперёд, почти в прыжке обвивая руками шею Сакуноске и отвечая на поцелуй. Прекрасная звёздная ночь и любовный поцелуй. Холодная звёздная ночь и слезная тоска.