The Copper Trio

Шарлотта Олдридж в жизни не могла бы представить, что однажды в её дом придёт человек, одетый в мантию, и заявит, что она волшебница. Это было что-то из разряда шуток и розыгрышей, которые позволял себе её старший брат Ансель. Но мужчина, представившийся Невиллом Лонгботтомом, который по совместительству работал в школе чародейства и волшебства «Хогвартс», был абсолютно серьёзен, когда объяснял мистеру и миссис Олдридж, что их дочь — волшебница. Малышка смотрела, как её отец, которого она всю жизнь помнила седым, разглядывал этого мужчину и, кажется, думал лишь о том, как бы не рассмеяться ему в лицо или не выставить за дверь. Но лицо отца изменилось, когда мужчина достал волшебную палочку и продемонстрировал несколько заклинаний, а после превратил пульт от телевизора в хомяка. В живого хомяка. Девочка тогда отшатнулась и вцепилась в руку матери мертвой хваткой. Но, кажется, сие представление убедило родителей девочки, что та — не простой ребёнок. — Я понимаю, что это может показаться вам странным и пугающим, — параллельно убирая палочку во внутренний карман мантии, — но я тут для того, чтобы вам помочь. Пусть Шарлотта и испугалась того, что показал этот мистер, но что-то в его позе и доброй улыбке вызвало в юной голове мысль: а что, если всё, что он говорит — правда? — И что нам теперь делать? — миссис Олдридж выглядела растерянной. Корни её волос снова окрасила седина: у неё всё никак не доходили руки снова покраситься. — Для начала просто выслушайте меня, — Лонгботтом лишь вздохнул. — Возможно, вы видите волшебника впервые, и я всё понимаю: ваш страх и нежелание отпускать ребёнка так далеко. Начну с самого начала — когда-то давно, а именно в 1689 году, было решено принять «Статус о секретности». — И что это значит? — отец нахмурил брови. — Это значит, что нам, волшебникам, нельзя демонстрировать свои способности людям, которые не связаны с магией, а все её упоминания должны быть стерты, но, — Невилл поднял указательный палец вверх, — есть исключения. Например, наш случай. Вы родители ребёнка, который обладает магией, и я обязан вас оповестить о том, что из себя представляет Хогвартс и магический мир. Далее этот мужчина объяснял о школе под названием «Хогвартс». Только вчера в дом номер 17, расположенный на улице Надежды, прилетела сова. Настоящая сова, у которой в клюве было письмо из Хогвартса. Ещё вчера данная новость повергла жильцов дома в шок. Как сова могла доставить письмо? Это что, розыгрыш или проверка на трезвость? Из рассказа Невилла Лонгботтома Шарлотта узнала, что Хогвартс — одна из лучших школ чародейства и волшебства, что там есть взрослые, которые ей обязательно помогут, и что волшебники вынуждены придерживаться некоего «Статуса о секретности». Она перевела взгляд на отца. Он смотрел своими глазами то ли монголоидной, то ли европеоидной формы на этого человека в мантии и, кажется, нехотя, но принял его правоту. Глаза у Шарлотты по форме и по цвету были как у отца. — Вы не замечали, что вокруг вашей дочери могут происходить разные вещи? — продолжал мужчина, закончив рассказ о школе для волшебников. — Например, резкое перемещение, или, когда она злится, вокруг неё предметы чуть ли не взлетают? Супруги замерли. Мать посмотрела сначала на дочь, которая всё ещё пряталась, а после переглянулась с мужем. Невиллу не понадобилось переспрашивать, чтобы понять: да, было. Спустя минут сорок родители выдохнули. Миссис Олдридж провела рукой по красноватым волосам, но взгляд её голубых глаз был всё ещё тревожный. Шарлотта всё же выглянула из-за спины мамы, видимо, её выдох дал девочке понять, что напряжение развеялось. — А где мы можем купить принадлежности к школе? — спросила она робко, всё ещё стоя за спиной матери, но наполовину выглядывая из-за неё. — Просто в письме столько всего было указано… Невилл лишь улыбнулся. — В Косой Аллее, — он оглядел супругов Олдридж. — В какой день вам будет удобно отправиться за школьными принадлежностями? — А что, мы не можем пойти сами? — брови отца сместились ближе к переносице. — Вы нам объясните как и куда, а дальше мы сами разберёмся. — Так не получится, — гость лишь покачал головой. — Косая Аллея скрыта от вас, людей, которые не владеют магией. Давайте вы назначите дату, а я помогу вам туда добраться, помогу обменять вашу валюту на нашу, а дальше уже объясню что, как и где покупать. Миссис Олдридж взглянула на настенный календарь, а после кивнула. — Пятнадцатое июля подойдёт? Сегодня было тринадцатое. — Без проблем! — мужчина улыбнулся, порылся в сумке, висевшей на плече, и достал оттуда книгу. — А это тебе, — он протянул девочке книгу. Не ожидая такого, сделала маленький шаг назад, а после посмотрела на маму, безмолвно спрашивая разрешения. Мама, разглядев название книги, сначала поморщилась, а после кивнула. С разрешения матери, «История магии» оказалась в руках девочки. — Спасибо… — тихо произнесла Шарлотта, а после опять встала за спину, прижимая книгу к груди. — Может, вам чаю? — Спасибо за предложение, но думаю, что я откажусь, — на часах, которые висели на стене, стрелка медленно подбиралась к цифре три. — Пятнадцатого июля я буду здесь в одиннадцать часов. После этих слов мистер Олдридж встал и проводил мужчину к двери. Шарлотта тем временем смотрела на обложку книги. «История магии», автор Батильда Бэгшот. Эту книгу она помнила из списка того, что надо купить всем первокурсникам. Но вопрос был в другом. Как теперь родителям жить с мыслью, что их дочь — волшебница? И, что ещё хуже — это нельзя рассказывать всем подряд. Хотя нет, хуже этого только то, что их ребёнок будет далеко от них, а связаться с ней они смогут лишь как в старину: с помощью писем, которые отправить можно только по совиной почте. Но ход времени не остановить, как бы того ни хотелось. Пятнадцатое июля настало быстро. Весь вчерашний день мама с папой пытались принять факт того, что Шарлотта не пойдёт в Кингстонскую академию наук. Вечер тринадцатого июля и весь день четырнадцатого июля Шарлотта провела за чтением «Истории магии». Книга, может, и казалась скучной, но для Лотты, которая с детства впитывала легенды и мифы Древнего Египта, Рима и Греции, такая книга была будто бы дополнением к детским энциклопедиям, которые ей вовсю дарили родственники и друзья семьи. Особенно поразила история основателей Хогвартса. Четыре факультета — четыре идеала. В голове, будто бы листья на ветру, кружились слова Невилла Лонгботтома о том, что первого сентября каждый год проходит церемония распределения, а после проводится пир в честь начала нового учебного года. На страницах, где повествовали о ссоре Салазара Слизерина с остальными основателями и о создании тайной комнаты, по спине будто пробежала дюжина мурашек. Пятнадцатого июля, как и обещал, Невилл Лонгботтом пришёл к Олдриджам. За дверью оказался ровно в одиннадцать часов. Семейство всё ещё придерживалось мнения, что происходящее — бред. А что касаемо странностей, которые происходят с их дочерью? Да ответ прост, она просто криворукая и неуклюжая! Но эта версия отпала сама собой, когда Олдриджи с Невиллом оказались в странном баре под названием «Дырявый котел». — Шарлотта, смотри внимательно и запоминай, — произнёс Невилл, выведя их из бара во двор, где были лишь стены да урна. Шарлотта, стоявшая между отцом и матерью, сглотнула и мысленно подготовилась к тому, что ей, наверное, придётся столько всего запомнить. Но нет. Лонгботтом коснулся стены своей палочкой, кирпич, которого он дотронулся, задрожал, в середине него появилась маленькая дырка, которая потом, подобно пламени, поглотила всю стену. — А вот и Косая Аллея, — волшебник убрал палочку в карман мантии. Мётлы, настоящие мётлы для полётов! И котлы — на любой вкус, цвет и материал. — Сначала пойдём в «Гринготтс», — сказал Невилл, повернувшись всем корпусом к Олдриджам. — Нужно обменять вашу валюту, а после я всё объясню и покажу. Супруги переглянулись, а после посмотрели на дочь, будто она могла что-то им объяснить. Но в ответ лишь пожала плечами и зашагала за Невиллом, с опаской глядя по сторонам. Увидев гоблинов в «Гринготтсе», Шарлотта не знала, что будет следующим — тролль с укулеле или единорог с куриной ножкой вместо рога. В маггловских сказках эти существа описывались по-другому, и настоящие гоблины пугали. Она не отходила ни на шаг от матери, которая вместе с отцом слушала, как Невилл рассказывает им о курсе галлеонов, сиклей и кнатов. Когда же Олдриджи в компании Невилла Лонгботтома покинули это ужасное место, которое сплошь и рядом было наполнено этими пугающими гоблинами, Шарлотта наконец выдохнула. Дальше началось всё самое интересное. Сначала Лонгботтом повёл все семейство к мадам Малкин. Там низкорослая женщина быстро сняла мерки и сообщила, что через полтора часа, а может, два, мантии будут готовы. Следующим по курсу были книги. Во «Флориш и Блоттс» было не так уж и много людей. Что поделать, сейчас только середина июля. Первым, что бросалось в глаза после входа в магазин, была полка, битком набитая той самой «Историей магии». Но эта книга располагалась лишь с левой стороны, с правой находилась «История магии: новое время». Невилл Лонгботтом первым делом подошёл к этой полке. Оттуда он взял «История магии: новое время». — Этой книги нет в списке, — начал он, — но я бы советовал приобрести её. Тут описаны события, которые произошли девятнадцать лет назад. Также биографии личностей, которые стали важны в магическом мире. — Но я ещё не дочитала «Историю магии». — Успеется, — ответил волшебник, его лицо снова украсила миловидная улыбка. — Ты ещё будешь жаловаться, что тебе скучно на лекциях профессора Бинса, вот увидишь. А вот о том, что здесь, — похлопал пальцем по обложке, — профессор Бинс не расскажет, а это намного интереснее. Шарлотта смущённо улыбнулась, но, как и в прошлый раз, приняла книгу. Последним пунктом был зоомагазин. В ходе обсуждения супруги решили, что будет логичнее купить дочери сову. Хотя мысль о том, что у них дома теперь будет обитать сова, явно не утешала. — Так уж и быть, возьмём сову, — мать держалась рядом с девочкой, крепко держа за руку по дороге в зоомагазин, — но ухаживать за ней будешь сама. — Но ты ведь говорила, что домашние питомцы — это бесполезная трата времени. — Я не изменила своего мнения, но если это самый доступный способ быть с тобой на связи, то так тому и быть, — затем миссис Олдридж бросила на дочь предостерегающий взгляд. — Но, если от этой пернатой твари будет слишком много шума и мусора, я голыми руками ей перья повыдёргиваю. Несмотря на слова и молчаливое согласие папы, мысль о том, что сову всё-таки собираются купить, была радостной. В доме 17 на улице Надежды были запрещены даже хомяки и рыбки, а тут сова! В магазине Шарлотта разглядывала сов в клетках. Были среди них и те, что напоминали ту белёсую, которая доставила в дом письмо. Были и крупные, и поменьше. Были те, что с интересом разглядывали посетителей, а были те, что лишь зарывали головы в шеи и закрывали глазенки. Взгляд упал на ту, чья грудка была белой-белой, а дальше по её шерстке и перьям шёл переход от серого к чёрному. Взгляд янтарных глаз был почти человеческим, будто смотрел в самую душу. Поймав взгляд совы, она замерла, а после оглядела остальных сов. Не было ни одной другой с такой шерсткой, а самое главное, не было другой с таким же взглядом. — Мам, мне нравится эта… — Шарлотта дёрнула маму за рукав, показывая на клетку. Миссис Олдридж посмотрела на сову, а после губы превратились в тонкую линию. Можно было подумать, что от почти человеческого взгляда совы ей стало или неловко, или противно. — Дайте нам… — обратилась к продавцу, а после её губы сжались в тонкую линию. — Можно нам эту?.. — Миссис, — продавец, от которого буквально несло светом, вмиг потух, — ну можно же понежнее! Совушка-то живая, она будущий друг, — кажется, годы работы не смогли укрепить в голове продавца главную мысль: не все понимают, что домашние питомцы могут стать очень дороги людям. — Ага, друг, — фыркнул отец, — прям-таки пернатый Хатико. Изабелла, ну ты погляди, смотрит так, будто я чокнутый! — мистер Олдридж глядел на птицу с такой же неприязнью, как и супруга. — Как человек смотрит. Молодой парень — помощник продавца — смотрел на супругов с таким же выражением лица, с каким они смотрели на несчастную зверюшку. — Вы что, скотину на убой выбираете, или что? Эта сова будущий друг вашего ребенка! — парня, по всей видимости, не интересовали правила приличия. — Друг? Эта сова — животное, не более и не менее. И вообще, — миссис Олдридж тоже перешла на более грубый тон, — нельзя доверять такого рода животных детям! А вдруг эта сова чем-то болеет? А вдруг ребёнок поранится? — Миссис, вы в своём уме?! — парень аж покраснел. — Этих сов специально разводят, это наша традиция! Некоторые семьи занимаются этим ещё со времён основателей! — Трэннор, — произнёс старший продавец с некой досадой, — не надо, успокойся, пожалуйста. Лучше напиши для юной мисс инструкцию по уходу. Парниша, бросив взгляд неописуемого презрения на супругов, что-то буркнул себе под нос, а после ушёл за стол. Старший продавец проследил за ним взглядом. — Вы простите за него. Он ещё молодой. — Видим, что молодой и что не уважает старших, — Изабелла смотрела на Трэннора, который что-то писал на пергаменте. — Дикарь. — Ну извините, леди, я, конечно, не одобряю тон своего коллеги, но и вы могли бы выбирать выражения! — продавец упёр руки в бока. — Выбирать выражения? Я как раз таки выбрала, мистер. Дайте нам уже эту сову, я не собираюсь находиться тут весь день! — Тоже мне, нашлись неженки, — усмехнувшись, отец посмотрел на Невилла. — И что, сову прям-таки обязательно? Без неё совсем никак? — Без совы будет трудно. В Хогвартсе, конечно, есть совы, но со своей всегда надёжнее и лучше, — ответ не заставил себя долго ждать, выглядел Невилл так, будто бы вся ситуация ему неприятна, но и внести свою лепту явно не собирался. Оно и верно, это могло лишь усугубить ситуацию. Шарлотта от этой стычки почувствовала себя неловко. Поскорее бы уже уйти отсюда. Когда инструкция была выдана лично в руки, отец заплатил за нового почтальона, и семейство во главе с Невиллом забрало мантии, после чего отправились к выходу из Косой Аллеи. — Постойте, я, кажется, что-то забыл. — Ну что ещё? — раздражение так и витало в воздухе. — Вы ещё скажите, что сове не клетка нужна, а сразу особняк! Преподаватель быстрым движением ощупывал карманы. Спустя пару секунд рука погрузилась в сумку. Выглядел он встревоженным, но, нащупав то, что искал, вздохнул с облегчением. — Шарлотта, смотри, это нужно, чтобы попасть на Хогвартс-экспресс, — Невилл заправил чёлку в сторону. — Хорошо, что вспомнил. Сова в клетке следила за каждым действием, но после передачи билета тихо ухнула, будто понимая о чем сейчас пойдет речь. На ощупь бумага приятная, гладкая. Буквы выведены будто по линеечке, а прямо посередине красовалась надпись. — Поезд по традиции отбывает первого сентября в одиннадцать часов. На станцию лучше приехать за тридцать-сорок минут. И помни, что важно просто пройти между девятой и десятой платформой, — затем волшебник выпрямился и потёр свои плечи. — Вам будет предоставлен сопровождающий, который поможет пройти на платформу 9¾ и посадит на поезд. Детали отправлю совой. Шарлотта, глядевшая на билет, кивнула, а после бросила на Невилла взгляд. Слова, которые ей хотелось произнести, не вязались на языке, поэтому, помедлив, она просто помотала головой. Бумажка осталась ждать своего часа в той самой «История магии: новое время».

***

Первое сентября настало на удивление быстро. Шарлотта за остаток лета успела проглотить «Историю магии: новое время», ведь в отличие от «Истории магии» тут был проще слог, было больше картинок. И картинки были не поди какие, а живые! Она с открытым ртом и замиранием сердца смотрела на эти волшебные — в прямом смысле — страницы. Утром собиралась лихорадочно и минимум раз пять проверяла свой багаж. Морган — так Шарлотта назвала сову — смотрела на сборы хозяйки и лишь ухукала, то ли ворчливо, то ли одобрительно. Но на вокзал Кинг-Кросс Шарлотту привёз брат, родители не могли из-за работы. Старший брат был настроен к этому всему скептически, но в отличие от родителей не воротил нос при виде совы, да и от самой новости о том, что его младшая сестра — волшебница. Его, безусловно осведомили о том, как всё должно пройти, и что никто не должен знать, куда отправляется маленькая девочка. — Ансель, смотри, это она. Ансель, мужчина чуть выше среднего роста, с такими же как у сестры глазами, но чёрными волосами, посмотрел на женщину. Та, увидев их, сделала странный жест рукой, а после подошла к ним и достала из кармана мантии пергамент. — Шарлотта Олдридж? — Д-да… Женщина кивнула, а после убрала пергамент в карман. — Кэтрин Эллингтон, сотрудник министерства магии, отдела магических игр и спорта. Меня назначили сопровождающей вашей дочери. Ансель улыбнулся, а после потрепал Шарлотту по голове. Со стороны он и правда выглядел как молодой отец. — Я не отец, а старший брат, но сути в нашей ситуации это не меняет, — губы растянулись в улыбке. — Ой! — сопровождающая сразу же сменилась в лице, теперь от неё за километр разило неловкостью. — Извините-извините! — она вздохнула, а после поправила мантию. — Что ж, не будем тянуть время. Идёмте. Развернувшись на носочках зашагала к стене между девятой и десятой платформой. Анселя эта ситуация никак не тронула, он уже привык к тому, что некоторые люди удивляются, когда узнают, в каких родственных связях они состоят. Подмигнув сестре и вновь взъерошив волосы, он двинулся за сопровождающей, а Шарлотта за ним. Оказавшись на месте, мисс Эллингтон деликатно отвернулась в сторону, спрятав руки в карманы. — Давай, хомяк. Веди себя хорошо, слушайся профессоров, пиши письма… — бросил взгляд на сову, которая зажмурилась. — В общем, будь умницей. Смотря на стену, а после, из любопытства, тронул её рукой. Он всё ещё не понимал, каким образом эта женщина и его сестра должны пройти через стену. Вчера, вернувшись с ночной смены на заводе, весь день слушал галдёж родителей о том, что их планы пошли по одному месту! Видите ли, оказывается, их дочурка теперь будет учиться в школе чародейства и волшебства «Хогвартс», а не в Кингстонской академии наук, которая была одной из лучших средних школ в округе. Впрочем, Ансель привык, что его родители иногда ведут себя странно. При любом удобном случае они поливали грязью всё то, что видели в так называемом квартале, где волшебники торгуют своим хламом, но при этом согласились отправить туда Шарлотту. — В общем, не расстраивайся из-за их слов, — продолжая гладить сестру по голове, сказал Ансель. — Ты же знаешь, папа поворчит, а в итоге будет рад за тебя. Да и мама заодно. — А мне кажется, что они очень злятся, что я волшебница. Шарлотта с утра выглядела взволнованной. Косички, которые мама обычно плела как можно аккуратнее, в этот раз выглядели растрепанными, будто бы спутались сильнее обычного, а может, женщина была взволнована не меньше дочери. — Брось, — Ансель улыбнулся и ущипнул сестру за пухлую щеку, — они просто волнуются. Ты ведь будешь далеко, — бросив взгляд на сопровождающую, которая моментами глядела то на них, то наручные часы, поправил карманы, будто сомневаясь в происходящем. — Ладно, обнялись, поцеловались и можно ехать. Ансель поцеловал девчушку в макушку и выпустил из объятий. Сопровождающая, увидев это, подошла ближе и обратилась уже конкретно к Шарлотте. — Смотри. просто проходи в стену. Ничего не бойся главное, — На лице сопровождающей выросла улыбка, она выпрямилась, а после прошла сквозь стену. Девочка застыла на месте, пытаясь понять, что произошло, резко повернула голову к брату, но не успела она вымолвить и слово, как женщина вышла. — Видишь? Ничего страшного. Она лишь кивнула, хотя убежденной не выглядела. Лишь робко спросила. — Тут столько людей. Они не заметят того, что мы делаем? — Вот именно поэтому надо делать всё быстро! — мисс Эллингтон хлопнула в ладоши. — Давай, теперь попробуем вместе. Кэтрин протянула свою руку. Шарлотта смотрела на протянутую ладонь, но затем, собравшись с силами и сглотнув, она протянула в ответ. Напоследок девочка глянула на брата, который с ободряющей улыбкой помахал. Шарлотта зажмурилась, зашагав под руководством сопровождающей. Что было после — невозможно описать словами, они будто бы и правда прошли сквозь стену. Платформа 9¾ оказалась реальной. Было двадцать минут одиннадцатого, а платформа уже кишела детьми и родителями, а над их головами плыли клубы дыма от поезда. Шарлотта сглотнула: у неё получилось. Она непроизвольно сжала ладонь женщины, но резко, отдернула свою руку. — Простите! — Ничего-ничего. Я понимаю, — с улыбкой ответила мисс Эллингтон. — По правде говоря, мои родители тоже магглы. Дам тебе один совет: не бойся и не доказывай никому, что ты достойна учиться в Хогвартсе. Ты ведь получила своё письмо? Всё. Ты теперь часть магического мира, — мисс Эллингтон кивнула и помогла Шарлотта перекатить тележку с багажом. — И сова у тебя такая забавная! Прям как какая-нибудь вредная бабулька или дедушка. Морган, будто бы соглашаясь, довольно заухукала. Эту пернатую особу, кажется, вообще не заботило, что вокруг уйма людей. — И взгляд-то какой! — Наклонившись и упершись руки в колени разглядывала сову. Женщина просунула в клетку указательный палец, коснувшись оперения, но та даже не открыла глаз. — Ха-ха, такая забавная, я не могу! — затем Мисс Эллингтон выпрямилась. — Шарлотта, дорогая, послушай меня. Как только ты займешь купе, то помашешь мне из окна, договорились? Девочка лишь сжала ручку чемодана, а после кивнула. — Вот и умница. Ты не волнуйся, багаж потом домовые эльфы в твою комнату доставят. Затем сопровождающая кивнула на поезд. В него уже заходили дети, занося свои чемоданы и клетки с животными. — Давай, садись на поезд. И не забудь показаться в окошко! Шарлотта неуверенно кивнула, а после взобралась в вагон. В уши ударил гул голосов: детских, подростковых, звонких и не очень. Шарлотта, сглотнув, принялась искать для себя купе. В первом вагоне уже было шесть человек. Во втором девочка увидела знакому., которую знала ещё с маггловской начальной школы. Мэддисон Фостер. Волосы её были русыми, глаза тёмно-карими. Мэддисон, увидев девочку, сразу сменилась в лице. Улыбка исчезла, сменившись на что-то напоминающее тихое презрение. — Ой, Олдридж, ты тоже едешь в Хогвартс? — спросила Мэддисон. На Шарлотту бросили взгляды двое находившееся в купе. Одна повыше, с двумя темно-каштановыми косами и тёмными глазами, а вторая бледная, с короткими волосами и карими глазами. Вторая, с косами, быстро вернула взор на окно. — Да, — ответила Шарлотта. — Тут занято? — Да, занято. Поищи себе другое купе, — Тон бы презрителен, такое чувствуется сразу. В следующем купе сидели белёсый мальчик, рыжая девочка и темноволосый мальчик. Мальчик о чём-то спорил с девочкой, или наоборот… Впрочем, это было неважно. — Извините, тут есть свободное место? Три пары глаз сразу же посмотрели на Шарлотту. Мальчуган продвинулся ближе к окну, чтобы у новой пассажирки было место. Вздохнув, она закрыла дверь и поставила свой багаж на отведённые полки. Но Шарлотта сразу же пожалела, что села именно в это купе, ведь спор продолжился. — Это не отменяет факта того, что твой отец и дед были пожирателями! — Но мой отец изменился! И моя мать не из пожирателей! — мальчик выглядел очень задетым. Шарлотта неловко бросала взгляд то на почти белую макушку, то на тёмную, изредка на рыжую. В разговор она не вмешивалась, страх попасть под горячую руку — лучший тормоз в истории. Вспомнив недавнем обещании Шарлотта заглянула в окно и помахала. Мисс Эллингтон с очень широкой улыбкой сделала то же самое. Приятно осознавать, что хоть кто-то о тебе думает.

***

Когда поезд остановился, было уже темно. Первокурсников, как и рассказывал Невилл, привели в замок на лодках. Шарлотта настолько была поглощена разглядыванием замка, башен, окон, в которых горел свет, что не замечала тех, кто рядом с ней. Исключение все же было — блондинистый мальчик с вечно недовольной физиономией, чья фамилия — Смит. Глядя на него, Лотта подумала, как бы ей не попасть на один факультет с ним. Церемония распределения вот-вот должна была начаться. Первокурсников вёл мужчина в чёрных одеждах, представился он профессором Кроули. Зайдя в Большой зал, Шарлотта увидела четыре разных стола, определённого цвета ткани, на которых, в свою очередь, герб каждого факультета. Лотта уже знала, какой цвет принадлежит чему. И вот, когда Шарлотта проходила мимо столов, до неё донеслись слова со стороны слизеринцев. — Предупреждаю, гостиная Слизерина самая холодная! Парень с улыбкой на губах, лет пятнадцати-шестнадцати, попутно заливался смехом. А после своих слов получил в плечо от рядом сидящего товарища. Шарлотта лишь сейчас поняла, что она и сама не знает, на какой факультет она может попасть! Ладошки снова вспотели, жить в самой холодной гостиной не хотелось. На распределении очередь наступила быстро, стоило ей опуститься на табурет, как на голову надели легендарную распределительную шляпу. Шляпа же издала очень задумчивое «хм» и произнесла: — Вижу хитрость, вижу амбиции, но также вижу доброту и преданность. Ты бы неплохо смотрелась на Слизерине… Тут Шарлотта бросила взгляд на слизеринский стол и вспомнила слова того парня. А что, если гостиная Слизерина самая холодная? Она читала, что гостиная находится в подземельях под озером. Очевидно, что там будет холодно! — Но и на Пуффендуе будет тебе неплохо… — Пожалуйста, только не Слизерин, только не Слизерин… — Не Слизерин? — спросила шляпа. — Как знаешь. ПУФФЕНДУЙ! И Шарлотта отправилась к столу, над котором висели жёлтые ткани с гербом барсука. Вокруг было столько всего нового: огромный замок, живые картины, движущиеся лестницы, о каких Шарлотта только читала в сказках, и даже настоящие приведения! Но больше всего не верилось ей в то, что она теперь часть этого мира. Однако радость длилась недолго, ведь тот самый мальчик в итоге сел за пуффендуйский стол. Пребывание в школе чародейства и волшебства «Хогвартс» обещает быть захватывающим.