По разные стороны закона. Двойная игра

Самара встретила удушающей жарой. Вот именно за это он не любил лето. Вдохнув раскалённый воздух, он подошёл к вокзальному таксофону, вытащил небольшой листочек из кармана и набрал, написанный на нём, номер. Трубку взяли моментально. — Да, - на том конце провода раздался жёсткий голос. — Привет, Николай. Как жизнь? - насмешливо спросил Кощей. — Смирнооов, какие люди, - протянул Николай, - сам позвонил. Решил сдаться? Или как? — Или как, - усмехнулся Кощей, - дело к тебе есть. — Да ты что? - Кощей слышал, как авторитет усмехнулся, - и какое? — Я предлагаю сдать тебе крысу, которая на тебя работает, - Никита не стал тянуть, - А ты взамен от меня отстанешь. Николай молчал. Кощей тоже. Он понимал, что ему нужно время всё обдумать. — Давай встретимся, завтра , в десять вечера, на старом месте, - авторитет прервал молчание. — Хорошо, - кивнул Кощей, - Только давай без фокусов. Ты и я. Больше никого. — Договорились, - Николай бросил трубку. Кощей вернул трубку таксофона на место и глянул на часы. Он удовлетворённо улыбнулся и вышел из здания вокзала. —————— Костя возвращался домой поздним вечером. Целый день он бесцельно бродил по городу, разглядывая прохожих. Мыслей в голове не было никаких и он пытался заполнить эту пустоту городской суетой. Он поднялся на свой этаж и зашёл в квартиру. Темнота и тишина сразу поглотили его. С недавних пор он ненавидил эту квартиру. Костя глубоко вздохнул и скинул кроссовки. Внезапно послышался какой-то шорох. Костя не успел отреагировать и чужие руки, схватив его за плечи, развернули и впечатали лицом в стену. Волков пытался дёрнуться, но чья-то сила удерживала его в одном положении. Неужели Николай всё узнал и подослал кого-то из своих убить его? И жизнь так позорно оборвется здесь, в темном коридоре? Он слышал за спиной тяжёлое дыхание. — Давай уже, - Костя пытался разглядеть человека за спиной, - Давай, блять. Заканчивай свои игры. Он почувствовал дыхание на своей щеке. Человек, стоявший в темноте, приблизился к его уху. — Это ты любитель странных игр, мусорок, - прошептал знакомый голос, - Но я когда-то принял эти правила. Хватка чуть ослабла и Костя резко развернулся. Даже в темноте он видел, как горели эти родные и ненавистные глаза. Он, на долю секунды, будто снова оказался в старой комнате допроса. Кощей прижал его спиной к стене и носом провёл по щеке и до волос. Он глубоко вдыхал этот запах и голова начинала кружиться. Языком он провел по мочке уха Волкова. — Я так соскучился, ты даже представляешь, - его шепот плавил сознание Кости, - Я все эти дни представлял, как приеду и впечатаю тебя в эту стену. Мне башню срывало лишь об одной мысли о тебе. Кость.. Волков молчал. Эта кромешная темнота обостряла ощущение настолько, что казалось все нервы на теле Кости были оголены. И шепот Кощея по ним нещадно бил, вызывая электрические разряды по всему телу. Все мысли и желания были сосредоточены лишь на нём, на его голосе, вытесняя злость предыдущих дней. В этой прихожей были лишь они. И безумие, накрывавшее их обоих с головой. Кощей впился в его губы, не ослабляя своей хватки. Костя, вытащив из-под него руку, вцепился в его волосы и крепче притянул к себе. Он жадно хватал губы Никиты, будто боясь, что он сейчас, внезапно, исчезнет. Это был поцелуй разлуки, такой долгой и болезненной, что казалось, будто прошла целая жизнь. Тело требовало большего и они не справлялись с этим. Кощей снова развернул Костю спиной к себе, беспорядочно пытаясь расправится с его брюками. Волков помогал. Собственные штаны полетели вниз, следом за бельём Волкова. Времени и желания на подготовку не было. Внутри закипал вулкан, который нещадно требовал выхода. Кощей вошёл в Костю одним резким движением, чуть притормозя, давая ему немного времени привыкнуть и почувствовать его. Он обхватил его двумя руками и носом уткнулся в его волосы, глубоко вдохнув. Внутри всё закипало и он сделал первое движение бёдрами. Костя выдохнул и издал тихий стон. Кощей ускорился. Он входил в это тело, стараясь не сорваться на бешеный ритм. — Люблю.... Люблю... Люблю.... - с каждым толчком он шептал на ухо Волкову. Костя растворялся в этом голосе, лишаясь разума и воли. Член Кощея скользил по простате безостановочно, выбивая из Волкова громкие стоны. Кощея накрывало всё больше и больше. Как ему не хватало этих стонов, этого тела, тающего в руках и этих рук, которые больно впивались в его бёдра. Волков выгнулся в его руках. Оргазм накатил быстрой и яркой волной, заставляя откинуть голову и громко застонать. Казалось, что из слышит сейчас весь подъезд, но было плевать. Он с силой сокращался на члене Кощея, выстнанывая его имя. Для Никиты это было невыносимо. Он еще крепче схватил Волкова, вжал в себя и кончил. — Люблю... Больше жизни, - он продолжал шептать ему на ухо, делая остаточные толчки. Он не отпускал его. Ему хотелось держать Костю, будто опасаясь, что если отпустит - Волков просто растворится. Костя медленно отстранился и повернулся к нему лицом. Он снова, прежним взглядом, смотрел на Кощея. В нём не было злости и обиды. Там была любовь. Дикая и всепоглощающая. Он носом провел между его бровей и легко поцеловал, прижимая к себе его голову. — И я тебя люблю, бессмертный. И я тебя... ——————— — Ты совсем больной? - Костя с гневом смотрел на Кощея и голос срывался на крик, - Ты на верную смерть идешь, придурок! Он не пожалеет тебя, даже за столь ценную информацию. Понимаешь? Он вытянет из тебя всё, что ему нужно и там же пристрелит! Костя нервно метался по кухне. Кощей сидел на стуле, молчал и наблюдал за ним. Ну, фурия, честное слово. Костя подошёл к нему и присел на корточки, заглядывая прямо в глаза. — Нельзя, Никит. Нельзя, понимаешь? Я устал тебя проёбывать. Слишком много раз, за последнее время. Это уже передоз. Кощей слегка улыбнулся и, пальцами взяв его за подбородок, поднял голову. Он видел эти обеспокоенные глаза и был готов жизнь за них отдать. Даже Николаю. — Кость, по другому никак, понимаешь? - он старался говорить мягко, не выдавая волнения. - Даже если мы сейчас сорвёмся и уедем - он найдёт нас, из-под земли достанет. Ты же знаешь, что это за люди. А вечно прятаться, подставляя тебя под угрозу - я не хочу. Хватит того, что я уже нахуевертил. Убьёт - ну значит так надо. Я устал от этих гонок. Каждое его слово остро отдавалось в сердце Волкова. Умом он понимал, что Кощей прав и выхода здесь особо-то нет. Они слишком глубоко вляпались, чтобы просто сбежать. Но внутри всё кричало об обратном. Он не мог отпустить его туда просто так. — К своим я тоже вернуться не смогу, - Кощей тихо продолжал, гладя Костю по щеке, - Они сразу узнают, что я сдал крысу. Если я туда сунусь, то там уже сто процентов грохнут, не раздумывая. Костя встал на ноги и сверху посмотрел на Кощея. В глазах была твёрдая решимость. — Ты не пойдёшь.. - Кощей попытался перебить, но Костя поднёс пальцы к его губам. - Ты не пойдёшь один. Я пойду с тобой. Я не буду светится перед Николаем. Но я буду рядом, на всякий случай. Кощей встал и, улыбнувшись, посмотрел на него. Он обхватил его руками и прижал к себе, погладив по волосам. — Хорошо, Кость, хорошо. Мы пойдём вместе. Волков стоял, уткнувшись носом ему в щёку. Он чуть поднял глаза и прошептал: — Я никого в жизни так не любил, как тебя. Если там ждёт смерть, то значит вместе. Больше без тебя я просто не вывезу. Кощей чувствовал то же самое. Он тоже больше не сможет без него. Они продолжали стоять, вдыхая чувства друга, будто пытаясь сохранить это в каждой клетке тела. Умереть не страшно. Страшно расстаться.