Боль и внимание

Первый раз определëнно был случайностью. Кай подскочил среди ночи как ошпаренный. Его сердце колотилось как бешеное, руки вспотели, дыхание вот-вот собьëтся. Что-то не так. Вокруг стояла обычная ночная тишина, разбавляемая только привычным гулом мотора корабля и поскрипыванием досок. Всë было спокойно. Никаких криков, никаких сигналов тревоги, нападений на их дом (снова) и почти никакого шума. Но что-то было не так. Кай знал это. Он уже не помнил, когда в последний раз вот так вскакивал в панике для того, чтобы через несколько секунд обнаружить источник своей тревоги. Раньше это случалось часто, настолько, что он уже перестал сомневаться в своей интуиции в таких случаях. Это было что-то на подкорке, какой-то внутренний инстинкт всегда толкал его встать и проверить свою младшую сестру, которая должна была спокойно спать в соседней комнате. И каждый раз он оказывался прав. Всегда, когда его сестре нужна была помощь посреди ночи, он знал это. Несмотря на то, что Ния всегда старалась не издавать ни звука, она не могла скрыться от настойчивой заботы своего брата. Он всегда знал, когда ей нужна помощь. Всегда приходил. Но в последние годы его маленькая девочка подросла. Она больше не нуждалась в его защите, она стала самостоятельной юной леди, способной о себе позаботиться. И его инстинкты затухали. Он был рад, что его сестрëнка больше не попадала в неприятности, но в глубине души немного скучал по их ночным моментам близости, когда она позволяла себе быть слабой, а он мог показать ей больше любви, чем она позволяла днëм. И сейчас это было то самое чувство. То самое, что толкало его немедленно броситься на помощь, сбрасывая одеяло с кровати и остатки сна с глаз. Его нутро кричало ему, что кто-то нуждается в помощи. Прямо сейчас. Кай оглянулся. Все его братья спали, как убитые и ни один не подавал признаков того, что сейчас испытывает трудности. Так что вариант был только один. Ния. Ох, если эта идиотка снова игнорирует базовую человеческую потребность во сне, предпочитая ей свои механизмы, он точно отправиться в психушку, потому что упрямство всего их рода сведëт его с ума. Да, он вëл себя, как лицемер, но в первую очередь он был старшим братом. Сдëрнув одеяло, он стал бесшумно пробираться к комнате сестры, чтобы не тревожить остальных, но по пути что-то привлекло его внимание. Комната Нии была расположена на другой стороне корабля и путь к ней лежал мимо кухни, так что не заметить, что в комнатке горит какой-то слабый свет парень не мог. "Серьёзно, Ния, если ты опять пытаешься найти мой запас кофе..." В глубине кухни что-то дëрнулось, как только Кай негромко кашлянул. Что-то маленькое и чëрное. Не успевает парень задуматься о таинственных корабельных домовых, как замечает знакомые светлые волосы, мелькнувшие в свете...чего-то. — Ллойд? Теперь он наконец-то смог разглядеть, что маленькой фигуркой посреди тесной кухни был никто иной, как сын их злейшего врага. — Что ты здесь делаешь? Вместо ответа Кай услышал лишь какой-то писк. Ему это не понравилось. И тут его инстинкты взорвались с новой силой. Это было оно. С Ллойдом что-то не так. — Хей, малыш? Ты в порядке? — Всë нормально. От мальчика последовал быстрый ответ, в который Кай ни на секунду не поверил. Голос Ллойда был тихим и хриплым, будто он пытался подавить слëзы, его правая рука была заведена за спину, явно в попытке что-то скрыть, а ещё запах... Стоп. Запах? Только сейчас Кай заметил, что комната была пропитана слабым запахом...дыма? Переведя взгляд на неизвестный источник света, парень наконец понял что это было. Плита. Она была включена и слабое голубое свечение слегка резало его глаза, привыкшие к темноте. В стороне послышались частые вдохи и он быстро вернул своë внимание к ребëнку, не забыв перед этим выключить плиту. Присмотревшись к Ллойду, Кай понял, что тот был готов заплакать в любой момент, но почему-то не делал этого, зажмуривая глаза и пытаясь подавить дрожь. — Ты в порядке? — В-в порядке! Отстань. Мальчишка старался звучать грубо, чтобы с ним перестали разговаривать, но дурацкие слëзы уже предательски потекли из глаз. Кай медленно подошëл ближе и слегка присел, чтобы быть на одном уровне с ребëнком. Он был немного растерян, потому что перед ним была не Ния, с который он знал что делать. Но этому малышу определëнно нужна помощь, так что будь он проклят, если действительно оставит его тут одного. — Тише, тише, давай успокоимся и ты расскажешь мне, что у тебя случилось... — Нет! Уходи! Кай тяжело вздохнул. Он не должен злиться из-за этого, но непонимание ситуации делает его слишком нервным. Ему просто нужно было хотя бы понять что произошло. Пришлось постараться сделать свой голос ровным. — Что ты прячешь, Ллойд? Паренëк лишь сильнее отвернулся, не давая взглянуть на свою руку. К сожалению этим действием он задел той самой рукой что-то сзади себя и громко зашипел от боли. Сердце Кая пропустило удар. Мутная картинка в его голове наконец обрела очертания, но она ему вовсе не понравилась. Не медля больше ни секунды он быстро, но нежно перехватил руку Ллойда под его протестующие восклики и посмотрел на маленькую ладошку. Как он и боялся, та была покрыта парой небольших, но очень неприятных ожогов. О, Первый Мастер...как он надеялся больше в жизни не видеть эти красные пятна на нежных детских руках. Хватило за детство попыток сестры помогать ему в кузнице. — Отпусти! С-сейчас же! Этот глупый паренëк всë ещё зачем-то пытался вырваться из его хватки, но ему было не справиться с тренированным ниндзя в этой борьбе. — Тише, Ллойд, прошу перестань. — Н-не смейся надо мной! Это вышло случайно! Я просто... Едва связную речь прерывали всхлипывания и икота, но сейчас Кая заботило уже не это. Парень решил, что он будет над ним смеяться? О, ПМК, он не собирается щадить его сердце, верно? — Ллойд. Ллойд! Посмотри на меня, пожалуйста. Через пару секунд перед ним оказалось заплаканное красное лицо мальчика. Ну, теперь он хотя-бы слушает. — Я не собираюсь над тобой смеяться, малыш, я просто хочу помочь, хорошо? — ..П-помочь? Этот неверящий тон окончательно добивает его. Кто и что сделал с этим ребëнком, раз простую помощь он воспринимает вот так? Это было неважно. Сейчас это неважно, напоминает себе Кай. — Конечно помочь, такие раны требуют ухода, ты знаешь? Сглотнув, мальчик неуверенно кивает. — Хорошо, позволишь мне обработать это? — Почему ты спрашиваешь..? — Потому что это будет немного больно и я не хочу чтобы ты столкнулся с этим без подготовки Зелëные глаза паренька раскрываются в каком-то недоумении. Словно он не мог понять, почему с ним все ещё разговаривают после всех грубых слов, произнесëнных ранее. Тем не менее через пару секунд он слабо кивает и позволяет отвести себя в ванную, всë ещё тихонько всхлипывая. Промыв рану под прохладной водой, Кай усадил Ллойда на стул и начал медленно наносить мазь от ожогов на каждое красное пятнышко, покрывающее светлую руку. Заметив, что паренёк слегка хмурит брови и прикусывает губу от боли, он решил завести диалог, чтобы отвлечь его. — Так что ты пытался сделать на кухне? Это явно был неудачный вопрос, потому что Ллойд поджал губы и отвернулся от него. Тем не менее, ниндзя это не впечатлило. — Ты хотел что-то приготовить? Еду? —..Чай... — Хм? Почему на плите? Разве у нас не было электиреского-..точно. Мастер Ву выкинул его. На этом короткая беседа закончилась, как и накладывание повязки на руку мальчика. — Вот и всë, малыш, ты как? Ещё больно? Ребëнок покачал головой. Его изумрудные глаза оказались куда ярче, когда их не перекрывала пелена слëз. Он уставился на Кая, явно желая что-то спросить. — Что такое? — подтолкнул его старший. — Почему...тебе не всë равно..? Мальчик собирался убить его. Сколько же травм ещё было у этого нарушителя спокойствия (теперь его персонального). Кай запустил руку в свои спутанные волосы и вздохнул. — Потому что когда ты ранишься, людям не должно быть всë равно. Если тебе больно, должен быть человек, который позаботится о тебе, особенно о таком ребëнке, как ты. — Я не ребёнок! — Конечно, а я ненавижу кофе. Мальчишка сделал вид, что дуется, но красный ниндзя чëтко видел, как уголки его губ подëргиваются, пытаясь сдержать улыбку. Ещё пару минут они сидят в уютной тишине и Кай понимает, что может поладить с этим беспризорником. Он даже не догадывается, как пожалеет о своих словах в ту ночь.

***

Второй раз не казался подозрительным. Они знали, что племянник мастера был неугомонным маленьким гремлином. Это не значит, что они были готовы, когда этот комочек энергии начал буквально носиться по кораблю, пытаясь достать каждого, кого встречал на пути. По какой-то неведомой причине тем, кого он чаще всего встречал оказался только проснувшийся красный ниндзя, что помешало его планам на свидание с чашкой эспрессо в тишине. Теперь ему понадобиться выпить больше чашек. Стоило ему только задуматься о том, как ароматный бодрящий напиток наконец проникает в его горло... Бум! ...Как его прерывает грохот из коридора и тихий детский вскрик. Кай резко раскрыл глаза и рванул к источнику звука. О, ПМК, он закрыл глаза на две секунды! Почему неприятности никак не оставят его сумасшедшую семью? Вбежав в коридор он увидел практически то, что и ожидал: Ллойд сидел на полу, прижимая руки к своему колену и уже тихо хныча, пока тем временем Ния пыталась уговорить его дать ей взглянуть на травму. Самые худшие мысли тут же начали проноситься в голове, от ушиба до растяжения, перелома, вывиха или даже..— — Кай! — строгий голос сестры вывел его из минутной паники, после которой сразу же активировался режим старшего брата. Он быстро направился в сторону ребят и опустился на корточки рядом с ними. — Что с ним, сестрёнка? — Я не знаю, он не даëт мне посмотреть.. Кай осторожно протянул руку к мальчику и заговорил самым успокаивающий тоном, на который был сейчас способен. — Эй, приятель Заплаканные изумрудные глазки поднялись на него и на мгновение в них отразилась..радость? Неважно, нужно сосредоточиться, Кай. — Не покажешь нам, что у тебя случилось? — он слегка кивнул на ногу паренька, которую тот всë ещё закрывал руками. Ллойд всхлипнул, уже явно более спокойный, и медленно отнял дрожащие руки от колена. Увидев его, ниндзя и его сестре оставалось только одновременно выдохнуть. И из-за этого он так переживал? Всего лишь классическая сдëртая в кровь коленка десятилетнего мальчика. Похоже от боли малыш просто впал в шок, поэтому сразу инстинктивно закрыл рану. Это было лучше ожога, намного лучше. — Всë хорошо, Ллойд, это просто ушиб, мы тебя быстренько залатаем, согласен? Ребёнок ещё раз шмыгнул носом и кивнул. Пока они с Нией на пару быстро справлялись с травмой, Кай не заметил, как пристально глядят на него любопытные глазки. Но вот маленькая, почти хитрая улыбка от него не ускользнула. — Эй, ты чего уже лыбу давишь? Что-то задумал, мелкий? Горошек только хихикнул в ответ и в своей юношеской манере начал монолог о том, что Кай, видите ли, подрабатывает медсестрой в команде и что его сестре, возможно, пора занять его место в качестве бойца. За это его наградили только резким нападением щекоткой и счастливым смехом девушки где-то позади, которая была польщена таким замечанием.

***

Третий раз заставил о чëм-то задуматься. Братья были увлечены тренировкой. Вернее, отчасти это было отговоркой для сенсея Ву, ведь сейчас весь происходящий балаган вряд ли можно было назвать таковой. Нет, конечно они не гоняли балду всë время, только для того, чтобы устроить "дружеское" состязание по метанию сюрикенов. Все четверо упорно тренировались минут двадцать, пока Джей не воскликнул, что ему скучно повторять одни и те же приëмы. Кай, к удивлению (никто не удивился), был лëгок на подъём и быстро втянул в это остальных. Вот тогда это всë и началось. До недавнего времени, с большим отрывом в их состязании лидировал Зейн, хотя все остальные дружно договорились признать это жульничеством. Но даже несмотря на это, парня также быстро сбили с пьедестала, когда к состязанию присоединилась Ния. Кай был слишком горд, чтобы обижаться на неë за то, что она опустила его со второго на третье место. Но конечно, конечно в этом дурдоме всë должно было пойти не так, потому что прямо сейчас он прячется за стойкой с копьями от летающих повсюду абсолютно всех видов метательного оружия, среди которых был заметен даже золотой проблеск (серьёзно, Зейн?!). Да, семьи часто устраивают шуточные бои между собой, где почти всегда творится полный хаос, но в нормальных семьях это явно не делается настоящим заточенным оружием. Впрочем, Кай был безумно счастлив, что его семья никогда не была нормальной. Сделав перекат из своего укрытия, он быстро отразил несколько летящих к нему кунаев катаной и был готов бросить в сторону нападающего пару звëздочек, как заметил боковым зрением, что-то чëрное и быстрое недалеко от себя. Коул! Он что, пытается напасть сзади? Необычная для него стратегия. Мысли об эффектной контратаке прервал голос Баккета с другого конца комнаты. Но если это был не Коул, то кто... Летящий ему прямо в лицо сюрикен не дал времени подумать, поэтому Кай небрежно отбил его в сторону. Сразу после этого всë затихло. Нехорошо...в этом доме тишина всегда была признаком беды. Четыре пары глаз сейчас были направлены прямо на него, нет..за него. Он медленно повернул голову вместе с корпусом для того, чтобы увидеть...мальчика, застывшего, как статуя. Из пореза на его щеке уже текла струйка крови. Порез. Кровь. Сюрикен. Порез. Кровь. Все замолчали, когда он отразил сюрикен. О нет. Он только что ранил Ллойда?! Катана падает из его рук, когда ноги сами несут его к маленькому глупому горошку. Вслед за ним рванулись все остальные. Кай не замечает, что его руки уже лежат на плечах младшего. Его трясущиеся руки. Ох, если бы он отбил его чуть выше...мальчик мог лишиться глаза. — Ты в порядке, Ллойд? Прости меня..о, Первый Мастер, прости меня пожалуйста... Почему Ллойд вообще оказался в их тренировочной комнате? Разве ему не запрещали сюда заходить во время занятия ниндзя? Запрещали, конечно запрещали, но кого же собирается слушать этот мелкий хитрец. Это его вина. Он должен был быть внимательнее. Должен был поймать сюрикен, а не отражать атаку. — Прости, Ллойд, это моя вина... К удивлению его мысли озвучил кто-то другой. Коул стоял рядом и виновато опустил взгляд, сжимая кулаки. — Я кинул сюрикен в Кая, когда он отвлëкся, поэтому... — Эй, братишка! Ты не мог знать, это ведь я.. — Ты просто спасал свои глаза от оружия, а я уже видел Ллойда, когда кинул его! —Молчать! Строгий голос сенсея заставил всех моментально закрыть рты и встать смирно, пока он шëл к своему племяннику. — Ния, помоги Ллойду, все остальные...я жду объяснений. После сумбунрого и нервного пересказа событий их ждала нехилая взбучка и лекция. Мастер строго и разочарованно говорил что-то про заботу о своëм благополучии и благополучии окружающих, но мысли Кая были заняты лишь тем, что он навредил Ллойду. Он навредил своему мелкому горошку, потому что не заметил его вовремя и не успел предупредить остальных. Он даже не заметил, как глаза Ву на несколько секунд задержались на нëм, после чего старик вздохнул. — Кай, иди к сестре и проверь моего племянника На пару секунд он опешил, но увидев лëгкий понимающий кивок со стороны мастера, слабо благодарно улыбнулся. Глаза ребëнка сразу загорелись, когда поймали в поле зрения красное кимоно. — Кай! Ты пришёл! — Конечно, мелкий, старшей медсестре надо проверить хорошо ли выполнена работа! — ему пришлось выдавливать из себя оптимизм, пытаясь не разрыдаться прямо перед ребëнком. Порез, заклееный пластырем был так близко к глазу. Старший потрепал фасолину по голове. — Может расскажешь, что ты там делал, гремлин? Тебе точно не разрешали заходить. От глаз не уходит странно нервное поведение мальчика. — Я просто...хотел посмотреть, как вы тренируетесь — Но ты видел это много раз на палубе — Д-да, но..я услышал какие-то звуки и подумал...подумал что было бы круто увидеть как ниндзя сражаются друг с другом! Да, я хотел посмотреть на ваш бой. Что-то здесь было не так. Этот ребёнок чего-то не договаривал, Кай сразу понял. За короткое время он уже научился неплохо читать горошину, так что доверял своим чувствам. Но, тем не менее, несколько минут назад он мог легко лишиться глаза по его вине, так что нервозность можно было списать на остаточный шок или типа того. Его интуиция знает, что что-то не так. Он игнорирует еë.

***

Четвёртый раз вызвал беспокойство. — Ты не уйдëшь от меня, дитя зелëного горошка! Мальчик едва не поперхнулся на бегу. — Как ты меня назвал, ежеголовый?! — Как слышал, фасолина! Этот проныра мог быть удивительно быстрым, когда этого хотел. Кай даже почти взялся за его поимку всерьëз. Почти. Всë же Ллойд тот ещё коротышка и никакая читерская скорость не поможет ему убежать от самого высокого ниндзя в команде, если тот приложит чуть больше усилий. В очередной раз оббегая манекен для спарринга, Кай с улыбкой вспомнил своë детство. Его сестра, замечая как сильно он изводит себя на работе иногда прибегала в кузницу, чтобы украсть оттуда какой-нибудь важный предмет, без которого дальнейшая работа невозможна. Когда пропажа неизбежно была обнаружена, Ния с радостным визгом убегала прочь от него, бросая через плечо дразнилки, чтобы братец точно не отставал. Где-то на середине этой беготни они оба всегда начинали смеяться, как сумасшедшие, а в конце падали с криками на траву, совершенно забывая обо всех проблемах. Такие краткие моменты радости давали ему мимолëтное напоминание, что он всë ещё ребëнок, которому положено бегать, дурачиться и веселиться. Теперь Кай был более чем рад приобщить к их семейному ритуалу и другого ребёнка, которого так упорно пытались лишить детства. Этот малыш слишком хорошо понимал, как работают многие взрослые вещи, ясно видел настроение окружающих и был так сильно зависим от внимания к себе. Он видел в нëм себя. Совсем юный человечек, которого в какой-то момент оставили родители, заставляя столкнуться с жестокостью системы и людей, которые должны были ему помогать. Вот только у Кая была Ния, которая не дала ему упасть в бездну, а у этого мальчика до недавнего времени не было никого. Ну и пусть. Теперь горошина его. И будь он проклят, если теперь когда-либо оставит его одного. Он не его родитель, конечно нет. Он будет лучше, чем они. Через пару минут Кай заметил, что Ллойд начинает уставать. Его дыхание давно сбилось, а короткие ножки, до этого делавшие чуть ли не двухметровые прыжки, начали семенить и путаться. Ниндзя улыбнулся, представляя, как вскоре тот совсем потеряет силы, но из-за своего упрямства продолжит попытки сбежать, когда его закинут на плечо и потащат на кухню спаивать лимонадом с огромным количеством мяты. — Ты..хаа...никогда..хааа..меня не догонишь..хаа, глупый ниндзя! — парнишка повернулся к нему лицом, не замечая, что бежит прямиком в дверной косяк. На такой скорости он вряд ли успеет врезаться, так что Кай лишь фыркает. — Смотри куда несëшься, горошек! Светлая макушка снова отворачивается и парень ожидает, что мальчишка остановится или повернëт, но вместо этого видит другое. Ллойд ускорился. Его неуклюжие ноги будто из последних сил понесли его на препятствие. Улыбка спала с лица Кая. Что, чëрт возьми, происходит? Куда несëтся его зеленоглазая фасоль? Почему он бежит так быстро?! Не успевает он осознать ситуацию, как происходит неизбежное — мальчик на приличной скорости вмазывается лбом в деревяшку, падая на пол и начиная болезненно шипеть. Это дитя собирается довести его до сердечного приступа. О, ПМК. Только не сотрясение, только не сотрясение, только не сотрясение, пожалуйста, пусть это будет не сотрясение! Кай присел на корточки сбоку от парнишки и стал осматривать рану. Это происходило слишком часто за последнее время. Даже он сам со своим темпераментом не получал столько травм в детстве, как этот неуклюжий горошек за последние пару недель. — Братишка, ты как? Слышишь меня? Голова не кружится? — Слышу. Нет, просто..кхх, это больно... Ллойд попытался с силой потереть лоб, но его руку быстро убрали от головы. — Давай не будем давить на шишку, ладно? Так может стать только хуже Мальчик серьёзно кивнул и позволил заботливым мозолистым рукам делать с его головой всë, что решит их хозяин. Когда Ллойд уже пятую минуту пытался не выронить от холода пакет со льдом, прижатый к его лбу, Кай тяжело вздохнул и серьёзно глянул на него. — Зачем ты налетел на косяк? Он внимательно следил за реакцией ребëнка. На долю секунды в изумрудных глазах мелькнул какой-то непонятный страх. Настолько мимолëтно, что можно подумать, показалось (он знает, что не показалось). — Зачем? Ты меня так загонял, что я не видел куда бегу! — Но ты видел. Я предупредил тебя, а ты понëсся целоваться с досками ещё быстрее — Я... Ага, подумал Кай. Значит что-то действительно было! — Я просто...испугался, когда увидел, что ты так близко..это напомнило мне случай, когда я убегал от...неважно. Такое откровение сразу выбило дух. Этот ребëнок...неужели недостаточно горя на него свалилось в таком возрасте? Это объяснение давило на его самые больные точки, почти не оставляя вопросов о логичности действий малыша. Почти. Если бы только его инстинкты не кричали ему, что тут что-то не так!

***

Пятый раз наконец расставил всë по местам. Это должен был быть его выходной. День когда он, встав вместе с солнцем, мог насладиться парой часов тишины в компании чашки - другой крепкого, максимально горячего кофе. То, что Кай был шумным в обычные дни, не значило, что он совсем не любил тишину. Просто раз в неделю ему нужно было немного разгрузки от постоянной суеты своей беспокойной семьи. В такие моменты он начинал немного понимать Мастера Ву, который мог часами сидеть со своим чайником, размышляя о чëм-то, что "Им пока знать не положено". Впрочем, Каю сейчас тоже было над чем поразмышлять. Маленький горошек, которого он незаметно для себя начал считать своим младшим, в последнее время вызывал у него подозрения. Какого рода подозрения он пока не мог понять, но что-то в глубине души просто кричало: что-то не так! Может, потому что он стал обращать на мальчика больше внимания, чем когда-либо до этого, он заметил, как тот снова начал постоянно следить за окружением. Фасолина делала так в свои первые дни на корабле, когда его постоянно одолевал страх...неизвестности. Он не знал, чего ждать от ниндзя, которые должны были сражаться с его отцом, он не знал, что с ним могут сделать за то, как он вëл себя до этого, он не знал ждать от них зла или чего-то ещё. Но нынешний Ллойд определëнно что-то знал. Проблема была лишь в том, что этого не знал Кай. Он понятия не имел, что постоянно пытается высмотреть мальчишка в дверных проëмах, лестницах, ящиках на кухне и даже самих ниндзя. Он не знал и это его беспокоило. Потому что он должен был беспокоиться. Он медленно поставил чашку на стол, поняв, что та уже почти остыла. Так не может продолжаться. С Ллойдом что-то происходит и он должен выяснить что это, пока не случилось... Треск. Что-то стеклянное только что с глухим стуком разбилось наверху. Как он не услышал, что кто-то был там? Неужели мысли о младшем настолько заняли его голову, что Кай потерял бдительность? Он заставил себя успокоиться, встал из-за стола и бесшумно двинулся на палубу. На случай, если это не кто-то из его семьи, он позаботился о том, чтобы оставаться незамеченным, пока не убедится, что всë в порядке. Выбрав идеальное место за углом, парень наконец смог увидеть человека, ответственного за шум. Он едва не выдохнул громче нужного, когда понял, что этот человек по совместительству также являлся ответственным за его головную боль в течение последней недели. Маленький светловолосый мальчик стоял на палубе, склонившись над чем-то, что, как понял Кай когда-то было не самой привлекательной вазой, а ныне — лишь грудой осколков разного размера. Можно расслабиться. Всë в порядке — это всего лишь его глупая фасоль, которая не перестаëт создавать хаос на этом и без того ужасно беспорядочном корабле. Собираясь наконец выйти из своего укрытия, чтобы, возможно, отругать ребëнка за беспорядок, Кай заметил что-то странное. Малыш не выглядел сильно нервным или виноватым, даже не пытался скрыться с места происшествия, как в первую очередь бы поступил обычный десятилетний ребëнок, случайно разбивший что-то. Нет, этот парень казался...задумчивым. Он неотрывно смотрел на предмет в своей руке, который из-за неудобного угла обзора был не виден красному ниндзя. Почему-то сейчас его интуиция говорила ему пока не раскрывать своë присутствие, поэтому он остался наблюдать за углом. Как только его мелкий слегка вытянул руки вперëд, Кай наконец смог понять, что он держит — небольшой осколок вазы зажатый между пальцами наподобие ножа. Ему не понравилось, как неосторожно мальчик держал острый предмет. Но когда он увидел, что собирался сделать Ллойд, все его мысли моментально покинули голову, оставляя только одну — что, во имя ПМК, тут, блять, происходит?! Когда ребëнок поднëс осколок к своей раскрытой ладони, Кай не медлил. В секунду он перескочил около трёх метров, разделявшие их, чтобы одним резким движением схватить малыша за руку и забрать кусок фарфора из неё. Его сердце колотилось как бешенное. Что за чëрт. Широко раскрытые зелëные глаза уставились на него в диком ужасе. Что сейчас произошло? Он не понимал, как сильно начал сжимать запястье ребëнка, потерявшись в своей панике. Что собирался сделать Ллойд?! Дыхание мальчика становилось всë чаще, Кай должен был что-то сделать. Он должен заставить свои онемевшие конечности работать. Не время уходить в панику, нужно успокоить ребёнка. Ниндзя сделал один глубокий вдох и слегка ослабил хватку на руке, достаточно, чтобы не причинять боли, но не настолько, чтобы мальчик вырвался и убежал. Ему не нужно, чтобы напуганный ребëнок бегал по кораблю, полному опасных предметов и творил глупости. Он положил вторую руку на плечо Ллойда, замечая, что по его лицу уже текут слëзы, не давая дышать в правильном ритме и вызывая только больше паники. — Ллойд Он старался звучать мягко, но уверенно, чтобы привлечь внимание малыша, но тот лишь вздрогнул и попытался вырваться. — Эй, малыш..послушай меня — вторая рука медленно переместилась на его спину, начиная водить по ней плавные круги. — Мне нужно, чтобы ты послушал. Просто дыши со мной, хорошо? Мальчик едва заметно кивнул и стал пытаться повторять за старшим, который делал преувеличенно громкие вдохи и выдохи, говоря успокаивающие слова в перерывах между ними. Как только дыхание Ллойда выровнялось, он не стал пытаться снова сбежать, так что Кай нехотя отпустил его руку, вместо этого плюхнувшись на пол рядом. Он знал, что ему нужно поговорить с Ллойдом. Нужно выяснить, свидетелем чего он только что стал и как это связано со странным поведением горошка в последнее время. Он знал, что должен первым подать голос, но никак не мог заставить себя открыть рот. Потому что на самом деле он и так уже догадывался, что всë это значит. Но ему не хотелось слышать, что эта безумная догадка верна. И он молчал. Пока его братишка не шевельнулся рядом с ним, чтобы положить голову на его на плечо. Стало ясно, что оттягивать это уже нет смысла. — Так что это было? Стараясь звучать отстранëнно, ниндзя внимательно следил за реакцией мальчика. Тот заметно напрягся, но отстраняться не стал. — ..О чëм ты? — Что. Это. Было. Ллойд? — Кай сжал кулак, стараясь, чтобы больше гнева не проскользнуло в его голосе. Ллойд не ответил. — Я серьёзно, парень. Ты сейчас пытался..порезать себе руку об эту дрянь? — голос дрогнул от одной лишь мысли об этом. Ребёнок снова промолчал. Успокойся. Вдох. Выдох. — ...Зачем? — о, чëрт. В горле встаëт ком, глаза начинает щипать. Он не мог разрыдаться прямо перед мальчиком. Неужели эта зелëная горошина всего несколько минут назад пыталась причинить себе боль? Почему? Где...где он успел так накосячить? Как мог упустить это из виду? Когда... — Прости... Тихий шëпот малыша снова вывел из раздумий. — За что? Ллойд поджал губы, но через пару секунд неуверенно протянул. — За то, что разбил вазу..? Эта глупая фасоль точно ждëт его смерти. Кай резко повернул голову в сторону брата, отчего тот вздрогнул, и снова положил руку на его плечо. — Малыш, ты действительно думаешь, что меня волнует какая-то ваза? Да хоть тысяча этих уродливых кусков фарфора не стоят твоего благополучия! — Н-но теперь ты знаешь, что я сделал это специально... Сделал это специально. Специально. А что, если..? Эта фраза будто что-то пробудила в нём. Все те моменты, когда Ллойд получал травмы. Когда Кай замечал что-то неправильное. Когда сердце не отпускала странная тревога. В голове проносились тысячи мыслей. Что горошек делал в комнате для тренировок? Почему он ускорился, когда бежал прямо в косяк? Зачем он держал осколок у своей руки? "..теперь ты знаешь, что я сделал это специально..." Специально. Твою мать! Зрачки ниндзя сузились, а дыхание стало тяжëлым. Он опустил голову и тихие слова сорвались с уст. — Ты...Ллойд, ты делал всë это специально? Малыш замер. — Что? — Ты специально...ранил себя всë это время..? В зелëных глазах мелькнул ужас, который мгновенно дал ответ на его вопрос. Слëзы всë же вырвались наружу, несмотря на яростное сопротивление Кая. Он облажался. О Первый Мастер, он так облажался. Ребёнок сразу запаниковал, увидя плачущим самого уверенного ниндзя в команде. — К-Кай? Почему ты плачешь..? Я..я... Его бормотание прерывают резкие тëплые объятия. Он почувствовал как дрожат руки старшего, как отчаянно он держит его, словно боясь упустить. — Зачем..? Просто..просто зачем, Ллойд? Молчание в ответ не утешало его. Ему просто нужно было знать. Нужно было понять в какой момент он допустил ошибку. Он должен был заметить раньше. Он был старшим, он должен был знать. Казалось, прошли часы, прежде чем мальчик тихо заговорил. — Я думал...я больше не мог делать то, что всегда, потому что вы злились на меня и это не помогало и я..когда ты сказал это...я решил, что это то, что нужно..и-и ведь это правда сработало, в-вы больше не злились и я получал то, что хотел... — Стой, стой, горошек, я тебя не понимаю. Кай снова взглянул в глаза паренька, надеясь уловить там что-то, но всë ещё не мог разобрать его сумбурный поток слов. — Давай по порядку, малыш... Ллойд уставился в стену и через пару секунд снова попытался. — В "Даркли" нас учили, что ты ценне, если доставляешь больше неприятностей. Я-я знал это, то есть..для меня это всегда была правда, просто...даже в этом я не был достаточно хорош. А потом дядя сказал, что я буду жить здесь, но мне больше нельзя создавать проблемы и я просто...потерялся. И на меня снова всем было всë равно, но я больше не мог делать то же, что раньше, поэтому я просто не знал что делать... Каждое новое слово разжигало внутри целую бурю гнева. Не важно на кого он его направит, сейчас Каю нужно было просто до смерти ненавидеть всех, кто когда-либо внушил этому ребëнку такую глупость. Он доберëтся до них, до всех, кто оставил его зелëную горошину. Их будет ждать долгая и мучительная смерть в его огне. — А потом ты сказал, что людям должно быть не всë равно, если ты ранишься и я подумал..вот оно! Я мог бы просто...получить небольшую травму и снова стать кем-то в ваших глазах. И ведь э-это же сработало! Вы обращаете на меня внимание, ты и сестрëнка, и дядя и Джей и...все вы! Значит оно того сто— — Замолчи! Ребенок испуганно вздрогнул и глянул в глаза напротив, ожидая увидеть там гнев, но красный ниндзя уставился на него в чистом ужасе. — Прошу перестань. — Кай неверяще покачал головой. Это всë его вина. Ему следовало ударить себя по лицу. Весь его гнев должен быть направлен только на одного человека — неудавшегося старшего брата, который неосознанно внушил ребëнку идиотские идеи и даже не понял, что, блять, натворил. Кай тряхнул головой, чтобы прийти в себя. Не время. Сейчас не время тонуть в своей голове. Сначала нужно исправить свои ошибки. — Послушай меня внимательно, Ллойд. Причинять себе боль — это не здоровый способ получить внимание. Ты не должен намеренно вредить себе ради чего бы то ни было, и ни один человек на этом корабле не обрадуется, если узнает, что ты сделал это, понятно? — Но ведь.. — Послушай меня! Мальчик тут же закрыл рот и продолжил сверлить его взглядом. — Послушай, Ллойд...в ту ночь..ты не так меня понял. Я сказал, что если ты ранишься, твои близкие должны заботиться о тебе, потому что они тебя ценят. Детей любят не за какие-то заслуги или травмы, которые они получают. Ты заслуживаешь внимания и заботы, просто за то, что ты есть. Мы беспокоимся о твоих травмах, потому что нам не всë равно, а не наоборот. Ты понимаешь меня? Малыш молчал. Было ясно, что он не до конца уверен в правдивости услышанного, поэтому Кай мягко подтолкнул его. — Что такое, горошек? — Но ведь...это сработало... Ради ПМК, Кай уничтожит свою заначку с кофе в этот вечер. — Нет, ребёнок. Ты стал для нас важен не потому что нам приходится латать твои раны, а потому что ты — это ты. Мы любим тебя просто за то, что ты тот кем являешься и тебе не нужно вредить себе, чтобы это доказать. Он надеялся, что его слова звучали уверенно. Ему нужно было, чтобы малыш действительно понял. Когда его талию крепко сжали маленькие руки, он едва не разрыдался с новой силой. — Обещай, что это правда — Конечно, Ллойд, обещаю. Но прошу, и ты мне кое-что пообещай. — Что? — Больше никогда, слышишь меня, никогда не причиняй себе боль, хорошо? — Обещаю Хорошо. Сейчас этого было достаточно. Он больше не позволит причинить своей горошине вреда. И он больше не позволит ему чувствовать себя ненужным. Больше никогда.