Forever Free

Война

      На возможное удивление простого человека, Париж не был шумным центром. От силы раза два по той или иной улице появлялся прохожий и сразу скрывался с глаз. Это всегда разочаровывает Войну. Люди никогда не создают настоящий, живой и дышащий хаос без его малейшего вмешательства. Но он прилаживает руку только к чему-то «масштабному», то есть, массовке из хотя бы пяти человек. Мелкие пьяные разборы в подворотнях, в домах или ссоры, перерастающие в насилие, — не его специализация. Люди сами выплёскивают эту энергию в повседневной жизни, и такое случается в каждом населённом уголке Земли. А вот даже дебошы в барах, драки за пределами бойцовского ринга, перестрелки и настоящие войны уже дело совсем другое. Всадник Апокалипсиса просто любезно протягивает бутылку с алкоголем, открывает дверь и приглашает присоединиться к веселью, советуя выпустить всю бурлящую в венах энергию.       В Штатах такое сплошь и рядом, взять хотя бы бар в Детройте, из-за которого Война решил там задержаться, наблюдая за быстро расползавшемуся хаосу. И не зря, ведь ему удалось изрядно поиздеваться над ангелом и демоном, но с их видами это не так легко. Масштабное воздействие на них, особенно на ангелов, может забирать больше сил, чем может потребоваться потом, поэтому Война таким не развлекался. Но, кто знает, может, не концентрируй Смерть на этом внимание лет пару тысяч назад, его брат устроил бы настоящую небесно-адскую резню и, возможно, пришлось бы потом отдуваться за такое.       На конце улицы показался невысокий силуэт, быстро забегающий в антикварный магазин рядом. Всадник, не доставая правую руку из кармана бордового пальто, покрутил кольцо. Через пару секунд из магазина раздался грохот упавшей мебели, железный звон, а затем — стекла. Витрина разбилась вдребезги от тяжести вылетевшего человеческого тела. Лицо молодого парня обагрилось кровью; из ладони его правой руки выпал револьвер; хрипя, парень потянулся пальцами к осколку стекла, вертикально впивающегося в гортань. Не дотянувшись, тело обессилело и упало на выложенную каменистую дорогу.       Война подошёл ближе и заглянул в магазин через место разбитой витрины. На прилавке лежало ещё одно тело с алой дырой в груди; товары в виде старинных дробовиков, кинжалов, перстней, кубков и пара мечей были разбросаны по всем углам.       На противоположной стороне улицы открылась дверь, прозвенев оповещальным колокольчиком.       — Какого чёрта?!       Война оглянулся назад, на златоволосого мужчину в тёмном фартуке кондитера. Всадник возжелал прочесть мысли удивлённого смертного, но уловил лишь только гудение, походящее на электростанцию в непроглядной лесной гуще.       — Ангел, — безразлично сказал Война, потеряв интерес. Небесный воин в свою очередь залихватски улыбнулся, словно встретил старого знакомого, и решительно направился к тому, что одновременно позабавило и слегка удивило Всадника.       — Сразу раскусил, но так ведь неинтересно! — без пониклости воскликнул ангел и выудил из кармана леденец. — Серьёзно, это так палевно? Ну-ка, — он покрутил пальцем у своего виска, словно давая команду Всаднику. Тот сразу стал готов помучать пернатого нахала галлюцинациями, а потом лично прикончить, но в его мысли, а точнее то, что вместо них, всё же полез. Война поморщился от шума, похожего на помехи в радиоприёмнике, болтавшем на енохианском, но намного громче, да в придачу всё с тем же гудением. Обычные ангелы не звучат так громко.       — Ещё хуже, — недовольно пробормотал Всадник, только когда покинул разум сына Бога. Шум постепенно улаживался.       — А я тебя сразу узнал, — архангел манерно поднял подбородок и выпятил грудь.       Война совсем не любитель разговоров с небесными порождениями, поэтому он так же манерно развернулся и направился дальше по улице. Странно было надеяться, что архангел от него так просто отстанет.       — Эй, ты чего! — воскликнул тот, появляясь прямо перед ним. — Действительно не помнишь меня?       Война изобразил свою самую недовольную мину, в данный момент выражавшую: «я тебе кто, приятель?». Архангел упёр руки в бока и выжидательно смотрел на него, хрустя леденцом, но сдался через десять секунд.       — Знаешь, — он достал леденец и махнул им в воздухе, — ты мне даже понравился.       — Господи Боже, — краткой скороговоркой издал Война и, резко обернувшись спиной, быстрыми шагами пошёл в другую сторону.       — Да не в этом смысле, — развёл руками архангел и молниеносно нагнал Всадника. — Но тогда ты действительно был поприятнее. Годы извращают всех, особенно тех, кто разжигает войны и конфликты.       — Это моя работа, — раздражённо бросил Всадник, не оборачиваясь.       — Да не в этом дело, — махнул рукой архангел. — Чума как и был той ещё культурной язвой, так, наверное, и остался. Я вот о чём…       — Чего надо? — Война остановил его, без усилий оттолкнув рукой на полметра от себя.       Архангел обидчиво нахмурился.       — Действительно не помнишь? Гавриила? Меня, то есть?       Таких обычно называют «хаос на ножках». Война встречался с Гавриилом всего раз и тогда знатно удивился от того, что у творения Бога есть отклонения… такие… неоднозначные, что ли. Или просто этот архангел пошёл по своему пути.       — Вспомнил, — радостно произнёс Гавриил и хлопнул в ладоши. — Встреча старых друзей это так мило…       — Нет, — Война раздражённо махнул головой. Архангел ужасно бесил его, что может кончится кровью. Но Война только «за». — Ты просто ведёшь себя, как ребёнок-дипломат, — Всадник скривился, ведь по факту Гавриил был старше него. Лет тысяча-две, не важно.       — Ты действительно стал занудой. Старшие братья всегда так влияют.       Война бросил ненавистный взгляд на Гавриила и пошёл дальше. Естественно, небесный последовал за ним, но держался на расстоянии, что уже было малейшим признаком ума. Архангел начал тараторить без перерыва, переходя от старых времён до чудесных круассанов Парижа. Люцифер пока не давал приказ о прикладании рук к его младшим братьям, но с отрубленной головой, решил Война, Гавриилу будет тяжелее говорить.       — … А Люци та-а-акой скучный, — демонстративно заныл архангел. — На кой чёрт нам надо этот Апокалипсис? Люди и так каждый день умирают. Я братьям давно предлагал поцапаться где-нибудь на Марсе, может, теперь NASA подкинули бы интересных теорий, но Люц только ухом повёл, а про Михаила и говорить нечего…       На мостовой впереди начала собираться толпа.       Через минуту разнёсся испуганный крик, люди замаячили, пытаясь расцепить двух дерущихся, но потом бойня настигла всех остальных.       — Париж — скучное место, — вздохнул Гавриил и слишком громко хрустнул леденцом. — Люцифер не умеет выбирать настоящие боевые точки, как считаешь?       Война сделал по инерции ещё два шага и остановился, с презрением обернувшись к архангелу. На секунду он хотел сказать какую-либо очередную язвительную фразу, но вместо этого криво усмехнулся. Такую реакцию Гавриил, желавший разозлить Всадника и с этой помощью получить хоть малейший намёк, не ожидал.       Архангел поник и наконец-то замолк, наблюдая, как Война разворачивается и направляется к мостовой, с хищным интересом наблюдая за разгоревшимся хаосом людей.       — Да и пошёл ты, — фыркнул архангел, выкидывая недоеденный леденец.

***

Сэм

      Кровь, кровь, кровь…       Чужие руки трясли его за плечи. Сэм весь дрожал, скрутившись в позу эмбриона. Ещё секунда — и он ощутил помятую перину подушки, холодное одеяло и тёплое дыхание над ним.       — Сэмми!       Он приоткрыл глаза. Дин с мальчишеским лицом, лет четырнадцати держал младшего брата за плечи, волнующе осматривая его.       — Д-дин? — выдавил Сэм нетвёрдым голосом, клацнув зубами от холода.       — Подожди… — старший снял с себя толстовку, оставаясь в футболке, приподнял брата и накинул одежду на его плечи. — Обогреватель сломался. Я звонил папе, но он не отвечает. Сейчас…       Дин подбежал к своей кровати напротив, схватил одеяло и постарался обмотать двумя Сэмми.       — Вот, будет лучше…       — Ты же сам замёрзнешь, — тихо сказал младший, но признал, что это немного помогает: тепло потихоньку окутывало его тело.       — А мне чая хватит, — усмехнулся Дин, натягивая одеяла до ушей брата. — Сейчас и тебе заварю, потерпи немного.       Он убежал в другую комнату. Сэм, пряча холодное лицо в подушке, закрыл глаза.       Горло пересохло…       На кухне, куда побежал Дин, что-то упало с металлическим грохотом. Младший брат приподнял голову и окликнул:       — Дин? Всё нормально?       Ответа не последовало.       Сэм, выбравшись из-под сваленных одеял, сразу ощутил холод. Он туго натянул толстовку вокруг себя и тихими шагами направился в другую комнату.       — Дин?..       Сэм моргнул — и внезапно его мальчишеское тело словно схватил кто-то высокий и посадил на плечи. Голова закружилась от такого резкого перехода. Он зажмурил глаза и прислонился к дверному проёму.       — Милый, ты чего? — от этого голоса Сэм резко поднял голову. Джессика, стоя у плиты, выглядела обеспокоенной. — Тебе плохо?       — Н… нет, — мотнул головой Винчестер и постарался улыбнуться.       Снова сон.       Джесс лёгкими шагами подошла к нему и положила ладонь на широкую грудь.       — Прости, что разбудила.       — Да ничего, не страшно…       — Пошли, — Джесс повела его за собой. В комнате была одна двухместная кровать. Холод ещё чувствовался.       Они легли в постель. Сэм натянул большую часть одеяла на девушку. Лёжа напротив, она тихо спросила:       — Ты боишься?       — Чего? — на выдохе сказал Винчестер, положив руку на спину Джессики и начиная выводить ласковые круговые движения.       — Кого. Себя, — прошептала она, обжигая лицо мужчины своим дыханием.       Теперь сон будет моим психологом.       Но Сэм не знал ответа на этот вопрос. Он был разделён на две части. Первая — прежний Сэм, бывший ученик Стэнфорда и охотник на нечисть. Вторая — новый тёмный Сэм, а-ля наркоман и, возможно, даже больше половины демон.       Так боится ли?       — Я не знаю, — шепнул Винчестер, отводя взгляд.       Джесс придвинулась ближе, положила тёплую ладонь на щёку Сэма и улыбнулась.       — А я знаю. Ты не должен бояться самого себя. Ты должен принять себя настоящего.       — Настоящего? — повторил Винчестер.       — Того, кем сделал тебя Азазель.       Сэм нахмурился и медленно опустил руку Джесс со своей щеки. Девушка перестала улыбаться и посмотрела на него с тоской и негодованием.       — Это говоришь не ты, — тряхнул головой мужчина и сел на край кровати, опустив ноги на пол. — Этого не скажет Джессика.       Ужасный сон.       — Верно, — созналась девушка, подсев ближе к Винчестеру. Её голос внезапно стал томным, хриплым и мужским. — Ты всё же умный, и я тоже.       Сэм шарахнулся, вскочил с места, обернувшись, и сделал два шага назад. Теперь на кровати сидел мужчина средних лет, сцепив руки в замок и положив на них подбородок.       — Ты кто? — ошарашенно спросил Винчестер.       — Как меня только не называли, — вздохнул незнакомец, переводя взгляд вверх. — Сатана, Дьявол… А я всего лишь ангел, такой же, как и обычные. Ну, почти, — он пожал плечами, вновь смотря на второго мужчину.       Какого чёрта?       Догадка пришла к Сэму слишком быстро, и в этот раз это не сыграло в его пользу.       — Люцифер.       Тот кивнул, встал с кровати и сделал шаг в сторону смертного. Винчестер резко подался назад, но его спина впечаталась в стену.       — Сэм, — начал Люцифер, вплотную приблизившись к мужчине, — ты — мой истинный сосуд.       Вот так быстро, без предупреждения и подготовки. Эта информация ударила в разум Сэма, сделала там забег и, заняв первое место, повторила: «Истинный сосуд Люцифера».       — Я понимаю, с таким сложно свыкнуться, — с наигранной заботой произнёс Сатана, поправляя Винчестеру воротник рубашки. — Но рано или поздно ты узнал бы.       — Чего ты хочешь? — сказал Сэм, пытаясь придать голосу твёрдости, но вышел только хрип.       — М, правда, чего я могу хотеть от своего сосуда? — Люцифер состроил задумавшийся вид.       — Нет, — сразу ответил Винчестер. Его мозги, всё же, работали быстрее, чем у некоторых.       — Нет? — без улыбки хмыкнул Дьявол.       — Я не буду твоим сосудом.       — О, — Люцифер неожиданно положил холодную руку на плечо Сэма, — чувство собственного достоинства у тебя имеется. Как видишь, Ник уже начинает изнашиваться, — он повернул голову влево, демонстрируя два багровых пятна на виске, с которых слезла кожа. — Для битвы с Михаилом мне нужна крепкая оболочка. А ты уже начинаешь вникать в дело, — Сатана втянул воздух, прикрыв глаза, отчего Сэму стало ещё больше не по себе. — Уже накачался демонской кровью.       Так вот кто…       — Тебе понравились мои подарки, не скрывай этого, — кивнул Люцифер. — Со мной их будет ещё больше, а дальше твоя собственная кровь превратится в демоническую. Не назову это «продолжением рода», — он чуть скривился. — Я недолюбливаю демонов. Особенно молодых, которые в Аду лет двести или вовсе года два. Они бесхребетные, мерзкие и либо плюют в лицо всем и всякому, либо ложатся под каждым демоном ранга выше.       — Отец недоволен своими детьми, — тихо сказал Сэм. Его отделяли от Сатаны всего двадцать сантиметров.       — А тебе это знакомо, — архангел оскалился, задевая охотника по ноющему месту. — Джона мучали ужасно, что твоему брату и не снилось, но он не сломался. А вот Дин кричал так, что даже на низу Ада было слышно. Как мучалась и изнывала твоя душа, Сэм, когда он рассказал тебе о своей работе палача? Ты не мог разделить с братом боль, что ты чувствовал?       Хищные глаза архангела отдавали еле заметные блики, приковывая к себе внимание. Сэм пошарпал ногтями по обоям за спиной, желая, чтобы стена пропала, и он проснулся. Но ничего не происходило, а Дьявол продолжал выжидать.       — Иди… домой, — со скопившейся злостью прошептал Винчестер.       Люцифер разочарованно выдохнул, обдав лицо смертного морозным воздухом.       — Придётся повозиться с тобой, — сказал он и щёлкнул пальцами.       Сэм подорвался, тяжело дыша. Пальцы впились в каменный пол. Немного привыкнув, мужчина поднял голову вверх. За решёткой холодно сияла полная луна. Он задумался, ведь ни разу не видел отсюда солнца. Получается, Сэм спит днём, а по ночам бодрствует, если можно так сказать.       Винчестер медленно лёг обратно на спину, холод от камня тут же пронизал её. Он безлично смотрел на медленно плывущие тонкие облака, ненадолго заслоняющие луну время от времени.       Он не хотел думать ни о чём. Ни о Люцифере. Ни о Дине. Ни о мире, который для него сжался в эту каменную тюрьму и кусочек ночного неба за решёткой.       Я хочу увидеть солнце.

***

Дин

      Ангел на пассажирском сидении рядом вёл себя нервно. Ёрзал, смотрел то на облачённый туманом сосновый лес рядом, то на серую дорогу впереди, не знал, куда деть руки. Эта нервозность грозила перекинуться на Дина, поэтому он полез в бардачок, вынул оттуда первую попавшуюся кассету и вставил в магнитофон.       — За время на Земле тебе понравилась музыка? — ненавязчиво спросил Винчестер, понижая громкость. Если ангел не успокоится, то Дин всё же может психануть.       Кастиэль вздрогнул, бросил на него взгляд и снова уставился на дорогу.       — На Небесах не было музыки, вопреки людским ожиданиям, — задумчиво начал он. — Вы же придумали столько мелодий, жанров и инструментов, что Бог гордился бы вами. Я слышал много музыки в разных местах и не знаю, какая мне нравится больше… Но однажды я услышал песню The Who и, вроде, проникся.       — О, — Дин позволил усмехнуться, — теперь ты их фанат.       — И что я должен делать?       Винчестер бросил озадачливый взгляд на своего пассажира.       — Как… фанат? — спросил он, и Кас кивнул.       Дин присвистнул, чувствуя, что нашёл одну волну с ангелом.       — Так, во-первых, ты должен выучить наизусть как минимум две песни, — охотник начал считать себя профессионалом своего дела.       — Я способен на большее.       — Это хорошо, используй это обязательно, — Дин кивнул и сделал паузу, все ещё руля левой рукой, а правой схватил небольшую картонную коробку с кассетами, поморщась от напоминавшей о почти прошедшем переломе боли, и поставил её на колени Каса. — Там должны быть пару их песен. Во-вторых, нужно знать имена всех участников группы: бывших и настоящих. Если ещё и их биографию, то это вообще золото.       — Для меня это не трудно, — сказал Кастиэль, начав перебирать кассеты в поиске The Who. Ангел наконец-то отвлёкся от своих нервных мыслей, и это не могло не радовать Дина.       — В-третьих, — с отлегшей душой продолжил Винчестер, — активно следи за их новостями и посещай, ну, или хотя бы смотри концерты. М? — он щёлкнул пальцем.       — Мг, — уверенно кивнул Кас, уже успевший найти одну подходящую кассету.       Дин с необьяснимой радостью кивнул в ответ и попытался сконцентрировать внимание на дороге. Мысли, на его удивление, возвращались к ангелу в тренче, с настоящим интересом перебирающему кассеты, доставшиеся Дину от отца. Нервозность Кастиэля, его грусть и стыд перекидывались на Винчестера по неясной причине. Но его терзал и собственный стыд за то, что он не выдержал и оттолкнул от себя ангела. Дин чувствовал, что Кас, хоть и сидел в его машине, но таил обиду на него, и из-за этого на охотничьей душе скребли кошки.       Ход мыслей прервал звонок. Охотник достал телефон из кармана, принял неизвестный вызов и приложил устройство к уху.       — Дин Винчестер?       — Кто говорит? — он сощурился, так как голос говорящего был искажён в связи с нахождением в лесной глуши.       — Руфус Тёрнер.       — Руфус, — Дин расслабился, но ненадолго. — Что случилось?       — Пока что ничего апокалиптического, если ты про это. Я сейчас выслеживаю лешего, и не помешала бы помощь, если ты в состоянии.       — Я бы с радостью надрал зад этому… лешему, но боюсь, что моя рука сыграет злую шутку. Прости.       — Ничего, парень. Не каждый из моих немногочисленных знакомых может похвастаться тем, что вышел один на один со Всадником Апокалипсиса. Живи подольше.       — И чтоб тебя тоже леший не сожрал, — усмехнулся Дин.       — Ага. До встречи.       — Пока.       Винчестер засунул телефон обратно в карман и откинулся на спинку сиденья.       — Как твоя рука? — спросил Кастиэль, не поднимая головы.       — Нормально, — пожал плечами Винчестер, словно разговора по телефону даже не было.       — Дай мне… — ангел аккуратно потянулся рукой к плечу охотника, но тот резко дёрнулся и сжался.       — Нет, — сказал он. — Я переживу. Правда.       Кастиэль взглянул на него, словно его голубые глаза работали, как рентген. Дин слегка поёжился от такого, но вскоре принял нормальное расслабленое положение, когда Кас снова зарылся в коробку кассет, и они замолчали на всю дорогу.

***

      Дин тихо толкнул деревянную дверь и вошёл на порог, заскрипев досками.       — Бобби?       — Проходите, пирог стынет! — крикнул тот из кухни.       Винчестер, ободрившись, сбросил с плеч куртку, повесил на крючок и направился вперёд. Кас захлопнул дверь и, шурша тренчем, последовал за ним.       На кухне стоял приятный аромат свежей выпечки и яблок. Бобби уже расклал по трём тарелкам куски пирога и достал из холодильника оставшиеся бутылки пива. Дин молча помог перенести это в гостинную, по пути поймав снизу грозный взгляд охотника, говоривший: «Сочту это за обычную помощь».       Винчестер похлопал рядом по месту на диване, приглашая Кастиэля. Тот сразу сел, сцепил руки в замок и положил на колени. Дин схватил свою тарелку с пирогом и с радостью накинулся на него, так как Бобби делал их просто очешуенно. Сингер подкатил к своему столу перед камином, как всегда заваленному книгами, и занялся чтением, медленно разделываясь со своим кусочком.       Судя по тому, как Кас обвёл охотников задумчивым взглядом и не притрагивался к своей тарелке, всё ему казалось каким-то слишком повседневным.       — Бобби, — начал ангел, и мужчина поднял на того голову, — ты знаешь о недавних происшествиях?       Дин возмущённо покачал головой из-за того, что Кастиэлю не по духу обычное молчаливое охотничье собрание, когда все скрываются в своих дебрях мыслей.       — Руфус мне рассказал, — хмуро кивнул Бобби и обратился к младшему охотнику. — А ты молодец, мальчик.       — То… — Дин прожевал кусочек, сделал глоток пива и продолжил: — То, что меня наградил переломом Война ещё ничего не значит.       — Ты выжил, — сказал Бобби и вновь углубился в чтение.       — У Дина стойкая душа, — неожиданно начал Кастиэль, смотря в противоположную стену, вызвав общее внимание. — Я не знал человека с таким сильным духом. Несмотря на все испытания, он остаётся верным и храбрым, — ангел говорил, словно не замечал присутствия самого Дина. — Ответственность за содеянное в Аду, потеря Сэма…       В горле охотника поселился ком. Он медленно поставил тарелку на стол, брякнув вилкой, сцепил руки в замок и повернул голову к ангелу.       — Кас… — тихо начал Дин и прочистил горло, ненароком бросив взгляд на Бобби, делавшего вид читающего. — Я не хочу об этом говорить.       — Я понимаю, что ты чувствуешь вину… — продолжил своё Кастиэль, но Винчестер перебил его, подняв ладонь:       — Это моё дело, — сказал он, опустив глаза, и потом обратился ко всем в комнате. — Пожалуйста, я не желаю об этом говорить, пока Сэмми не вернётся домой.       Бобби молча кивнул, взглянув на Дина отечески тёплыми глазами. Кастиэль повременил, открыл рот и, тут же закрыв его, тоже сделал твёрдый кивок.       — Спасибо, — пробормотал Винчестер и встал с места. — Пойду развеяться.

***

Кастиэль

      Входная дверь захлопнулась за Дином. Ангел перевёл взгляд на Бобби, переворачивавшего очередную вятхую страницу.       — Я сказал что-то неправильное? — Касу требовался ответ со стороны, ведь он до сих пор не до конца умеет различать эмоции и чувства людей.       — Парню сейчас сложно, как никогда, — покачал головой охотник. — Нужно быть рядом с ним, а не озвучивать всем известные горькие факты. Он знает, что не может сам вернуть Сэма. Дин хочет закрыться не только потому, что считает себя худшим братом на свете. Он пытается унять все эмоции, раздирающие его изнутри. Мальчик не готов поднимать о Сэме тему, пока не найдёт способ его спасти, — Бобби опустил взгляд. — Если…       — Если Сэм ещё жив, — понимающе кивнул Кас.       Он взглянул на две тарелки на столе: одна с нетронутым кусочком пирога, другая с почти доеденным. Его рука потянулась к первой, но на полпути пальцы замерли в воздухе, и ангел встал.       — Мне нужно отлучиться, — сказал он, и через секунду был уловим лишь шорох перьев.

***

Руфус

      Владелец воскового музея ушёл, и охотник бросил подозревающий взгляд на фигуру Линкольна в полный рост, твёрдо смотревшую вперёд. Телефон в кармане завибрировал, номер распознался как «Д. Харвелл».       — Привет, Джо, — сказал Руфус, прислоняя устройство к уху.       — Привет. Недавний выпуск New York Times читал?       — Я уже отвык от английских букв, какие газеты, — пробормотал охотник.       — Слушай. «На улицах Парижа возникли внезапные вспышки агрессии. За два дня бойни переросли в перестрелки. Мирные жители прячутся в своих домах, магазины перестали работать. Правительство Франции опасается, что этот хаос перекинется на ближние города, и пытается решить проблему, но есть догадки, что вскоре США отправит авиарейсы за своими гражданами в столице.»       — И?       — Что «и»?! — воскликнула Джо на другом конце.       — У меня там нет знакомых, — пожал плечами Руфус.       — Я не про это, — досадно вздохнула девушка. — У меня есть мысль. Париж — он же такой неприметный! Уже лет десять о нём ни слуху ни духу, а тут за два дня и драки, и перестрелки… Может, там Война?       — Всадник?       — Угу.       Руфус недолго поразмыслил на пару с Линкольном и пришёл к выводу, что Джо может быть и права.       — И ты предлагаешь лететь за ним в горячую точку Франции?       — Нет, я просто… поделилась информацией. Видать, он быстро сумеет побывать во всех крупных городах мира.       — И легко может начать Всемирную войну, — хмуро сказал Тёрнер.       — Угу, — тихо ответила Джо. — Честно, мне не по себе от этого.       — Никому не будет спокойно от такой информации, — Руфус покачал головой и сделал два шага в центр зала. — Мы разберёмся. Или Винчестеры, наши доблестные спасители мира. Всё будет в порядке.       — Надеюсь, — Харвелл замолчала на пару секунд. Руфус надеялся, что он сумел передать надежду в сердце молодой охотницы. — Ладно, пока, надо помочь маме.       — Берегите себя.       Тёрнер покрутил телефон в руках, играя в гляделки с восковой фигурой Ганди. Послышались отдалённые шаги владельца музея. Руфусу надо было сосредоточиться на своей охоте, но теперь это может быть немного сложной задачей.

***

Кастиэль

      — Кроули! — прокричал он в третий раз, стоя на перекрёстке. Ветер вновь бушевал, ударяя в лицо ангелу.       Демон не отзывался, хотя у них был договор. Красноглазые дипломаты хоть и отродья Люцифера, но слово держать умеют. Наконец, Кастиэль ощутил демоническую силу, но немного отличавшуюся от Кроули.       — Привет, Кларенс, — окликнул его демон, и ангел обернулся. Мэг, склонив голову и улыбаясь, кивнула ему.       — Тебя послал Кроули? — спросил Кас, нахмурясь.       — Нет, — фыркнула демон. — Мы с ним не друзья, а, тем более, он не моё начальство.       — Тогда для чего ты пришла? — ангел сделал предостерегающий шаг.       Мэг свистнула в правую сторону от себя. Кастиэль в ту же секунду увидел огромную фигуру поджарого адского пса с горящими глазами. Зверь зарычал и встал возле демона, скалясь.       — Меня он не остановит, — покачал головой ангел.       — Но прилично потрепает твоё накидное тело, чтобы задержать, — хмыкнула Мэг. — А мне нужна сделка.       — Ты действительно веришь в то, что я пойду на сделку с грязным демоном? — несмотря на своё презрение, Кастиэль уже сделал это не больше недели назад.       — А кто вас знает, гомиков крылатых, — девушка пожала плечами и сощурилась. — За хорошую информацию я сама бы на такое пошла.       — Что ты предлагаешь?       — Мно-о-ого всего, — протянула Мэг, с интересом наблюдая за реакцией небесного служителя. — Планы Войны. Намерения Люцифера и маленький намёк на то, что ему понадобилось от Дина Винчестера.       Два последних слова резанули слух Кастиэля. Реакция пошла быстро — клинок упал в ладонь, крылья взметнулись, и через секунду он оказался в полуметре от Мэг. Та оскалилась, когда адский пёс издал утробный рык и загородил её, роя песок острыми когтями.       — Да, даже такое, — кивнула демон. — Последнее слово за тобой, Кларенс.       Ангел сжимал рукоять клинка до побелевших костяшек пальцев. Его губы дёрнулись. На плечах Кастиэля, как выражаются люди, сейчас сидели ангел и демон и вовсю шептали на уши. Ангелом был он сам, а демон, что странно, изрекал про пользу этого предложения голосом Дина.       — Что ты хочешь взамен? — спросил Кас, гипнотизируя лукавое лицо Мэг взглядом.       — Уговори Дина забыть о брате.       — Это невозможно.       — Что такое любовь, Кларенс?       Для ангела этот вопрос был неожиданным. Как писал один ирландец 19-го века, «любовь — иллюзия». Отчасти, этот процесс, которые люди называют «любовью», действительно иллюзия. Они трепещут, когда человек, к которому они питают симпатию, садится рядом или находится с ними в одном помещении. Они ждут, когда этот человек заговорит с ними. Они лелеют свою любовь до того момента, когда скажут об ней. Они разбивают свои сердца, когда она оказывается невзаимной. Любовь — самая странная вещь у людей.       Мэг в данном случае спрашивала о семейной любви, но разве это совсем разное? Сэм разбил Дину сердце, когда предал его и обменял на Руби. Кастиэль знал, что в дальнейшем такое может случиться с Винчестерами и не раз. Будет ли он рядом? Ему неизвестно. Толку от него всё равно никакого.       — Иллюзия, — ответил Кас. — Самая странная вещь во Вселенной.       Мэг хмыкнула, потрепав рычащего адского пса за ухом.       — Иллюзии принято разбивать на осколки, а то и на атомы, — сказала она. — Так каково твоё решение?       — Почему ты предаёшь Люцифера? — нахмурился Кастиэль.       — Демонам свойственно быть неоднозначными, — пожала плечами Мэг.       — Даже к своему прородителю?       — Чего не сделаешь ради собственной безопасности.       — Нет, — твёрдо сказал ангел. — Я не согласен на эту сделку.       Хитрость сошла с лица Мэг, явно ожидавшей, что при помощи нажатия на горячую кнопку ангела она сможет добиться того, что ей нужно. Пёс продолжал скалить острые кривые зубы, сделав шаг в сторону Кастиэля.       — Как хочешь, Кларенс, — сказала демон и кивнула адской твари. — Еда подана, хороший мальчик.       Чёрный пёс зарычал и с воем набросился на ангела. Кас попытался сделать шаг назад, но тварь тут же придавила его к земле. Мощные челюсти прогремели прямо над правым ухом, разрывая ткань плаща и плечо. Кастиэль ощутил боль, но она не могла ослабить его. Он схватил левой рукой псину за шею и поднял над собой. В правой руке сверкнул ангельский клинок. Пёс, словно не замечая угрозы, продолжал оглушительно рычать и клацать зубами, роняя слюну на лицо мужчины. Кастиэль сделал точный порез поперёк шеи адского отродья. На него хлынула чёрная кровь, неприятно булькающая в горле пса. Кас отбросил умирающую тварь от себя и поднялся. Пёс дёрнулся в последний раз и затих.       Кастиэль повертел головой, но Мэг уже след простыл. Он бросил взгляд на бежевый тренч, весь заляпанный чёрной кровью, протёр рукавом подбородок, на который она также попала, и взмахнул крыльями.       Нужно вернуться к Дину, не вызывать подозрений, а потом искать Кроули.