Окул

День начался с лёгкого дождя. Было немного прохладно, но не критично. Утром Джеймс ушёл вместе с Сириусом повидаться с друзьями. Гарри спал наверху, в детской. Лили сидела на веранде с чашкой тёплого травяного чая, погружённая в свои мысли. Оглядываясь назад, всё казалось невероятным: оказаться ведьмой, стать членом Ордена, выступающего против опасного мага, влюбиться и выйти замуж за чистокровного, родить ему ребёнка… А теперь за ней ещё и охотится сам Тёмный Лорд. Лили не была мечтательницей и ясно осознавала опасность ситуации. Больше всего она беспокоилась о сыне. Он ни в чём не был виноват — ребёнок, на которого словно поставили метку с самого рождения. Она любила его и была готова защитить даже ценой собственной жизни. Вдруг сверху раздался плач. Поднявшись, она увидела, что Гарри проснулся. Он был таким милым: черты лица унаследовал от Джеймса, а глаза были её. Успокоив сына, Лили спустилась с ним вниз, в гостиную. Скоро должны прийти, как они сами себя называли, «мародёры» — странное название для столь странной компании. Оставив Гарри играть с игрушками, она прошла на кухню и принялась готовить обед. Через час вернулись её муж с друзьями. — Ну кто тут у нас такой смелый малыш? Послышался весёлый голос Сириуса. Он обожал Гарри — и тот отвечал ему тем же. — Дорогая? — на кухню вошёл Джеймс с лёгкой улыбкой. — О, вы уже пришли? Как провели время? — спросила Лили. — Отлично. Остальные передали привет. — Лили! Как я рад тебя видеть! — Сириус бросился к ней с объятиями. — В последнее время он стал слишком тактильным, — с ухмылкой заметил Римус. — Как ты? — В порядке, — ответила Лили, освобождаясь из объятий. — Да ладно, нельзя, что ли? — раздражённо бросил Сириус. — Странно, что это началось после приезда Марлин из Америки, — заметил Питер. — Рад тебя видеть. — Я тоже, — улыбнулась Лили. Сириус лишь фыркнул. — Да ладно вам, — вмешался Джеймс, беря стакан воды. — Бродяга просто рад снова воссоединиться с хозяйкой. Не так уж часто она удостаивает своего пса вниманием. — И ты туда же? Я думал, ты меня поддержишь! Маккиннон тут ни при чём. С чего вы вообще взяли, что мы с ней общаемся? Она мне никто. Мы всего лишь учились вместе. И в одном Ордене состоим. Старые знакомые, не более. — Ладно, ладно, хватит оправдываться. Давайте лучше поедим? — предложил Римус. — Я не оправдываюсь! Я… — начал Сириус, но его прервал плач Гарри. — Кажется, он устал. Пойду уложу его спать, — сказала Лили, поднимая ребёнка на руки. Когда Гарри успокоился, Лили вернулась к друзьям. Они непрерывно разговаривали, и с ними было по-настоящему уютно. Она уже не могла представить жизнь без них — они стали её семьёй. — Лилс, представляешь, Алиса опять беременна, — бесцеремонно сказал Сириус с едой во рту. — Правда? Какая чудесная новость! — Ага, «чудесная», — фыркнул Римус. — Фрэнк прямо светится от счастья. — Что плохого в этом? — обеспокоенно спросила Лили. — Заводить ребёнка, когда на пороге почти война, а за твоей семьёй охотятся «сектанты», — верх идиотизма. Тем более у них уже есть сын, — пояснил Римус. — Именно в такие тёмные времена и нужна хотя бы одна хорошая новость, — возразила Лили. — Кому как. После того как напряжение спало, трапеза продолжилась в дружеской атмосфере. Спустя несколько часов гости ушли. Когда за ними закрылась дверь, Лили пошла кормить Гарри, а Джеймс устроился с газетой. Элиан был очаровательным малышом, и Лиана была от него в восторге. Ей нравилось заботиться о нём. После времени, проведённого с ребёнком, она чувствовала себя увереннее в своём решении защитить будущего ребёнка. Северус был в школе, а Деон — в Министерстве, но к ужину оба должны были вернуться. Из-за работы Северус часто оставлял Элиана с Иллианой, и она была только рада этому. Северус был нелюдим, а Деон — отстранённым, по крайней мере таким он казался ей в годы учёбы. Полукровка из рода Принцев и «белая ворона» среди Мальсиберов… Тогда она и представить не могла, что выйдет замуж за одного из них и будет часами сидеть с ребёнком другого. Когда Элиан уснул, она приказала домовому эльфу присматривать за ним, а сама отправилась в кабинет — работать над рунами. Это было её любимое занятие ещё со времён Хогвартса: её всегда тянуло ко всему таинственному и древнему. Недавно кузен из Франции привёз ей древние фолианты, найденные в руинах Греции. Углубившись в работу, она не заметила, как пролетело время. Её отвлекла сова, пытавшаяся влететь в окно. По виду она сразу поняла — от Малфоев. «Нарцисса», — мелькнуло у неё в голове. Развернув письмо, она быстро пробежала глазами приглашение на выставку-аукцион, организованную Эйвери. Нарцисса была единственной, кто спокойно воспринимал её цинизм. Они хорошо общались ещё со школы, и Нарцисса во многом разделяла её взгляды — в отличие от своей сестры Беллатрисы. Беллатриса казалась ей фанатичной и одержимой идеей чистокровности. Иллиана не считала её истинной аристократкой: представители высшего общества должны вести себя иначе, а не следовать за неизвестно кем и заниматься «грязной» магией. Многие чистокровные семьи, включая Лестрейнджей, забыли истинное предназначение магии — и гордыня рано или поздно их погубит. Раньше Иллиане нравилась Беллатриса — сильная, дерзкая, почти бунтарка. Теперь же она видела в ней лишь фанатичку. Она никогда не забывала слова бабушки: они наделены магией не потому, что особенные, а потому что так должно быть. Приказав приготовить ужин, Иллиана направилась в комнату, где спал Элиан. Ребёнок был спокойным, и это её радовало. Спустя некоторое время, когда она сидела в гостиной и читала Элиану, через камин один за другим появились Деон и Северус — оба уставшие после работы. Увидев жену, Деон довольно улыбнулся. Северус же сразу подошёл и взял ребёнка на руки. — Как прошёл день? — спросила Иллиана, откладывая книгу. — Нормально. — Как всегда, — ответили Снейп и Мальсибер почти одновременно. — Молодой папочка соскучился по сыночку? — усмехнулась Иллиана. Северус лишь фыркнул. — Нелегко расставаться с единственным человеком, который тебя любит, да, Сев? — засмеялся Деон. — Прекрати называть меня этим унизительным прозвищем, — холодно ответил Северус. — Иначе замучаю тебя до смерти… так, чтобы жена не узнала. — Вы, наверное, проголодались. Ужин готов, — сказала Иллиана, поднимаясь. — Лиана, какая же ты у меня замечательная, — Деон попытался её обнять. — Отстань, — раздражённо отмахнулась она. Она выросла в семье, где эмоции считались слабостью, и потому держалась сдержанно — хотя Деон прекрасно знал о её настоящих чувствах. Они прошли в столовую и начали ужинать. — Какие новости? — нарушила тишину Иллиана. — Тихо, — коротко ответил Северус. — Были странности в магловских окрестностях, — добавил Деон. — Похоже, некоторые из них увлеклись чёрной магией. — Жалкая имитация, — фыркнула Иллиана. — Элиан был спокойным? — спросил Северус. — Он просто чудо, — улыбнулась она. Ужин прошёл спокойно и даже уютно. После него Северус собирался уйти. — Завтра привезу Элиана. Некоторое время не смогу сам приходить — пусть побудет у вас, — сказал он. — Наши двери всегда открыты для твоей семьи, друг, — ответил Деон. Его слова согрели душу Северуса. Внешне он, как всегда, остался невозмутим, но внутри был благодарен единственному человеку, который не оставит его в беде. Прошла неделя с возвращения Марлин из Америки и месяц с момента странной находки в Аризоне. Кто бы мог подумать, что случайный поход в глухомань обернётся таинственной загадкой. Уже месяц Марлин ломала голову над этой находкой. Они обнаружили кубообразную шкатулку-головоломку, обёрнутую в бархат цвета индиго, с выгравированными странными символами, обведёнными золотыми чернилами. Однако ни у кого не получилось ни открыть шкатулку, ни расшифровать знаки. Алек Аббот предположил, что это древние руны. Они перерыли все доступные книги — точнее, те, что были в их распоряжении. Дориан Хэнс предложил передать шкатулку в Лувр: возможно, там смогли бы разгадать её тайну. Но Алиса Бенсон была против и настаивала на Министерстве, а лучше — на Отделе Тайн. Эта идея не нравилась и самой Марлин. Ведь находку сделали они, и именно ей сильнее всего хотелось раскрыть её секрет. Эллен, однако, старалась держаться подальше от шкатулки: она ощущала от неё странные всплески магии. И не только она — многие чувствовали себя рядом с ней неуютно, словно сама вещь отталкивала людей. В итоге у Марлин разболелась голова от бесконечных размышлений, и она решила отложить попытки разгадки. Так она вернулась на родину. Родные края встретили её тепло. Она встретилась с друзьями из школьных времён — многие из них сильно изменились. Её сверстники уже обзавелись семьями: Лонгботтомы и Поттеры стали родителями. Их сыновья казались Марлин очаровательными. Возможно, однажды она тоже решится на семью. Но сейчас у неё были другие дела, а ухажёров, как ни странно, не было вовсе. Она шла по улицам Лондона, прохладный ветер бил ей в лицо. Сегодня ей хотелось просто побыть одной — без целей, без дел, просто идти и думать. Война была близка. Пусть создавалась иллюзия безопасности, Марлин не верила, что Пожиратели смерти откажутся от своей идеологии ради мира. История с Грин-де-Вальдом уже доказала обратное. Погружённая в мысли, она не заметила, как кто-то подошёл сзади. Марлин резко вздрогнула и обернулась. — Ох, это ты, Блэк… У меня чуть сердце не выскочило! Разве можно так пугать? — сказала она с облегчением. — Извини. Я заметил тебя, но не подумал, что ты испугаешься, — ответил Сириус, почесав затылок. — Как ты? Зачем подошёл? — спросила Марлин. — Да нормально. Просто хотел провести время. Не против? — предложил он. — Просто так? Или это приглашение на свидание? — ухмыльнулась она. — Если скажу «да», согласишься? — заметив лёгкое смущение на её лице, Сириус довольно усмехнулся. — Да ладно, сколько мы уже не виделись. Проведём время как старые друзья. Расскажешь об Америке. — А… да, конечно, — ответила Марлин, стараясь не выдать разочарование. Вряд ли Блэк действительно имел в виду свидание. — Недавно на соседней улице открылась новая кофейня. Сходим? — Магловская? — уточнила она. — Ага. Но довольно уютная и почти без людей. — Почему бы и нет? — улыбнулась Марлин. Сириус остался доволен. Они направились в кафе и провели там время приятно и спокойно, обсуждая новости. Внутри было почти пусто — лишь бариста и официант. Спустя час Марлин уже собиралась уходить. — Давай провожу? — предложил Блэк. — Не против, — улыбнулась она. На улице заметно похолодало. Сириус предложил ей свою куртку, и Марлин без раздумий согласилась. Когда они подошли к её дому, она вернула куртку и поблагодарила его за вечер.