ЖЕЛАНИЕ (перевод новеллы).

​Как Альфа, Гао Цин никогда не была свидетелем подобной сцены. ​Густой поток феромонов Альфы S-класса вырвался наружу, подавляющий и настолько мощный, что даже через дверь было невозможно устоять перед этим непреодолимым ароматом ириса. ​Старомодная металлическая бронированная дверь была стремительно выбита ногой обезумевшего элитного Альфы. Прочная дверная панель внутри содрогалась от яростных ударов, пока не оказалась на грани разрушения. ​Спокойно надев изолирующую маску, Гао Цин начала набирать номер горячей линии полиции. ​Полиция прибыла быстро, но даже самые высококвалифицированные офицеры SWAT не смели опрометчиво противостоять Альфе S-класса, который полностью потерял рассудок. ​Обе стороны замерли в напряженном противостоянии в узком коридоре жилого дома. ​Шум был огромным, а удушающая тяжесть феромонов настолько подавляющей, что — несмотря на грохот — никто из соседей не осмелился выйти и посмотреть. ​Спустя полчаса воздух начал наполняться следами различных запахов Омег. ​Феромоны Альфы S-класса были слишком интенсивными; многие Омеги в окрестностях не смогли избежать их воздействия и неизбежно начали проявлять признаки пассивной течки. Офицеры спецназа (SWAT) были вынуждены прибегнуть к водомётам, пытаясь разбавить удушающий аромат ириса в воздухе, от которого кожа на голове немела и покалывала. ​— Гао Ту! Гао Ту! Выходи! ​Промокший до нитки под струями воды, Шэнь Вэньлан стоял с налитыми кровью глазами, его дыхание было прерывистым, когда он во весь голос выкрикивал имя Гао Ту. Подобно одинокому волку, попавшему в стальной капкан, он издавал раненый, надрывный вой. ​Он был одет в домашнюю одежду, лицо оставалось бесстрастным, зрачки сильно сузились, а глаза заволокла мутная дымка — было ясно, что он не в себе. Он со всей силы бросался телом на плотно запертую дверь. ​— Гао Ту! Полиция не осмеливалась приближаться неосторожно. Они могли лишь продолжать распылять воду с расстояния, пытаясь подавить концентрацию феромонов, поддерживая при этом телефонную связь с Гао Цин, находившейся внутри квартиры. ​Командовал операцией круглолицый офицер полиции — Бета плотного телосложения. Его брови крепко нахмурились, когда он спросил Гао Цин: — Кто такой Гао Ту? ​ — Мой брат, — ответила Гао Цин. ​ — Он... партнер этого Альфы? ​— Нет, просто коллега, — тут же опровергла Гао Цин, но, на мгновение задумавшись, быстро добавила —У моего брата и этого подонка когда-то была неподобающая интимная связь. Но они не партнеры. Этот псих преследует и изводит нас уже долгое время. Я уже сообщала об этом в полицию раньше. Полагаю, у вас уже должны быть записи об этом. ​— Но тот джентльмен выглядит не совсем нормально. ​— Как вы можете ожидать от сумасшедшего подонка чего-то близкого к норме? К тому же... ​— Это не обычный эмоциональный всплеск, — прервал её один из медицинских экспертов на месте происшествия. ​Из-за сильной утечки феромонов его направили сюда для оказания поддержки. Как только он взглянул на Шэнь Вэньлана, его веки яростно задергались —Текущая ситуация очень похожа на синдром поиска партнёра. ​Плотный полицейский бросил на него сомневающийся взгляд —Синдром поиска партнёра? ​Медицинский эксперт кивнул —Да. Это редкое состояние. В прошлых случаях оно обычно встречалось у Альф высокого уровня, которые не могли установить контакт со своими предназначенными партнерами. Во время эпизода синдрома поиска партнёра Альфа становится чрезвычайно чувствительным, впадает в ярость и теряет всякую рассудочность. Они будут использовать любые возможные средства, чтобы найти своего партнёра. Если не принять надлежащих мер предосторожности, ситуация может стать весьма проблемной. ​— Так что же нам теперь делать? — тревожно спросил Гао Цин, глядя на дверную панель, которая вот-вот должна была поддаться. Даже через маску она чувствовала вонь подлости, исходившую от Шэнь Вэньлана. Если это затянется еще хоть немного, меньше чем через 2 минуты Шэнь Вэньлан выбьет дверь и ворвется внутрь. ​—Где твой брат? ​—Его здесь нет. ​—Где он? ​—Какое отношение его местонахождение имеет к делу? — Гао Цин повысила голос —Офицер, вы же не предлагаете моему брату встречаться с этим сумасшедшим в его нынешнем состоянии, не так ли?! ​Гао Цин отказала, не оставляя места для переговоров, ее тон был твердым и решительным —Это абсолютно невозможно! ​— Нет, мы не это имели в виду, — быстро объяснил коренастый полицейский. — Я только хотел подтвердить, находится ли ваш брат в доме. Пока его здесь нет, даже если этот джентльмен ворвется, по крайней мере, не будет дальнейшего конфликта. Во время приступа их «синдрома поиска пары» единственная цель Альфы — найти своего Омегу. В обычных обстоятельствах они не вступают в прямые конфликты с кем-либо еще. Другими словами, вся их ярость и гиперчувствительность проистекают исключительно из-за невозможности найти своего Омегу. ​—Его здесь нет, — твердо сказала Гао Цин. —У моего брата уже есть свой партнер. Он давно не имеет ничего общего с этим подонком. ​—Чушь собачья! ​Слух Альфы S-класса был поразительно острым. Даже через дверь Шэнь Вэньлан ловил её слова одно за другим, остро, словно акула, учуявшая кровь. Выражение его лица стало мрачным, а в красивых глазах вспыхнул опасный красный свет ярости и вожделения: —Пусть Гао Ту выйдет! Вы должны выпустить Гао Ту! Я хочу его видеть! ​—Но он не хочет тебя видеть! Повторяющийся громовой стук в дверь внезапно прекратился. Сердце Гао Цин неистово подпрыгнуло. Она затаила дыхание и уставилась на дверь — когда вдруг в её ушах прогремел оглушительный грохот. ​Бах! — ​Одним яростным ударом деревянная дверь была пробита насквозь кулаком разъяренного Альфы. Белые костяшки пальцев высунулись сквозь пробитое отверстие; бледная кожа, туго натянутая на костях, была содрана в кровь и изрезана зазубренными щепками, оставляя за собой пугающий кровавый след. Алая жидкость медленно стекала по тыльной стороне его ладони, но Шэнь Вэньлан, казалось, совершенно не замечал этого. Его пальцы просунулись в щель, вцепились в дверную ручку и с силой дернули её вниз. ​—Действуем! — увидев, что ситуация обостряется, плотный офицер полиции выкрикнул команду. ​Офицеры спецназа (SWAT), которые до этого момента удерживали свои позиции, разом бросились вперед. Семь или восемь мускулистых, полностью вооруженных Альф, все в защитных масках, пробивались сквозь удушающее давление; кожа на их головах покалывала, пока они пытались усмирить полностью вышедшего из-под контроля Альфу высшего ранга. ​В мгновение ока ситуация вышла из-под контроля, погрузив место действия в крайний хаос. ​Медицинский эксперт, обливаясь потом, вытащил заранее подготовленный шприц с анестетиком из охлажденного медицинского кейса и сунул его в руки офицеру, стоявшему рядом с ним. ​— Другого выбора нет — используйте пистолет с транквилизатором. ​— Но при таком количестве людей мы никак не сможем прицелиться должным образом! ​— Черт! Тогда поторапливайтесь и вызывайте снайпера для поддержки. ​—О, конечно. Стройная, ухоженная, элегантная рука внезапно протянулась вперед и взяла шприц, все еще покрытый капельками холода из переносного холодильника. Раздался прохладный голос, лениво плывущий в воздухе: —Будем надеяться, что этот идиот не будет слишком много дергаться, иначе я могу случайно попасть ему прямо в глаз. ​Медицинский эксперт и офицер в недоумении повернули головы — и встретились взглядом с прекрасным, потрясающе красивым лицом незнакомца. ​Хуа Юн извлек откуда-то маленький арбалет, похожий на лук, быстро зажмурил один глаз, поднял руку и с непринужденной легкостью прицелился в плечо Шэнь Вэньлана. ​Без тени сомнения он нажал на курок. С резким свистом дротик с металлическим наконечником пролетел сквозь узкий просвет в толпе, рассекая воздух со свистом, прежде чем прочно вонзиться в плечевой сустав Шэнь Вэньлана. ​Хуа Юн опустил арбалет, подмигнул двум совершенно ошеломленным Бетам, стоявшим рядом, и мягко произнес: —Меня попросил один человек, и я просто выполняю его просьбу, ничего более. Не стоит благодарности. Мое имя... э-э... Маленький Белый Голубь. Анестетик быстро подействовал. Плотный полицейский замер, тупо наблюдая за тем, как этот красивый молодой человек — который только что представился как Маленький Белый Голубь — небрежно наклонился и с поразительной легкостью закинул возвышающегося Альфу (который был выше всех присутствующих) себе на плечо. ​Его шаги были неспешными, а манеры — спокойными и невозмутимыми, словно он просто прогуливался по собственному саду, с легким изяществом срывая нежный цветок. ​—Прошу прощения за то, что напугал всех. Одной рукой Хуа Юн удерживал Шэнь Вэньлана на плече, в то время как свободной рукой он быстро развернул пачку документов: свидетельство об установлении отцовства и соглашение о семейной доверенности. ​Он радушно улыбнулся. —Родители господина Шэня поручили мне помочь в урегулировании этого вопроса. Простите за беспокойство, но теперь всё в порядке. Вы все можете расходиться. **** 10 дней спустя, в Стране P. ​— Я хочу вернуться в Цзянху. ​— Тогда скажи дяде Шэню об этом сам. ​— Скажи ему про мой пердеж! — взорвался Шэнь Вэньлан, с силой пнув стену. Специально укрепленная металлическая стена отозвалась резким лязгом: «дзынь, дзынь». ​Он заорал во всю глотку: — Хуа Юн! Если бы ты не вырубил меня выстрелом и не утащил в Страну P, разве меня запер бы здесь сейчас мой отец? ​— А что еще я мог сделать? — Хуа Юн очистил банан для Шэн Шаою и поднес свежий ароматный фрукт к его губам. Его голос заметно смягчился: — Господин Шэн, съешьте банана. ​ — У тебя, блядь, всё еще есть настроение жрать чертов банан?! — Почему нет? — Хуа Юн слегка приподнял бровь. — Твоя жена пропала — какое это имеет отношение к тому, что я ем банан? С привычной непринужденностью он запихнул в рот недоеденный фрукт, который Шэн Шаою больше не хотел, и, не спеша жуя, продолжил: — Честно говоря, я не думаю, что твой отец сделал что-то не так. Прямо сейчас ты себя не контролируешь. Если бы тебя выпустили в таком состоянии, то в тот момент, когда ты нашел бы секретаря Гао, даже если бы ты не убил его сразу, ты бы определенно замучил его до полусмерти. ​— Когда это я его мучил? — возразил Шэнь Вэньлан, снова в знак протеста ударив ногой в стену. ​Хуа Юн немного отвел телефон от уха, ожидая, пока стихнет оглушительный грохот на другом конце провода, прежде чем снова поднести трубку к уху. С двусмысленной улыбкой он прошептал: — Если ты никогда не мучил его, то откуда, по-твоему, взялся ребенок в его животе? — Ты ведь тоже знаешь о ребёнке в его животе! Это ещё одна причина, по которой я должен пойти и найти его! Шэнь Вэньлан беспокойно запустил пальцы в волосы, каждое его движение было пропитано нарастающим волнением: — Хуа Юн, тебе не следовало отправлять меня обратно в Страну P. Тебе не следовало бросать меня здесь, под боком у этого старика! Гао Ту нуждается в моих успокаивающих феромонах. Немедленно вытащи меня отсюда! Чёрт. ​Сам Хуа Юн тоже не питал никакой симпатии к тому тирану преступного мира из Страны P. Но так как просьба исходила от Ин И, он не мог отказать. Он лишь беспомощно вздохнул: — Вэньлан, мне тоже это поручили. Возможно, тебе стоит попробовать поговорить со своим отцом самому. ​Шэнь Вэньлан издал насмешливое фырканье: — Поговорить? Как, чёрт возьми, человеку разговаривать со зверем? Этот старик ни черта не человек! То, что я его до сих пор не убил — уже вежливость с моей стороны! С какой стати мне с ним разговаривать? Хуа Юн, живо вытащи меня отсюда! Ты что, забыл, как я помогал тебе раньше? — Прости, — ровно ответил Хуа Юн. — Я верну тебе долг позже. Но в этот раз я действительно не могу. ​Шэнь Вэньлан мгновенно пришел в ярость, разразившись непрерывным потоком ругательств на своем родном языке. ​Однако Хуа Юн, что было ему не свойственно, не вспылил. Он даже слушал с терпеливым спокойствием, вынося тираду Шэнь Вэньлана в течение нескольких минут, прежде чем, наконец, объяснил тихим голосом: ​— Вэньлан, это дело, в конечном счете, касается твоей семьи. У меня правда нет возможности вмешаться. Но не волнуйся — не беда, если ты не хочешь разговаривать с отцом. Если хочешь выбраться, то подними шум. Возможно, я не смогу тебе помочь, но если ты устроишь достаточно сильный переполох, кто-нибудь обязательно за тебя разволнуется. Кто знает — может быть, он даже сам придет тебя освободить. Разве это не было бы лучшим исходом для всех? ​— Что ты имеешь в виду? ​— Ничего особенного. Хуа Юн доел банан и бросил кожуру в поднос для фруктов. Слегка вздохнув, он сказал — Вэньлан, есть вещи, которые я пока не могу тебе рассказать. Но я верю, что сегодняшняя ситуация — как для тебя, так и для твоего отца — не обязательно окажется чем-то плохим. Давай, поднимай шум. Чем больше будет переполох, тем лучше. Без разрушения не может быть созидания — и это чистая правда.