Шепот излома.

Хогвартс погрузился в ночную тьму, которая поглощала каждый уголок замка. Шестой курс, мысли летали по кругу, безнадежный и тяжелый хоровод сомнений. У юноши не было места в этом замке, где можно было скрыться от них. Одно решение – Астрономическая башня. Драко прятался там каждую ночь, пытаясь разгрести всё, что его пожирало изнутри. Он не мог убить, не мог поступить так, как от него требовали того отец и Тёмный Лорд: жестоко и хладнокровно. Это было не в его силах, но он понимал, что нужно, что у него в руках судьба его семьи. Было страшно, страшнее с каждым днем, особенно после неудавшейся попытки. И вот его тихие, едва заметные шаги, по лестничным пролетам, блондин медленно поднимался в башню, стараясь остаться незамеченным. Он даже начинал завидовать Поттеру, что у того была в наличии мантия невидимка, можно прятаться где угодно и оставаться незамеченным. «А вдруг, он сейчас где-то рядом?» – мысленно задался вопросом Малфой, хотя это звучало глупо. Все эти идиоты-гриффиндорцы, наверное, храпят в своих теплых постелях. у них была роскошь ничего не подозревать, а у него.. Он представил усмешку Поттера – ту самую, наглую и самодовольную. Но теперь, он к собственному ужасу, представлял ее не в момент триумфа, а в момент, когда тот увидит его.. таким. Раздавленным. Это было невыносимее любой ненависти и отзывалось лишь глухой болью внутри. У входа в Астрономическую башню он замедлил шаг, Драко задумался лишь на мгновение, приоткрыв дверь, та поддалась с тихим скрипом, уже собирался войти, но тут же замер. В углу, под скудным светом, пробивающимся из окна, сидел он. Поттер – тот самый, о котором он думал всего каких-то пару минут назад. Он поднял голову, взгляд его был пустым, выгоревшим. Точно такой же Драко видел у себя в зеркале каждый день. ⸺ Убирайся, Малфой. – все, что смог выдать Гарри, голос его был плоским, без привычной искры вызова. ⸺ Территория общая, Поттер. – проигнорировав молчаливый протест и хмурый, пустой взгляд избранного, Драко прошёл внутрь, опускаясь на холодный камень в противоположном конце. Так они провели время до утра: оба выглядели слишком измученно и чересчур уязвимо. Тени под глазами Гарри были такими же темными, как и у него самого. В тишине слышалось только их неровное дыхание ⸺ два измученных ритма, бившихся в такт единому страху. Так продолжалась неделями, длинным и наполненными молчанием ночами, пока наконец Гарри не разрушил молчание резким вопросом: — Почему ты просто не сделаешь это? – пояснять не нужно, оба знали о чем речь. Вопрос попал прямо в цель, хоть и явно не имел цели задеть Малфоя. Он замолчал, пытаясь словить равновесие внутри, вцепившись пальцами в колени. Действительно, почему он просто не сделает этого? Это же так просто ⸺ убить человека. Тени вокруг будто окружали его, пытаясь вжать его в холодный камень. Он попытался собраться с мыслями, сделал глубокий вдох, ощущая как долго на него смотрят два зеленых глаза. ⸺ Думаешь я не пытаюсь ? – глухо отозвался блондин после этой затяжной паузы, серые глаза окинули уставшим взглядом комнату, мысли в голове вновь напомнили о себе. – А ты, то почему здесь? Что тебя заставляет приходить сюда каждую ночь? Собеседник промолчал, запустив пятерню в непослушные волосы, которые порой забавили Драко. Иногда, в минуты особенно густого молчания, взгляд Драко сам цеплялся за непослушные пряди, выбивавшиеся из-под пальцев Поттера. Какая-то нелепая, живая, неуправляемая часть этого вечно собранного, вечно геройствующего идиота. И почему-то это бесило меньше, чем должно было. Эта мысль отвлекла, но ведь действительность все еще оставалась, как не крути: Драко Малфой — должен убить Дамблдора. Юноша сглотнул ком в горле, пытаясь дышать ровно, он привык подавлять эмоции, привык быть таким, каким его хотели бы видеть все. Но он ненавидел это. Никто не знал, что он чувствует на самом деле, что думает и чего бы ему хотелось, а хотелось лишь малого: жить. И тут сам не ожидая от себя того, начал говорить, тщательно обдумывая каждое слово: ⸺ Знаешь, я не знаю почему ты тут, но смею догадаться, что это связано с тем, что произошло в прошлом году, – Драко сделал паузу, все же решившись поднять взгляд на Гарри. ⸺ И я тебе сочувствую. Правда. Ты не заслужил этого дерьма, несмотря на всё, что между нами было. Слова застревали в горле, он давился это короткой речью. Блондин встретился взглядом с парнем напротив, только сейчас замечая, что его глаза – как два изумруда, сверкающих в тёплом свете луны. ⸺ Ты под Империо? – хрипло усмехнулся брюнет, поправляя очки на носу ⸺ Ладно.. если серьезно.. спасибо? Не знаю даже как реагировать на подобное от тебя. Было заметно, что юноша растерялся. Это было вполне оправдано после шести лет их войны. Как реагировать на такие слова, зная, что человек тебя ненавидит. И действительно ли ненавидит? Драко уже сам давно поддался сомнению, но списал это все на усталость и жалость к шрамоголовому, понимая, что давно уже пытается обмануть самого себя. В ту ночь они больше не сказали ни слова. Но когда перед рассветом Драко поднялся, чтобы уйти, его взгляд на секунду задержался на Гарри. И кивок, который он ему сделал, был настолько лёгким, что его можно было принять за игру теней. Он ничего не ответил. Но и не отвернулся. И в тот миг, когда силуэт Драко растворялся в дверном проёме, его собственная рука непроизвольно дрогнула и поднялась на уровень груди — не для волшебной палочки, а в том самом, неуверенном жесте, в каком он когда-то, много лет назад, предлагал врагу руку для знакомства. Разумеется, он тут же опустил её, но это не ускользнуло от серых глаз, последний раз сверкнувших в проходе. Утро, за завтраком собрались уже почти все. Пэнси отчаянно дергала Малфоя за рукав, пытаясь обратить на себя внимание, но тот казалось вообще ничего не замечал. Взгляд был устремлен за соседний стол, где сидели гриффиндорцы. Поттер выглядел непринуждённо, он болтал о чём-то с Уизелом и Грейнджер. Драко заметил, что юноша будто потерян, но в чем причина? Кошмары? Или что-то еще выбило брюнета из колеи? Едкий укол волнения кольнул в груди. Слизеринец быстро отмахнулся от него. Нет, не может он волноваться, за кого угодно, но не из-за Поттера. Не обратив до сих пор никакого внимания на надоедливую Паркинсон, он поднялся с места, не хотелось думать об этом шрамоголовом сейчас. Последний раз взглянув на стол, где сидел брюнет, их взгляды столкнулись. Они смотрели друг на друга лишь мгновение, а после Драко быстро ретировался подальше. Чуть не влетев в колонну, он обернулся, будто бы за ним кто-то гнался по широким коридорам Хогвартса. Он прислонился к холодной стене. Прикрыв глаза, в темноте вновь возник чарующий облик парня. Хотелось всё же знать, что у него на душе. Какого быть близким с Гарри Поттером. День длился долго, больше всего хотелось погрузиться в одиночество. И вот уже давно начался отбой и юноша тихо крался к уже полюбившейся ему башне. Войдя, он уже не удивляется наличию Поттера в углу. Сев неподалеку, он уткнулся в одну точку. Висело напряженное молчание, пока в Драко не прилетает яблоко. ⸺ Ты не ел сегодня. – едва слышно ответил брюнет, на непонимающий взгляд серых глаз. Даже не понятно, как это воспринимать. Простая гриффиндорская забота? Знак дружелюбия? ⸺ Спасибо – все, что смог ответить Малфой, после короткой паузы и немых взглядов друг на друга. В груди это отозвалось странной колючей болью. Ему нельзя привязываться. Только не к Поттеру. Покрутив «запретный плод», как его окрестил Драко, ссылаясь мыслями к библии, в руках, он откусил от яблока кусок, и тут же подавившись, заметил застывший на нём взгляд избранного. ⸺ Не умри тут, Драко, я не буду тащить твоё тело в лазарет. – усмехнулся тот, глядя на это. Блондина передёрнуло. Это было странно, они несколько ночей сидели тут молча, что изменилось? И изменилось ли вообще? Может, он просто спит и это все плод его воображения? В голове всплывали воспоминания с первой встречи этих двоих. Опустившаяся рука, так и не дождавшись рукопожатия в знак начала дружбы и детская обида, которая с каждым годом сдавливала грудь всё сильнее. Драко убеждал всех, что ненавидит Поттера, терпеть не может этого придурковатого гриффиндорца, но в глубине души – он хотел его. Хотел быть его другом. А может и чем-то большим. Так и не ответив ничего, юноша поднялся на ноги и подошёл к окну. Никто не знал его тайну, да и он сам не мог поверить в реальность этого. Детская обида, переросла в манию, он даже не успел понять, когда всё так быстро набрало обороты. Гарри Поттер ему нравился, он желал, чтобы тот обращал на него внимание, от того и не мог терпеть Уизли и Грейнджер, которые вечно торчали рядом с брюнетом. За окном было тихо, замок погрузился в дрёму, Филч окончил свой обход по замку, а все примерные студенты давно уже в кроватях. Никому не хотелось лишаться баллов посреди учебного года, хотелось выбиться вперёд и забрать очередной кубок школы. Драко же волновало далеко не это. Ему хотелось ощутить себя свободным. Перестать делать то, что от него требуют и просто сделать свой единственный собственный выбор. Но как это сделать если при малейшей ошибке пострадает не только он, но и его семья. Он любил родителей, пусть отец не был идеальным и являлся главным виновником торжества, который затащил жену и сына в самую гущу событий, но он был его отцом. Он ходил на все школьные матчи по квидиччу, покупал ему всё, что душа пожелает и старался, как бы сейчас этотне выглядело. Лишь благодаря Люциусу – Драко оставался цел. Столько ненасытных пожирателей хотели заполучить юношу. Еще бы, молодой, красивый в идеальной форме, считай, что сам бог велел поиграться с ним. Но благодаря отцу, Драко удавалось избегать таких моментов. Люциус Малфой был в почёте у Лорда, какими бы усилиями это не было достигнуто, но это обеспечивало его сыну безопасность от грязных рук последователей Лорда. Что говорить о матери, Драко в ней души не чаял, как и она в нём. Единственное и любимое дитя, которое было окутанно материнской нежностью с головы до ног. Её было больше всего жаль, он знал, что Нарцисса не разделяла суровых взглядов Лорда, но покорно молчала, делая вид, что со всем согласна. Благо, метку ей принимать не пришлось, чего не избежал Драко. Любой слизеринец из семьи пожирателя был бы рад стать официальным последователем Тёмного лорда, ведь это означало продолжить нести в массы их взгляды на магический мир. Это обрадовало бы кого угодно, но не Драко Малфоя. За последние пару лет, он понял, как ошибался в том, что ему пытались вбить в голову с рождения. Юноша не считал жестокость выходом, а ненависти к маглорожденным у него никогда не было. Лишь навязанные взгляды с которыми теперь он был несогласен. Но вот, он стоит тут, пытаясь понять, что делать дальше. Его задание напоминало о себе каждый божий час, когда метка слегка жгла руку, будто пытаясь сказать: « Я навсегда с тобой, Драко, ты не сбежишь. » Он повернулся, взглянул прямо в зелёные глаза, которые разглядывали его. ⸺ Драко? – отозвался шёпотом Поттер. ⸺ Я не знаю, что делать с этим, хоть с разбегу вниз лететь, толку больше будет. – ответил блондин, смотря уже будто сквозь гриффиндорца. Он устал, пусть это не лучшее решение, но лучше пусть он сломается здесь, перед ним, а не перед каким-нибудь слизеринцем, который будет рад сообщить родителям, что новый избранник Волан-де-Морта не справляется. ⸺ Знаю, что тебе дай лишь повод узнать о моих слабостях, но знаешь, мне плевать. Пусти слухи по гриффиндору, хочешь, можешь даже слизеринцев подключить или самому Реддлу сообщи. Честно, я так заебался. Метка, задание, твои взгляды полные отвращения и полное одиночество. Хоть раз кого-то интересовало, хочу ли я этого? Хотел ли я стать пожирателем, стерев полностью возможность встать на верную сторону? Или может я от счастья ссусь, от того, что должен убить директора? Нет, никого не интересовало, что думает Драко Малфой. ⸺ Но.. – начал было Гарри, но юноша его перебил. ⸺ Ты можешь зачитать нотации, мол не всё потерянно, что я справлюсь и смогу выбраться на истинный путь, но Гарри.. Ты не понимаешь, никогда не поймёшь. Там – мои родители, если я предам его, то отыграются за это на них. Если бы мне пришлось умереть, я бы согласился, отдал бы свою жалкую жизнь в обмен на их свободу, но ему это не подойдёт. Ему мало крови жалкого Малфоевского отродья, он погубит мать и отца, а может и сделает это на моих глазах, чтобы я страдал и помнил, что принял не ту сторону, хотя мог спасти их. – голос блондина дрожит, он не успевает опомниться, как уже солённые слезы выступают на уголках глаз. Ужасная картина, да и шло всё к чертям. Он давно уже не был собой и не давал истинным эмоциям взять вверх. Ему было страшно и больно, всё, что было ему дорого – медленно исчезало в тьме. Он никогда не получит желаемого, никогда не будет счастлив по крайне мере в этой вселенной.