Вечером в октябре

***       С тех пор прошло почти две недели, а Джиун ему так и не написал. Интак купил новый смартфон и восстановил все приложения, но в мессенджере не было никаких новых запросов на переписку.       Интак подумал, что Джиуну, должно быть, было просто стыдно писать ему после того, каким откровенным он был в тот вечер, а они даже не были знакомы. Может быть Джиуну просто нужен был случайный собеседник, который бы принял его таким, какой он есть, и выслушал, а затем нужда в этом отпала. Это было немного обидно, но, в общем-то, вполне понятно. Не каждый захотел бы продолжать знакомство после подобных признаний.       Поэтому Интак постарался в конце концов не думать об этом, хотя мысли о Джиуне отчего-то бередили ему душу.       Может быть все дело было в том, что в окружении Интака не было таких людей, как Джиун, с такими предпочтениями, и столкнувшись с этим впервые, Интак воспринял это куда ближе, чем стоило бы. Он сочувствовал Джиуну. Он думал о том, какого это — жить вот так, не имея возможности просто рассказать о своих чувствах, боясь получить негативную реакцию. Интак подумал, что мог бы стать для Джиуна тем человеком, с которым Джиун мог бы быть откровенным. Все дело было в том, что Интак был эмпатичным и сострадательным. Он умел искренне сочувствовать тем, кто нуждался в сочувствии и искренне радоваться вместе с теми, у кого был повод для радости. Джиуну, как показалось Интаку, нужна была поддержка. Интак хотел бы её дать, просто так, без всяких условий, но это было возможно только в том случае, если бы Джиун захотел её принять, а молчащий телефон Интака говорил сам за себя.       Чхве Джиун уже, наверное, позабыл о нем — подумал как-то раз Интак, проходя через тот самый парк, в котором они с Джиуном познакомились. Если это было действительно так, то и Интаку стоило бы о нем позабыть, вот и все. Их знакомство было случайностью и закончилось именно так, как должно было закончится что-то, что по умолчанию не могло бы иметь продолжения. Интаку просто было от этого немного грустно, но он старался об этом не думать.       Еще через неделю Кихо пригласил Интака на один из показов университетской коллекции одежды и аксессуаров, в рамках конкурса талантов, стартующего в университете Кихо каждую осень. — Приходи, — сказал ему Кихо по телефону, — Шота будет на сцене. — Моделью? — удивился Интак, с радостью отвлекшись от домашнего задания, над которым пыхтел уже почти час. Еще немного и это стало бы его личным рекордом. Все дело было в том, что Интак и математика были плохо совместимы, хотя он и старался. — Ага, — отозвался Кихо, — он, правда, не хотел, но ему пообещали бесплатный обед, так что он продался. Им нужен был японец, для традиционного костюма. Ну так что? Показ завтра в пять. — Ладно, я приду, — согласился Интак, потому что у него не было никаких планов на пятничный вечер. К тому же они с Кихо давно не виделись. — Потом сходим куда-нибудь поесть? — спросил Кихо. На заднем фоне у него раздался какой-то грохот. Он все еще был в университете, помогал с подготовкой к завтрашнему показу. — Нет-нет! — закричал Кихо куда-то в сторону. — Положите это вот туда! Алло, Интак? Ну так что? — Сходим, только ненадолго, — ответил Интак, — мне в субботу рано вставать на тренировку. — Нам всем рано вставать, — отозвался Кихо и продолжая отчитывать кого-то невидимого Интаку, даже не попрощавшись положил трубку. Интак отложил телефон и без всякого удовольствия вернулся к домашнему заданию, от которого его отвлек своим звонком Кихо. Когда он закончил, было уже за полночь, так что Интак сходил в душ и отправился спать. ***       На следующий день Интак приехал в университет Кихо около половины пятого вечера, но, не смотря на то, что он приехал пораньше, там уже было довольно много людей. Большая часть актового зала была занята. Интак остановился в холле перед залом, и позвонил Кихо, чтобы сообщить, что прибыл на место. — Подожди меня там, — попросил его Кихо, — я помогу Шоте одеться и подойду. Здесь такая неразбериха. — Ладно, — ответил Интак.       Кихо отсоединился, а Интак остался ждать.       Мимо него сновали люди, нагруженные пакетами и свертками. Некоторые несли на вытянутых руках красивые наряды в прозрачных чехлах для одежды, коробки с обувью и аксессуарами. Атмосфера была будоражащей, наполненной суетой и радостным волнением.       Не было ничего удивительного, что люди натыкались друг на друга и самого Интака несколько раз задели плечами.       Последний человек налетел на него с такой скоростью, что едва не сбил его с ног. — Извините! — сказал он поспешно поклонившись.       Интак уставился на него. Перед ним стоял Джиун, сжимая в руках небольшую коробку. — Что ты… Здесь делаешь? — вырвалось у Интака удивленное.       Джиун выглядел сконфуженным и потерянным, когда понял, кто перед ним стоит. — Я учусь в этом университете, — ответил он будто бы нехотя, — а ты… — Я пришел сюда поддержать друга, — сказал Интак, — он здесь в качестве модели сегодня.       Он замолчал и Джиун замолчал тоже. Между ними повисла неловкая пауза, потом Интак сказал: — Я хотел перевести тебе деньги за такси, но ты мне так и не написал…       Джиун моргнул. — Написал, — произнес он резко.       Интак покачал головой: — Нет. От тебя не было никаких сообщений, а твоего номера у меня нет, так что я тоже не мог тебе написать, — возразил он.       Джиун вытащил из кармана смартфон, ткнул на иконку мессенджера и продемонстрировал Интаку экран с его номером телефона в списке чатов. — Ты мне не ответил, — тихо сказал Джиун, — даже не прочитал. Я отправил тебе несколько сообщений, но ты меня проигнорировал, так что я подумал, что ты не хочешь общаться.       Интак нахмурившись разблокировал свой смартфон, открыл список чатов в мессенджере и тоже показал Джиуну. — Видишь? Мне не приходило никаких сообщений от тебя… Иначе я бы точно ответил. Я тебя не игнорировал.       Джиун молчал, кусая губы. — Наверное, это из-за того, что я переустанавливал приложения, вот сообщения и не пришли, — предположил Интак, — но я рад, что встретил тебя здесь.       Он улыбнулся Джиуну и Джиун пристыженно улыбнулся в ответ, смущенный позволенным себе резким выпадом в сторону Интака двумя минутами ранее. Это было просто непроизвольной защитной реакцией, потому что Джиун уже сталкивался с насмешками из-за своих романтических и сексуальных предпочтений ранее, так что он уже успел подумать, за эти две недели молчания Хван Интака, что Интаку он просто противен, а все те слова, которые младший сказал ему в день их знакомства были просто проявлением вежливости. — Кто твой друг, который будет сегодня на показе? — спросил тогда у Интака Джиун, стараясь сгладить неловкость ситуации. — Хаку Шота. — ответил Интак. — Ты его знаешь? Джиун неуверенно покачал головой: — На каком он курсе? — На первом. — Тогда не знаю.       Интак ничего не успел ответить, потому что к нему подскочил сквозь толпу Кихо, выглядящий так сногсшибательно, словно сам собирался подняться на сцену вместе с Шотой этим вечером. — Интак! — почти закричал он заключая младшего в объятия. — Прости, в гримерке такая суматоха и я помогал Шоте одеться. Кто-то из девушек пользовался блестками в гримерке, так что посмотри на меня, посмотри! — пожаловался он, тыкая указательными пальцами на свои волосы и лицо.       В свете электрических ламп его лицо и волосы переливались перламутровыми точками. — Выглядишь блестяще! — хохотнул Интак с удовлетворительной издевкой, Кихо шикнул на него и принялся теребить Интака за щеки. Руки у него тоже были в блесках.       Только когда они закончили эту дружескую возню, Кихо, наконец, заметил Джиуна, стоящего рядом с ними. — Привет? — позвал он удивленно и слегка смущенно.       Джиун поклонился ему. — Это Чхве Джиун, — поторопился представить их друг другу Интак, — мой… эм… — он все еще не знал, как ему стоит обращаться к Джиуну. В прошлый раз он использовал приставку «щи», Джиун ничего не сказал на этот счет, но они были так пьяны, что он, возможно, даже не обратил на это внимания. — Чхве Джиун-сонбэнним, — выдавил Интак неуверенно и покосился на Джиуна, чтобы удостовериться, что не ляпнул никакой глупости.       Джиун вежливо улыбнулся, глядя на Кихо. — А это мой хён, Юн Кихо, — указал тогда Интак на Кихо, — вы не… вы не знакомы?..       Кихо протянул руку и пожал явно озадаченному подобным приветствием Джиуну ладонь. — Он канадец, — быстро уточнил Интак. — О, понятно, — ответил Джиун, разглядывая Кихо, хотя по выражению смятения на его лице было очевидно, что Джиун растерян. — Мои родители корейцы, — улыбнулся Кихо, — и я большую часть жизни жил в Канаде, мы переехали сюда несколько лет назад. А ты пришел с Интаком? — Нет, мы столкнулись только что, — сказал Джиун. — Джиун-сонбэнним тоже учится в этом университете, — пояснил другу Интак. Джиун бросил на него первый неловкий взгляд. — Вы никогда не виделись раньше? Кихо почесал в затылке: — Здесь больше десяти тысяч человек учится, даже если и виделись, вряд ли обратили бы внимание друг на друга, — усмехнулся он.       Из зала до них донесся голос ведущего и раскаты музыки. — Идем, нам пора! — встрепенулся Кихо. Посмотрел на Джиуна. — Ты… Ты здесь со своими одногруппниками? Или сядешь вместе с нами? — Вообще-то я не собирался оставаться на концерт, просто нес коробку с украшениями, — покачал головой Джиун.       Интак коснулся его плеча. — Я так и не вернул тебе деньги на такси, — жалобно напомнил он, — и у меня все еще нет твоего номера, и я все еще чувствую себя должным тебе, так что может быть ты останешься на показ, а после показа присоединишься ко мне и моим друзьям за ужином? В этот раз я угощу тебя!       Джиун сжал коробку в руках с такой силой, что у него побелели кончики пальцев. — …да, можно, — кивнул он едва заметно. — Идем уже, — поторопил их Кихо, — там уже все началось, сейчас займут все места! — Тогда встретимся здесь сразу после показа! — крикнул Джиуну Интак, уже увлекаемый другом в сторону актового зала, Джиун махнул ему и поспешил вперед, в сторону гримерной комнаты. — Я даже не успел с ним договорить! — шикнул на Кихо Интак, когда они пригнувшись пробирались к свободным местам почти в самом конце зала. Было темно, так что сколько бы Интак не оборачивался на входные двери, он так и не смог разглядеть, кто именно заходил в зал. Ему оставалось только надеяться, что Джиун все-таки не ушел и действительно дождется их после показа.       Через два часа показ закончился и Интак поспешил в холл боясь, что Джиун все-таки уйдет.       Он и сам не понимал причины своего поведения, кроме той, что Джиун показался ему человеком, нуждающимся в поддержке, а Интак всегда был сочувствующим и сострадательным, так что он просто хотел стать для Джиуна тем, кто мог бы ему эту поддержку оказать.       Кроме того, Джиун ему нравился. Это не было романтическим чувством, а простой человеческой симпатией, но Интаку действительно хотелось с ним подружиться. В Джиуне было что-то глубокое, скрытое за грубоватой сумасбродностью, и Интаку очень хотелось понять, что именно.       Помимо всего этого, Интак был благодарен Джиуну за всю ту поддержку и за то, что Джиун выслушал его глупые проблемы, которые тогда казались Интаку по меньшей мере катастрофой вселенского масштаба, и Интак хотел отплатить за это, не из чувства долга, а из чувства искренней благодарности.       Они с Кихо остановились в холле, изо всех сил сопротивляясь движению толпы, стремящейся на выход. Шота должен был присоединиться к ним, но он тоже задерживался, потому что ему нужно было переодеться и привести себя в порядок после показа.       Джиун подошел к ним первым. — Мы ждем еще одного нашего друга, того, который был на показе в качестве модели, — сказал ему Интак. — И потом пойдем поесть в ресторан американской кухни в двух кварталах отсюда. Ты ведь ешь гамбургеры? — Да, — кивнул Джиун, — и даже картошку фри.       Он хихикнул.       Кихо поднял руку вверх, привлекая внимание и крикнул: — Соул!       Высокий японец с миловидным лицом вынырнул перед ними из поредевшей толпы. — Привет, — поздоровался он со всеми троими сразу. Потом посмотрел на Джиуна, потому что они не были знакомы. — Соул, познакомься, это Чхве Джиун-сонбенним, — представил их друг другу Интак. Джиун кинул на него второй неловкий взгляд. — А это Хаку Шота, наш первый младшенький.       Он потрепал Шоту по волосам. — Друзья зовут меня Соул, — улыбнулся Шота Джиуну, — рад познакомиться с тобой. — Почему он ваш первый младшенький? — вздернул брови Джиун. — Есть другие? — Да, еще есть Чонсоб, — кивнул Кихо, — самый младший младшенький. Но его сегодня с нами не будет, так что познакомишься с ним как-нибудь позже. — Почему его не будет? — удивился Интак. — Сегодня же пятница, он всю неделю твердил о том, что в пятницу у него стоматолог и он жутко боится, ты чем его вообще слушал? — возмутился Кихо. — Должно быть я был погружен в свои мысли, — пробормотал Интак и покраснел от смущения, потому что объект его мыслей стоял от него так близко, что Интак чувствовал запах туалетной воды Джиуна. Они почти соприкасались локтями. — А что насчет Тэо-хёна? — спросил Интак затем на всякий случай.       Кихо с презрением посмотрел на него. — У тебя что, блин, старческий склероз начался? — тыкнул он в Интака пальцем. — Ты ведь моложе меня, что с тобой не так? Цитирую: «Я и так всю неделю каждый день наблюдал ваши рожи, у меня скоро будет моральная травма, никуда я с вами не пойду, у меня тренировка по баскетболу». В общем, Теяна тоже не будет. — Сегодня же пятница, мы с ним еще не виделись сегодня, — удивился Интак. — Он за просмотр наших рож засчитал групповой звонок по фейс-тайм сегодня ночью, — пояснил Кихо. — Тебе мы тоже звонили, да ты уже дрых, так что не ответил. Это было примерно в два часа. — Ладно, идем уже в ресторан, — нетерпеливо вклинился в их перепалку Шота, прижав ладони к животу, — я из-за этого показа последний раз ел в двенадцать часов дня, так что я умираю от голода. Джиун-сонбэ, могу я называть тебя «сонбэ»? Как ты относишься к американской кухне? Ты пробовал когда-нибудь острый куриный бургер? Его продают в «Макдональс», но в ресторане, в который мы идем есть похожий, так что ты должен его попробовать…       За болтовней они добрались до ресторана, устроились за столиком и сделали основной заказ.       Интак сел рядом с Джиуном, не специально, просто так совпало, но он был рад этому. Джиун выглядел не очень уверенно, очевидно, испытывая некоторое стеснение в окружении новых людей, а Интаку хотелось, чтобы Джиуну было комфортно. — Все в порядке? — спросил он у него тихо, пока Кихо и Шота, сидящие напротив советовались друг с другом о том, что выбрать из напитков.       Джиун улыбнулся ему. Это была открытая, хоть и немного сдержанная улыбка. — Порядок, — ответил он, — твои друзья забавные. — Это ты еще с Тэо не знаком, — хмыкнул Интак. — вот уж где сосредоточение уничижительной иронии в комплекте с саркастичным взглядом. Порой он так хорош в этом, что я даже не могу понять, ненавижу я его или люблю. А Чонсоб просто самый милый младший на свете. По крайней мере большую часть времени.       Джиун рассмеялся. — Теперь я хочу познакомиться и с ними тоже, — дружелюбно произнес он.       Официант принес их заказ и Шота издав почти животное урчание вцепился в еду. — Какой милашка, — сказал ему Кихо, наблюдая за младшим, — ты был хорош сегодня на сцене. Настоящий красавчик. — Отстань, — проворчал ему Шота, — почему ты говоришь мне такие вещи, когда я ем? — Потому что твой рот в этот момент занят, — хмыкнул Кихо, — я могу говорить, что хочу. Я снял его на видео, хотите посмотреть? — взглянул он присутствующих за столом. — Фу, это кринжово, — поморщился Шота. — У меня есть его фото из гримерки, — проигнорировал его Кихо. — Ты что, снимал меня пока я переодевался? — возмутился Шота. — Я ж тебя не голого снимал, — хмыкнул Кихо, — я, блин, не извращенец, чтобы делать такие снимки без разрешения, я снимал общий план с тобой в центре, это как поймать удачный момент. Он принялся листать фотографии в галерее, повернув к друзьям телефон, под тихое ворчание Шоты. В конце концов Шота сжалился: — Фото и правда неплохие, — признал он, — сбросишь их мне? — Парни ведь тоже не видели, так что я отправлю их в общую беседу, ладно? — спросил Кихо.       Их еда остывала, так что они принялись за нее, пока картошка окончательно не стала размокшей и холодной, и некоторое время они молчали или обменивались ничего не значащими фразами по поводу соусов к бургеру или рекомендациями местных ресторанов. Когда первичный голод был утолен, Кихо спросил у Джиуна: — На каком ты курсе? — На пятом, — ответил Джиун, — мне двадцать четыре. — Я тоже! — воскликнул Кихо. — Так выходит, мы с тобой одногодки? — Я родился седьмого октября, — сказал Джиун. — А я двадцать седьмого сентября, — расцвел в улыбке Кихо, — у нас всего десять дней разницы! Эй, могу я обращаться к тебе неформально? Мы ведь учимся в одном университете и ты совсем чуть-чуть меня младше?       Джиун немного смутился, но сказал: — Да, конечно.       Интак почувствовал в горле какую-то горечь, очень похожую на ревность или чувство собственничества. Это заставило его испытать растерянность и смущение, потому что, несмотря на то, что Джиун ему нравился, это была исключительно дружеская симпатия — отметил самому себе Интак для порядка, Интак не мог заявлять на их дружбу какие-либо права. Тем более что он даже не был уверен, может ли он вообще считать Джиуна другом — они были слишком мало знакомы, хоть Интак и знал о Джиуне намного больше чем любой из этого ресторана. — А как вы познакомились? — спросил следом Кихо с любопытством.       Интак и Джиун переглянулись. — Джиун-сонбэнним одолжил мне денег на такси, — ответил потом медленно Интак, словно ощупывал каждое слово на предмет скрытого подтекста, который не хотел бы раскрывать друзьям.       Джиун бросил на него третий за этот вечер неловкий взгляд.       Кихо вопросительно взглянул на Интака, ожидая пояснений. — В тот день, — простонал Интак нехотя, — когда я сломал мобильник и завалил экзамен по вождению и опоздал на пары… — Точно, — кивнул Шота, — он ведь рассказывал об этом, я помню. — Кстати, как твои успехи с вождением? — спросил у Интака Джиун. — У меня пересдача через три месяца, так что мне нужно практиковаться самостоятельно все это время, — ответил Интак, — брать дополнительные занятия. Это чертовски дорого. — У меня есть права, — нерешительно предложил ему Джиун, — правда нет машины… Но я мог бы немного поучить тебя. — Машину можно взять напрокат, — подсказал Кихо.       Шота согласно закивал. — Тогда мы могли бы этим заняться, — нерешительно предложил Джиун, — если ты, конечно, захочешь… — Эй, ты можешь попрактиковаться в «Need for Speed», когда-то я был чертовски хорош в этой игре! — воскликнул громко Кихо, разгоняя неловкую атмосферу, вдруг сгустившуюся над ними. — Смысл этой игры в том, чтобы нарушать правила, а не соблюдать их! — засмеялся Шота. — Зачем ты говоришь об этом? Хочешь, чтобы Интак-хён и в четвертый раз экзамен завалил? — Один мой друг завалил экзамены двенадцать раз, — выпрямил спину Кихо, — знаете, как это было? Он завалил первый экзамен даже не успев отъехать с парковки, в общем…       Они вышли из ресторана около девяти часов вечера.       Оказавшись на крыльце Джиун поднес к губам электронную сигарету, пока Кихо и Шота все еще находились внутри и одевались.       Интак топтался рядом, он выпил всего один стакан пива, так что он не был пьян, но он все равно чувствовал себя странно. Он испытывал смущение и волнение, которое и сам не мог объяснить. — Слушай, — позвал его Джиун, пока они оставались наедине, и выпустил изо рта тонкую струйку ароматного клубничного дыма, — тебе не обязательно… Не обязательно называть меня «сонбэнним», это звучит слишком официально. Даже Шота называет меня просто «сонбэ». А Кихо вообще говорит неформально.       Интак усмехнулся. Вышло как-то нервно. — Извини, я не хотел тебя обидеть, — извинился он. — Все нормально, — покачал головой Джиун, — все будет нормально, если ты тоже будешь называть меня «сонбэ» или даже «хён».       Интак почувствовал себя крайне смущенным. — Разве это не… не слишком? — уточнил он. — Я буду правда рад этому, но, я имею ввиду «хён», это ведь так…       Джиун смотрел на него с напряженным ожиданием в глазах. — Я не против, если ты сам не против, — сдался Интак, хотя и чувствовал себя неловко.       Джиун опустил голову. — Знаешь, ты четвертый человек, кому я по доброй воле рассказал о своих предпочтениях и второй, который не отнесся ко мне как к дерьму, — признался он вдруг тихо. — Хотя, — ироничный смешок, — учитывая поступок Сумина, ты — первый, кто в конце концов не отнесся ко мне как к дерьму. Так что ты знаешь обо мне вещи, которых не знает подавляющее большинство людей…       Интак закусил нижнюю губу. Он понял, что имел ввиду Джиун - даже если они плохо знали друг друга, их связывала общая тайна, которая делала их двоих ближе всех на свете. — Сумин — это твой бывший? — не справившись с любопытством поинтересовался он.       Джиун кивнул. — Ну что за сукин сын, — бросил он с отвращением, не справившись с эмоциями. — Извини.       Дверь распахнулась и на улицу вышли Кихо и Шота. — …не-а, мы с Чонсобом договорились завтра сходить в игровой клуб, — сказал Шота Кихо в ответ на какой-то его вопрос, оставшийся за двойными дверями ресторана. — Но в воскресенье можно.       Джиун убрал электронную сигарету в карман. — Лады, спишемся, — сказал Кихо Шоте. Обратился к остальным: — ну, что, по домам? — Да, — ответил Джиун, — был рад знакомству с вами, ребята.       Он совершил легкий поклон. — Мы тоже, — широко улыбнулся ему Кихо, — эй, может как-нибудь еще потусим вместе?       Джиун посмотрел на Интака. — Я буду рад, если ты присоединишься к нам как-нибудь, — быстро сказал Интак, хотя слова его прозвучали не очень уверенно. Дело было не в том, что он не хотел проводить с Джиуном время, просто его немного задело то, как быстро они с Кихо нашли общий язык. Дело было в том, что Джиун и Кихо были ровесниками, учились в одном университете и даже на одном факультете, хоть и никогда не встречались ранее. Но Интак все равно чувствовал себя так, словно он не дотягивал до их уровня. Наверное, потому что он был младше и это ставило между ними определенные рамки. — Я буду рад, — ответил ему Джиун. — Тогда я… Я тебе напишу, позже? — улыбнулся Интак. — Оставишь мне свой номер? Твои сообщения ведь до меня не доходят…       Джиун кивнул.       Затем они попрощались и разбрелись в разные стороны — Джиун направился к автобусной остановке, а Интак, Кихо и Шота к ближайшей станции метро. Там они тоже разделились, ожидая каждый свой поезд.       Интак думал о Джиуне, когда занял свободное место в вагоне, но он чувствовал себя удовлетворенным, потому что хорошо провел вечер в компании друзей.       Джиуну, кажется, тоже было комфортно — это было важно.       Интак с удовольствием подумал о том, как это классно — найти нового друга.       Он надеялся, что Джиун тоже теперь воспринимает его как друга или, по крайней мере, начнет считать его другом со временем. Одно то, что Джиун поделился с ним такими вещами о себе, какими не делился почти ни с кем, и при этом не стал избегать его, уже говорило о том, что он по крайней мере не против продолжать общение.       Может быть, может быть они могли бы стать действительно хорошими друзьями.       Вагон метро покачивался на рельсах, а стук колес действовал на Интака так убаюкивающе.       Он прикрыл глаза. «Интересно, как это — любить парня?» — подумал он вдруг и в этом вопросе пока что не было ничего, кроме невинного любопытства.       Улыбка Джиуна как дымчатый образ сама по себе вдруг всплыла у Интака в голове.       Поезд несся вперед по темному туннелю метро.