Гидра

Двум лунам на небе не поместиться. Нам с тобой не ужиться в комнате. Нет, я не дам в единое слиться. Мои же глаза станут мне незнакомыми. Зеленый смешается с тёмно-серым. Хрупкую радость съест чистое горе. Я не родился гордым и смелым, Но не хочу стать лишь брызгами моря. Да, сам из себя выжимаю слёзы. Бьюсь головой от непониманья, Но это мои ошибки и грёзы, Это мои тупики и страданья. Я в детстве умел делиться конфетами. Но я не хочу делиться собою. Давай я выйду за сигаретами Или хотя бы окно открою? Мне нужно куда-то от тебя деться. Ведь так люблю, что дышать уж больно. Я вмиг готов для тебя раздеться, Но суть моя отнюдь не безвольна. Я знаю, ты хочешь устроить как лучше, Мечтаешь сахарный мир построить. Но у меня телефон на беззвучном. Не надо заботой его беспокоить. В том мире лишь "мы", нет даже намёка На мелкое "я", на блёклую личность. Лицо укрывает мне тень упрёка. Ты видишь некую эротичность В том, чтобы быть многоглавой гидрой. В несколько рук нам готовить завтрак, Писать все картины с одной палитрой. Я не могу, не могу, не могу так! Признаюсь, я в тайне себя ненавижу. Я скисший творог, на хлебе плесень, Пятилитровка, позвавшая грыжу, Тот блеск, что на деле совсем бесполезен. Но я - это я. Уставший и глупый. Сентиментальный и неуклюжий, Упрямый, обидчивый, в страхе грубый. Взлетевший, а после утопший в луже. Да, я такой. Ни больше ни меньше. Но это не повод съедать свободу. Я это скажу без сомнений малейших: "Себя не отдам никому другому." Двум лунам на небе не поместиться. Если нам стало вдруг тесно в комнате (И дело не в метрах, чтоб мне удавиться!), Может, порвём со своими оковами? Отдельно мои печали и радости. Отдельно твои успехи, невзгоды. Я буду помнить тебя до старости. Ты вне часовых поясов и погоды. Мы долго плясали и притирались. Давай оставим, не мути воду. Я выберу сломанного себя. Родного себя. И свою свободу.