Табу на эмоции.

      Страхи не возникают на пустом месте. Для них всегда есть причины: травмирующее событие, возможно, даже не одно, социальные факторы или физические опасности, у всех и всегда по-разному, и это нормально.       Верно, ведь страхи тоже бывают разными. И Кейл это знает. Знает, но не может перестать бояться. Перестать испытывать такой смешной и детский страх.       Страх перед замкнутыми пространствами и темнотой.       Кейл, нет, Ким Рок Су, знает причины его страха, не так давно он понял все, и свою реакцию, и первопричины, жаль, что для этого потребовалось так много. Он помнит каждый из множества случаев, которые сподвигли его сознание заранее опасаться замкнутых темных пространств, ведь каждое из них было ужасно сильным эмоциональным потрясением. Как для ребёнка, так и для взрослого уже человека.       Первый случай в детском, таком «нежном», по словам психологов, возрасте.       Автокатастрофа, которая оставила его единственным выжившим. Машина, в которой разбилась его семья.       Невозможность выбраться из пространства в два квадратных метра. Запах и вид крови, которая так неприятно украшала раненые и полуживые тела его родителей.       На лице матери застыла гримаса ужаса, отчаяния и печали, как минимум ему так кажется, сейчас это воспоминания размыто так, что все, что он помнит, это образы, боль, полночь. Сейчас это событие не кажется таким уж ужасным, но тогда...       Тогда всё было иначе, впечатлений для маленького ребёнка хватило. Разбитое лицо матери, испачканные в крови губы и руки, которые продолжали до последнего вздоха ласкать свое дитя, стараясь его успокоить. Неуспешно, но маленький Ким Рок Су понимал, что хочет его мама, пусть и по-своему, слегка изощрённо.

Она хочет, чтобы он не плакал, хочет, чтобы не боялся.

      Она не хочет видеть на его лице, маленьком, слегка пухлом, детском личике слезы страха, отчаяния и боли.       Самый тяжелый период, казалось, получилось пережить, сама катастрофа, значение которой он долго не мог осознать, похороны родителей, холодная могила его матери и отца.       Теперь он даже не знал, где она была...       Однако он не заметил, как образовалась новая проблема, а кто заменит маму и папу?       Ответ нашелся сам, Рок Су его не искал.

Дядя Ким Сын Чон.

      Казалось, проблему можно пережить, если рядом есть родной человек, как минимум, так всегда говорила мама. Или она говорила про любимого человека? Может, дорогого?       Маленький Рок Су не был уверен. Он уже ни в чем не был уверен, ведь справить с этим было сложно. Даже если «этим» была его жизнь.       Жизнь с дядей, который обожал выпить и увлекался азартными играми.       Жизнь с дядей, который любил хорошенько отмыть отметить любую прибыль хорошенькой дюжиной бутылочек чего-нибудь спиртного.       Не едой, как мечтал малыш Рок Су.       Мужчина, которого в уже взрослом и осознанном возрасте Ким Рок Су, а может и Кейлу, было сложно назвать дядей, но для маленького ребенка, который вот только недавно потерял родителей, Ким Сын Чон таковым и являлся.

Он им и оставался.

      А ведь именно этот мужчина по пьяне часто запирал маленького Ким Рок Су в кладовке или ванной комнате в темноте, чтобы не мешался под ногами. Первые несколько десятков раз ребенок, которому все ещё не исполнилось даже шести лет, кричал, просил о прощении, милости, спасении.       Просил выпустить его и не ненавидеть.       Просил о чем-нибудь.       

      Но потом он... Просто затих.

      Просто сидел в темноте, считая до ста и обратно. Покачивался из стороны в сторону при особо сильном страхе и ужасе, который возникал при громких шумах из вне посещения, в котором он сидел.       Дяде снова что-то не понравилось или, наоборот, понравилось. И снова полетела пустая, а может и нет, бутылка спиртного.       Он тихо плакал, стараясь не издавать лишних звуков, потому что сил больше не было.       Не было сил терпеть еще больше боли и унижения. Жаль, что понял это малыш Рок СУ очень поздно. Понял это только когда сам мог сказать, каково это, быть родителем опекуном.

Малыш Ким всё-таки замолчал.

      Ведь дядя ясно дал понять, что ждет ребенка, если он освободит его из тёмной и страшной комнаты.

Ребенка будет ждать только боль.

      Его крики, чувства и эмоции его раздражали мужчину.       И тот нашел способ справиться с проблемой. Верно, он ведь взрослый человек, не сможет что ли какого-то сопляка заткнуть?       Как показала практика: сможет.       Малыш Рок Су понял.       Эмоции нужно ограничить.       На эмоциях, сильных, ярких и громких, должен быть запрет.

Табу на эмоции.

      Только, кажется, закончилось это ужасное время рядом с дядей Кимом, как пришла новая беда.

Приют.

      За время, проведённое с дядей мальчик усвоил насколько важных ограничений, позволяющих выжить. Запрет на все, что раздражает: громкие звиги, слезы, просьбы, капризы, страх...       Список можно продолжить, как думал Рок Су. Но если коротко...

Табу на эмоции.

      Это строго-настрого запрещено. Иначе будет больно.       Но эти же правила обращаются против него сразу после попадания в систему. Воспитатели пугаются тихого и безэмоционального ребёнка.                   Монстра в их глазах. Не просто так он оказался в приюте именно так, со скандалом.       Монстра, который никогда не плачет, не кричит.       Ничего не делает.       Сколько бы маленького и юного Ким Рок Су ни запирали в карцере за очередную драку.       Сколько бы не били ремнём или плетью за сломанную утварь и другие провинности.       Он никогда не плакал.       Он никогда не кричал.       Он никогда не звал на помощь.       Это выводило воспитательниц из себя, это их пугало. «Этот ребенок ненормальный», — говорили они.

И они были правы.

      Если быть «нормальным» означает быть как они, то Ким Рок Су больше не хочет этого. Он больше не сможет никогда стать «нормальным».       Замкнутые пространства стали синонимом страха.       Пусть малыш Рок Су вырос. Он больше не забивается в угол и не плачет от этого. Нет. Но удушающий ужас никуда не пропадает просто так.       Хотя Рок Су научился его хорошо прятать, так, чтобы он не мешал в сложной ситуации, этот страх только помешает ему выжить.       И пусть этот отголосок страха преследует его даже во взрослом возрасте.       Даже когда он выпустился из приюта, он вырос, он больше не маленький мальчик.       Ему уже двадцать лет. Он способен постоять за себя.       

Он справиться со своим будущим.

      Думал Ким Рок Су. Ким Рок Су верил в это. Искренне.       Но вера — это не то, на что стоит опираться.       Ведь его вера существовала только до одного конкретного момента.

      До первого появления монстров.

      Твари появились неожиданно, это был шок для всех. Шок для всего мира. Шок для Рок Су.       Он в момент увидел больше смертей, чем когда-либо за всю свою короткую жизнь. Он не смог бы столько увидеть, будь его жизнь нормальной. Но она не была.       Он снова был заперт в ужасающе маленьком пространстве. Был заперт после первой ужасающей сцены, которую мог увидеть.       Под бетонной стеной. Он находился под ней три дня и три ночи. Он чувствовал голод, он чувствовал жажду. Он хотел жить, да, сейчас он хотел жить.       Без сомнения, он думал о смерти раньше, но он не думал, что она придет к нему так. В его самом пугающем кошмаре.       В темном и маленьком пространстве.       В его личном синониме страха, боли, отчаяния и смерти.       В первый день он надеялся, что монстры его не найдут.       Во второй день он надеялся, что его спасут.       В третий день он... Ни на что не надеялся.

Но он был спасён.

      Он увидел человека, который в будущем стал одной из двух ключевых составляющих его жизни. Тех, кого он мог назвать жизнью. Его хёны. Его семья. Ли Су Хёк и Чхве Чон Су.       Он встретил Су Хёка. Су Хёка, который спас ему жизнь и подарил надежду.       Да, мир уничтожен, но... Теперь у Ким Рок Су есть собственный кусочек счастья, его собственный дом. Да, до него пришлось еще дожить. До него еще нужно было постараться выжить.       Но он смог это сделать и оторвать свой собственный небольшой мир под контроль. Мир, который мог назвать домом.       Мир, которого тоже не стало... Не стало, ведь они умерли. Их смерть ударила по психике мужчины. Они умерли за него. Он остался один. Один из команды. Один из дома. Больше его дом никогда не наполнялся чистым и живым смехом, теплыми улыбками, язвительными подколами, теперь его дом, нет, эти помещения, что раньше были домом, стали новым страхом. Он не был заперт, но он был одинок.       Смерть. Она забирает тех, кто был ему дорог, она рано или поздно заберёт всех.       Но почему его Чон су и Су Хёк пали в ее руки так рано?       Но он не дал своим чувствам отразиться на своем лице. Нет. Правило, которое он усвоил еще в детстве: Табу на слабости.

Табу на эмоции.

***

      И даже сейчас, после переселения в тело Кейла, после принятия его жизни, людей рядом...       Кажется, что ничего не изменилось.       Кажется, что стоит малышу Рок Су отпустить свой контроль, разжать жесткую хватку этого шаткого счастья, как оно пропадет. Провалиться сквозь землю. Исчезнет с лица земли.

Оставит его пустой оболочкой.

      В глубине души малыш Рок Су всё ещё боится замкнутых пространств.       Боится темноты и нагнетающей обстановки.       Но теперь уже не малыш Рок Су, а Кейл Хенитьюз, боится не просто темноты, не просто комнаты, а одиночества, которое подавлял в себе долгие годы.       Боится трех треснувших копилок-поросят, открытого окна, в которое дует ветер, из которого он готов шагнуть, если потребуется.

Если понадобится.

      И сейчас, будучи один на один со всем своим страхом, Кейл находится на кровати, не сидит, не лежит, он просто находится в этой комнате. Существует. Существует и смотрит.       Смотрит, не отрывая взгляд, на три копилки, лежащие перед ним. Лежащие перед его глазами.

«Мы вернемся, когда ты поправишься, и заполним эти копилки до конца, пап!»

      Нет... Теперь есть ощущение, что это просто был сон. Еще одно испытание. Они не вернулись. Больше их нет.       А замкнутая комната, хоть уже и не такая маленькая, всё ещё пугает Кейла, нет, Рок Су.

      Малыша Рок Су, который снова потерял семью.

      Он снова один, заперт в темной комнате.       Без выхода, без единой возможности выйти.

Даже через окно.

      Потому что его окутывает страх, страх и ненависть.       Он снова испытывает боль, он снова не хочет испытывать эмоции.       Он снова не хочет их показывать.

Табу на эмоции.

      Правило, которое малыш Рок Су усвоил еще в детстве.       Правило, которое он нарушает, разрушая себя и свое существование.