Акцент

Конец сентября, утро, идет сильный дождь, что на улицу просто опасно выходить. В комнате темно, шторы закрыты, я абсолютно один дома. В комнате прохладно, но я под теплым одеялом, только отошедший после сна.  Настроение только и лежать в постеле, и смотреть всякий новостной шум.  Совсем недавно, примерно в августе, скончался мой отец, Сергей Попов, известный программист. Наша семья была показательно идеальной, и примером для семей «низшего общества», не любил данное выражение, которое использовали многие ребята с моей школы. Мы всегда были в достатке, я никогда ни в чем не нуждался, все мои бесполезные хотелки, были у нас дома, я все свое детство пробыл в путешествиях, либо соревнованиях, которые оплачивались, предварительно моими родителями. Мы были идеальной семьей. Богатые, родители друг-друга любят, ребенок смышленый. Но самое ключевое  что мы такими, были. У нас были теплые отношения, он всегда мне помогал с математикой, и конечно с информатикой. Чтобы мне не понравилось, всегда оказывалось у нас дома.  « — Пап, у Жанна* такой красивый черный компьютер с подсветкой, мы на нем рисовали, мне так понравилось. Следующим днем, у меня был точно такой же черный компьютер с подсветкой» В чем бы я не начал развиваться, это сразу было инвестировано со стороны моих родителей.  В мои три года папа решил развиваться во Франции, и не только, и мы переехали.  Поэтому сколько себя помню, когда я разговаривал на русском у меня всегда был это заносчивый французский акцент, я как будто мурлыкал, быть честным это не особо мне нравилось. Так как у моих родителей, был настоящий русский, грубый, выразительный. А у меня всегда была неправильная буква «Р», и впринципе весь говор я картавил. « После тренировки, я вернулся домой, увидев маму сидящую на кровати с растекшийся тушью, и дрожащими руками. У неё был нервный срыв, вокруг неё сидели врачи, и полицейские, в её руках был листок.» Как бы я не хотел вспоминать этот день, он всегда был у меня в голове. « Врач сказал мне сесть, но по виду мамы мне все стало ясно. У матери спросили можно ли мне рассказывать это. Она кивнула головой и снова разрыдалась, девушка в белом халате отвела её, а ко мне подошел мужчина в маске и в полицейской форме. — Арсений Попов? — спросил он у меня смотря мне в глаза с искренностью, он пытался улыбаться, но у него это плохо получалось. В ответ я кивнул. — Ты прекрасно знаешь, ведь вижу, что взрослый, что твой папа тебя очень сильно любил.. — он возможно и хотел продолжить, но я разрыдался.» Из этого воспоминания меня выбил щелчек со стороны двери. Она отворилась и в дверном проеме я увидел маму, с пакетами, с растрепанными волосами от шарфа, она тяжело вдохнула, а я сразу встал и направился в её сторону. — Арс.. мне так тяжело — лишь протянул мне до боли родной человек. — Это хорошо, что моя компания и в России работает. — мама работала в турагентстве, поэтому её часто не было дома, по крайней мере когда мы жили во Франции. Воспитывался  я нашей служанкой, по совместительству моей няней. Она приезжала к нам на лето, и как минимум один месяц любого сезона года, так-как сама была из России, в остальное время родители были дома. Я её боялся, ведь, исходило, от нее, такое, что-то, иное, и темное. Детский максимализм вообщем. Ничего особенного. Но как же я любил смотреть на её немного выцветающие зеленые глаза, я просто в них утопал. У нее еще были каштановые, немного кудрявые волосы. Интересная женщина, харизматичная можно сказать. — знаешь, что радует? — она посмотрела в мою сторону усталым взглядом. — что я тебя устроила в хорошую школу.. спасибо нашим связям.. — мама устало усмехнулась, и протянула мне пакеты с едой. Я быстро их подхватил и направился на кухню, пока родительница снимала верхнюю одежду. — Хотя ты у меня мальчик взрослый, умный.. — растягивая куртку, говорила женщина. — отличник был во Франции, значит во России точно им будешь. — одушевляющи сказала мать. Да, я был подражательный пример идеального ученика. У меня было спокойное поведение, и отличный склад ума. Но я никогда не был зубрилой, и друзей у меня было хоть отбавляй. Когда я уезжал, я не видел еще столько слез, за всю свою жизнь. От моей команды по волейболу, от всех школьных друзей, от группы по русскому, и впринципе от моих знакомых. — Арсюш, послезавтра тебе уже в школу, мы тебе и с одежды все купили, и принадлежности.. — говорила родительница, смотря на меня, с глазами грусти. — не боишься? — я усмехнулся, о чем, о чем, но об этом я не переживал. Я в себе уверен, и сомневаюсь, что меня будут буллить в пристижной школе.  — мам, не переживай, все будет в норме. Ты же знаешь, что я коммуникабельный и все дела. — мурлыкающим тоном сказал я. Вот о чем я переживал так о своем акценте, за это правда могут жестокие русские подростки, забуллить. — какой же ты кот у меня, а — уже более с радостью, сказала мать, в ответ я лишь протянул, слово, которое означает, кто она мне.  — не мамкай. — мама сделала долгую паузу, как будто задумалась.  Она так и продолжила молчать, будто выпала из реальности. Смерть отца на неё повлияла очень сильно, и мы даже не поднимаем эту тему, но просто трудно говорить об этом человеке. Я мало, что знаю о самой смерти папы, мать, не говорила, полиция и слова про это не проронила, единственное, что я знаю, так это, то, что ведется дело в суде, об смерте. И это настораживает, ведь если это была бы просто смерть, например от остановки сердца, то криминальное дело не вели. Быть честным, я не хочу про это думать вовсе, хочу просто вернуться в прежнюю жизнь, где я был беззаботным мальчиком, без хлопот.  Мама все таки по шевелилась и начала просто начала вместе со мной раскладывать продукты, и готовить еду для нас.  Мы сидели за столом, и ели недавно приготовленный матерью. Мы особо не разговаривали, и просто смотрели в тарелки.  Все таки мама решила завести разговор. — слушай, что у тебя с тем другом с которым вы познакомились на матче по волейболу? — я сразу напрягся вспоминая того, кого описывала мама  — ты мне про него все уши прожужжал, до — она сделала паузу, и скорее всего вспомнила, про наш разговор не упоминать смерть папы, наше табу, по крайней мере на этот момент. Осмелившись сказала — понимаешь.. — верно сказано. Моя родительница толковала, о моей главной проблеме всего лета. В апреле был матч нашей команды, и команды с другой школы, как раз там и был Саша. В ту пору я удивился увидеть русское имя, но сильному значению не предал. Он высокий загорелый блондин, от него так и прело харизмой. Весна и сила моего возраста, обострились, и из-за того, что я смотрел на эту пародию на актера из фильмах, я пропускал все броски в мою сторону, и подавал слабенько.  И мы проиграли, и вы бы видели лицо нашего тренера, когда я, правая рука капитана команды, так нас всех подвел Быть честным я не желею, так-как наблюдать за обворожительным блондином, было интереснее.  Находясь в раздевалке, я без стыдно смотрел в его сторону, правильнее выразиться залипал.  С моих мыслей было снято, что у него накаченное тело. Быть откровенным, было душно, и тесно, в самом непристойном месте. Он подошел ко мне и спросил, чего я на него так залипаю, а я не проронил и слова. Так он и предложил встретиться.  И о боже это конечно была всеми ненавистная передружба. Мы виделись часто, скажу очень. И из-за моей эмоциональной зависимости, я чаще был инициатором нашей встреч, чем Саша. Ревновал я сильно, просто к любому человеку, который к нему подходил, он видел, но ничего не делал. Я жаловался своим друзьям, и они говорили, что буду жалеть об этом. Но влюбленных не судят? Фраза моей бабушки, женщина, которая всегда найдут пословицу в подходящий или же неподходящий момент. Ради справедливости, он ревновал не меньше, поэтому вскоре и произошло неизбежное, я поссорился со многими своими друзьями, из-за Саши. Ну а гость сие программы, так это моя «ошибка молодости» — скинуть ему нюдсы.  Что меня в ту пору подвернуло на это? Его взгляд на меня, после ссоры из-за того, что я виделся со своим лучшим другом. Я хотел извиниться, т решил скинуть. А после увидел как он целуется с очень горячей брюнеткой, буквально перед моими глазами. «Виноват сам» — его любимая фраза. В данном случаи, солидарен. Отношений не было, но я ради него, не с кем не гулял, и не виделся, так-как он ревновал. Но друзья вытащили меня на вечеринку возле бассейна, и увидев его с девушкой, я ушел. Навсегда.  В этом я тоже был виноват, ведь романтической связи не было, и он мог целоваться с кем угодно, и когда угодно.  После я сделал вывод больше не заводить отношений с мужчинами, и не ввязываться в подобный бред. И не влюбляться еще лет пять. После всех воспоминаний ответил кратко. — ничего. Мы поссорились на кануне отъезда. — отношений к не традиционной ориентации, со стороны моих родителей были не ясны. Поэтому от греха подальше, ничего не говорилось про это.  — как поссорились? — смотря пронзительно, говорила женщина. Без особого объяснения, я ушел. Жалел. Сделал на эмоциях, и оправдывать себя не буду. Скажу лишь, что сгусток ужасных моментов из жизни, дал всплеск, и, я обидел родного человека, которому и так сейчас тяжело.  В голове сразу пронеслись оскорбления в свою же сторону. Думаю хоть они были оправданы. … На улице холодно и темно, людей не много, так-как мы с мамой приехали раньше чем обычно люди выезжают на работу, и дети идут в школу.  Холодно и куртка вовсе не спасает ситуацию. Во Франции было бы тепло и пели птички, а тут в этой вечно депрессивной иерархии — России, как будто вечно холодно и везде темно.  Стало понятно почему, все поэты либо вешались, либо умирали в двадцать семь лет. — Сень, будь спокоен, это лучшая школа, которую я только могла найти в этом городе — на данный момент мы в Санкт- Петербурге, родина, либо бывшее место нахождения многих медийных личностей в России. Вечный дождь и слякоть, почему, его так любят в депрессивной иерархии?  — я спокоен, но почему — я запнулся, оглядывая школу. Она была похожа, на старинное учебное заведение, но дорогое, в готическом стиле. На несколько уровней ниже Гарварда, но схожести присутствуют. — это что такое? — мама сразу удивилась, и быстро протараторила мне в ответ. — не нравится? — я повернулся в её сторону и отрицательно повертел головой — очень престижно, красиво. Я пойду. — переживания были минимальными, я был настолько истощен всеми событиями, что особо сил не было. Но цель была. Стать таким же как и был во Франции. Общительным, радостным и чтобы меня все знали. Мне нужно много знакомств, ведь без них никуда. И учеба, как же без неё, статус самого умного в классе нужно придерживать.  И обязательно — не влюбиться. Я вышел из машины, тихо закрыв дверь. С мамой мою выходку никак не обсуждали, она просто принесла шоколадку, любимую, горькую с орехами, и мы просто поели её с чаем. Вообще извиниться должен был я, я и был виноват, но мама опередила, хотя она и вовсе не должна была просить прощения, главное, что все хорошо? Думаю, да.  Ветер начал обдувать меня с ног до головы, я не особо привыкший к минусовой погоде, тем боле только в октябре, меня сразу начало немного трясти, и ненависть к России, а особенно к Санкт-Петербургу возрастала. Но вот дверь, и вот я в более теплом помещении. Охрана не особо добро не меня посмотрела, даже не знаю почему, я им улыбался, а они смотрели с прищуром.  Сняв верхнюю одежду я направился к расписанию, я был в курсе, что сейчас какой-то «Разговор о важном», вообще не знаю, что мы будем там делать, и уже боялся, мало-ли у нас будет новый раздел математики? Кто ж знает, что тут могут придумать.  В школе было темно, и даже неяркое, и вовсе не теплое освещения не спасало, но в этом было что-то, родное?  Я поднимался по лестнице, почти засыпая. Вот второй этаж, самая первая дверь, двадцать девятый кабинет, был нашей классной руководительницы Ляйсаны Альбертовны**преподавательницы по хореографии, по описанию с сайта нашей школы, в этой гимназии видимо и не такое есть. Я попытался открыть ручку, но она была закрыта, и меня от кликнул, женский голос. — иди сюда! — доброжелательно сказала девушка моего возраста, сидящая на лавочке возле кабинета. — Лиса придет только под звонок. — я не особо вникнулся в суть её сказания, но подошел. — ты, что-то говорила? — девушка посмотрела на меня с прищуром, как будто подозревала во мне, что-то, а после эмоционально ответила. — Я Оксана, Окси, зам. староста нашего 11–Б — жизнерадостно сказала зам староста, и жестом сказала мне сесть рядом. Быть честным я был в шоке, с того как в семь утра, в -5 градусов, в темном помещении, где нужно учиться, можно быть очень радостным. Во Марселе*** я был таким же, но у нас светит солнце, поют птицы и более менее тепло.  — ты же новенький? Тебе столько нужно рассказать! — жестикулируя жестами молвила ученица. В ответ я просто смотрел на неё с открытым ртом. Девушка посмеявшись сказала  — язык проглотил? Хотя с твоим французским… — она сказала специально с коверкано, делая ошибку, и ставя ударение на последний слог. — акцентом, я бы тоже проглотила. Ты с откуда то? А то Лиса не говорила. — я знаю, что русский язык трудный, но Лиса — это же животное?  —  Кто такая лиса?  — девушка сразу изменилась в лице, смотря на меня,  со смехом. — Ляйсан Альбертовна — лиса, называем мы её так еще с пятого класса. — протараторив, она вернулась в привычное, лицо, и продолжила, спросив от куда я, снова. — я из Франции — глаза девушки загорелись, она приблизилась ко мне и со восторгом начала активно спрашивать вопросы.  — а как там? А я всегда хотела выучить французский! А какие лягушки на вкус? А ты видел Милен Фармер****? Я её фанатка! А почему вы вернулись-то? — я может и хотел вставить слово, но с её уст летело, все, что можно. — а как вышло, что русский, знаешь? Правда, что все в бомжах? А билетик красный носил? Круассаны с Парижа, реально вкусные? — девушка немного приблизилась, и тихонько спросила  — а леди баг видел то? — со сарказмом спросила зам староста, и я залился смехом, того бреда, исконно русские еще мне не задавали.  — рассмешила, сестра — в ответ она изменилась в лице, со вопросами. — с чего сестра? — я объяснил ей, что во Франции есть определений сленг у подростков и так многие называют друг-друга, по крайней мере у нас в школе все так выражались. — вообщем, давай отвечу, но по порядку. — разговоры с ней меня начали постепенно расслаблять, и я начал чувствовать себя как в своей тарелке. Наверное все будет прекрасно, раз уж первый попавшийся человек с нашего класса, такой веселый и активный. — как вообще во Франции?  — смотря вообще какой город,  Я был почти во всех городах Франции, в основном жил в Марселе, на два месяца лета, жил на даче в Париже. У нас потеплее чем у вас будет, и люди подобрее, я заходил, а тут охранники зло на меня смотрят. — девушка посмеялась, и ответила, мол, а кто будет счастлив в понедельник утром.  Я в свою очередь сказал, что как раз таки она и будет  — я исключение, я просто по характеру такая  — а остальные в классе? — это меня больше всего и интересовало, ведь Оксана, скорее всего просто исключение, пример, что я везучий, потому-что встретил её первой. А она повернула голову на бок, и сказала, чего я такой напряженный.  — легче будь, все у нас хорошо, дружный класс в основном. Вот например у меня три лучших друга, Дима, Сережа, и Антон, могу рассказать про них. — я хотело было ответить, но меня опередило радостное приветствие, двух друзей. Они радостно и громко в одноголосье сказали имя зама. Оксана подбежала к ним и обняла, так радостно, что мне стало грустно, ведь, у меня тоже были такие близкие друзья, которые остались за многие, многие километры от меня. — смотрите, это Арсений, знаете, что? — протянув последние слово, с интригой Окси, показывала на меня, её друзья одновременно приподняли головы, якобы спрашивая. — он из Франции! — громко проговорила девушка, её друзья сразу мне улыбнулись, конечно не так радостно как Окси, но вроде и не прям зло, чтобы иметь подозрение в их сторону.   — ничего себе! У Шаста же тоже друг из Франции, с игры той, которую он втюхать постоянно хочет нам, та и мамка его тоже же ездила, работа же, летом же постоянно с нами был, жил у меня можно сказать. Окси помахала, головой, не отрицая, того, что сказал парень  — кстати, где эта шпала? — Один, с черными волосами поджал плечи, показывая что не знает, а другой, немного лысый, ответил — этот кудрявый, высокий мальчик — мой типаж, к слову. Блондины, как Саша, больше не интересуют. Нехорошо. Хотя кто его знает, может он там некрасивый, и неприятный человек. Гомофоб например. Стало даже быть интересно посмотреть, на Шаста.  — сидит как раз таки в кабинете хореографии, Лиса же говорила, что он на этой неделе дежурный, он же обозвал, недавно парня с параллели, педиком, она же ему там такой выговор сделала. — приехали, со одной стороны хорошо, что неприятный, мне хотя бы не угораздиться влюбиться, но, а вдруг узнает, что я недозволенной ориентации в России?  Я начал поглядывать на ребят, смотря какая у них будет реакция, они же тоже начали поглядывать друг на друга. Как будто разговаривая взглядами. Как будто, что-то скрывали. — Вы чего? — слишком интересно было узнать, почему даже активная Сана замолкла. Все перевели на меня взгляд, и лысенький, мне сказал. — вообще, о таком говорить не особо принято, но мы то друзья и видим его насквозь. — двое подошли к нам, и мы вчетвером уселись на лавочку, понижая свой тон. — он парень непростой, характер трудный, и все подобное, с семьей тяжело, мама.. интересная. — я прекрасно видел, что они ходят вокруг да около, но вокруг именно чего, не ясно. Может догадки и были, но подтверждений ноль.  Оксана перевела тему.  — к слову он наша староста, первый по учебе, такой веселый, мы его все любим! Давай еще про Францию расскажешь?  … Запись в дневнике. 29 сентября 2018 года. Утро. Все станки были протерты, окна вымыты, стол и пол промыт. Любимая Ляйсан. Которая заставила меня убирать большое пространство, и пришлось Антону вставать в 6 утра, чтобы успеть прийти пораньше в школу и убрать.  Я даже не смог прийти вместе в Позовым и Матвиенко, и шел я по холодному Питеру, который был в грязи из-за недавнего дождя. Мама нашла новую работу, ведь та, на которой она работала последний десяток лет, а то возможно и больше, теперь не работает. Не особо знаю, почему, ведь мне иной раз нравилось, когда она уезжала, а потом приезжала с деньгами. Не всегда правда, нравилось, ведь я хотел внимания, но это другое.  Клава говорила, что возможно, у нас будет новенький. Рад? Не знаю, буду надеяться на, то, что он не особо будет умным, и дружелюбным.  Слышал, еще слух, что у нас в школе будет учиться иностранец какой, но это так по коридору пролетело мимо ушей.  Скорее бы уже звонок, и чтобы начался урок, уже хочу увидеть ребят, за выходные уже и соскучился. …  Запись в дневнике. 28 сентября. 2018 года. Я влип. Окончательно и липко.  Не особо мне он нравится. Наверное  Зашел он абсолютно спокойно, с радостным взглядом, я видел, что вокруг него Дима, Окси, и Сережа. И вроде они весело трепались. После, меня увидела Суркова, и ребята, кроме него, подбежали обниматься, заскучился, сильно.  Растрепанные волосы, брюки и серый свитер. Голубые пронзительные глаза, их больше всех я запомнил, невероятные. Забудем.  Он подошел ко мне и протянул теплую руку, может она и была, не теплой, но для меня с вечно пониженным железом, была как кипяток. Отпускать не хотелось, тепло просто. — привет, я Арсений. — блять, француз, картавит. … Глаза зеленые, помню.